Часть 6 - Надежда

Не большая, но тем менее просторная квартира на окраине большого города. Внушительная железная входная дверь и небольшой бежевый коврик для ног, длинный коридор с ветвящимися от него несколькими комнатами и заканчивающийся закрытой балконной дверью. Неплохое жилье, особенно для пары уже не таких молодых вульпканинов. - Пройдемте за мной, - учтиво предложила хозяйка дома, уже прошедшая немного вперед. Олег лишь кивнул и, оставив обувь, прошел за ней в дальнюю правую комнату. - Будете чай или кофе? - Ничего, спасибо. На самом деле сейчас Олег бы не отказался от чашки чего бодрящего, но не в такой напряженной обстановке. Хотя все вокруг и вели себя мило, он знал, что ему будто тут не рады. Мужчина остался стоять, облокотившись о стену у входа, когда мимо неторопливо прошел Сарваиг. Они делали все так неторопливо, что Олег был готов вскипеть, но отчасти понимал, какой тяжелый разговор им предстоит, и рассказчикам не помешало бы время подготовиться морально. Белошерстый вульпканин сел за небольшой кухонный стол с тяжелым вздохом, его голова опустилась на ладонь. Это почти полное повторение скульптуры "Мыслитель", удивительно каким образом сохранившийся в памяти человечества. Хозяйка же дома застыла, вглядываясь в окно. Повисла тишина. - Ладно, я начну, - осмелился разорвать молчание когда-то возможный тесть. - Попрошу не перебивать, я и так еле собрался с мыслями, - тяжесть будущих слов будто всем весом перелегла на плечи гостя, заставляя молчать до окончания монолога. *** Сарваиг рассказал все, наконец облегчая душу. О жизни на Дальштадте, о нормах жизни бинаристов, о проблемах со средствами, о том, какая была Рея в детстве, о Норгарде, о переезде на Келлун и, наконец, о маленькой фотографии, которой когда-то не захотел предавать значение. Груз сказанных слов действительно перекладывался на мужчину, но не груз осознанных и неосознанных действий. Удивительно, как рассказчик сохранял почти невозмутимое лицо на протяжении всего монолога, концентрируя взгляд на своих руках, но вот Луиминия во время рассказа о маленькой дочке не выдержала и вышла из кухни, а атмосферу помещения будто покинул весь кислород. Возможно, отчасти Олег перестал дышать, вслушиваясь в речи Сарваига. И тут он наконец замолчал. Снова эта повисшая пауза, уже ставшая нормой в их общении. Долгожданный вдох, и доходящий до мозга кислород помог задать правильный вопрос. - То есть вы не знаете, куда он ее мог забрать? - Это пираты, Олег, - имя из его рта звучало как-то чужеродно. - Они постоянно в движении, но я думаю, что за пределы Ассамблеи они вылетать не собираются. Возможно, на краю сектора грабят очередное судно, а, возможно, осели где, - голубые глаза вульпканина наконец поднялись на гостя, и черные зрачки вдруг начали нервно дергаться. - Я рассказал тебе все, что знал, - всегда срогий и сухой голос вдруг сорвался, а сжатый белый кулак вдруг влетел в лоб Сарваига. После такого тяжело подобрать слова. Олег до последнего был уверен, что ему все равно, что беспокоит вульпканина уж точно не дочь, а, скорее, просто совесть за неправильные поступки. Но этот срыв... Как много эмоций они сдерживали в течении всей своей жизни? На самом деле, их поведение было похоже на поведение Реи, занятой работой либо при общении с кем-то чужим. Чертовы бинаристы. Их эмоции настолько умело скрыты, что никогда нельзя предугадать, чего ожидать. Клубок из догадок и домыслов в голове Олега начал медленно раскручиваться. Нужно найти еще кого-то, кто может знать о местоположении этого ебаного пирата. - Я думаю, вам это может быть нужно, пройдите сюда, - протянул женский голос из-за спины. – Это ее комната, тут она жила все детство и, - рыжая вульпканка прикусила себе губу, будто запрещая сама себе говорить, но сдалась. - Последние две недели. *** Темная серая комната, окна зашторены плотной темной тканью, практически не пропуская света в помещение, аккуратно сложенная односпальная кровать по центру, заправлена мягким белым пледом. На мгновение представилось, что Рея сейчас сидит спиной к нему и вот-вот обернется. Надежда снова увидеть ее взгляд развеялась, стоило мужчине об этом подумать, а призрак розовошерстной вульпканки растворился в свете из только что открытого окна. Одернув шторы, Луиминия бросила оценивающий взгляд по комнате и, кивнув мужчине, поспешила в сторону выхода. - Я бы хотела попросить у нее прощения за все, что ей пришлось пережить, но я слишком долго держала эти слова в себе и, - вульпканка быстро кашлянула и добавила уже более тихим голосом, - теперь сказать их некому. Хлопок закрывающейся двери, а после абсолютная тишина. Олег неуверенно прошел вдоль всей комнаты, будто ступая свои первые шаги в жизни. Небольшой шкаф напротив кровати чем-то привлек внимание мужчины, тот положил руку на ручку, готовясь открыть. А имел ли он право? Хозяева квартиры покинули помещение, по сути, давая ему карт-бланш на любое действие в комнате, но имел ли он право перед Реей? Любопытство побороло нагнетающие мысли, и мужчина смело открыл дверку. В нос ударил знакомый приятный запах – ее любимые духи. Легкие нотки запахов сирени и, кажется, розы с новой силой ударили прямо в мозг мужчины. Он закрыл глаза. Мимо сознания на бешенной скорости проносились разные моменты, пережитые вместе, но задержался лишь один. *** Шум разбивающихся волн, небольшая терраса с прилегающим баром и несколько лежаков. Рея стоит у воды и трогает воду ногой, каждый раз забавно отпрыгивая, как только волна пыталась намочить вторую. Рыжие волосы, собранные в хвост, задорно дергались на ветру, периодически открывая нежные плечи, а пушистый хвост был боязно прижат к телу, готовящемуся к очередному рывку. - Ну как ты привыкнешь к воде, если постоянно отпрыгиваешь? – рассмеялся мужской голос где-то сбоку. Олег повернулся на звук и увидел стоящего по пояс в воде мужчину с темными растрепанными от воды волосами. Он смеялся, умиленно глядя на свою подругу, боящуюся воды. - Точно не надо помочь? – игриво спросил мужчина, плавно, но быстро двигаясь в ее сторону. - Неееет, - протянула вульпканка, сосредоточенно рассматривая мокрый песок под ногами. *** Я тогда ее облил. Улыбка сама по себе растянулась на лице мужчины, уже вернувшегося из пелены воспоминаний. Рука скользнула по весящим на вешалке вещам и остановилась на кожаной куртке. Странно, что она оставила ее здесь. Рея всегда надевала именно ее по прибытию со станции на ЦК. Олег вытащил вешалку со знакомой вещью, и в глаза бросилось оранжевое пятно. Это был уже почти завядший цветок в небольшом кармашке на груди куртки. Такой однажды он подарил ей, а росли такие цветы только на Лавалэнде. Торопилась?