Глава 1. С чего всё началось.

Я очень мало что помню из своего прошлого. То ли всему виной этот черт безликий со своими фокусами, или может, просто я настолько сошла с ума, что стала терять память. Но один месяц я помню максимально отчетливо. Я помню каждую секунду, каждое слово, каждый взгляд. Хотя, на самом деле, очень хотелось бы забыть. Наверное, на этом месяце и сконцентрировалась вся моя память, что на остальные года её просто не хватает. Если ты это прочитаешь, то посчитаешь меня сумасшедшей и будешь прав. Скорее всего это напечатают в газете, а может и в целой книге, так как это "Дневник разыскиваемой серийной убийцы". Я уверенна, именно такое название они и пришпилят к моей писанине. Это станет бестселлером. Я, кстати, и не против. Пусть покривятся с описаний. Специально буду сцены убийств поподробнее описывать. Не думаю, что нужно ещё что-то сюда добавлять. Главное не "переосмысли" свою жизнь не в ту сторону. *** После того, как я убила всю свою "любимую" семью, я никогда не была на одном месте. Никогда я не задерживалась где-то дольше чем на ночь. Угоняла машины и бежала из города. Можно сказать, была в бегах, только не находила себе сотни поддельных документов, как в некоторых фильмах или книгах, с моим изуродованным лицом это нереально. Я даже удивлена, что меня ещё не поймала полиция с моей "аккуратностью". Хотя, в криминальной истории США этому наоборот не стоит удивляться. Доблестная полиция Штатов, о да. Ночевала я где попало, зачастую в борделях, притонах, развалинах и заброшенных домах, угнанных машинах, а если убивала человека в доме, то в оставалась там же. Но иногда, например как в тот день, я ночевала в лесу. Отсюда и начинается самое интересное в моей истории. Бродила я по лесу долго. Сосны не давали протолкнуться ни одному лунному лучу. Темнота была кромешная, а потому идти нужно было осторожно. Уже наполовину сдохшим, блеклым фонариком я светила под ноги, дабы случайно не наткнуться на змею или на дерьмо, мне как бы мыть сапоги нечем и негде. Из-за холода наступающей осени в одной кофточке и маечке я жутко мерзла. Возможно, заболею. Вдруг я услышала шуршание в кустах. Застыв на месте, я подняла фонарик на источник звука. Сначала из кустов показался пушистый, бурый хвост (я моментально успокоилась и расслабилась), за ним такие же бурые лапы с чёрными носочками, а после и тело. Это оказался обычный лис. Правда, не рыжий, как в мультиках и книжках, а бурый. Он волочил за собой окровавленную тушу зайца. Он даже не поднял на меня взгляд. Ужин он решил начать прям у меня на глазах, в паре метров от меня. Улёгся перед тушей и стал, держа жертву передними лапами, отрывать от нее куски и жевать. Я подошла к нему на пару шагов, но он никак не отреагировал. Не зная зачем, я решила рассмотреть его получше – не каждый день увидишь живого лиса. У него было много шрамов и проплешин в шерсти, но больше всего на морде. А еще в глаза бросалась разодранная щека, из под которой виднелись зубы, даже когда животное закрывало рот. Жизнь его потрепала знатно, как и меня. Я не могла оторвать от него взгляд, рассматривая его всего. Чем-то он притягивал. Ел он недолго, а после оттащил тушу обратно в кусты. Прячет видимо. Но потом лис снова показался. Теперь же он смотрел на меня, опустив голову. Глаза в свете фонарика жутко горели. А после махнул хвостом и, развернувшись, побежал в глубь. Секунду я стояла на месте, а после, сама не осознавая зачем, помчалась за ним. Я будто хотела посмотреть на него ещё раз. Спустя всего пару минут я добежала до какого-то небольшого дома. Лис уже пропал, как и какое-то аномальное влечение к нему. Я подошла к строению ближе, обошла его, а после попыталась открыть дверь. Заперта. Ну ничего. Выбивать двери я умела, а эта дверь выглядела очень слабой. Так что я на всякий случай достала нож и ногой со всей силы ударила по замку. Как и ожидалось, он вылетел очень легко. Теперь дверь открылась. Зайдя в домик, я осмотрелась. Вот это животное меня привело в хоромы. Там всё было ободранным, старым, пыльным. Под окном стоял стол, по бокам от которого стояли две старые