Последний день июля

      Лето продолжало бежать своим чередом, перелистывая дни календаря один за другим, приближая непременное возвращение в Хогвартс, где должен был ожидать очередной и достаточно интересный год. За последнее время, Гарри успел узнать у Сириуса практически все, что тот слышал о Турнире Трех Волшебников, а потому с нетерпением ждал его начала. Все же это должно было быть поистине захватывающее зрелище, наполненное самой разнообразной магией, демонстрирующее опыт и умения участников. И Гарри был уверен — наблюдать за ним с трибун будет сущим удовольствием.       Другой же приятной новостью оказалось предложение Сириуса наконец отправиться в Косой переулок. Причем не просто так, а именно в день рождения Гарри, чтобы он мог вдоволь погулять по магазинчикам, набрать все, что ему было нужно для школы и не только, а также выбрать себе новую метлу. Хоть она и вряд ли пригодится в следующем учебном году, поскольку профессор Дамблдор уже сообщил Сириусу об отмене соревнований по квиддичу из-за Турнира (и насчет чего Гарри довольно сильно расстроился), но все же он сам хотел вернуть крестнику утерянную из-за его оплошности вещь.       — Я запасся достаточным количеством Оборотного зелья, чтобы мне хватило на двадцать четыре часа, — с улыбкой сообщил Сириус, едва Гарри разлепил глаза и спустился на кухню для завтрака. — Так что с днем рождения тебя, Сохатик! Набирайся сил и пойдем слегка развеемся!       — Ты точно уверен, что это не будет слишком рискованно? — все же не мог не спросить он, втягивая носом аромат горячей яичницы с сосисками. — Люди из Министерства могут устроить какую-нибудь проверку…       — Не думаю, — помотал головой Сириус. — Как я и сказал — они считают, что я сбежал из страны. Так что все будет хорошо, не переживай.       — Постараюсь…       Меньше чем через час, когда утреннее солнце уже успело подняться довольно высоко над горизонтом и теперь приятно грело спины, они вошли в знакомый каждому британскому волшебнику паб «Дырявый котел», коротко кивнули поприветствовавшему их бармену Тому, проследовали через весь зал прямо к заднему двору и остановились там, ожидая подходящего момента. Сириус, сейчас крайне мало напоминавший сам себя, с довольным видом усмехнулся, достал волшебную палочку и постучал по нужным кирпичикам, открывая проход и позволяя им обоим влиться в яркую жизнь Косого переулка.       Гарри поразился его продуманности, когда увидел результат действия Оборотного зелья перед их выходом из дома. Сириус, справедливо считая, что мало кто обратит внимание на двух друзей-школьников, бродящих по различным волшебным лавочкам, дернул Манящими чарами несколько светлых волос у какого-то паренька, по возрасту подходящего под самого Гарри. Правда, одет он был во все тот же старомодный костюм, но это уже было не столь важно, когда на самом Гарри и вовсе висели мешком обноски от Дадли. И теперь они, словно двое обычных подростков, шли по мощеной булыжниками улице и глазели по сторонам, не зная, с чего бы начать из закупки.       — Может, сразу двинем во «Все для квиддича»? — с озорством в глазах спросил Сириус. — Смотри, там сегодня аншлаг!       — Не хочу лезть через толпу, — помотал головой Гарри, замечая огромную очередь перед входом и не желая излишнего внимания к себе, и, что важнее, к Сириусу. — Я бы начал с подбора волшебной палочки, потом взял все, что нужно в школу, а там уже можно и за метлой заскочить, если народ рассосется.       — Здравая мысль, — согласился он, меняя направление в строну лавки Олливандера. — Как думаешь, старик узнает мою палочку?       — Без понятия, — пожал плечами Гарри, лавируя между разными группами волшебников. — Надеюсь, что нет. Кстати, нам бы еще в Гринготтс зайти и…       — Не переживай, Сохатик, — уверенно перебил его Сириус. — Я же говорил, что сегодняшний банкет за мой счет. У меня полные карманы золота, а у тебя сегодня день рождения. Так что бери все, что не прикручено к полу, и неси на кассу.       — Не перестаю удивляться тому, что гоблинам плевать на твою судимость, — фыркнул он, уклоняясь от летящей навстречу совы с зажатой в лапках посылкой. — Почему они позволили купить «Молнию» от твоего имени? И как выдали деньги сейчас?       — Гоблины имеют очень интересную политику, — рассказывал Сириус. — Им плевать на разборки среди волшебников, они лишь доблестно хранят наши деньги. И если хозяин потребовал свое, то они выдадут требуемое, вне зависимости от статуса владельца.       — Да, но почему Министерство не могло просто заблокировать твою ячейку? — недоумевал Гарри. — У них же есть какие-то договоренности на этот счет?       — Здесь вступает в дело такая вещь, как бюрократия, — фыркнул он, переходя улочку на другую сторону. — Сейф принадлежит не лично мне, а всей семье Блэк. И плевать, что только я сейчас имею к нему доступ, это уже детали. Вот был бы он подписан именно моим именем, то тогда могли бы быть варианты, а так гоблины могут на полном серьезе послать министерских нахер с их претензиями. И еще напомнят вдогонку, что это именно мракоборцы проворонили преступника из Азкабана, который теперь может спокойно бродить по улицам и пользоваться деньгами своей семьи по своему разумению.       — Странно все это, — размышлял Гарри, подмечая краем глаза нужную им вывеску в нескольких домах впереди. — Мне пока не совсем понятная картина…       — Мне тоже не до конца, — похлопал его по плечу Сириус. — Но благодаря этому, волшебники доверяют гоблинам больше, чем себе. Пока банк будет неукоснительно соблюдать свои же законы и беречь средства вкладчиков от различных посягательств, он так и продолжит пользоваться популярностью. И, на самом деле, Министерству это тоже выгодно. Ведь им достаточно поставить несколько охранников на входе и лови кого хочешь. Правда, есть и обходные пути, как с тем же Живоглотом, так что система несовершенна, как и всегда, — подошли они к самой двери лавки Олливандера. — А теперь временно забудь про гоблинов и помни, что меня зовут Саймон.       Отворив дверь и пройдя внутрь, Гарри услышал знакомый звон колокольчика, а следом пришедшую практически полную тишину. Он был здесь лишь однажды, однако, воспоминания о первом посещении странноватого мастера волшебных палочек, кажется, останутся с ним на всю жизнь.       Здешняя пыль на тысячах коробочек и практически полная беззвучность словно погружали его в библиотеку Хогвартса. Казалось, что пройди чуть за угол и можно будет обнаружить вечно обитающую тут Гермиону, а чуть дальше наткнуться на строгий взгляд мадам Пинс, карающей каждого, кто посмеет нарушить молчание храма знаний.       — Добрый день, мистер Поттер, — как всегда неожиданно окликнул его хозяин лавки. — Вам что-то нужно? Или вашему другу?       — Здравствуйте, сэр, — поздоровался с ним Гарри. — Да, мне нужна новая волшебная палочка.       — А что же случилось с вашей? — уточнил мистер Олливандер. — Кажется, остролист и перо феникса? Одиннадцать дюймов…       — Верно, сэр, — не очень уютно чувствовал себя он рядом со старым мастером. — К несчастью, но она была сломана несколько месяцев назад по моей вине…       — Сожалею, но это, увы, бывает, — покачал головой Олливандер. — Помнится, несколько лет назад у нас ушло прилично времени на подбор, не так ли?       — Так, сэр, — подтвердил Гарри.       — И вас выбрала именно та палочка, что являлась сестрой палочки Того-Кого-Нельзя-Называть, — в своей прямолинейной манере констатировал он. — Хм… Постараюсь помочь вам, мистер Поттер. Вы же не против небольшого измерения?       