1. Момои Бакуго

      Девчушка жалобно скулила. Её тоненькие и маленькие ручки отчаянно держались за живот, принимая на себя каждый чужой удар грязной обуви. Мальчишеский хохот звучал, казалось, на всю округу, но так никто и не пришёл на помощь дрожащей, глотающей собственные слёзы малышке.       Она сильнее сомкнула веки, считая каждый тяжелый и болезненный удар.       В миг опустевшая детская площадка недалеко от главного здания детского дома стала столь ненавистна девчушке. А ведь ей частенько удавалось скрыться от назойливых, ужасных старших. Только сегодня, когда Момои решила встретиться с другом, что часто засиживался в одиночестве на качелях этой самой детской площадки, её настали старшие.       — Сдохните! — прозвучал где-то вдали взбешённый мальчишеский голос. Голос, сопровождаемый пугающими взрывами.       — Бежим-бежим! — главарь мальчишек посильнее ударил по ножкам Момои и рванул дальше по площадке.       — Что за псих?! — верещал пухловатый мальчонка с лисьим хвостом и ушками, в панике убегая от преследовавшего их разъярённого парня.       Девчушка боялась двигаться. Она замерла на холодной и мокрой от вчерашнего дождя земле, прислушиваясь к шуму. Несмотря на растекающуюся по всему телу боль, возникшая тишина, без ранее угнетающего смеха мальчишек, приносила некое удовлетворение и спокойствие. Так и умереть ей было не страшно.       — Чё разлеглась?! — словно мощный взрыв, недовольный светловолосый мальчишка топнул о землю рядом с Момои. — Вали к своим родителям.       Девчушка осторожно приоткрыла веки, но поймав настроение мальчишки, встречаясь с его красными глазами, пискнула и сильнее сжалась на земле. Стон боли едва слышно выскочил из её губ, стоило телу начать движение. Сегодня старшие били сильнее, чем в прошлый раз, когда Момои удалось поймать.       — Давай уже, вставай и иди к родителям. Тебе в больницу надо. — с меньшим раздражением и недовольством произнёс мальчик. — Я тебя тащить не буду.

***

      Ей совершенно не хотелось открывать глаза. Даже чтоб оценить происходящее, разлепить потяжелевшие веки казалось чем-то нереально сложным. Голова, едва держалась на положенном месте, всё вертелось даже с закрытыми глазами.       Ударили по ней знатно. Шумный фон, звуки битвы она улавливала едва. Звон в ушах такой, что разобрать приближающуюся опасность было невозможно.       Длинные волнистые каштановые волосы неприятно спутались, теряя всю красоту. Стоило собрать волосы в пучок, как и говорил брат. Но разве она прислушалась к нему? Ещё и две обременяющие пряди неприятно липли к потному лицу. С недовольством она убрала волосы, в тот же миг чувствуя переменчивость ветра. Что-то ей всё это не нравилось.       Звон в ушах стал плавно сходить на нет, проясняя происходящее вокруг. Скрежет железа, а потом и вовсе взрыв робота. А ведь он был однобальным. Стыдно-то как, умудрилась попасться, пока помогала напуганному мальчишке, чья нога застряла в камнях из-за неправильно используемой причуды. Главное, что подросток успел сбежать, чего не сумела девушка.       — Ты как?! — рядом с ней кто-то опустился на колено. — Слышишь меня? Позвать учителей?       Она мотнула головой, потихоньку поднимая веки. На неё, сведя густые белые брови к переносице, беспокойно глядел юноша её возраста. Серебристые волосы подростка были в явном беспорядке, и с уверенностью она могла сказать, что именно недавний бой привел их в такое состояние. Даже сомкнутые губы не скрывали его острые зубы. Вот ему ни один робот явно не соперник.       — Подъем тогда. — хмыкнул он. — Если будешь сидеть здесь, героем точно не станешь!       Перед глазами всё еще немного плыло, головокружение никуда не делось. И кажется ей, еще пара минут, и её завтрак выйдет наружу.       — Я Тецутецу, — он протянул руку, — а ты?       У юноши такая сильная рука. Стоило только взять её, женский страх мало-помалу отступал. Это не особо помогло от боли, но мысли привести в порядок очень даже.       — Момои. — как только её ноги уверенно держались на земле, она отпустила юношу. — Спасибо за помощь, Тецу-кун. Я ведь могу?..       — Да без проблем! — махнул рукой он. — Не отставай, Момо-тян! — подросток расплылся в яркой улыбке, сверкая острыми зубами.       Что ж, если Момои не сдаст вступительный экзамен Юэй, то друзей-героев хоть заведет. Нужно мыслить позитивно. И именно с таким девизом девушка двинулась по движению ветра, что уверенно звал её, твердил, кому-то нужна помощь.

