Конец лета (6 часть)

Небольшие различия в начальных условиях рождают огромные различия в конечном явлении… Предсказание становится невозможным.

Анри Пуанкаре

10 августа.       Приятный ветер, несущий в себе свежесть, переплетается с лучами дневного солнца, ласкающий кожу теплом. Каждый лист на дереве, кажется наполненной жизнью и движением. Зелень яркая, цветы кажутся более насыщенными, а воздух наполнен ароматами трав и цветов.Звуки ветра, шуршащего в листве, и пение птиц создают удивительную симфонию, погружая в гармонию с природой. Такие моменты заставляют задуматься о величии мира, о его бесконечном разнообразии и непредсказуемости. Это целый калейдоскоп ощущений, который способен пробудить в нас самые глубокие чувства и эмоции. Насладившись такими моментами, мы можем по-новому взглянуть на жизнь и окружающий мир, обрести вдохновение и гармонию, и, возможно, найти ответы на волнующие нас вопросы. — Так что ты планируешь подарить Майки, Дракен? — спросил Баджи, протягивая холодную газировку. — Пару дисков с играми, зарубимся знатно! — он ухмыльнулся, проверяя колесо своего байка. Ну а я тем временам штурмовала телефон, ждала, когда Какучо ответит на сообщения. Недавно была в Йокогаме, состояние Изаны оставляло желать лучшего, сам он видеть никого не хотел, поэтому за ментальное состояние сейчас отвечал Какосик, а я пыталась несколько раз позвонить Курокаве. До этого он мне сам позвонил и захлебываясь в слезах, признавался о том, что не является Шиничиро, никому-либо из семейства Сано, родным по крови. Завтра должна была к нему приехать, нужно будет приготовит сначала еду, купит успокаивающее лекарство и чай… — Камо-чан? — А… Да? — спросила я, удивлённо посмотрев на мальчиков. Они тоже начали обращаться ко мне по кличке, которую мне дал Майки, без моего на то согласия. — Что с тобой? — спросил Дракен, вытирая руки об грязную тряпку. Беспокоится? Может быть, а может просто интересно, о чем задумалась… Я помотала головой, не давала конкретного ответа, как раз к нам приближался Мицуя вместе с младшими сёстрами.

***

11 августа. — Он не отвечает на звонки, и дверь не открывает. — Какучо выглядел уставшим, явно сторожил дверь Курокавы всё это время. — Хах, если он не откроет, разобьём дверь. — фыркнула я, показывая купленный мною лом. Тот очень странно посмотрел, но комментировать не стал. Что ж, сначала будет по-хорошему, а потом будет что будет.       Какучо он видно уже принципиально игнорировал. А этот тоже тот ещё. Если один придурок, возомнивший себя королём, прикажет не трогать его, то именно так тот и сделает. Придурки в Троецарствие сыграть решили ещё в детстве и что-то застряли на этом моменте в развитии. Я же вроде никак к их извращениям «слуга/король» не относилась. Даже не смотря на все заявления Изаны. Так как они были стойко проигнорированы. А просто рабом у него язык меня назвать не повернулся бы, иначе бы его ещё тогда в песочнице закопала, а на могилке бы яблоню посадила. Хотя в нынешнем положении дел это скорее он меня… Но в целом, не об этом речь сейчас.       Факт в том, что Какучо с их идиотскими садо-мазо играми мне помочь не может. Даже если придётся ломать дверь, то придётся делать это исключительно самостоятельно. Надеюсь, брат покроет данный материальный ущерб, если король на меня заяву накатает. В целом осталось проверить, сможет ли игнорировать меня. Если да, то действительно придётся проверять надёжность дверей данных апартаментов и компетентность местной охраны да соседей.       Минут пять разнообразных причин впустить и поговорить были будто бы безрезультатны. Но вот на шестой по ту сторону двери, наконец, были слышны признаки жизни и хоть какие-то движения. Хоть для этого и пришлось поднапрячь мой, безусловно, идеальный слух. Почему вообще кто-то вроде меня, должен заниматься этим? Как же этому придурку повезло, что он мой лучший друг. Иначе лежи он в канаве и рыдай навзрыд, не пошевелилась. А тут прикладываю такие титанические усилия. По достаточно тупой причине прошу заметить. Вот и сдалось ему это «кровное родство»? Ему что, императорский престол теперь не достанется? Всё типо, даже не бастард, а так, черт с помойки? Если да, то тут без вопросов, можно было бы и пореветь немного. Но тут будто бы другая ситуация. Хочу ударить его хорошенько, погладить и пожалеть. В таком порядке. Потом можно даже ещё раз стукнуть. — Изана, молись, чтобы у меня сегодня терпения было побольше! — прокричала я, ещё раз ударив по двери и дергая за ручку, — Иначе использую лом. Против лома нет приёма! — спустя ещё какое-то время, выдохнув, взяла в руки железяку. — Ой-ëй, ты