Часть 1

Его глаза были чистого изумрудно-зелёного цвета, такие глубокие и загадочные, что в них можно было потеряться. Темно-русые кудри выбивались одежда была как у обычного мужчины начала века: белая рубашка на пуговицах с открытым воротником в сочетании с подтяжками и темными брюками. Но что-то в нем привлекло меня. Была ли это его улыбка в тот вечер, когда мы впервые танцевали вместе, или то, как он поцеловал меня тем осенним днем под старой ивой... Я никогда не узнаю. Но даже спустя 145 лет Стефан Сальваторе все еще держал меня вокруг пальца, к лучшему... или к худшему. Мои пальцы крепко сжали в руке авторучку, рука дрожала, когда я прижала кончик к пожелтевшей странице, прежде чем начать писать свое имя в потрепанной книге, а малиновые капли стекали по моей коже на бумагу. Так и будет... написано кровью. Вздох вырвался из моих губ, когда мои глаза распахнулись, грудь вздымалась, пока я изо всех сил пыталась отделить фантазию от реальности. Извиваясь в простынях, которые окутали меня в приступе беспокойства, я села на кровати в тумане замешательства. Что... это был сон или... что это было?! Я осторожно прижала руку к голове, мои затуманенные глаза были полузакрыты ото сна, когда внезапно в мою дверь послышался оглушительный стук. Все еще не совсем в сознании, я подпрыгнула от звука, каким-то образом умудряясь еще больше запутаться в простынях. Я попыталась встать на ноги, но слишком поздно — с громким стуком приземлилась на паркетный пол. Внезапно дверь моей спальни распахнулась, и вошла невысокая женщина с клубнично-светлыми волосами. «Келли! Келли, что за черт?! Ты опоздаешь в школу!» — крикнула моя мать, раздраженно покачав головой, прежде чем выйти из комнаты так же быстро, как и пришла. Я вздохнула, лежа на полу, темные пряди волос развевались вокруг меня. Если бы я могла просто забраться обратно в постель. Интересно, смогу ли я притвориться, что больна... «И даже не думай симулировать болезнь, тебе все равно придется идти!» - кричала она вверх по лестнице. Я издала звук, который был чем-то средним между рычанием и шумом, который издавал Перри из «Финеса и Ферба». Большой. Просто замечательно. После пяти минут борьбы с простынями я наконец высвободилась и подошла к косметическому зеркалу, которое висело на стене напротив моей кровати. Шоколадно-карие глаза и карамельная кожа смотрели на меня из моего отражения, пряди волос разбегались во все стороны. Я фыркнула, заставив одну из них взмыть в воздух, прежде чем приземлиться обратно на гладкую кожу моего лба, как будто сломанный хохол. «Как обычно, все будет настолько хорошо, насколько это возможно». Сказала я себе, поморщившись. Но незадолго до того, как я повернулась, мой взгляд остановился на чем-то, что заставило мое лицо нахмуриться. Внутри моего открытого окна, прямо на подоконнике, лежало длинное, бросающееся в глаза черное перо. Я с любопытством покрутила его между двумя пальцами, поднимая. Наконец, пожав плечами, я выпустила его из рук, и перо развевалось на ветру прямо в окно. Ровно через десять минут — ладно, ладно, может быть, около 28 — я была готова к новому дню и вылетела за дверь, а мама кричала мне вслед, чтобы я провела хороший день. Она хотела как лучше, но у меня было ощущение, что она совершенно забыла, что такое средняя школа. Можно ли действительно провести там хороший день? Бонни одарила меня яркой улыбкой со стороны водителя, когда я упала на заднее сиденье. Даже Елене удалось слегка улыбнуться, прежде чем машина выехала с подъездной дорожки и направилась в школу Мистик Фоллс. «Прошлой ночью тетя Дженна была зла», — поддразнила Елена с ухмылкой на лице, — «Когда ты вообще пришла?» Я пожала плечами, роясь в половицах машины, прежде чем схватить пакетик Читос и засунуть один из них в рот. Я поморщилась. Фу, несвежий. Как долго Бонни хранила их здесь ?! «Не могу вспомнить.» Я ответила своей двоюродной сестре, избегая при этом очень осуждающего взгляда, который могла бы добавить. «Ты знаешь, что больше не можешь этим заниматься. Это твой первый день, начало нового семестра и…» начала она, но я прервала ее. «Елена, ты не думаешь, что я знаю об этом? Слушай, у меня достаточно стресса из-за переезда в новый город, новый дом, новую школу плюс двоюродный брат, за которым нам обоим придется сегодня присматривать. Хватит проблем с мамой, которая дышит мне в шею, мне это от тебя тоже не нужно, так что брось, ладно?" В машине воцарилась тишина, и Бонни поджала губы, когда мы подъехали к школьной парковке. Из моего рта вырвался вздох, и я покачала головой. Елена была почти на грани слез от того, что я на неё огрызнулась. Ни для кого не было секретом, что мы никогда не ладили слишком хорошо. Но мне следовало быть добрее, и я это знала. Она только что потеряла родителей – они оба. Сейчас ей нужна была забота, а не напряжение. —Елена, извини. Просто… я сейчас немного в стрессе. У меня много дел. Я призналась, мои слова звучали тихо на заднем сиденье. Она одарила меня дрожащей улыбкой, прежде чем мы вышли из машины, ее рука ненадолго легла на мою руку, когда мы это сделали: «Мне тоже очень жаль». Я кивнула в ответ как раз перед тем, как мы вошли внутрь. Следующие три дня, казалось, затянулись, и были моменты, когда я подумывала просто бросить курить, но в конце