лавочки. Рядом находилась печка-буржуйка. Также были шкафчики, по которым я моментально принялась рыться. Там оказались свечи, тарелки, кастрюльки и тому подобное. Взяв свечи, я поставила их на стол и, выудив из кармана спички, подожгла. Домик сразу осветился, и я наконец выключила фонарик. Нужно новый найти, а то этот скоро вообще работать перестанет. На самом деле тут было даже уютно. Мысли о том лисе совсем пропали. Хотя, это было самое нормальное место их всех, в которых я ночевала. Это не была развалина, машина, тут не было всё залито кровью. Вообще-то свечу я зажгла не просто так. На ощупь просто мои сапоги не снять. Справившись со шнурками и откинув обувь в сторону, куда за ней полетели и старые носки, я задула свечу и босиком, на носочках, дошла до кровати. Осторожно сев, я почувствовала, как мягкая постель прогинается под моим весом и скрипит. Вытянувшись на кровати и даже не укрывшись, я почти моментально уснула. Утро у меня в тот день не задалось с самого начала. Я проснулась от того, что по моему лицу и груди топтались чьи-то лапы. Открыв глаза, я увидела перед собой... Вчерашнего лиса. Он стоял на моей груди и мял своими лапами мои щеки. Заметив, что я проснулась, он дёрнул ухом, развернулся и лениво спрыгнул с кровати, уходя в полуоткрытую дверь домика, будто бы ничего не было. Всё это время я непонимающе наблюдала за животным, а потом еще минуту смотрела на раскрытую дверь. Только потом, очнувшись, я и сама встала с кровати и принялась обуваться. Я откровенно не понимала, какого хрена только что произошло и что это было. Сошла с ума окончательно, что мне какие-то лисы-добродетели видятся? На улице только начинало светать. Ближе к горизонту небо уже было светлым, а вот выше еще было тёмным и немного даже звездным. Красивый вид. Единственный плюс в раннем пробуждении. Ну, и пение птиц, конечно. А минус в том, что это самое холодное время. Однако, самое безопасное для меня. Ладно, наверное, плюсов больше, чем минусов. В такое время мало кто гуляет, а ночной патруль полиции уже засыпает на ходу, так что легко пройти мимо них незамеченной. В планах у меня было найти еды и воды, убить кого-то и снять с него тёплую одежду, а после идти искать новое убежище на следующую ночь. Кстати, ты, наверное, задашься вопросом: "Зачем ты убиваешь?". Я уже говорила, что я сумасшедшая? Говорила. Повторяться не буду. Все дело в том, что я сама точно не знаю зачем. У меня уже давно поехала крыша. Ещё когда ко мне лез мой "дорогой" братец. Я не говорила? Несколько лет он довольно часто любил со мной "играть". Именно так невинно он называл это. Мерзость. Тогда я и начала потихоньку сходить с ума. А потом я убила его. Убила мать. Отца. Убила всех, ведь они меня не понимали. Люди не способны понять чужое горе, их заботит только собственное. Звучит как дневник обиженной на жизнь девочки. Возможно, это и так, но эта обиженная девочка начала убивать из-за своей обиды. Я ненавижу людей за то, что они такие. Такие мерзкие, способные на зло. Я понимаю, что я не лучше, даже хуже большинства из них. Но только мрази могут очищать мир от таких же мразей. Давайте сойдемся на том, что я просто ненавижу людей, так будет проще вам понять меня, и вы не будете читать лишнюю информацию, тем самым засоряя свою голову. Обувшись и потеплее укутавшись в кофту, я вышла из дома. Как я и предугадывала - было очень холодно. Вдохнув утренний воздух, я минуту постояла на улице, всё ещё не до конца проснувшаяся. В такие моменты у меня даже какая-то улыбка могла появиться. Не из-за того, что мне хорошо, а просто смешно с того, какое у меня сейчас "уединение с природой". Наконец после этого быстро зашагала в сторону, где должен быть какой-то населённый пункт. Увидев двух наркоманов, скорее всего ищущих закладку, я поняла, что город не далеко и надела маску с повязкой на глаз, дабы скрыть свою красоту. Адекватным то ее не понять, шугаться будут, полицию вызовут и всё, каюк. Наконец я вышла в город. Он не был очень большим, хотя и маленьким его назвать нельзя. В самый раз для того, что бы навести шумиху и уйти незамеченной. Как я и думала, полицейские