Часть 018 - Невозмутимость-тян

[РАУНД 130]

[Касуми: кровожадная (15)]

[3к6 против 15: 12 — успех!]

      Я старательно игнорировала безвольное тело живого врага в зоне видимости. Уперевшись плечом в приклад, следила за дверным проёмом, готовая в любой миг вдавить «гашетку»…

[Касуми: ожидает появления врага]

[Якудза-ветеран: очередь (15 пуль) из «M249 SAW» в Якудзу-бойца №5]

[12 (винтовка) + 1 (тотальная атака) + 3 (15 пуль) — 4 (расстояние до цели и её скорость) = 12]

[3к6 против 12: 11 — успех!]

[1 пуля в цель!]

[Якудза-боец №5: получает пулю в спину]

[18 (5к) — 0 (СП) = 18 урона!]

[Якудза-боец №5: 8 — 18 = -10 ЕЖ]

[Якудза-боец №5: бросок Нокаута]

[3к6 против ЗД 10-1: 12 — провал!]

[Якудза-боец №5: падает]

      — Получил, предатель?! — крикнул главарь.       «Он что, своего только что подстрелил?» — ошарашено вздрогнула я. — «Больной идиот…»

[Якудза-боец №4: бездействует, без сознания]

[РАУНД 131]

[Касуми: кровожадная (15)]

[3к6 против 15: 9 — успех!]

      Я рывком дернулась в сторону раздевалки, вскакивая на одно колено и уходя из дверного проёма…

[Касуми: встаёт на колено и сдвигается на 1 метр, в сторону раздевалки]

      — Эй, пизда ёбаная!.. — истерично хохоча, рявкнул главарь. — Ты не сдохла там, а?! Иду за тобой, шлюха!..

[Якудза-ветеран: встаёт на колено и сдвигается на 1 метр, в сторону северного входа]

      Я поднялась одновременно с противником — услышала, как тяжко затопали шаги по брусчатке перед входом в школу. Человек вскочил и побежал в двери. Окончательно спятивший, это теперь очевидно, он влетел в тамбур, когда я оказалась в раздевалке для девочек. Собиралась отбарабанить четыре единицы на электронном замке на двери и ударить с неожиданной точки… но рухнула на пол под грохот длиной очереди из пулемёта.       Якудза вломился в школу и принялся стрелять. Судя по треску пуль в доски двери, сперва полоснул по входу в спортзал, ожидая меня там отыскать. А спустя миг канонада прервалась на секунду и грянула снова:       — И вы, пидарасы гнилые, хотите?! — хохотал человек. — Ну, давайте, давайте ко мне! Всех захуярю!.. А-ха-ха!..       Не смея даже голову оторвать от кафеля на полу и вжимаясь в него каской, я торопливо меняла магазин в автомате.       Слышала безумное:       — Сюда, ко мне давайте! Все сюда!       Пулемет внезапно замолк — патроны закончились? — и в фойе что-то тяжкое металлически грохнулось об пол.       «Враг бросил оружие?» — догадалась я.       А спустя миг, слушая вскрики, вой «бегунов» и звуки рукопашной борьбы, похолодела нутром: да этот безумец нарочно сзывал зараженных! Хотел, чтобы и меня сожрали?       Пальцы потянулись к кодовой панели, и я почти на ощупь принялась молотить в верхнюю левую клавишу, отсылая к небу молитвы о том, чтобы в горячке сражения не перепутала и не долбила в другую цифру. Минула целая вечность — секунда, может быть, две — и дверь с тихим шипением сдвинулась в сторону.        Я рывком высунулась из-за угла, кое-как, по стволу, наводя оружие…

[РАУНД 131]

[Касуми: очередь (3 пули) из «АЕК-973» и отступление за укрытие]

[22 (винтовка) + 1 (коллиматор) — 2 (беглый огонь из укрытия) — 6 (дистанция 22 м) = 19]

[3к6 против 15: 8 — успех!]

[3 пули в цель!]

[Якудза-ветеран: получает первую пулю в торс]

[13 (6к) — 0 (СП) = 13 урона!]

[Якудза-ветеран: 15 — 13= 2 ЕЖ]

[Якудза-ветеран: получает вторую пулю в торс]

[21 (6к) — 0 (СП) = 21 урона!]

[Якудза-ветеран: 2 — 21= -19 ЕЖ!]

[Якудза-ветеран: бросок Смерти]

[3к6 против ЗД10-2: 15 — провал!]