***

      В гостиной одного дома творилось неясно что. Стройная взрослая женщина с пепельно-светлыми колючими волосами лупила своего сына, пока тот, кричал ей что-то в ответ. Пронзительные красные глаза женщины готовы были прожечь дыру в стене, что уж говорить о недовольном сыне, что, не стесняясь, спорил с матерью.       Юноша выглядел в точности как женщина. Те же острые пепельно-блондинистые волосы, торчащие в разные стороны, оранжевые глаза, иногда кажущиеся красными. Его нахмуренные брови выдавали его настрой лучше всех слов.       — Боишься? — будто не замечая шум, поинтересовался отец семейства, сидя рядом с дочерью на диване. Он поправил свои очки, глядя таким добрым и любящим взглядом, как бы поддерживая взволнованную девушку. Его короткие коричневые волосы, что были заметно светлее волос Момои, были похожи на прическу сына. Момо выделялась на фоне всей семьи своими лишь волнистыми и плавно стекающие по плечам волосами.       — Я справилась из ряда вон плохо. — её хрупкие плечи опустились, стоило вспомнить, как она ужасно показала себя на вступительных. — Если бы мне не помогли, вылетела бы в самом начале.       — А я говорил! — выглянул из-под спины всё еще недовольной матери юноша. — Херовый будет из тебя герой, лучше сиди дома! Найдешь хорошую работу вдали от опасностей!       — Кацуки! — и снова прозвучал недовольный голос матери.       — Ты же понимаешь, что он хотел этим сказать? — отец, Масару Бакуго, приобнял дочь. — Кацуки очень волнуется. Он чуть с ума не сошел, когда узнал, что ты поранилась. Ему, как и мне, хотелось бы, чтобы у тебя была спокойная и безопасная жизнь.       — Я понимаю, правда. Спасибо вам за всё, но… Я хочу… Хочу быть полезной. — невнятно пробормотала она, и что странно, каждый находившейся в гостиной услышал её.       Непривычная тишина настигла семью Бакуго. Момо закрыла глаза, прокручивая всё, что ею было сказано. Показать свою ценность и защитить семью — это её главное желание, мечта, которую вполне можно исполнить. Эти мысли сформировались в голове пятилетней малышке из-за тех самых взглядов.       Если ей удастся стать героем, Момои сможет помогать финансово семье, сможет стоять рядом с гордой матерью, пока все те, кто когда-то давно с полной неприязнью смотрели на потерянную и побитую малышку, что вцепилась в Кацуки и ни в какую не готова была отпускать его, будут восхищаться ей.       Глупая мечта глупой девушки.       — Еще кому-то что-то доказывать мы не стали. Мы и без того лучшие, поняла? — фыркнул Кацуки, приземлившись по другую сторону от сестры. Ему всегда были известны внутренние переживания Момо, на которые он настоятельно просил забить кое-что. Он никогда не считал действия и поступки сестры, да и само её нахождение в семье, чем-то неправильным.       — Девочка моя, — Мицуки Бакуго кивнула мужу, чтобы тот уступил ей место, — мы любим тебя, и поддержим любое твое начинание. — взяв дрожащие от волнения руки дочери, она легко сжала их. — Хочешь быть героем, и утереть нос всем тем охреневшим теткам, то так всё и будет! Уж мне на слова верь!       Позвучал звонок в дверь. Тот самый и столь долгожданный.       К дому семья Бакуго пришло два письма.