буквально спали. Один оперся на фонарный столб, и я даже слышала, как он храпел. Порывшись в карманах, я нашла пару смятых купюр. На бутылку воды и, наверное, хотя бы на пирожок, хватить должно. С этими мыслями я зашла в ближайший круглосуточный магазин и посмотрела на цены. Да, у меня хватало, даже сдача должна была остаться. Продавщица, пробивая водку какому-то мужику, окинула меня недоверчивым, презрительным взглядом, а после снисходительно назвала сумму продуктов, приняла деньги и отдала небольшую сдачу. Выйти из магазина было облегчением. Зайдя за угол, я уселась на землю, приспустила маску и начала есть. Такой хернёй я питаюсь уже на протяжении восьми лет и часто после этого блюю. Вдруг, я услышала шаги и сразу натянула маску обратно. Рядом со мной прошёл парень. Он прошёл быстро, почти пробежал и скрылся ещё глубже в подворотне. Я только успела заметить, что у него на лице тоже была маска. Скорее всего, он не заметил меня, или же ему всё равно. Это хорошо. В моем случае мне не очень нужно внимание парней. Доев пирожок, я запила его водой и выбросила остатки, после чего поднялась, отряхнулась и решила пойти глубже в переулок. Он был узким, как бы не заблудиться. Но всё же я вышла оттуда и пошла дальше бродить по городу. В планах у меня было найти квартирку, залезть в неё, убить, ограбить и наконец помыться. Но знаете... Люди любят нарушать твои планы. Купив ещё одну бутылку, я зашла за угол, что бы спокойно попить без посторонних и не демонстрировать всём свою голивудскую улыбку. Не успела я сделать первый глоток, как за спиной послышался протяжный, мерзкий голос. — Какая тут красавица стоит.. Даже не натянув обратно на лицо маску, я обернулась. Передо мной стоял парень примерно моего возраста, шатен, в маске... Похож на того парня, который проходил рядом со мной, когда я ела в подобном переулке. Я отступила назад, поспешно надевая маску. — Оу, зачем ты прячешь свое личико, милая? Он стал подходить, а я отчаянно забегала глазом по местности. Я была в тупике. Не получится убежать обратно в оживленную улицу города отсюда, так как этот парень точно преградит мне путь и поймает, или же, если убегу, то столпиться народ, который поймает и меня, и его. Будет полиция, которая заставит меня снять маску. Пырнуть тоже не выйдет - так же сойдётся народ. В целом как-либо привлекать внимание равно отправиться в диспансер или за решетку. Наконец, он подошёл почти впритык. Я вжалась в стену, а он стянул с меня маску. На удивление, он действовал так осторожно, даже робко. Я даже видела, как дрожат его руки. — Только не кричи и будь умницей, хорошо? Более мерзкого голоса я не слышала. Он слишком нежный, слишком добрый, слишком робкий для того, что его обладатель хочет со мной сделать. Лицемерно. Отвратительно. То, что со мной делали дальше я не горю желанием вспоминать. Это было больно и долго. Вся его гуманность и нежность ушла спустя минуту. А голосок был всё такой же сладкий и робкий. И маску, скотина такая, не снял. Но, кстати, былая доброта быстро вернулась, как только он закончил. Он даже помог мне одеться. Заботливый какой. Мразь. Ещё отвратительнее моего дорогого братца. Тот хотя бы не скрывал того, что он тварь. Ненавижу лицемерных людей больше, чем простых мразей. Отвратительно. Теперь, думаю, ты начинаешь понимать мою ненависть, так? Ну, что же, дальше - больше! Это только цветочки. Я, кстати, сразу поняла, что он такой же ненормальный, как и я. Ему не просто было всё равно на мою "улыбку", нет, наоборот - он на протяжении всего процесса говорит как это красиво, через маску даже целовал меня не в губы, а именно в шрамы и швы. Так что сейчас я не виню его за лицемерие и переменчевость. С ебанутых спроса нет, как говориться. Если бы тогда я знала, кем этот парень станет для меня в будущем... Я бы не постеснялась прям там ударить его ножом. Пусть и загремела бы в больницу или за решётку. Лучше бы это, чем то, что было дальше. Однако, такие неприятные обстоятельства не могли нарушить моих планов. Остаться без денег и тёплой куртки ещё на день я себе позволить не могла. Да и переночевать хотелось в