Часть 2

Хоук

Мариан застыла. Молча сидя на кровати, она смотрела, как муха ползла по полу. Прошел уже где-то час, с тех пор как Авелин с Варриком и Фенрисом ушли. С кухни доносились приятные ароматы — Орана кажется готовила курицу на обед.       Эльфийка постепенно освоилась в новом доме, стала уверенней, уже не ходила скрюченной, позволяла себе выпрямлять спину, о чем-то говорить с хозяйкой, а после пропажи бросать на нее сочувственные взгляды. Девушка старалась делать это незаметно, но Хоук чувствовала, отчего в груди ещё больше разрасталась тоска.       «Пропажа»... Хоук не оговорилась. Пока ее разум отчаянно повторял, что мать умерла, что нужно двигаться дальше и отпустить, сердце кричало, истекая кровью и отказываясь верить в это. Сколько раз, Хоук оборачивалась, когда фантазии услужливо подбрасывали ей, будто дверь в комнату матери открылась. Будто это она, как всегда с теплой улыбкой на лице и с лёгким упрёком а голосе, выходит встречать дочь после очередной вылазки. Но те сладкие фантазии быстро разбивались об реальность. Мариан тихо подходила к двери и вновь с трудом ее закрывала. Сквозняк сопротивлялся, и упорно вновь и вновь открывал дверь. Тогда Хоук заперла её на ключ, чтобы больше не обманываться и надеется. Теперь не будет а этом доме такого же тепла. С этим нужно было смириться и пережить. Его отобрали, отняли у неё.       Воспоминания подкинули глаза обезумевшего мага, склонившегося над Лиандрой. Гнев заполнил тело. Мразь. Тварь. Ублюдок. Кончики пальцев заколо от подступающей магии огня, готовой сорваться с пальцев от безумства хозяйки. Почувствовав это, Хоук с горечью подытожила – маг.       Может Фенрис был прав, когда говорил, что магов нужно держать под контролем. Может самый лучший контроль для таких как она – цепь, ведь их безумство это всего лишь вопрос времени. Возможно именно в эту секунду она все ближе шагает к этой грани разума и сумасшесвия, а когда перешагнет её, то навредит всем, кого любит, и кто ей доверяет. Она вспомнила ночь, когда эльф ушел. Вспомнила тоску, разочарование и смирение. Злой голос из подсознания подкинул: «Может он просто увидел, какая ты на самом деле? Чудовище!» На глазах выступили слезы, а огонь вот вот собирался вспорхнуть с пальцев и спалить все поместье.       ХОУК!!! В комнату вбежал Варрик. Вид у него был, мягко говоря, не самый презентабельный. Волосы были в песке, одежда измазана в грязи, а от его сапог на ковре и полу оставались жирные серые пятна. Как долго их придется оттирать Оране... — Где тебя тебя так потрепало? — она посмотрела в глаза гному, в которых четко застыл страх. — У тебя что, звукоизоляция настолько хороша, что ты не слышала, как я зову тебя уже раз пять, — голос друга был хриплый, видимо как раз из-за криков Гном посмотрел на руки девушки, нервной собранные в кулаки, и в его глазах промелькнуло понимание. Уже спокойнее, насколько это возможно в этой ситуации, он сказал: — Хоук, Авелин и Угрюмого захватили безумные маги крови, от которых вряд-ли стоит ожидать чего-то хорошего. Боюсь, без твоей помощи здесь не обойтись.