ведь не серьёзно? — дергаясь и пытаясь ко мне приблизиться, спросил Какосик. — Серьёзней некуда — стоило мне это произнести, как дверь отворилась. В нос ударил едкий запах алкоголя и духоты. А вот это уже серьёзно, Изана ели как стоял, прижимался к дверному косяку. Волосы спутаны и легли ему в глаза, на лице заметная щетина, а вот это серьёзно. Я и Какучо посмотрели друг на друга. Интересно он принимал наркоту? Надеюсь, что нет. Отпустив лом, я и Какучо обхватили с двух сторон и осторожно повели обратно в квартиру. Ну, вот и всё. Крайняя точка. Изана воплощение идеала в моей голове. Долго время это почётное место «идеального мужчины» занимал мой брат. А потом, в самый неожиданный момент, поняла, что теперь он находится на втором месте. А первое занимает эта темнокожая модель. Волосы всегда были в идеальном состоянии. Каким я всегда могла только завидовать. Ровный цвет кожи и практически полное отсутствие её дефектов. У него даже прыщей не было.       В какой момент начали расти волосы на лице, я подавно не знала, потому что с первых же раз он всегда был идеально выбрит и без тени раздражения на лице. Замечала, что руки с ногами у него так же были невозможного гладкими и красивыми. Да и пахло всегда от Изаны просто сногсшибательно. А наряды? Иногда у меня закладывались подозрения, что ему гардероб собирал стилист. Настолько он идеален.       Теперь… На это больно смотреть. О существовании щетины у него, честно, не подозревала до этого момента. Только сегодня узнала. А запах после долгого запоя стоял… Отвратный. Прежде и намёка на изъяны в нём не замечала, кроме его немного странного поведения и заскоков. Сейчас же у меня, честно, слезы на глазах наворачиваются.        Положив его на софу, уже прекрасно осознавала, что сейчас Изана совсем не соображает. И просто… Просто потерялась. Впервые вижу такое. Просто не знаю что делать. Что говорить? И есть ли в этом смысл? Как ему помочь сейчас и привести в чувство? Вопросов было много, и проносились они в голове быстро. Но не на один из них ответов у меня просто не было. Как вообще могло стать настолько плохо, от слов женщины, которую ты не видел с десяток лет? Какой вообще смысл она могла играть в твоей жизни? Разве это было так необходимо? Настолько важно? Черт… Голова закипает.       Всё. Ещё немного и взорвусь от напряжения. Буду ходить с Изаной на сеансы групповой терапии к психиатру и дружно радоваться жизни исключительно под дозой. Я посмотрела по сторонам, Какосик возвращался с пакетами в руках, тут же взгляд зацепился за аквариум. Черт возьми, бедные рыбки, их явно не кормили! В ужасе побежала к нему и заметила движение, Какучо тоже подошёл и начал проверять. — Живые все — выдохнула я, проверяя наличие корма. — Значит не всё так запущено — сказал мой друг по несчастью. И пошёл обратно к кухонной гарнитуре. Пока он разбирался там, я пошла в ванную и взяв на вид чистую тряпку и тазик с водой. — Изана, пора приходит в себя — произнесла я и провела по его лицу тряпкой. Филиппинский мальчик закряхтел, начиная уворачиваться. — Так всё, хватит капризничать.       Окатили меня максимально недовольным взглядом. Холодным, как котлеты в морозилке. Ну ладно, если без шуток, таких взглядов в мою сторону он ещё не кидал. Но была готова ему всё простить, так как на пьяную голову соображал явно плохо. Хотя даже так, умудрялся выглядеть весь устрашающе, словно вгрызается мне в глотку в любое мгновение. Невероятный талант, довольно необходимый в этом его мире мальчиков на мотоциклах. — Я… — Наконец мной была замечена первая попытка что-то произнести. Радовалась этому, как первым словам ребёнка, но, к сожалению, дальше дело не пошло. Болезненно сморщившись, Изана схватился одной рукой за голову и закрыл глаза, хмурясь всё сильнее. Другую же аккуратно положил на живот, но сильно сжимая ткань в том месте, хоть и держал её практически на весу. После недовольного шипения, послышался неразборчивый мат. — Не… Не трогай. Не трогай меня. — Он снова скривился в непонятном выражении и что-то проскулил, переворачиваясь на бок и медленно сворачиваясь клубком. Ой, его начинает тошнить. Я кинула тряпку в тазик. — Какосик, его тошнит. — он примчался быстро, и мы понесли Изану в ванную, «слуга» попросил меня подождать в кухне, ибо Изана и так явно после того как протрезвеет, будет стыдно перед до мной, а если будет блевать, так вообще всякое достоинство потеряет. На эту реплику Какучо фыркнула, но спорить не стала, картина явно будет не из приятных и, судя по звукам, лишь подтвердила свои слова. Так, лучше стоит подготовить таблетки и чай заварить и так же ужин.