тёплой квартире. Жертв я выбирала тщательно. Зачастую я их искала в дурных местах, караулила у дешёвых борделей с дешёвыми шлюхами. Именно такие места я искала на протяжении всего дня, бродила переулками по городу, в поисках самого ужасного. Искала я таких, которые ходили к платным (почти бесплатным) дыркам, откуда возвращались домой, где их ждал максимум труп кота и бутылка водки в холодильнике. На таких всем насрать, к ним никто не приедет посреди ночи. Сегодня я снова так делала: стояла возле грязного, затхлого борделя. К нему начал подходить мужик лет сорока, с лысиной и заплывшим от жира лицом, в облезлой, старой куртке. Осмотрев его с ног до головы, я быстро поняла, что это холостой урод, с маленьким членом и отвратительной пошлостью, который никому не нужен и вынужден трахать здешних блядей. Я встала в кокетливую позу и сверкнула своим единственным и прекрасным глазом. Он меня заметил и подошел. — Привет, красотка, — пробасил он, улыбаясь тёмными, кривыми зубами. Видимо, он ещё и наркоман. Так даже лучше. — Приветик, — намеренно повысив тон голоса и чуть ли не пища, сказала я, — Сюда идешь? Я указала, на бордель, а мой "потенциальный клиент", тряся вторым подбородком, закивал. — Да, а ты тут работаешь, малыш? Я покачала головой. — Нет. Я сама на себя. Глаза уродца засверкали. Даже в борделях типа этого нужно договариваться на ресепшене с подобными уродами и цену, зачастую, сбить тяжело. А вот с самозанятыми намного легче. Они-то не пожалуются сутенеру, который потом может набить ебало и забрать деньги. Что им сделает хрупкая девушка? Вдруг, он спросил: — Слушай, котенок, а может, масочку-то снимешь?   Он потянулся к моей маске своими жирными свинячими пальчиками, но я быстро отошла.   — Прости, милый. Я с небольшими дефектами. Не хочу портить тебе день.   — Так, а чего я тогда трахать тебя, уродину, должен? — грубо спросил он. Еще и самовлюблённый. Полный набор никому ненужного морального урода. Но у меня была своя тактика.   — Ну, может потому, что я стою всего 13 долларов?   Урод тут же смягчился.   — Ой, котеночек, ну ты бы сразу так и сказала!   Это всегда работало. 13 долларов - ничтожно мало, и все на это ведутся. Такие мрази никогда не отличаются особым умом.   — Вот и хорошо. Только давай к тебе пойдём?   Ничего не заподозрив, он широко улыбнулся.   — Конечно, пошли.   Жил свин, как я и предугадывала, в самом ужасном месте. В его квартире воняло каким-то дерьмом, ремонт не делался там, видимо, со времен постройки. Зайдя в спальню, я осмотрелась. Кровать была с тяжёлым на вид пледом, неровно застеленная. Повсюду были бутылки, шприцы, банки. Усевшись на кровать, я лениво скинула с себя кофту и отбросила сторону. Закинув ногу на ногу, я пальчиком подозвала урода к себе, и он, уже весь в слюнях и с жалким стояком в штанах, подошел ко мне. Как только козел начал наваливаливаться на меня, я достала запрятанный нож и без всякого сожаления воткнула его в жирный живот своего клиента. Несколько таких ударов, и ничтожество уже придавливало меня не в порыве страсти, а просто потому, что умирало. Спихнув его с себя, чтобы он с грохотом упал на пол, я сняла маску и повязку с глаза. — Твоё время вышло, - произнесла я и резким взмахом ножа вскрыла жирдяю глотку. Ещё пару минут он захлебывался в собственной крови, пока я спокойно, даже с улыбкой, сидела перед ним на кровати. Отвратительное и жалкое зрелище. А такой самоуверенный был. Когда он совсем перестал дёргаться, я встала и для верности решила провести вскрытие. Вонзив нож между рёбер, я быстрым движением провела вниз, до пупа. Я часто вываливала органы, ну, что бы в ментовке не расслаблялись, но сегодня решила не делать этого, а потому оставила его просто со вскрытым пузом. Тупой озабоченный урод, который даже не заподозрил неладного. Именно благодаря таким я могу подкреплять свою ненависть. Умные женщины типа меня - дело опасное. Он действительно думал, что за 13 долларов я доставлю его величеству неимоверное удовольствие? Впрочем, я это сделала. Избавила от мучений проводить такое никчемное существование. Ещё минус один мерзкий и обречённый