Часть 1

Изуми крепко прижимала Эри к груди, когда они падали с высоты. «Все в порядке, все кончено, ты такая хорошая девочка, Эри». Прошептала она, когда они стремительно приближались к дороге. Изуми знала, что не переживет удара, даже если Эри перемотает назад повреждения, нанесенные ее телу. Возможно, это было из-за перемотки, но она чувствовала, что ее костюм героя становится свободным, что она начинает уменьшаться ближе к размеру Эри, хотя изначально она была не намного больше. Ее тихий шепот, обращенный к беловолосой девочке, казалось, никак не успокаивал ее, рог маленькой девочки светился все ярче и ярче. Это были моменты после удара, когда Изуми почувствовала, как что-то скользнуло сквозь нее, как только она убедилась, что оно захватило Эри. У Изуми была последняя мысль, прежде чем ее мир вспыхнул белым. ________________________________ Что-то ткнулось Изуми в щеку, ощущение было каким-то острым и тупым. Она действительно не знала, как это описать. Отмахиваясь от того, что мешало ее сну, Изуми слегка вздрогнула от соприкосновения с мехом и скрипучего смеха. «А, хорошо, что ты проснулась». Она узнала этот голос. Со стоном открыв глаза, Изуми увидела существо, которое говорило: «Директор Незу». — Прохрипела она горностаю-альбиносу. «Интересно, но я действительно верю, что это должен быть «Незу-сенсей», — ответил ей Незу, но в его глазах был блеск, из-за которого, по мнению Изуми, ей следует немного побеспокоиться. «Что случилось?» Спросила она вместо того, чтобы принять его поправку, когда села на колени перед Незу. «Ах, я полагаю, чтобы узнать это, тебе нужно ответить на тот же вопрос». Незу возразил: «Я была на занятиях с Ночноглазом, мы пытались спасти Эри от Восстановителя. Я только что смогла вырубить его с помощью Эри, когда мы падали. Она запаниковала, и я думаю, что ее причуда… перемотала меня назад. " — сказала Изуми горностаю, сбавив скорость в конце предложения. Ее глаза расширились от осознания и паники. «Какой сейчас год?» Она прокричала шепотом, она знала, что крик повредит слуху Незу. «О? Сегодня третье августа триста пятнадцатого». Изуми почувствовала, как ее тело немного напряглось. «Ох» — это все, что она смогла выдавить, прежде чем ее дыхание участилось, слух стал нечетким, и она почувствовала, как по лицу и шее струится пот. «… я… бре …наш… т…через два-три-четыре, через два-три-четыре». Изуми понятия не имела, как долго она паниковала, но она была так рада, что Незу был там, его голос вместе со звуком метронома, доносящимся из его телефона, смог пробиться сквозь помехи. «Лучше?» Спросил ее Незу, дождался ее кивка, прежде чем задавать новые вопросы. «Как тебя зовут? Какого числа тебя перемотали?» «Мидория Изуми». Изуми судорожно вздохнула: «Первое апреля три тысячи тридцать второго». Слезы потекли по ее щекам, когда она посмотрела на горностая. «Возврата нет, я не знаю, что делать». прошептала она. Объятия, в которые ее заключили, немного удивили ее, она мало что знала о Незу, но знала, что Айзава-сенсей относился к нему особенно настороженно. «Мидор -» Изуми прервала его, она знала, что это грубо, но ей никогда не нравилось быть «Мидорией». «Пожалуйста, сенсей, просто Изуми. Я не могу быть Мидорией, Я. Моя. мама… Я не появлюсь на свет еще два года.» «А, тогда Изуми-тян. Я не знаю, много ли ты знаешь обо мне, но я хотел бы предложить тебе помощь. То, что ты знаешь, вполне может привести к концу света». Изуми отчаянно кивнула. «Когда мы доберемся до моего дома, мы сможем поговорить подробнее». Незу отодвинулся от нее, пока говорил, Изуми скучала по контакту каждой клеточкой своего существа, но она встала с того места, где стояла на коленях. Собирая свободную ткань своего костюма героя, Изуми шла в ногу с горностаем, ее разум лихорадочно соображал: возможности путешествий во времени, последствия, невероятная удача, что именно Незу нашел ее. Оказалось, что она приземлилась посреди тротуара прямо на пути, по которому Незу возвращался домой из UA; возможно, вселенная просто пыталась наконец помочь, возможно, хорошая карма, которой она запаслась, дала о себе знать. Им потребовалось всего десять минут, чтобы добраться до прелестного маленького бунгало, трава была сочно-зеленой, а все цветы — темно-красными. В двери, как ни странно, была еще одна дверь; одна была обычного размера, которую можно увидеть в домах, другая была меньше. Незу повернулся к ней с острым взглядом, это выглядело так, как будто он прикидывал ее рост и понадобится ли им дверь большего размера или нет. Им не нужна была дверь большего размера. Изуми знала, что она невысокая — она всегда была ниже среднего роста; из-за недостатка пищи в детстве и своей генетики она знала, что ей повезет, если она вырастет до пяти футов и двух дюймов во взрослом состоянии — но она не думала, что она маленькая. Осматривая открытый план этажа, Изуми последовала за горностаем вглубь его дома. Прихожая быстро сменилась гостиной, все диваны были обычного размера, из светло-коричневой замши. Кофейный столик стоял посреди комнаты между диванами и телевизором. Стены были увешаны дипломами и картинами. В целом, это был прекрасный дом. Кухню разделяла половина стены, вся