Пока серебристая линейка в очередной раз бегала по телу Гарри, помогая мастеру получше подобрать нужную волшебную палочку, нахмурившийся Сириус потирал правой рукой подбородок и о чем-то усиленно рассуждал. Гарри видел, как его буквально тянуло задать какой-то вопрос, однако он не решался этого делать в присутствии посторонних, чем несказанно обрадовал Гарри. Все же не хотелось бы, чтобы мистер Олливандер, с его феноменальной памятью, хоть каким-то образом узнал, кто скрывается под маской обычного школьника.       — Что ж, — вновь появился из-за прилавка мастер, взмахом руки отправляя линейку на свое место. — Думаю, эти несколько вариантов могут оказаться подходящими вам. Возьмите палочку и взмахните ею.       Уже зная, чего именно ожидать, Гарри стал перебирать палочку за палочкой, ожидая от них соответствующего отклика. Но, как и в прошлый раз, подбор явно обещал быть далеко не из легких. Даже на третьем десятке раскрытых коробочек, никакого результата достигнуто не было. И хотя Гарри стало казаться, что Олливандер дает ему все те же палочки, что были перед первым курсом, он продолжал совершать безрезультатные взмахи, не мешая работать тому, кто в этом действительно разбирается.       — Попробуйте эту, — протягивал Олливандер очередной волшебный инструмент. — Сосна и сердечная жила дракона. Нет? Тогда вот, вяз и перо феникса. Десять дюймов, крайне подходит для… И эта нет? Хм… тогда, быть может, эта…       — А может произойти так, что мне не подойдет ни одна из ваших палочек? — уточнил Гарри сквозь его бормотание.       — Может, мистер Поттер, может, — посмотрел он ему в глаза своим пронизывающим взглядом. — Но тогда мы подберем пусть и не идеальную, но максимально близкую палочку. Основываясь на моем опыте и расчетах, я иногда даже отправляю их по почте и новые владельцы довольно быстро сдруживаются со своими палочками.       — Вы так говорите, будто они живые, — с сомнением вклинился Сириус. — Прошу прощения, сэр, я Саймон Бл…ант.       — Не вы первый так рассуждаете, мистер Блант, — даже не заметил заминки увлеченный процессом Олливандер. — Но если переносить на человеческие чувства, то идеально подобранная палочка чем-то напоминает любовь с первого взгляда, где нет места сомнениям и недоверию. Однако, даже с неподходящей палочкой вполне можно сдружиться и даже завоевать в бою, после чего палочка будет беспрекословно слушаться нового владельца. Просто это займет чуть больше времени.       — То есть, теоретически, — рассуждал Гарри, оглядывая горку опробованных экземпляров, — я могу взять любую из этих? И они будут слушаться меня так же, как и прошлая из остролиста?       — Да, вы правы, — кивнул он. — Поскольку у этих палочек еще не было первых хозяев, то они примут вас без сопротивления. Но для полного контроля может понадобиться несколько месяцев практики и притирки магическими аурами. А раз большинство волшебников получают палочки перед первым курсом, то я стараюсь найти именно идеальную, для наиболее простого начала познания заклинаний. Это сложная наука, мистер Поттер.       Пока Гарри обдумывал его слова, косясь на молчащего в сторонке Сириуса, мистер Олливандер успел предложить ему еще несколько волшебных палочек, перечисляя их характеристики со скоростью летящей на полной скорости «Молнии». К сожалению, но ни одна из них так и не осыпала помещение искрами из своего кончика при взмахе, хотя некоторые все же отзывались легким теплом в ладони. В скором времени показалось, что Гарри и вовсе не удастся подобрать себе идеальную подругу и придется «сдруживаться» с какой-то из менее подходящих палочек.       — Признаться, мистер Поттер, вы один из самых интересных клиентов в моем магазинчике, — блестели азартом глаза Олливандера. — Лишь несколько человек на моей памяти и по рассказам предков столкнулись с похожими трудностями, среди которых были и Том Реддл, и Беллатриса Лестрейндж, и Альбус Дамблдор, и Аластор Грюм. Весьма известные личности в определенных кругах, требующие своеобразного подхода, если вы понимаете о чем я.       — Но я не хочу к себе особого подхода, — смутился Гарри очередной прямоте мастера и лишнему вниманию к собственной персоне. — Мне просто нужна палочка… Самая обычная, лишь бы работала.       — К сожалению, не нам с вами это решать, — открывал он очередную коробочку. — Вот, попробуйте еще эту. Береза и сердечная жила дракона, двенадцать дюймов. Достаточно гибкая и прекрасно подходящая для защитных заклинаний и трансфигурации.       Взяв предложенную палочку в руки, Гарри наконец почувствовал то приятное тепло, растекающееся по всему телу, создавая ощущение чего-то очень близкого и связанного с магией внутри. Словно палочка и вправду присоединилась к нему, как недостающий паззл чего-то целого, теперь работающего в унисон, выпустив наружу сноп красных искр.       — О, прекрасно! — захлопал в ладоши мистер Олливандер. — Признаться, я не столь давно начал экспериментировать с этой породой дерева. И даже не знал — получится ли у кого-то совладать с такими палочками. Они получаются очень темпераментными. Но, кажется, мои расчеты были верны, не так ли?       — Похоже на то, сэр, — кивнул Гарри, осматривая свою новую подругу. — Спасибо.       — Если хотите, то можете опробовать ее прямо здесь, — предложил он. — Не переживайте, в моем магазине можно колдовать даже несовершеннолетним.       Краем глаза увидев скептическую ухмылку Сириуса, сопровождаемую легким кивком, Гарри осмотрелся по сторонам, приметил небольшой металлический котелок, стоящий у окна, взмахнул палочкой и воспользовался заклинанием левитации, чтобы поднять его в воздух и сделать небольшой круг по магазинчику. Палочка и вправду слушалась его не хуже, чем старая из остролиста, беспрекословно и точно выполняя команды, чем крайне обрадовала Гарри, вернувшего котелок на место одним точным движением.       — Чудно, мистер Поттер, — улыбнулся Олливандер. — Если вас все устраивает, то я попрошу за нее девять галлеонов и двенадцать сиклей.       Выйдя из магазинчика, Гарри вновь чувствовал себя немного странно и растеряно. Как и в первый раз, три года назад, процесс выбора волшебной палочки оказался довольно необычным и не сказать, чтобы сильно приятным. Хотя, признаваясь сам себе, Гарри понимал, что этого следовало ожидать, но все же он надеялся на более спокойный и быстрый подбор новой палочки.       — Ну что, доволен? — похлопал его по плечу Сириус, едва они отошли на десяток шагов. — Кажется, старик был в восторге от твоих запросов.       — Он довольно странный… — неопределенно ответил Гарри. — И я точно знаю, что постараюсь не допустить потери этой палочки. Еще раз перебирать половину магазина я точно не хочу.       — Да брось, Сохатик, не заморачивайся, — махнул он рукой. — Мы все через это проходили. Хотя, я лично знаю нескольких человек, которые из-за его манеры вести дела предпочитают обращаться к другим мастерам. Тот же Киддел в Лютном переулке вполне может тебе помочь без лишних вопросов. Правда, немного дороже и похуже качеством.       — Ну, возможно…       — Кстати, Сохатик, — остановился Сириус и повернулся к нему лицом. — Ты раньше не говорил, что твоя бывшая палочка является сестрой палочки Волдеморта.       — Ну, я как-то не придавал этому значения, — пожал плечами Гарри. — А что, это плохо?       — Нет, что ты, — замотал он головой. — Просто в волшебном мире такие совпадения не бывают просто так… Вас что-то связывает, помимо общей истории… И эта связь, наверное, дает тебе возможность заглядывать в мысли Волдеморта в своих снах.       — Не хочу быть ничем связанным с этим уродом, — поежился Гарри. — Как думаешь, что может так действовать на меня?       — Не знаю, но я поговорю на этот счет с профессором Дамблдором, — пообещал Сириус, возвращаясь к теме сборов в школу. — Ладно, что у нас дальше по планам?       Гарри полез в карман штанов и достал оттуда немного помятый лист пергамента, где было указано все, что нужно приобрести для следующего года обучения в Хогвартсе. Помимо целого списка учебников, куда входил совершенно новый курс по заклинаниям от Миранды Гуссокл, и самой различной мелочевки, вроде напоминания о пополнении ингредиентов для зельеварения, там присутствовал такой пункт, как «парадная мантия для торжественного мероприятия».       — Сириус, — обратился он к крестному. — А зачем мне парадная мантия? Раньше такого никогда не просили.       — Смею предположить, что для гостей из других школ будет организован прием или бал, — пожал плечами Сириус. — Вероятнее всего, вас всех загонят в Большой зал и заставят уныло танцевать под скучную классическую музыку.       — Танцевать? — изогнул бровь Гарри, кинув на него недоверчивый взгляд. — Но я не умею танцевать! И не особо-то хочу показывать это перед всей школой!       — Придется, — хохотнул он. — Не переживай сильно, в центре внимания будут чемпионы. Конечно, если ты сам не захочешь им стать, то…       — Нет уж, — хмыкнул Гарри. — Хватит мне пока смертельных испытаний.       — Да тебя и не возьмут, — довольно улыбался Сириус. — В этом году доступ к отбору будет только у совершеннолетних. Так что для бала тебе будет достаточно просто позвать какую-нибудь девчонку, поесть в стороне различных вкусностей и убежать от этого пафосного сборища в пустые коридоры, дабы зацеловать ее до потери сознания.       В голове Гарри тут же засверкала яркая и живая картинка того, как он облачается в черный фрак и лакированные туфли, подходит к Чжоу, одетой в розовое платье с большим количеством рюшек и бижутерии, как любила делать тетя Петунья, приглашает ее на танец и неумело кружится по залу, среди таких же пар вокруг. Следом они уходят, гуляют по замку и, как советовал Сириус, целуются в каком-нибудь тайном уголке, признаваясь друг другу в…       — Эй, — пощелкал у него пальцами перед носом Сириус. — Ты чего завис?       — Пытаюсь представить, как это должно происходить, — почувствовал жар на своем лице Гарри, радуясь, что пылающие уши скрыты отросшими волосами. — Признаться, я слабо представляю, как позвать девушку на этот бал… И как себя вести с ней… И вообще, как не сбежать с самой середины?       — Не переживай, с этим я тебе помогу, — ободряюще усмехнулся он. — А теперь пойдем, нас ждут тяжелые часы…       Как бы Гарри не отпирался, ибо не имел привычки ходить по разным магазинам одежды и старался быстро покупать стандартные мантии у мадам Малкин, Сириус, не лишенный вкуса, пусть и немного старомодного, заставил его привести себя в порядок и набрать целую гору различных вещей самого разного направления. Все же, если в скором будущем предстояло не посрамить честь Хогвартса на публичном мероприятии, то нельзя было туда заваливаться в растянутой майке Дадли и потертых старых джинсах.       Убеждая Гарри, что без приличного внешнего вида, ему будет крайне сложно обратить на себя внимание понравившейся девушки, они посетили аж четыре разных магазина, купили как повседневных мантий, так и обычной одежды, буквально пахнущей качеством и новизной. И это уже не говоря о классическом темном костюме, в котором Гарри стал казаться старше года на два-три, поверх которого улыбающаяся продавщица подобрала неплохо сочетающуюся ярко-красную мантию с золотистой каймой, на мотив цветов Гриффиндора.       — В этом году прямо ажиотаж на торжественную одежду, — подгоняла она палочкой размер мантии. — Все как с ума сошли, каждый школьник хочет себе что-то красивое и необычное.       — Нам так написали из школы, — отвечал ей Сириус, сделав незаметный глоток Оборотного зелья из своей фляжки. — Кажется, там будет происходить что-то масштабное.       — Надеюсь, что вы хорошо там повеселитесь, мальчики, — завершала она работу и складывала все в фиолетовую упаковочную обертку. — А вам точно не нужен свой наряд? — посмотрела женщина на Сириуса.       — Нет, спасибо, у меня уже есть, — мотнул он головой. — Спасибо вам за помощь!       