Фенрис

Эльф с трудом открыл глаза. Голова гудела, а затылок ныл от недавнего удара. Попытался пошевелить руками, отчего те неприятно закололо. Затекли, в связанном состоянии. Взгляд расплывался, но он все же смог увидеть его мечь, лежавший примерно в 10 метрах от него. Рядом стоял одержимый. Чье-то плечо толкнуло его, повернув голову, он увидел, что это Авелин. Стражницу связали точно также как его: руки тугим узлом за спиной, ноги тоже, причем несколькими узлами. Отчего, если бы даже пленник умудрился развязать руки, без оружия, ему понадобилось бы больше времени, чтобы развязать ноги. Сбежать будет не так просто, особенно, когда их охраняли одержимые и чокнутые маги с демонами. Авелин нагнулась к нему ближе и прошептала: — Они не убьют нас, собираются угрожать Хоук, чтобы та заставила храмовников выпустить всех магов из круга. Метки эльфа угрожающе засияли, он дернулся в гневе, пытаясь распутать путы. — Не подавай виду, словно очнулся. Пока они заняты, грызутся за роль предводителя шайки, им не до нас. Мои ребята скоро заметят наше отсутствие и пришлют подмогу. — Предлагаешь просто ждать, пока эти ублюдки не решат нас прикончить или пойдут к Хоук с угрозами?! Авелин тяжело вздохнула. — Не хочу это признавать, но не то чтобы у нас есть выбор Фенрис. Грудь Фенриса вновь наполнила вина, стыд и сожаление. Он откинул голову на холм песка, к которому маги посадили пленников и закрыл глаза. Снова подставил Хоук, снова не справился. Он до сих пор, по ночам вспоминает те прикосновения, что она дарила ему, ту искренность, которой он был недостоин. Он помнит свой побег. Глупый, трусливый побег от счастья, которое само шло к нему в руки. И теперь он снова заставляет её страдать, приносит ещё больше боли. Метки на руках угрожающе засверкали, ладони сжались в кулаки. Фенрис подавил это.       Если Авелин погибнет, то Хоук никогда не простит ему это. Значит он будет следовать указаниям чокнутых магов и Авелин, лишь бы защитить стражницу и не разочаровать Хоук ещё больше. В себе самом он разочаровался уже давно.       Прошло около получаса. Сектанты(Фенрис называл их так) решились на что-то, и двое двинулись в сторону пленников. Подул теплый ветер, слишком теплый для рваного берега. Фенрис прислушался к ощущениям. — Земля нагревается, — прохрипел его голос — Что? — непонимающе переспросила стражница? — Земля неестественно нагревается, кто-то колдует— пояснил эльф. Возможно храмовники пришли на помощь с ручными магами, либо это сами сектанты пытаются сделать какую-то мерзость. Не важно, главное понять как это можно использовать. Фенрис наблюдал, улавливая каждое изменение и продумывая план побега. Но вскоре стало понятно, что побег им не понадобится. Спустя всего минуту земля вокруг основной группе сектантов стала адски горячей, а ветер, замкнул их в круг, не давай вырваться и обжигая кожу. Те двое, что направлялись к Фенрису и Авелин непонимающе обернулись на пленников, но видели, что никто из них не являлся магом. Спустя мгновение началась настоящая огненная буря. Казалось ещё чуть чуть и песок, который был в эпицентре действия превратится в стекло. Уши резали истошные крики, находившихся в этом адском месте магов, иногда из огня долетали кости. Демоны тоже не выдерживали, хоть и умирали позже магов. Всего через полминуты от угрожающей толпы одержимых, демонов и малефикаров остался лишь пепел, недогоревшие куски ткани и, успевшие отлететь до полного сожжения кости.       Фенрис ошеломленно смотрел на место, где только что стояла толпа. По сравнению с тем, что колдовали Мерриль и Андерс, то, что произошло сейчас было в 10 раз мощнее. Здесь должны были объединить силы хотя бы трое, чтобы создать такую мощь. Может это Каллен прислал подмогу... Из размышлений его вытянул выживший малефикар, угрожающе приближающийся к нему. Успев, за время, что им пришлось ждать, освободить руки, он приготовился к нападению. Мышцы напряглись, а лириумные метки угрожающе засветились — Фенрис был готов убивать.       