[Якудза-ветеран: погибает]

[Касуми: +86 очков опыта]

[Касуми: -2 ЕУ]

      Человек взмахнул руками, выронил нож и повалился на пол. Умирающий, хрипя и суча конечностями в посмертной агонии, словно пытался сбежать от неминуемой гибели. Рядом с ним неторопливо опускались первые зараженные. Низко склоняясь, будто в кошмарном догэдза, они впивались зубами в кровоточащие раны, пачкаясь в живой ещё крови. А со второго этажа, привлеченные грохотом перестрелки, брели ещё зомби, много.       Я обняла автомат, вслушиваясь в происходящее и лихорадочно соображая, как быть. Всё стихло, раздражителей для упырей больше нет, но твари эти теперь сбредались с этажей к лестничному маршу. Судя по тяжким шлепкам об пол, кто-то из них просто переваливался через перила и падал вниз.       Медленно и неслышно поднявшись, я украдкой выглянула из-за угла. Краешком глаза оглядела место побоища, первым же делом замечая, что в мою сторону никто из «немертвых» не направлялся. Твари пожирали труп главаря, некоторые брели к телам возле тамбура. А с улицы, кажется, доносились полные ужаса, слабые вскрики — подстреленный своими же беглец тоже не остался без внимания плотоядной орды.       Я спряталась обратно, с дрожью выдыхая испуг. Сменила магазин на полный. Принялась набивать израсходованные, то и дело поглядывая из укрытия на зомбированных каннибалов. Наверное, уровень адреналина во мне сейчас бушевал просто астраномический и дрожь в руках и ногах совершенно исчезла — я всё ещё очень боялась, но страх пока ничем не мешал. Лишь подстёгивал соображать поживее.       Зараженных сбрелось слишком много. Даже если бегом мимо них, если на всё наплевать и на пределе возможностей помчаться на третий этаж, я всё равно не сдюжу. Они окружат, массой задавят, повалят и живьём сожрут. Но даже так оставался малый шанс провернуть этот сумасбродный план — бежать не сквозь здание, не через толпу, а по улице обойти. Прямо сейчас выбраться через выход в торце спортивного зала и либо рвануть к лестничному маршу возле медпункта, либо обежать здание слева и зайти со стороны кухни. С северной стороны, на которую выходила кухня, стоял брошенный грузовик, который успел сделать несколько кругов вокруг школы, прежде чем его водитель присоединился к стрельбе. Все зараженные, которых не раздавили колёса машины, сейчас должны либо возле машины торчать, либо брести к северному входу, на шум недавней стрельбы и разгоравшейся мерзкой трапезы. Если замешкаюсь там, возле грёбаной кухни, то вся эта кодла — которая есть наверняка — увяжется за мной.       Через медпункт казалось куда безопасней, но я боялась… не в панике колотилась от ужаса, а обстоятельно и с пониманием боялась нарваться на зомбячью «засаду» над медпунктом. Совершенно не правило, что абсолютно все упыри поперлись через центральную клетку — кому-то эхо пальбы долетело с другой стороны и, быть может, уже и по кухонной, и по лестнице возле медпункта ковыляли умертвия. Проверять это на собственной заднице совсем не хотелось.       «И что остаётся?» — нервно сплюнула я. — «Как «спуди-мун», по стене лезть на крышу?»       В фойе раздавалось тошнотворное чавканье и треск рвущейся плоти — у тварей начинался омерзительный жор, за которым они переставали замечать хоть что-нибудь вокруг. Но мне и это мало поможет. Несколько свежих трупов не займут пару-тройку десятков инфернальных исчадий — если попытаюсь их отстрелять, то меня наверняка заметят и зажмут. Продать всё, что есть и купить пулемёт, чтобы перемолоть это тухлое мясо длинными очередями? Совершенно бессмысленно, если только не в голову каждою пулей. Взрывчатки набрать, каких-нибудь мин и… Нет, мины — вообще к чёрту. Я и гранату-то швырнула, только потому что хотя бы в кино и играх видела, как с ней управляются, а на минах сама взлечу на воздух. Да и много ли вреда зомбаку, если мина нашпигует его тушку шрапнелью?       Можно взять дробовик — я теперь достаточно для них крепкая — и водить за собой толпу по улице, где места больше, как крысолов-дудочник. Стрелять понемногу, выцеливая тухлые головы. Но, скорее всего, твари побьют меня за счёт своей невероятной живучести и выносливости — они медленные, но не нуждаются в отдыхе. А я всего ничего пострелялась и уже хорошенько устала. Может, отвлечь и выманить их как-то? Отнести трофейные огнетушители и прострелить их выстрелами, создавая источник нового шума? Но тогда всё равно выходить будет нужно…       Размышляя и заодно вслушиваясь, не шаркает ли кто к распахнутой раздевалке, я купила глушитель на «глок», нацепила его на пистолет и тихонько направилась к запасному выходу из спортзала. Для того, чтобы безопасно добраться до цели, нет других шансов, кроме как если не упокоить большую часть зомби в округе. Согласна я или нет, но мне придётся их перестрелять — увы, это единственный выбор, синергирующий с поставленной целью «Подняться на крышу». Но сперва стоило отрезать врага от подкрепления. Якудза проломили ворота на грузовике — теперь-то я поняла, что за звук меня разбудил — и открыли свободный проход на школьный двор. И, может быть, прямо сейчас к школе ковыляла реально орда трупачины, увязавшаяся следом за шумной машиной. Если всё так — шанс уцелеть рухнет в нулевое значение. А потому я обязана «законопатить» пролом во вратах да хоть тем же грузовиком и тогда уже, возможно, из кабины, или с крыши машины отстрелять всех дохлых уродцев, которые припрутся на шум двигателя.       Я прокралась по стене спортивного зала до торцевой стенки и поняла, что через изрешеченные двери меня до сих пор не заметили. Твари активно жрали и не смотрели по сторонам. Тихонько толкнув дверь пожарного выхода и просовывая в щель «бочонок» глушителя, я украдкой шагнула в яркое весеннее утро.

