Часть 9

Люмин нашла Венти и Марию в "Доле Ангелов", где те и пили праздничный бренди и обсуждали предстоящую поездку в Ли Юэ. Нельзя сказать, что Люмин не хотела в Ли Юэ, но сперва она хотела как следует обсудить с Венти пару вопросов. Хотя, честно говоря, на ответы уже не рассчитывала. - Вы, я смотрю, отмечаете, - протянула Люмин. - Нет, я не хочу бренди. Я хочу спросить тебя как архонта... - Ну, спрашивай. - Ты когда-нибудь видел человека, похожего на меня? - Нет. - Ты уверен? Скажем, пятьсот лет назад? - Последние несколько сотен лет я в основном спал. - Ух, соня, - фыркнула Люмин. - Ладно. Допустим, я тебе верю. А другие Архонты в это время не спали? - Моракс точно не спал, к нему вам и стоит отправиться в первую очередь. Кстати, я пойду с вами - мы давно не виделись. Плюс я знаю, как его найти, если мы пропустим Церемонию Сошествия. - Хоть что-то. А, и да: перед тем, как покинуть Мондштадт, нам придётся заглянуть в Собор Барбатоса. - В Собор? А зачем? - Искренне удивился Венти. - Вернуть Священную Лиру, конечно. Хорошее настроение Венти заметно подпортилось. Священная Лира успешно призвала Двалина, но вот падение на неё барда уже не пережила, поломавшись с концами. Люмин уже поискала в местных лавках музыкальные инструменты на замену, но похожих не нашлось, а работа на заказ стоит как особняк. Также Люмин пыталась починить Священную Лиру или, по крайней мере, придать ей более-менее приятный вид, но результат удручал ещё сильнее. Пожалуй, стало только хуже. После попыток Люмин инструмент годился только на растопку. - Вот что, - подумав, решил Венти, - Сейчас мы пойдём в лавку старьёвщика и купим самую дешёвую лиру. Можно даже без струн, только бы корпус был цел. Затем я наложу иллюзию, и она будет выглядеть как Священная Лира. Мы её аккуратно вернём, а потом очень быстро сделаем ноги в Ли Юэ. Пообщаемся с Мораксом и носу не будем высовывать из Ли Юэ, пока всё не уляжется. - Почему? - Потому что мои иллюзии держатся меньше десяти минут. При личном знакомстве Барбара казалась ровно такой, какой и была в игре: доброжелательной, вежливой, немного нервной и очень ответственной. Их с Джинн сходств было куда больше, чем различий. Она уже знала от сестры, что Священную Лиру украли не Фатуи, но официальной версией оставалась всё равно эта. И то, что Венти и Люмин решили вернуть Лиру, создавало больше проблем, чем решало. - Ох, я даже не знаю, что делать, - призналась Барбара. - Кража Священной Лиры - немыслимый поступок! Но Джинн так рада, что подозрение пало на Фатуи. Теперь они не могут вмешиваться в дела Мондштадта. - Ого. Значит, если мы ещё немного поддержим Лиру у себя, то будет даже лучше? - Обрадовалась Люмин. - Да... Нет... Я не знаю, - призналась Барбара. - Но будет лучше, если Лира останется в Соборе, просто... Не на виду. Чтобы всем нам было спокойнее, и с Лирой ничего не случилось - М-м-м...- задумался Венти. - Тут такое дело...скажи, Барбара, а так ли нужна Священная Лира Мондштадту? - Вы с ума сошли? Священная Лира - древняя реликвия, памятник культуры раннего Мондштадта! На ней играл сам Лорд Барбатос, и её струны ещё хранят его благодать! Да, вы украли её с благими намерениями и для благой цели, но теперь она должна вернуться в храм! Кроме того, за ней нужен тщательный уход. Вы ведь её наверняка даже не протирали! Не обновляли лак, хранили в сырости, а то и чересчур натягивали струны! Будет чудом, если на ней ещё нет трещин и сколов. Венти и Люмин молчали. А вот Марии, которую такие выговоры не пронимали, нашлось, что сказать. - Значит, Священная Лира не используется как музыкальный инструмент? - Спросила она. - Уже многие сотни лет, - с достоинством кивнула Барбара. - Она проявляет какие-либо волшебные свойства? - Этого и не требуется. - Она сделана из ценных пород дерева? Какова её себестоимость? - Это...это прозвучит немного неправильно, но...лаки, которыми покрывают священную Священную Лиру, могут стоить дороже, чем она. Она ведь сделана из обычного ясеня, - призналась Барбара. - В таком случае, Священная Лира - предмет, ценный исключительно своей историей, верно? Тогда нет смысла скрывать. Она была уничтожена Магом Бездны, контролировавшим Двалина. Нам не удалось её восстановить. Значит, надо её заменить. Венти хотел наложить иллюзию на обычную лиру, но, с учётом ситуации с Фатуи, есть альтернативный вариант. Если известно, что Фатуи украли Священную Лиру, значит, для восстановления репутации, они должны либо сами вернуть её, либо предоставить преступников. Я не знаю, что они сделают. Но если они изготовят точную копию