***

Изана после того как благополучно освободил желудок попил чай и уснул, а мы постелили себе на полу. Он явно удивится, когда увидит нас, но в целом, его проблемы. — Ни-сан, я приеду после завтра — предупредив брата и папу, я пожелала Какосику доброй ночи и уснула. Утро началось странно, протирая глаза, я отпустила руку бедного Какучо, что сжимала, пока спала и уставилась на «короля». — Тебе лучше? В целом выглядел он так, будто вчерашнего дня и не было. То есть похмелье, и недовольная морда лица отсутствовали. А так выглядел он всё так же хреново. И смотрел он куда-то сквозь меня. Молча. Так что пришлось брать дело в свои руки и подсаживаться к нему. Пахло отвратно. Но привыкаешь быстро и уже не замечаешь. Или возможно не обращаю внимания, просто потому, что это Изана? Большая вероятность, что именно так. Сиди рядом со мной кто-то другой с характерным амбре отсутствия душа несколько дней, запоя и рвоты, то я бы материла его всё время нахождения рядом. Сейчас же, через минуту другую, просто перестала обращать на это внимание и подсела ещё ближе, беря Изану за руку. Тот же не сопротивлялся. В целом выглядел бодрым и выспавшимся. Хоть и молчал до последнего. Возможно стыд? Но глаз не отводил. — Извини, что тебе пришлось смотреть на это. — Это действительно он вчера выпил столько, что не мог стоять и блевал в ванне дальше, чем видел? Говорит так ровно и спокойно. Вспоминая брата… Небо и земля. Или это из-за возраста? Возможно, он же ещё подросток, ему совсем скоро всего шестнадцать лет. Стать взрослым его заставила жизнь и это явно даёт о себе знать. Я переплела наши пальцы, аккуратно касаясь его толком стороны ладони большим пальцем. — Всё уже позади, — выдохнула, прикрывая глаза на время. Не знаю, как начать разговор и что говорить. Будь здесь Зейн, сказал бы Изане мотивационное слова. Жаль, что я не он, а прекрасная Камоме. Хм, ладно… — Даже если ты им родня не по крови, меняет ли это что-то? — я покрепче сжала его руку. — Порой люди, которые приходятся тебе чужими, роднее всего на свете. — Я не знаю. — Изана закрыл глаза ладонью, чуть сильнее сжав мою руку, склонил голову, упираясь локтем в колено. Говорил же он полушепотом, явно обратив внимание ещё крепко спящего Какучо. Тот совсем вымотался за это время и не планировал просыпаться, даже после моих поползновений в его сторону во сне. — Я… — Моё внимание снова переключилось на Изану. Тот вовсе сжался, пустым взглядом просверливая дырку в полу, сжимая в руке волосы с такой силой, что сейчас оторвёт. — Это ведь единственная семья, что была у меня. Но… — Голос дрогнул, как и сам говоривший. Мурашки пробежали по коже, когда он чуть затрясся, что-то шипя под нос. Руку сжали ещё сильнее, а по лицу Изаны можно было видеть медленно нарастающую истерику. Он поднял на меня полный слез взгляд. Что скопились, просто не давая ему нормально видеть, но так и не хотели скатываться вниз. — Это всё ложь. Мне просто лгали. Так просто, столько лет… — Я прижала его к себе, положив голову на своё плечо, и аккуратно поглаживала по голове, пытаясь этим самым его успокоить.       Мой бедный Изана, он всегда ненавидел быть одиноким, и вот теперь… Думаю, его больше злил факт того, что его обманывали всё это время, чем родство с кем-либо. Он что-то шептал, всхлипывал и даже произнёс имя Шиничиро. Ах, так Сано всё это время знал, и нечего не говорил. Уебок. Через минут 10, Изана смог успокоится, и всё ещё прижимаясь ко мне, чуть раскачиваясь, начал сам гладит мои волосы, хах, выходит это его успокаивает, ну ладно… — Шиничиро должен перед тобой извиниться, хотя… Слова тут нечем и не помогут — выдохнула я, положив свою голову