***

      Момои не могла осмелиться открыть письмо. Уложив конверт из геройской академии на свой учебный стол, девушка около четырех минут упорно изучала его. Ей казалось, она сумела запомнить каждый изгиб плотной бумаги, даже именную печать академии, закрывающую ответ на желанный вопрос.       Из открытого окна, словно почувствовала чужие переживания, хлынул прохладный ветер. Он, как и всегда, успокаивал женское сердце, дарил свободу, был верным слушателем. Её причуда позволяла улавливать даже слова, брошенные отчаянными людьми на улице.       Конверт сдвинулся с места, чуть ближе к дрожащим женским рукам. Момо слабо улыбнулась. Даже сама природа просит её открыть письмо и принять результаты вступительного экзамена.       С прежним трепетом в груди, девушка подцепила небольшим ноготком печать, открывая конверт. К её удивлению, ответом из академии было не письмо, а неясный железный диск размером с женскую ладонь.       — Что с этим делать? — хмыкнула она.       Прокрутив в руке новый предмет, Момо обратилась к ветру. Ведь он всегда видел, слышал, знал всё.       Словно ведомая кем-то, Бакуго поместила диск на стол. Чистый и довольно звонкий женский голос известного профессионального героя наполнил подростковую обитель.       — Приветствую Момои Бакуго! Я про-герой Полночь! — перед девушкой появилась проекция одной из самых красивых и откровенных героинь. Женщина глядела кокетливо, двигаясь так, что её достаточно пышные формы приводились в движение, смущая тем самым Момо. А всё из-за геройского костюма, да и небольшой хлыст выбивал из колеи. — Я, как и другие судьи, благодарим за участие во вступительном экзамене академии Юэй. Вы неплохо проявили себя в письменной части испытаний, но что же до практической. Вы набрали 26 очков за победу над «злодеями». К сожалению, вы не прошли установленный порог. — Полночь взмахнула своим хлыстом, опечаленно вздохнув. — Но, — она вновь расплылась в яркой улыбке, — некоторые судьи отметили ваши неоднократные попытки спасения, а также поддержки, усиления, что подходит вашей причуде, некоторых испытуемых на полигоне, за что вам начислены дополнительные баллы. Что же мы за геройская академия, если упустим юный талант, что несмотря на полученные травмы, продолжал бороться по-своему. Момои Бакуго, добро пожаловать в геройскую академию Юэй! — торжественно объявила героиня, и перед тем, как запись на проекции закончилась, появилось небольшое окно с очками:

1-е место: Кацуки Бакуго (77 очков за победу над «злодеями»/0 очков спасения)

10-е место: Момои Бакуго (26 очков за победу над «злодеями»/30 очков спасения)

      Голос Момо готов был сорваться в крике, будто не желая принимать тот факт, что она и вправду поступила. Из глаз хлынули слёзы радости. Её руки жадно вцепились в тот самый диск, что принёс ей радостную новость. Чуть позже ей будет очень стыдно перед семьей за свой эмоциональный порыв, за столь сильные крики и всхлипы, но сейчас она хочет выплеснуть накопившееся напряжение, принять объятия матери, что влетела в её комнату почти сразу, с трудом увидеть через пелену слез счастливую улыбку отца и ухмылку старшего брата, что остались стоять на пороге.