Уже после обеда, когда все необходимое для школы было закуплено, уменьшено и сложено в карман мантии Сириуса, они с Гарри решили направиться в «Дырявый котел», дабы пропустить по стакану сливочного пива, подкрепиться какой-нибудь пищей, отметить день рождения каким-нибудь тортиком, да поболтать с Томом на предмет новостей в волшебном мире.       Ведь кому как не ему быть в курсе самых свежих событий, которые еще не дошли даже до «Пророка». Конечно, не помешало бы еще зайти в лавку с метлами, но ажиотаж и очередь в ней все никак ни спадала, а потому было решено пока взять цветастый буклет с движущимися картинками всех моделей у зазывалы недалеко от входа и попробовать в другой день. Один черт в Лондоне сильно не полетаешь, а соревнований по квиддичу в этом году не планировалось, так что новая метла пока не входила в список приоритетных вещей.       Они прошли почти половину пути до кирпичной стенки, отделяющей магическую улицу от бара, как неожиданный голос со спины окликнул Гарри, заставив обернуться и уставиться на того, кого он хотел видеть меньше всех в этот день. Драко Малфой, со своей вечной презрительной ухмылочкой, стоял буквально в нескольких ярдах от них, скрестив руки на груди и осматривая Гарри уничтожающим взглядом. В один момент ему даже показалось, что нос Малфоя стал чуть-чуть кривоват после удара Гермионы, но сейчас было не время, чтобы накалять конфликт, ибо чуть дальше виднелся Люциус Малфой собственной персоной, без защиты которого Драко не выглядел бы сейчас столь самоуверенным.       — Что, Поттер, решил прибарахлиться без Уизли? — привычно растягивал он слова, вызывая сильное желание еще раз заехать ему по морде. — Стыдно ходить с ними по магазинам и смотреть, как они подбирают каждый кнат, застрявший между камнями?       — Уж всяко лучше, чем кичиться деньгами папочки, когда сам не имеешь ни гроша, — с достоинством ответил Гарри, привычный к этим перепалкам. — Или он просто не отпускает тебя одного гулять? А то вдруг потеряешься, выйдешь к магглам, засмотришься на светофор, а тебя там трамвай переедет.       — Следи за языком, Поттер, — прошипел Малфой. — А то я расскажу твоему верному рыжему песику и лохматой заучке, что ты завел себе нового друга, взамен им. Как тебя зовут-то? — обратился он к Сириусу. — Не советую водится с этим отродьем, а то можно запачкаться.       — Много болтаешь, да мало соображаешь, малой, — зажглись в глазах Сириуса нехорошие огоньки. — Не думал, что за свои слова придется отвечать?       — Меня мало волнует мнение всяких бомжей, — презрительно фыркнул Драко. — Ладно Поттер, он всегда одет как с помойки, откуда ты-то откопал этот прикид? Из восемнадцатого века?       Пока Малфой расхохотался от своей же шутки, явно чувствуя себя в безопасности при отце, Сириус завел руки за спину и удивительно-нейтрально смотрел на него, как на идиота без мозгов. Что-то шепча про поразительно недалекого племянника, которого явно никто не учил манерам общения, Сириус слегка покачивался из стороны в сторону, после чего злорадно улыбнулся, вытащил руки из-за спины и сунул их в карманы, всем видом демонстрируя нежелание нападать и бить с размаха по лицу.       — Ты же Драко Малфой, верно? — спросил Сириус максимально спокойным голосом. — Сын Люциуса и Нарциссы?       — Да, это я, — довольно выпятил грудь их оппонент. — А что, хочешь завести себе нормальных знакомых, а не Поттера и его компанию отсталых?       — Да нет, просто всегда было интересно, как такие напыщенные индюки умудряются не замечать столь очевидных вещей?       Пока до Драко доходил смысл его слов, Гарри с удивлением стал замечать, как бледное лицо парня начинает краснеть с пугающей скоростью. В глазах Малфоя появился страх, рот раскрылся для того, чтобы позвать Люциуса, но у него никак не получалось этого сделать, будто голос больше не подчинялся командам мозга. В следующую секунду Драко попытался развернуться и побежать к отцу, однако его ноги словно приклеились к мостовой, а все тело начало раздувать наподобие огромного воздушного шарика, как это происходило с тетушкой Мардж в прошлом году.       — А теперь, мой дорогой друг, — хищно оскалился Сириус, когда одежда Малфоя начала трещать от напряжения, — в полет!       Дернув палочкой в кармане, он отменил заклинание приклеивания и не способный позвать на помощь Драко медленно оторвался от земли, начиная набирать высоту и задевая различные вывески и растяжки. Проходящие мимо люди с интересом наблюдали за этой картиной, однако, никто не спешил хоть как-то обратить внимание стоящего спиной Люциуса, занятого диалогом с каким-то мужчиной. Всего за пять-десять секунд раздутый слизеринец поднялся на уровень примерно второго этажа, после чего Сириус, еще раз дернув палочкой в кармане, создал длинную веревку, один конец которой привязался к ноге Драко, а второй змейкой просвистел по улочке и впрыгнул в руку Малфоя-старшего, недоуменно проследившего по ее длине вплоть до размахивающего пухлыми руками сына.       — Ну что ж, Гарри, — тихо шепнул Сириус, с удовлетворением наблюдая за переменяющимся лицом Люциуса, — нам пора валить. И, желательно, сразу домой. Не хочу разбираться еще и с этим пожирательским ублюдком.       Всего через несколько минут хихикающие волшебники появились в коридоре дома на Гриммо, стараясь не рассмеяться во весь голос и не разбудить портрет миссис Блэк. Гарри уже начал привыкать к неприятным ощущениям после трансгрессии, а потому стойко перенес это сдавливающее чувство и сейчас спокойно прошел на кухню, дабы заварить чаю и найти чего-нибудь съестного. Все же к Тому они так и не попали, а целый день на ногах давал о себе знать.       — Слушай, а как ты его так заколдовал? — стало интересно Гарри, пока он доставал пачку печенья. — Ты же не указывал на него палочкой, да и вообще ничего не говорил?       — Это магия заговоров, — объяснял Сириус. — Используется крайне редко, ввиду довольно медленной скорости колдовства, но зато можно работать практически незаметно.       — А, помнится, Квирелл пытался таким образом заговорить мою метлу на первом курсе, а Снейп ему мешал, — вспомнил Гарри. — Луч заклинания заметили бы все, а так… Но тем не менее, ты же еще и молчал при этом, лишь бурчал что-то про Малфоя и как ты недоволен выбором Нарциссы…       — Магией можно пользоваться невербально, — пожал он плечами, взмахом палочки и без слов заставляя чайник закипеть и засвистеть. — Это довольно сложная наука, требующая весьма высокой концентрации, а потому ее вы будете изучать только на шестом курсе.       Уже позже вечером, когда они съели приготовленный Кикимером праздничный торт, который тот отказывался делать вплоть до прямого приказа, Гарри вернулся в свою комнату и развалился на кровати, закинув руки за голову и смотря в потолок. Это было удивительно, но Сириус смог сделать так, чтобы обычный и занудный день подготовки к школе прошел как-то по особенному.       И дело было не только в дне рождения Гарри, а скорее в самом поведении крестного, который вел себя как настоящий друг, помогая в выборе нужных вещей, подшучивая над костюмами Гарри, а под конец еще и с достоинством ответив на издевки Малфоя, хотя и слова бранного ему не сказал.       Сириус поделился еще таким приятным фактом, что помимо заклинания раздувания, успел наложить на Драко крайне трудновыводимую порчу несварения желудка, из-за чего ему придется до самого конца лета находиться на расстоянии десяти шагов от туалета, который будет требоваться в совершенно неожиданное время. Конечно, если Люциус отведет сына в Мунго, то там смогут поправить положение, но пока до них дойдет, что это не просто симптомы несвежего завтрака, пока найдут методы лечения, пройдет если не весь август, то большая его часть уж точно.       