на его плечо. В ответ он лишь что-то угукнул в моё плечо, пытаясь слиться со мной в одно целое. Становится даже слегка тяжко дышать. После повторились попытки что-то сказать, но ещё не совсем ушедшая истерика давала о себе знать. Изана буквально задыхался при попытке произнести что-то внятное. Замолкал, налаживал ритм дыхания и пробовал снова. Было больно это слушать. — Ты ведь останешься со мной? — только при пятой попытке, он смог произнести хоть что-то. Тихо и хрипло. Ком подкатывал к горлу. — Конечно, я и Какучо всегда будем с тобой. Обещаю! — я прижала его к себе, осторожно поцеловав в висок, обняла его, обхватывая его за талию. Всегда буду рядом с ним!

***

14 августа, 00:48       Почти два дня я и Какучо старались больше времени быть с Изаной, мы практически не выходили из дома, заказывали доставку, смотрели фильм, аниме и слушали, как Курокава играет на гитаре. Про рыбок тоже не забывали и наблюдали, как они плавали, удивительным образом его сильно успокаивало, когда случался нервный срыв. Даже сейчас, Изана не хотел, чтобы уходила, пришлось несколько часов уговаривать его, мол, я за вещами, а потом вернусь утром, брат привезёт и сам тоже будет, так как этот черт тоже за него переживал, мол «мой будущий зять, не чужие друг другу люди!» Однако, перед тем как пойти домой, у меня была своя цель.        Мотосалон. Даже в такое позднее время свет горел. Возможно, что он что-то ремонтировал или собирал, без разницы, нужно с ним серьёзно поговорить. Дверь открылась со звонком, не медля оповестила о своём присутствии, в служебной комнате послышался звук и перед до мной предстоял юноша, лет двадцати, ели заметные мишки под глазами, волосы жили своей жизнью и эти глаза, бездонный цвет. Родство было на лицо, это точно старший брат Манджиро. — Ты кто? — спросил он, увидев мой недовольный вид, — Ты явно не за мотоциклом пришла — фыркнул, он начал что-то искать у себя в кармане. — Шиничиро Сано, ты ведь говорили, что Изана твой брат — он застыл, уже по серьёзнее начиная воспринимать ситуацию, — И ты знал, что он никто по крови и всё равно молчал об этом. — Я не обязан тебе ничего говорить. — он нахмурился, начиная внимательнее меня рассказывать. — И я действительно не помню, что бы мы виделись прежде. — Конечно же. Изана так дорожил тобой. Так что день, когда ты навещал его — это день только для него. И внимание твоё должно было доставаться только ему. Как бы мог таскать меня на встречи с тобой, если даже наедине Изане не хватало времени проведённого со своим «братом»? Хотя ведь и так, умудрялся всё портить, как я помню, ублюдок. Сказать бы тебе это в лицо и плюнуть в глаз разок. Неужели я ревновала? Да… Хах, каждый раз, когда Изана проводил время с братом, а потом тот исчезал на долгий срок, Курокава плакался именно мне, говорил об этом Шиничиро всё время, позабыл Какучо и меня, и после всего это приходится его вытаскивать из этой ситуации именно нам. Изана будто бы в упор не замечает нас, а вот Шиничиро был для него всём. Да, я явно злюсь и ревную, завидую ли я? Вряд ли, но вот раздражение, как яд сочится из меня, даже интонации не буду менять. — Ты сейчас не в том положении чтобы ставить мне условия. — Да что ты… — Цыц, — я нагло оборвала его, небрежно махнув рукой. — Ты знал, что Изана тебе никто по крови, и даже не удосужился сказать ему об этом — он достал пачку сигарет и зажигалку. — Он чувствует себя обманутым и преданным. — Будь он мне братом по крови, этого нечего не изменило. — Тогда почему ты раньше об этом не сказал? — Шиничиро как-то устало вздохнул, совсем не пытаясь поддержать диалог. Ещё раз, пробежавшись по мне взглядом, положил руку на