Но кажется, что к этом был готов не он один. Арбалетный болт попал малефикару поясов сердце. — Кажется кто-то из облюдков поцарапал Бьянку. Из-за холма вышел Варрик. Гном выглядел помято, но при этом расслаблено. Пожалуй впервые Фенрис был так рад его видеть. — Т-ты! Т-ты убил их! Всех их!! — оставшийся один в живых, отступник эльф заикался от страха и с ужасом смотрел на Варрика, на что тот лишь пожалуй плечами и буднично сказал: — О нет, приятель, это был не я, а она, — гном указал, за спину мага. В этот момент эльф ударили по колену и он повалился на землю. Над ним, приставив острие посоха к горлу, склонилась Хоук. Она выглядела уставшей, но голос звучал грозно и властно, а в глазах горел огонь ненависти. — Где главный вашей шайки? — С-сгорел.. Хоук устало посмотрела на место, где ещё недавно бушевала буря. — Ты остался один? — Да, монна, прошу, не убивайте! Я сам вернусь в круг...обещаю! Хоук перевела взгляд на испуганного, грязного и хилого эльфа, Фенрис подметил, что скорее всего он был самым юным из всей шайки, со вздохом протянула: — С тобой храмовники разберутся, отведем тебя к Каллену. Убрав остырье от его шеи, она прикрыла глаза и немного размчла шею. Если заклинание сотворила она одна, то скорее всего оно потребовало от нее всей маны до полного истощения. Фенрис смотрел на Мариан с восхищением. Он был поражен, какой силой обладает на самом деле магесса, и с какой видимой лёгкостью она ее несёт. Хоук была единственным магом, в котором эльф был уверен. И она ни разу не дала повода ему усомнится в ней. Малефикар, пошатываясь, встал, отряхнул мантию и судорожно схватил нож, наводя его на Хоук — Ты убила их всех! Всех! Убийца!! Я не позволю тебе или храмовникам добраться до меня, — парень замахнулся, чтобы разрезать ладонь. Все одинаково, снова и снова. Хоук дернула рукой, словно пыталась придвинуть что-то да верёвку, и малефикар с хрипом упал наземь, в метре от него лежало его сердце. — Так вот как это делается, — тихо прошептала Мариан, смотря как все ещё бьётся сердце уже мертвого человека Воцарилась тишина, казалось каждый из спутников боялся сказать что-то, чтобы её не нарушить. Все ошеломленно смотрели на Хоук. Варрик, не желая больше тянуть напряжение, откашлялся, заметил: — Да, Хоук, с кем поведешься у того и наберёшься. Девушка усмехнулась его комментарию. — Он это заслужил, — Фенрис развязал узлы на ногах и поднялся, — они все заслужили. Вспомнив что-то Мариан быстро обвела взглядом их с Авелин. Осторожно спросила: — Вы не ранены? — Нет, но нужно поскорее уйти отсюда и доложить обо всем храмовникам, — как всегда с уверенностью, Авелин поднялась и отряхнула доспехи. Хоук кивнула, закашлявшись так, что по подбородку потекли капельки крови попросила: — Да... конечно, дайте мне минуту, — она обесиленно легла на землю. Фенрис вновь восхитился силе этой женщины. Он сел рядом с ней на колено и протянул открытое лириумной зелье. Хоук благодарно приняла помощь, иронично заметив: — Я уж думала, что ты решил сделать мне предложение. Горько усмехнувшись Фенрис ответил: — Боюсь, Я не подходящая партия для тебя Хоук. — Так кажется только тебе, — девушка сказала это шепотом и прикрыла глаза. Фенрис почувствовал, как по коже пробежали мурашки, а из груди страх и тоску вытеснило приятное тепло. Стараясь не подать виду, он поднялся и отошёл от Хоук, давая ей отдохнуть. С неприязнью посмотрел на труп глупого эльфа и уже мертвый красный орган, валяющийся в песке. Теперь ещё и с храмовникам разбираться...