Священной Лиры и под каким-либо предлогом возвратят в Собор, то копия сможет служить символом и культурной ценностью ещё очень много лет, при этом тратиться на реставрацию хотя бы в первые сотни лет не придётся, - предложила Мария. Барбара сперва хотела её перебить, закричать, но потом, вслушавшись, начала следить за ходом рассуждений и немного успокоилась. Мария не знала, о чём думает Барбара. Но надеялась, что в ней есть хоть немного рациональности, чтобы хотя бы обдумать предложение Марии, а не только проклинать их. - Значит, Священная Лира разрушена? - Тихонько уточнила она. - Да. С концами. Корпус переломан почти пополам. Отлетели осколки. На второй половине трещины и сколы. Струны целы, но их мы заменили перед использованием, - призналась Люмин. - И вы хотели обмануть церковь, обмануть меня перед ликом самого Лорда Барбатоса? Люмин и Венти понурили голову - да, так они и собирались поступить. Перед ликом самого Барбатоса. - Я... Могу понять, что вами двигало. Но что двигало тобой? - Спросила она Марию. - Они явно хотели тебя остановить, значит, вы не договаривались. Ты не захотела брать на себя грех лжи? - ...Если тебя ударили ножом - ты должен это принять. Если что-то случилось, значит, оно случилось. Это не изменится. Ложь сделает всё сложнее. Если бы они смогли починить лиру, или найти такую же, или хотя бы наложить стойкую иллюзию хотя бы на пару лет, это бы было решением проблемы. Но они не решили проблему. Так нельзя. - Это очень суровые слова. Но я не могу сказать, что ты совсем не права. Священная Лира уже уничтожена, и я ничего не могу с этим поделать, - сглотнула Барбара - видно, непросто ей давалось сохранять спокойствие. - И я не могу обвинить вас во всеуслышанье в святотатстве, это всех подведёт. И Джинн, и церковь, и весь Мондштадт. Но... Что же мне тогда делать? - Ждать, пока Фатуи не принесут новую Лиру или не попытаются обвинить в её уничтожении кого-то другого, - пожала плечами Мария. - Теперь это их проблема. Твоей вины не было с самого начала. Наша вина есть, спору нет. Но ты ничего не знала. - То, что я чувствую, сложно убрать одними лишь твоими словами, - покачала головой Барбара. - Но вы можете идти. Мне...нет смысла вас винить. Просто мне надо немного побыть одной. Пожалуйста. Люмин и Венти, отчего-то и сами понурив головы, поспешно покинули Собор. Мария же задержалась. Порой её называли бездушной, но какое-то подобие эмпатии у неё было. И даже с рациональной точки зрения, ей совершенно не выгодно огорчать людей. Слишком уж часто те, кто её окружал, меняли её жизнь, чтобы с пренебрежением относится к чужим чувствам. - Барбатос - бог вина, свободы и поэзии, верно? - Уточнила она. - Да, - кратко отозвалась Барбара, погруженная в мрачные мысли. - Есть истории о том, как он относился к вещам? - ... - Барбара задумалась, а потом неуверенно ответила, что нет, их она не припоминает. - Он когда-нибудь злился на людей? - Злился? Нет...если верить легендам, он даже клан Лоуренс пощадил, хоть они и сделали много зла Мондштадту. Он скорее...скорее хотел, чтобы они изменились. Поэтому запретил их преследовать и расхищать их имущество. Правда, Лоуренсы... Не будем об этом. - Значит, он бы не злился на случайное уничтожение своей лиры? - Ну, как сказать, всё-таки лира для бардов - большая ценность. Есть пословица, хоть она мне и не нравится, что лиру мондштадтец пропьёт последней. Но в вашем случае...возможно, простил бы. Если вашей вины и впрямь нет, а лиру вы украли для благой цели, то и наказывать вас можно лишь за кражу, а не за порчу имущества. Только вас и за кражу не накажут. - И долго бы огорчался Барбатос, если бы у него украли лиру? - Не думаю, что долго. Судя по историям, нрав у него был лёгкий и отходчивый...а я начинаю понимать, куда ты клонишь. Ты говоришь, чтобы отвлечь меня от грустных мыслей. - Да, - не стала отпираться Мария. - Спасибо, конечно, но не стоило. - Не стоит испытывать чувство вины за то, над чем ты не властна. - О чём ты? - Искренне удивилась Барбара. - Мне стало грустно не только оттого, что Священная Лира уничтожена, но и от цинизма всей ситуации! Вся эта ложь, которую говорят и церковь, и рыцари, пусть и ради Мондштадта - это всё... Это всё неправильно. И меня это не должно касаться, но отчего-то горько на душе. - Почему всё неправильно? - Ровно спросила Мария. - Потому что мы не понесли наказания? Или потому, что все лгут? - Скорее, второе. Я понимаю, политика и интересы общества требуют, но сама бы я никогда так не смогла. Хорошо, что Джинн выходит замуж... - Ммм? - Тут уже удивилась Мария. Тут-то