мое плечо, слегка подтолкнув к двери. На моё явное возмущение, что кристально ясно отражалось на лице, он совсем никак не среагировал, обронив какой-то мат в пол голоса. А я от шока на мгновение забыла, что нужно выражать свой протест в слух. — Пойдём что ли, на улице поговорим? — не дожидаясь ответа, меня всё же вытолкнули за дверь, а свет внутри погасили. — Ну, ты и время выбрала для разборок, малышка… — Какая мерзость. Мне по-твоему сколько? Восемь? Фу, зашейте придурку рот. — Как он там? Убежал тогда с такой скоростью, что ему и слова сказать не успел. И видеть меня не желает. — Старший Сано закурил, присаживаясь на ступеньки. Моего мнения, по поводу места для задушевных диалогов, явно никто спрашивать не собирался. Просто силком выпихнул и всё. Вот же… — Всё очень плохо, он страшно напился. Я и Какучо ели как смогли его растормошить и привести в нормальный вид. — я начала копаться в телефоне и найдя нужное мне сообщение показала ему, — Вот, он всё ещё приходит в себя. — Там было написано сообщение от самого Изаны, который писал, чтобы побыстрее вернулась и то, как он себя чувствовал на данный момент времени. Судя по взгляду, он читал и когда закончил, сделал затяжку и выдохнул дымку, — Расскажи мне как давно вы дружите — вот всё ему расскажи, но выбора у меня не было. Он не доверял мне, а я чувствовала к нему максимальное отторжение. Рассказала всё, от начала и до конца. -… Вот и всё, ах, да… Ты мне не нравишься, ты отвратительный брат для Изаны. — фыркнула я, присаживаясь рядом с ним и посмотрев на телефон, проверяя время. 2:51, вот это я, конечно, разговорилась, впервые так много говорила. Я взглянула на Сано, ожидая его вердикта. — Я уже понял. Знаешь хоть, сколько раз ты это повторила? — в мою сторону кинули усталый взгляд. — Но раз такое дело… — Шиничиро похлопал меня по плечу, чуть сжав его в конце. Не знаю, как потом буду объяснять всём стойкий запах сигарет от меня, но есть подозрение, что это и за неделю не отмоется. Хоть он и любезно отворачивался, после каждой затяжки. Но всё равно воняю. — Позаботься о нём. Я тогда не сразу узнал, что он мне не родной. Но разве я мог его так бросить? Он всё ещё мой брат. — Сано тяжело выдохнул и выгнулся в спине, положив на неё руки. Послышался болезненный стон, перебивая всё, что мне хотелось бы сказать. — Блять… Пойдём уже внутрь что ли? Я тебе воды дам, а то вон… Не охрипла ещё? — Спасибо… — прохрипела я, проглатывая противный ком в горле. Изана не хотел слушать своего брата, а Шиничиро узнал об этом слишком поздно, что ж я верю, что он мог бы сказать. — Ты и сам сможешь о нём позаботится. — Думаешь? — он протянул мне стакан воды, жадно начала оттуда пить и протянула обратно, буркнув спасибо, продолжила: — Изана тебя любит, я думаю, что простит. — Твои слова мотивируют, — он хрипло рассмеялся, явно не веря мне. Думает, что слишком наивная и для меня поссорится и через пять минут помериться, это норма. Закатила глаза. Невыносимо, когда относятся предвзято из-за возраста. Но радует, несмотря на всё, он выслушал меня и готов говорить об этом. Хотя для него просто ребёнок. — Не хмурься, решим всё. Надеюсь. Что ещё может случиться, в конце концов? — Ох, много чего. Кто знает, может у тебя сегодня тромб оторвется, и помрешь моментально. И когда говорить по душам тогда? На могилке после похорон? Неприятный звук железа резанул по ушам, перекрывая мысли. Шиничиро закрывал магазин окончательно. В целом, это будто бы стоило сделать раньше, но вот из-за меня руки дошли только сейчас. Главный вход закрыт, оставляя только запасной. Видя, что я явно не собираюсь пока покидать магазин, и всё ещё настроена, вырвать из него душу сегодня ночью, Шиничиро запер и запасной выход. — Останешься до утра тут лучше. Три часа ночи, куда я отпущу ребёнка в такое время? — Ой, да пошёл ты, ребёнок. Я охереть какая взрослая. Тебе всё выскажу. Вся ночь впереди. Мы тебя сволочь по частям разберём и полкам разложим. 