Разумеется, из-за этого Малфой в следующем году окажется еще более неприятным и бесящим, но Гарри уже привык к такому поведению слизеринца. Да и никаких реальных обвинений он выкатить точно не сможет, поскольку руки Гарри всегда были на виду, волшебная палочка так и находилась в бархатной коробочке в кармане, а еще, по идее, вне школы нельзя было применять магию. Люциус, скорее всего, рассказал сыну о инцидентах прошлого, после которых Гарри уже получал официальное предупреждение от Министерства, так что по идее, рисковать ему еще раз было просто нельзя.       Когда за окном начались вечерние сумерки, спящая в своей клетке Букля очнулась, раскрыла огромные желтые глазищи и стала настойчиво требовать выпустить ее на охоту, ухая и стукая клювом по металлическим прутьям. Гарри уже хотел просто дать ей волю, но в один момент решил, что не помешало бы наконец написать друзьям. Все же Сириус не запрещал ему этого делать, а потому, если соблюдать осторожность, то можно было не бояться перехвата, которого так опасались Дамблдор и крестный.       — Подожди, не улетай, — попросил Гарри свою сову, доставая баночку с чернилами, перо и пергамент. — Поклюй пока вафель, а я быстренько сочиню письмо Рону или Гермионе, хорошо?       Букля, в очередной раз поражая его своим пониманием, ухнула и принялась важно расхаживать по столу, периодически подходя к миске с кормом и водой. Сам же Гарри решил, что сначала напишет Гермионе, ведь она сейчас довольно далеко, и если писать позже, то сова может даже не успеть найти ее до конца каникул. А Рон, если бы захотел, сам отправил письмо с Сычом. Так что, макнув пером в чернила, он принялся выводить предложения одно за другим.       Привет, Гермиона!       Я наконец-то смог выбраться из дома Дурслей и теперь живу у нашего нового друга в его доме. Сегодня мы с ним ходили в Косой переулок, чтобы закупиться к школе, даже купили новую волшебную палочку. Олливандеру пришлось опять постараться, чтобы подобрать мне подходящую.       Но, к сожалению, мы так и не смогли попасть в лавку «Все для квиддича» из-за сильной очереди и чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Будто там происходило что-то необычное. Ты уже читала список нужных вещей? Как тебе пункт про «торжественный наряд»?       Если что, то со мной все хорошо, Дурсли даже не пытаются меня искать (я покупал маггловские газеты и не видел там своей фотографии с пометкой «разыскивается»), а мы прекрасно проводим вместе время. К сожалению, я не могу все выразить в письме, однако, весьма скоро мы встретимся в поезде и ты узнаешь больше подробностей. Могу лишь только сказать, что Малфой очень исхудает к школе, хотя лучше бы это были Крэбб с Гойлом.       Как там Франция? Надеюсь, не скучаешь на пляжах с родителями? И погладь Буклю за меня.

Гарри.

      Закончив письмо, Гарри несколько раз перечитал его, пытаясь посторонним глазом понять, может ли оно вызвать излишнюю подозрительность. Но, кажется, все было в порядке, никаких намеков на Сириуса и место его жительства. Просто дружеская переписка с совершенно обычными вопросами. Хотя Гарри и казалось, что волнение крестного по поводу перехвата было прямо-таки необоснованным, но тем не менее, лучше следовать рекомендациям, чем однажды увидеть его за решеткой по вине Гарри.       — Доставишь его Гермионе во Францию? — приматывал он послание к лапке Букли. — Можешь подождать там день-два на ответ, если она попросит, хорошо?       Дружелюбно клюнув его за палец, сова расправила крылья и выпорхнула в открытое окно, откуда поддувал прохладный ветерок и где зажигались ночные огни шумного Лондона. Гарри не знал, сколько времени Букле понадобится на то, чтобы разыскать Гермиону и принести от нее ответ, однако надеялся, что это будет весьма скоро. А пока можно было лечь на кровать, прикрыть глаза и вновь представить себе приятную картину того, как он подойдет к Чжоу, пригласит ее на торжество и проведет поистине незабываемый вечер, который просто должен будет стать незабываемым.