где связь? - Ох, ты, наверное, не знаешь. Я - младшая сестра Джинн. Она - первая в линии наследования фамилии Гуннхильдр, а я вторая. Хоть наши родители и развелись, но я всё ещё считаюсь наследницей, если вдруг с Джинн что-то случится. Я не хочу, чтобы что-то случилось с Джинн, и уж тем более я не хочу быть главой семьи Гуннхильдр! Мне ведь придётся перейти в Ордо Фавониус и стать Рыцарем Одуванчиком, заняться управлением, политикой и всем тем, к чему я непригодна! Но теперь у меня будут племянники, и я смогу выдохнуть. - Разумно, - кивнула Мария. - Но мне казалось, что Мондштадт менее традиционный город. - Дело не совсем в традициях. Дело в долге. Барбара хотела рассказать ещё что-то, но тут в Собор влетела Паймон. Бледная, перепуганная, потрёпанная. - Фатуи! Люмин и Венти, они... И Мария вспомнила канон. В себя Люмин приходила с трудом. Голова ныла, словно её огрели по макушке чем-то тяжёлым. Не так плохо, как в первые дни после пятисотлетней спячки, но тоже невелико удовольствие. На виски легли мокрые холодные руки, и боль медленно отступила, словно растворяясь. Постепенно Люмин смогла сперва пошевелиться, а потом и вовсе открыть глаза. - Наконец-то, - над Люмин нависала обеспокоенная, но уже не грустная Барбара. - Ты видишь мои зрачки? Узнаешь меня? Скажи свои имя и возраст. - Зрачки вижу, зовут тебя Барбара, меня Люмин, а возраст...ну, восемнадцать мне точно есть. Спокойно, у меня не может быть сотрясения. Что случилось? Почему я потеряла сознание? - Потому что тебя ударили по голове. - Ответила Паймон, почему-то потрепанная и с веточками в волосах. - Какая-то высокая леди в чёрно-красном ударила тебя по затылку, и ты упала, а Паймон заморозила и отшвырнула в кусты. А когда я разморозилась, то она уже шла, а бродяжка пытался тебя откачать, хотя сам тоже выглядел плохо. Я вернулась в Собор за Барбарой, и вот ты очнулась. Но ты очень напугала Паймон! - Ясно... А что с Венти? - Ну, он отказался от помощи и куда-то ушёл. Он сказал, что ему станет лучше в другом месте, - объяснила Барбара. - М-да, крепко бьют Фатуи, - прошипела Люмин, садясь - хоть голова сама по себе не болела, на макушке ещё чувствовался синяк. Регенерация Люмин мгновенной не была. Мария присела рядом. Судя по поведению Барбары, на них с Венти уже не злились. Конечно, Мария разрушила их с Венти план, но вышло тоже неплохо. Ещё бы сказала о плане заранее, тогда бы и на муляж тратиться не пришлось. - Как думаешь, что хотели Фатуи? - Спросила Люмин у Марии. - Непохоже, что нас пытались убить. - Об этом нам скажет Венти, - спокойно ответила Мария. - Пойдём в Долину Ветров. Он там. Он действительно был там. Ещё бы Архонту быть в другом месте. Он сам признавался, что больше всего любит (после "Доли Ангелов" и винокурни "Рассвет") огромное дерево, под сенью которого Избранники Селестии Мондштадта собирались каждые три недели и смотрели, чьи доверенности можно получить в этот раз. Венти выглядел не слишком хорошо: казалось, что он не спал целую ночь и вдобавок взгрустнул. Но при виде знакомых заметно повеселел и приободрился. - О, ты уже очнулась. Я боялся, что она проломит тебе череп. - Не исключено, но я весьма живуча, - с достоинством ответствовала Люмин. - Ты отбился от Фатуи? - Нет. - Хоро... Стоп, что? Как это "не отбился"? - От Восьмой Предвестницы, в черте города? Я не так силён, как другие Архонты, и не стесняюсь это признавать. Да, я бы победил, но ценой половины Мондштадта. Мне не нужна такая победа. - Не похоже, чтобы она хотела твоей смерти. Но что тогда? - Сердце Бога, конечно. Люмин опешила. Вот чего она не ожидала, так это такого ответа. - Сердце... Бога? - Это не такая ценная вещь, чтобы пожертвовать ради неё городом. Правда, достаточно ценная, чтобы Царица послала за ней своего Предвестника. Синьора, правда, явно плохо меня знала, раз сразу начала с запугиваний и шантажа твоей жизнью. - Венти... - Нам нужно в Ли Юэ. Нам определённо нужно в Ли Юэ. Это явно не личная обида, Царица явно хочет не только мой Гнозис. Но сначала я должен немного отдохнуть. Синьора не церемонилась, когда доставала из меня Сердце Бога. - У меня есть яичница и семь куриных шашлычков, - сразу сказала Люмин. - Я могу сбегать за вином, только мне его могут не продать. - Да не умираю я. И не ранен, просто слегка... Опустошён, что ли? Просто немного отдохну и пойду с вами. А ещё надо посетить аукцион. - Что? - Опешила Паймон. - Зачем?Только не говори, что ты хочешь... - Да, я именно этого и хочу, - хитро улыбнулся Венти. - Раз я больше не архонт, а делать мне всё равно нечего, почему бы и нет?