3:45 Меня отпоили водой на убой, когда сам владелец магазинчика пил кофе. А мне нельзя, типо маленькая. В общем активно подвергалась дискриминации в течении… получаса? Накормили чем то столетней давности. Я бы, честно, и муравьям бы такое не дала. А он и мне вручил и сам активно поедал, пока принялся копошиться в каких-то деталях. За мотоциклы не шарю, прежде видела как Рюгуджи со своим любовно возился. Могу разве что где руль, где колесо и как рулить. Был небольшой опыт. Грохот со стороны комнаты, заставил меня замолчать от очередного едкого высказывания. Шиничиро пробубнил: — Слишком много посетителей за раз, — схватил гаечный ключ и пошёл в сторону тёмной комнаты. Мне даже не по себе стало. Мало ли. Воры опасными бывают. Ладно, если это дети какие-нибудь. Но даже подростки могут притащить с собой ружьё. Главное деньги иметь, а там не так сложно купить. Не знаю, чем думала, но решила, что герой этого времени. Тихо поперлась следом за Сано. Прыгать и защищать его от пуль, ножей или другого смертоносного оружия не собиралась. Наверное. Но всё же хотелось проконтролировать ситуацию и убедиться, что он будет в порядке. Иначе, боюсь, Изана совсем голову потерять может. Только ради него любимого иду. Подходя увидела ребёнка возле мотоцикла, что красивенько подсвечивался по вечерам на витрине. Ну как ребёнка… Парень моего возраста. Ничего особо опасного. — Кто это у нас тут? Ворюга? — но мне всё равно стало не по себе. Внутри какое-то тошнотное чувство тревоги. Это ребёнок, чего ты паникуешь? Соберись. Вон, Шиничиро вполне в себе уверен. Из тени даже как-то эпично вышел. Возьми пример и держись уверенно. Хотя высовываться не стоит. — Как думаешь, в чей магазин ты пробрался? Ублюдок. — Что-то стало ещё хуже. Нутро кричало о неминуемой опасности. Будто потолок на пустом месте рухнет. Не знаю. А в целом… Действительно ли подросток будет пробираться в магазин в одиночку? Внутри что-то завыло в ответ на эту мысль. Виски побаливали. Глаза автоматически забегали по всем едва освещаемым углам помещения. Моё шестое чувство подсказывало мне о надвигающейся угрозе. В темноте нечего не было видно, но я чётко видела фигуру паренька, стой… Это же Баджи! Я вспомнила его, когда он начал говорит! Точно, что он тут делает? Неужели хотел сделать подарок для Майки? Боже мой, совсем об этом забыла… Заметив движение, увидела, как второй парень нёсся к Шиничиро сзади и готов был ударить его, вот черт! Я побежала к второму парню, даже не вижу его лица из-за маски и темноты, ударила его ногой по шее, а потом и вовсе наступила на руку, чтобы он отпустил оружие. Он закряхтел и прокричал, прося его опустить, а я ещё сильнее пяткой прижалась к его руке. У него вырвался крик. — Казутора? Пришёл в себя? — фыркнула я, посмотрев на Шиничиро с Баджи, оба в шоке уставились на нас. — Уточка? — Казутора, очень уж прямолинейно с твоей стороны прям так меня называть. — Что ты тут… Тсс, бля, пусти! — Малолетний преступник захныкал что-то у меня под ногами. Теперь, когда он узнал меня, а Баджи кажется, узнал Шиничиро, можно было бы и отпустить этого придурка. Но вот, посмотрев внимательней на импровизированное оружие золотоглазого, от шока не могла и сдвинуться. Он на Сано с «этим» летел? Да этой фигнёй ведь убить можно. Одного удара хватит не в то место и человек труп. Особенно это касается слабых по телосложению, как