она была из блестящей стали и серых столешниц, все шкафы были цвета светлого дерева, это была очень мужская кухня. Сбоку к стене был придвинут стол с тремя стульями, заваленный бумагами, но в хаотичном беспорядке, казалось, была система. Незу подошел к дивану и сел, когда заметил, что привлек ее внимание, он махнул лапой, приглашая присоединиться к нему. «Начни с начала, расскажи мне все, что сможешь». Он направлял ее. Она не была уверена, что он хотел улучшить, но она поступит так, как у нее получается лучше всего, и поделится. «Я родилась в триста семнадцатом, когда мне было четыре года, мне поставили диагноз «отсутствие причуд», после этого моя мама вроде как игнорировала меня, надо мной часто издевались в школе, говорили покончить с собой и и оставили шрамы, используя на мне свои причуды. Мне было четырнадцать, когда я встретила Всемогущего, он спас меня от грязевого злодея, потом я узнала, что он был ранен в драке, он оставил меня на крыше, сказав, что человек без причуды не может быть героем.» Рассказ Изуми о роли Всемогущего, разрушающей ее мечты, заставил ее дыхание сбиться, а на глаза навернулись новые слезы. «После того, как я спустилась с крыши и по дороге домой услышала взрывы от чьей-то причуды, я пошла посмотреть, что происходит, когда увидела, что на жертву напал тот же самый грязный злодей. Герои ничего не делали, они просто стояли и смотрели, как Кац-тян задыхается в грязи. Я действовала действительно не задумываясь, швырнула свой рюкзак в глаза и, протянула руку, схватила Кац-тяна за воротник и потянула. Всемогущий появился снова и снова захватил злвдня. Герои, которые только смотрели, начали хвалить хулигана за его мощную причуду, а затем, когда они узнали, что у меня нет причуды, они начали ругать меня.» Изуми чувствует, как ее лицо кривится в усмешке при воспоминании, она все еще не могла поверить, что у них хватило наглости злиться на нее за то, что она выполняла их работу. «Я сбежала, и по дороге домой Всемогущий снова останавливает меня и предлагает мне свою причуду, «Один За Всех». Она шепчет название причуды, она знает, что не обязана, но это кажется правильным. «Он тренировал меня десять месяцев, а в день вступительных экзаменов заставил меня съесть его волос. Я не очень хорошо набирала очки злодея, но я получила много очков спасателя. Я сломала руку и обе ноги из-за использования причуды. Меня приняли в класс 1-А. " Улыбка, которую Изуми чувствует на своих губах, мягкая и счастливая, совсем не похожая на ту ослепительную, которую она использовала, чтобы отвлечь внимание людей. «Первая неделя в школе прошла нормально, никто, кроме Всемогущего, не знал, что моя причуда была новой, и было много проблем. Работа Всемогущего там привлекла много внимания средств массовой информации, и это касалось взлома. На вторую неделю мы отправились в USJ, где на нас напала Лига Злодеев, они чуть не убили сенсея. Они пришли убить Всемогущего, но его там не было, он никогда не делал ничего из того, что должен делать учитель. После этого следующим важным делом стала учеба на стажировке. Я была с Гран Торино, мы ехали в Хосу, и на поезд напало существо по имени Ному, порождение Лиги, то самое существо, которое чуть не убило сенсея. Торино оставил меня в поезде, но мой одноклассник был в городе, и я волновалась, его брата только недавно покалечил злодей, который, по слухам, находится в Хосу.» Изуми слегка вздрогнула при следующих нескольких воспоминаниях. «Я отправилась на его поиски и обнаружила, что его вот-вот убьет Убийца Героев: Стейн, я вмешалась, пытаясь спасти своего одноклассника и героя, которого он втянул в месть. Я сражалась со Стейном и победила с помощью другого одноклассника, который ненадолго отвлек его. Старатель присвоил себе заслуги в этом, им не следовало беспокоиться о присвоении заслуг, никогда не следовало предавать огласке его поимку, это только заставило больше людей нападать на героев». Изуми немного хмурится при мысли о герое пламени и начальнике полиции. «Э-э …» Голос Изуми срывается, когда она пытается понять, нужно ли ей снова рассказать ту ситуацию с Эри, если сначала нужно рассказать о летнем лагере. Незу встает с дивана и берет с кухни бутылку с водой, он возвращается, а она берёт её почувствовав руками холодный пластик. Сделав несколько глубоких глотков, Изуми наслаждается успокаивающей холодной водой. «Дальше был летний лагерь, на нас снова напала Лига, Кац-тян был похищен, группа из класса отправилась помогать его спасать, и там все немного расплывается, но я помню, как была в ужасе от злодея, который основал лигу. Все за Одного. Это имя она шепчет в страхе, ей не рассказали всей истории, но она могла догадаться, откуда взялся «Один за всех». «Затем мы переходим к исследованию миссии, о которой я вам говорила». Она запинается. Незу напевает, сидя там, где сидит, похоже, он думает: Она знает, что высокий интеллект — удивительная причуда, она всегда завидовала горностаю. «Судя по твоему костюму, я бы сказал, что твой физический возраст изменился, сколько, по-твоему, тебе лет?» Этот вопрос немного сбивает Изуми с толку. Она отвечает, быстро посмотрев вниз: «Двенадцать… может быть, тринадцать».