концов мне это начало нравиться больше. Я даже сблизилась с друзьями Елены, чего, как я думала, никогда не произойдет и через миллион лет - даже Кэролайн с ее помешанной на контроле натурой начала нравиться мне. На самом деле дела у Елены тоже пошли хорошо. Она сблизилась с новым парнем, Деймоном, и даже собиралась встретиться с ним сегодня. Думаю, именно поэтому меня и заставили пойти. Не то чтобы я не пожалела об этом, когда мы вышли из машины и мой взгляд скользнул по возвышающемуся перед нами пансиону. Здание выглядело старым, дорогим. Это было, мягко говоря, немного пугающе. Мой рот открылся, когда я поняла, что Елена уже забрела в дом. Хорошо, я имею в виду, дверь БЫЛА открыта, но все же! "Лена!!" Я кричала шепотом, преследуя ее в темных уголках старого дома: «Это взлом и проникновение!» «Не технически!» — прошептала она в ответ, когда я наконец догнала ее. — Я имею в виду… я ничего не сломала. Я закатила глаза и фыркнул себе под нос, пока Елена вошла в гостиную. Мои брови коснулись линии роста волос при виде очень старинных украшений, разбросанных по всей комнате. На стенах висели старые портреты, вероятно, предков этого парня Деймона. «Елена», - предупредила я, качая головой и схватив ее за руку, пытаясь вытащить обратно из дома, - «Нам действительно не следует здесь находиться». Внезапно мы услышали позади себя скрип, и прежде чем мы успели среагировать, в комнату влетела большая птица с черными перьями, каркая на ходу. Мы с Еленой чуть не нырнули на пол, когда я развернулась и столкнулась лицом к лицу с парой великолепных изумрудно- зелёных глаз. Передо мной стоял самый красивый мужчина, которого я когда-либо видела: у него были высокие скулы, самая острая линия подбородка, которую я видела со времен Calvin Klein, и его волосы падали мягкими волнами темно-русого цвета на фарфоровую кожу лба. Но ничто не могло превзойти красоту его глаз. Они... гипнотизировали. И как-то... знакомо. «Мне жаль, что вломилась. Дверь была… открыта…» Елена замолчала, оглядываясь на закрытую дверь позади нас. «Вы, должно быть, Елена», — сказал мужчина с яркой 250-киловаттной улыбкой, прежде чем его взгляд метнулся ко мне, — «И…» «Ее старшая и симпатичная двоюродная сестра», — ответила я, заслужив от него улыбку. Он кивнул в ответ: «Я Стефан, брат Деймона». «Он не сказал мне, что у него есть брат», — сказала Елена в замешательстве, нахмурив брови. «Красный флаг», — кашлянула я достаточно тихо, чтобы она меня не услышала. Однако, очевидно, Стефан это сделал, и в уголке его рта появилась ухмылка. Вау, у него были великолепные губы. Ого, откуда это взялось?! Подумала я про себя, покачивая головой в попытке избавиться от этих навязчивых мыслей. «Ну, Деймон не из тех, кто хвастается», — ответил Стефан на вопрос Елены, — «Пожалуйста, приходи. Я уверен, что Деймон будет здесь в любую секунду». Затем Стефан повел нас обратно в просторную гостиную, его рука ненадолго легла мне на спину, когда мы спустились по небольшой лестнице. Как только он снял ее, я встала по другую сторону Елены, чувствуя покалывание там, где была его рука. «Ух ты. Это твоя гостиная?» «Гостиная, гостиная, аукцион Сотбис. На мой вкус, это немного китчево. Я понимаю, почему мой брат так влюблён, — он быстро сменил тему. — Самое время. Некоторое время я даже не думал, что он справится. последняя чуть не уничтожила его». Я изогнула бровь и обменялась взглядом с сестрой: «Последняя?» — Да. Кэтрин, его девушка? Затем Стефан замолчал, понимая, что допустил ошибку: «О, у вас двоих еще не было неловкого разговора о бывших». Елена поморщилась: «Нет». «Упс. Ну, я уверен, что это сейчас всплывет. Или, может быть, он не хотел тебе говорить, потому что не хотел, чтобы ты думала, что он всё ещё не забыл о ней. Мы все знаем, чем заканчиваются эти отношения», «Именно поэтому я не встречаюсь», - пробормотала я, привлекая внимание младшего брата. «Боль, которую ты испытываешь, когда все закончилось и все сделано, - оно того не стоит». «Ты фаталистка», — мрачно ухмыльнулся он, а я в ответ пожала плечами и ухмыльнулась. Глаза Стефана не отрывались от моих, когда следующие слова сорвались с его губ: «Привет, Деймон». Я нахмурилась, и мы с Еленой оба повернулись, чтобы взглянуть на ее парня, который стоял на пороге между комнатами и пристально смотрел на своего брата. Скажем так, в той комнате было слишком много напряжения, поэтому нам не потребовалось много времени, чтобы понять намек. «Да, нам, наверное, пора идти», — начала говорить Елена, проскользнув мимо Деймона на пути к выходу. «Было приятно познакомиться с тобой, Стефан», - позвала я через плечо, поворачиваясь, чтобы следовать за ней, когда тонкие, бледные пальцы Стефана схватили мои. «И с тобой приятно познакомиться, Келли». - мягко ответил он. Прежде чем я успела отреагировать, Стефан наклонился и прижался губами к тыльной стороне моей руки в целомудренном поцелуе. Крошечный, неслышный вздох непроизвольно сорвался с моих губ, и Стефан улыбнулся в ответ, прежде чем отпустить. После этого я, наконец, воссоединилась с Еленой, слушая ее болтовню о Деймоне и о том, как он был груб с соседнего пассажирского сиденья ее машины. Но я не могла не позволить своим мыслям блуждать по паре ярко-зеленых глаз... и надежде, что однажды я увижу его снова.