***

      — Момои Бакуго? — голос классного руководителя был строг, взгляд серьезен. Два клыка, выглядывающие даже когда учитель молчал, привлекали внимание любопытных студентов. А х-образный шрам на левой щеке лишь подтверждал, что их учитель про-герой, прошедший немало боёв, отчего интерес учеников возрастал ещё больше. Каждый хотел увидеть, чему же он их научит.       — Здесь. — отозвалась девушка с первого ряда. Голос её был настолько слабым, что повторный вопрос преподавателя, звучащих настолько громко, что Сущий Мик бы удивился, заставил девушку вздрогнуть. — Момои Бакуго здесь! — придав своему голосу силы, повторила кареглазая.       Мужчина продолжил проверять присутствующих в классе, оглядывая каждого студента. Он уверенно изучал своих учеников, придавая особое внимание их причудам. Теперь его обязанностью является обучение этих детей, чтобы в будущем они могли постоять не только за себя, но и за всех людей.       — Я ваш классный руководитель Кан Секиджиро. — мужчина отложил в сторону журнал, продолжая изучать студентов первого года обучения геройского факультета. — Думаю многие знают меня как Король Влад. Я буду отвечать за ваши практические занятия, также по любым школьным вопросам можете обращаться ко мне. Помните, обучение в Юэй — это вам не детские игры. Вы пройдете все круги ада, познаете столько боли. Но это и есть — быть героем. Вы — будущее нашей страны.       Ученики, и без того хранившие молчание, осторожно кивнули. Им сразу бросилось в глаза удовлетворение на лице учителя. Всё же каждый их них осознавал важность и серьёзность их положения, и никто из них не собирался отступать.       — Вы 1-В класс. — продолжил свою речь классный руководитель. — Так сказать, остатки. Всю «элиту» вобрал в себя 1-А класс. И как ваш учитель, я хочу, чтобы вы росли, достойно соревнуясь с «А» классом. Докажите всем, а в первую очередь себе, что вы не хуже.       — Мы не подведем вас, учитель!       — Мы не уступим «А» классу!       Студенты воодушевлённо отзывались на речь про-героя. Бакуго даже показалось, что крики одноклассников переходят все правила поведения на занятиях. Но раз преподаватель хранил молчание, довольствуясь откликом подростков, она согласно кивнет, добавляя свою лепту.       — Учитель? — после окончания торжественных выкриков, руку подняла миловидная девушка, что сидела на втором ряду, буквально позади Момо, из-за чего Король Влад сначала вцепился взглядом за Бакуго. Тогда-то рыжеволосая студента с большими зелёными глазами продолжила, — можно вопрос?       — Конечно, — одобрительно кивнул мужчина, — представься, затем вопрос.       — Ицука Кендо. — девушка поднялась и почтительно поклонилась. — Я бы хотела провести знакомство с классом. С некоторыми одноклассниками я уже обсудила это на перемене. Можем ли мы занять класс после занятий, чтобы побеседовать друг с другом?       Момо чуть обернулась к говорящей. Ицука выглядела уверенно, и являлась организованной личностью. А ведь Бакуго успела и запамятовать. Не так давно Кендо встретила её у порога в класс и сходу узнала про планы после занятий, будет ли у Момои время познакомиться с классом, рассказать о себе и причуде. Это было важным этапом доверия между ними. Также казалось, что знакомство может помочь ей завести друзей, тем более, один знакомый со вступительных у неё имеется.       — Не вижу препятствий для этого. — учитель таким образом дал добро на все махинации подростков. — Классный час подходит к концу, на следующем мы поднимем вопрос касаемо старосты. — Кан Секиджиро поднялся со стула и направился к выходу. — Первым уроком у вас будет литература, чуть позже подготовлю расписание, и вы сможете ознакомиться с ним и с практическими занятиями.       Ребята довольно загалдели. Для них не было ничего интереснее практических занятий. Но и причины на недовольство также имелись:       — Литература? Серьезно?       — От школьной программы не убежишь. — обреченно выдал кто-то в конце класса.       — Я слышал, в «А» класс попал сын Старателя. — почти мгновенно тема сменилась, и студенты принялись обсуждать названных соперников.       — Сын героя номер 2, — хмыкнул светловолосый юноша, встрепенув короткие волосы, — чего стоит ожидать от папенькиного сыночка! Если бы отец не поднапрягся, он бы вряд ли прошёл экзамен! — он принялся ходить по классу, не прекращая усмехаться.       — И почему же? — не удержалась Ицука Кендо, поднимаясь со своего места следом. — Я слышала, он двухпричудный.       — И на этом его успехи заканчива… Ай! — возмутился юноша, сталкиваясь лицом к лицу с Ицукой, что, не стесняясь, прописала хороший подзатыльник. — Да за что?       — Выглядишь стремно. — мгновенно и искренне ответила та, ловя поднявшийся смех в классе.       Момо немного озиралась вокруг. Студенты весело наблюдали за возникшим спором, иногда вставляя собственные комментария. Это была первая встреча для многих, но казалось, словно все были знакомы уже давно.       Она опустила взгляд, чувствуя, как в груди разливается тоска. Ребята начинают общаться друг с другом, после занятий им уже не будет так неловко, чего не скажешь о Бакуго. Она готова голову в землю спрятать, желая стереть стеснение с лица.       Это будет тяжелый день.       — Доброе утро, Мо-тян! — знакомый юноша притянул свой стул к чужой парте, одаривая притихшую девушку взглядом.       Момои повернула голову, поймав знакомый голос. Юноша притягательно улыбался. Он словно ждал ответных действий от знакомой. Не спешил её, помня, как в первую их встречу она была такой же потерянной. Хотя тогда виною была полученная травма.       — Тецу-кун? О, доброе утро! — поспешно произнесла Бакуго. Она слегла кивнула, не замечая, как уголки её губ легко поднялись.       — Ты успела набрать очки, — Тецутецу шустро поднял руку перед девушкой, показывая ей «класс», — и теперь мы станем героями. Давай и впредь стараться, Мо-тян!       — Да, — она подняла кулачки, закрепляя их настрой, — и, Тецу-кун, поздравляю, ты попал в первую десятку.       — Как и ты! Мы круты, да?       — Ага!       А может и не таким уж и тяжелым будет этот день.