Шиничиро. Он ведь подкаченная палка. Блять. Блять… Еб твою мать, Казутора. В груди нарастало странное чувство. Дыхание сбилось. Ребёнок… Нет, мой друг. Он затих на полу, пока Сано разбирался со вторым, что извинялся уже не сдерживая слез. А Ханемия подо мной тихо всхлипывал, прекратив попытки вырваться вовсе. — Эй, Казутора, всё позади — произнесла я и встала, чтобы потом аккуратно погладить его по голове и привести в чувство, но всё оказалось намного хуже, он впал в такую истерику. Баджи от него не отставать, пришлось мне и Шиничиро, умолять их прекратить, но всё об хомяка горох. Особенно им было стыдно перед Сано и явно представляли, как отреагирует Майки, если бы с его братом что-то случилось бы. — Ну-ну, всё закончилось — очередной раз проговаривала я, успокаивая этих двоих поглаживая по голове сначала одного, а затем второго. Шиничиро пришёл быть и дал успокаивающее. Прекрасное начало: утро начинается не с кофе. Казалась, ситуация не могла стать хуже. — Что тут происходит? — произнёс запыхавшийся Майки, вытирая пот. Стоило ему подать голос, как эти двое, что только успокоились по новой начали плакать, подойдя к Майки. Боже мой, и это хулиганы? Да по ним ясли-сад плачет, буквально. Шиничиро как главный потерпевший явно нечего не понимал, по идее он должен был тут плакать.Кто тут находился с большем шоке было не ясно. Майки заметив меня в компании его брата, пока два его друга ревели не в силах что-то объяснить, искренне не понимал суть происходящего. Хотя, был знатно напуган. Что не удивительно, раз он зашёл сюда через дверь, которая явно взломана. Шиничиро же, на удивление, не стоял столбом, а отлепил моих друзей друг от друга, снова усаживая двоих на места. — А ну, отлипли. Мы с вами ещё не поговорили, как следует. Успокойтесь уже, посидите немного и возьмите себя в руки. Позже нам действительно предстоит тяжёлый разговор. А пока просто успокойтесь нормально. — Наконец он начал выглядеть собрано. Когда принимал серьёзный вид то и вовсе чувствовался его авторитет и давление. Парни даже притихли и спокойно сидели, пока старший Сано узнавал у младшего цель визита. Оказывается, приехать к брату было абсолютно спонтанным решением. А тут такая картина. — Уточка. — так прямо меня называет только Казутора. Да, мое сокращение имени можно взять как вариант слова утка. Но вот так прямо делает это только Казутора, когда для остальных это Камо-чан. Ударить его пару раз? — Уточка… — Пока я ушла в размышления, он снова привлёк мое внимание. Шепотом. Оглядываясь на переговаривающихся между собой Сано. — Можете не говорить Майки, что произошло? — Он сглотнул, всё ещё нервно озираясь на блондина. — Вы сами скажете ему, — сурово произнесла я и не сильно стукнула его по голове, а потом зарылась его в волосы пальцами, массируя его голову. Баджи который за этим наблюдал, выдохнул и склонил голову как преступник перед плахой. Боже, как же с ними сложно… И я согласилась с ними дружить, ситуация была из ряда вон выходящее. Изана ещё блин волнуется обо мне, а тут ещё и это, что не день то новые проблемы. Почему всём этим занимаюсь, а не брошу всех и уеду в Италию к бабушке и дедушке. Черт возьми, нужно было так делать с самого начала и не тратить на это свои силы, нервы и время. Будь проклято моё доброе сердце и желание помочь друзьям. Ситуация взял под свой контроль старший из Сано, а Манджиро и я вышли на улице, так как разговор был приватным. — Ну и утро… — произнесла я, смотря на время в телефоне. — Ты как? — на нём лица не было, ведь бледный и какой-то потерянный, хотя скорее больше был узником своих мыслей. Настолько в себе закрылся, нечего вокруг не замечая.