отправился в "лучший" мир. Или же в худший. Мне было всё равно, куда там этот пошлый козел отправился. Горжусь собой. Надо же как-то бороться со злом. Побеждает сильнейший и вот она я - сильнейшая. После этого я ушла в ванную, где проторчала битый час, застирывая одежду и сама принимая душ. Господи, как же давно я не мылась. Когда бегаешь от правосудия, у тебя не всегда есть возможность даже умыться, не говоря уже о полноценном душе, а потому ходить с грязной, засаленной головой ещё и при этом воняя - вполне нормально. Сейчас это даже не кажется мерзким или же унизительным. Это уже вошло в обыденность. Повесив вещи на батарею, которые к утру уже должны высохнуть, и оставшись ходить в одном белье и кофте, я стала рыскать по всей квартире в поисках припрятанных денег. Они были растыканы почти везде. Запасливый какой, находка прямо. Всего я собрала ровно 426 долларов и 40 центов. Этого мне должно хватить надолго. После этого я быстро выбрала себе новую куртку. Она была тёмно-зелёная, с мехом. Похожа на мою кофту, только в два раза больше и уродливее. Сейчас в ней будет жарко, но через пару недель похолодает, и тогда будет в самый раз. Ночевать в одной комнате с мёртвым уродом я не хотела, слишком уж там воняло, задохнуться не хотелось, а потому я улеглась на несколько выставленных в ряд стульев на кухне. Вообще-то я никогда не ночевала в одной комнате с жертвами. Кроме одного случая. Интересный момент. Тогда я тоже притворялась шлюхой, и ко мне подошла девушка. Миловидная такая, невысокая, но наглая до ужаса. Оказалась лесбиянкой и предложила хорошие деньги. Я даже думала не убивать её, как никак, что она мне сделает, если она девушка. А она полезла к моей маске. Вот и пришлось её вырубить. А потом убить. Она была такой милой когда была мертва. Тогда я и решила поспать рядом с ней. Я ведь её предупреждала. Если бы не её любопытство, то осталась бы жива. Режим у меня был самое то для жизни в бегах. Редко бывало такое, что спала я слишком долго. А потому проснулась я рано, даже очень. Одевшись в мятую, но сухую одежду, я вышла из квартиры. Поднявшись на чердак, я вышла по нему на другую сторону дома, а после и на улицу. Сейчас я планировала угнать чью-то машину и уехать в следующий город. Я ни капельки не сожалела о содеянном. Уже даже не чувствовала, что сделала что-то хорошее. Приятные эмоции от убийств держатся недолго, а после них остаётся только одно больше "ничего", как и раньше. Просто всё равно. Найдя самую ужасную и старую машину, я разбила стекло. Она тут же завизжала, но "взламывать" машины я умела. Старые машины очень легко заводятся без ключа, если знать как. В конце концов, я успокоила машину и отъехала. На удивление гнала она быстро. А её хозяин - такая же свинья, как и мой клиент. В ней воняло куревом, алкоголем, и всё было грязным. Уже за городом я остановилась на обочине. Бензина в машине было не так уж и много, но в багажнике что-то булькало, и я надеялась, что это был бензин. Так и оказалось. Утро было раннее, и это распустило мне руки. Пока я заправляла бак, я услышала звук подъезжающей машины. Обернувшись, я секунду стояла, а после, выронив канистру, побежала прочь: Ко мне подходили полицейские.   Я бежала со всех ног, но шаги сзади очень быстро стихли. Они сменились диким криком. Обернувшись, я остолбенела. Они горели! Горели рядом с моей машиной, которую тоже поглотил огонь! Я не понимала, какого чёрта, но решила подумать об этом позже. Схватив с земли пистолет, который один из мусоров выронил или даже отбросил в сторону, я облегчила бедолагам страдания, выпустив в каждого по пуле. После этого подбежала к их машине, села в неё, захлопнула дверь и поехала на всех парах. В голове судорожно крутились мысли. Какого черта? Что с ними произошло? Они настолько тупые, что сами случайно выронили на бензин какую-то хрень? Я ничего не понимала. Просто гнала по трассе, вжимая педаль газа в пол. Не в первый раз я была близка к поимке, но впервые я спаслась так. Или меня спасли? Нет. Бред.   Как в последствии окажется, не бред. Это неплохо ударит по моему самолюбию. Но об этом я расскажу позже.