* * *

      От увиденного едва не проблевалась. Грузовик — ни разу не танк, но успел накатать жуткого вида дорожки кровавых следов, перемалывая покрышками ожившие трупы. Вот только умертвиям это не сказать, чтобы сильно вредило. С переломанными ногами и руками, с раздробленным позвоночниками, с расплющенным тазом или раздавленной в лепешку грудной клеткой они всё равно сохраняли известную степень подвижности. Медленно ползали, шевелясь кошмарным ковром, взбудораженные недавней пальбой. Окидывая инфернальное зрелище изувеченных человеческих тел, я нервно хихикнула в мыслях: шум этих тварей тревожил заметно активней, чем проехавший по ним грузовик.       Автомат я не трогала, решая сэкономить патроны и полагаясь на пистолет: большинство вероятных целей оказались малоподвижны и лишь считанные единицы оставались на двух ногах, переваливаясь шаркающей походкой. И я, может быть, даже спасибо идиотам на грузовике однажды скажу: если всё сделаю верно, то подкоплю немало дармовой «экспы», а за такое не грех и поволноваться немного. Вздохнув-выдохнув и невольно втянув смрад тления и развороченной требухи, я вскинула пистолет наизготовку и ступила на улицу. Стоя спиной к спортивному залу, пойти решила всё-таки влево. Восточное крыло длиннее западного, но грузовик явно подъезжал с северо-востока и мне не придётся перебегать перед северным входом, чтобы добежать до машины. Заведу ли я грузовик, за рулем которого даже не сидела ни разу — ума не приложу. Повезёт, если найду ключи прямо в замке зажигания: водитель мог в пылу ситуации позабыть их там. Хотя водители, они такие — многое у них на рефлексах.       А если нет ключей? Похер! Проводки перемкну и так запущу — сто раз это в кино видела.       «А если?..» — снова протянул настырный внутренний голос, но получил от меня мысленную затрещину и умолк.       Если ничего не получится — залезу на крышу к грузовику и буду оттуда по одному умертвий отщелкивать.       Зараженных вокруг здания школы ошивалось примерно под сотню тел, это при условии, что у западного крыла такая же ситуация, как и у восточного. И мне очень на руку оказалось то, что грузовик проехался несколько раз, выманил большинство на себя и, так или иначе, искалечил исчадий. Меньше мобильности у чудовищ — больше шансов у меня.       А вот на что шансов не осталось, так это на возможность удержаться от рвоты. Всё же, покрышки натворили немало, прокатившись по трупам, и меня вырвало — смрад дерьма, тухлых кишок и трупного гниения взял своё, вынуждая опорожнить и так пустой желудок.       Как будто в насмешку над этим, мне ещё и в уборную захотелось по зову природы. Но вместо посиделок на унитазе под задумчивое журчание приходилось осторожно ступать рядом с кровавым месивом. Приближаться к нему не хотелось — от одного вида изуродованных тел по спине бежали «мурашки» — но чем ближе я, тем верней станут выстрелы.       Пистолетных патронов я не жалела, нисколько, и посылала пулю за пулей, даря по новой дырке каждой целой голове, которую замечала и в которую оказывалась способна попасть. Получая за упокоенных опыт, тут же отметала из мыслей продырявленную черепушку и находила взглядом очередную. Но если тело лежало на дороге и не делилось «экспой» за точное попадание в череп, я стреляла повторно, а то и трижды. Просто решила все такие моменты считать досадными промахами и повторяла попытку.       Обычно неподвижная «голова» у ног так и не приносила опыта, но один раз я смогла подстрелить страшно расплющенного зомбака, которого переехало поперёк груди. Левое плечо и грудная клетка оказались смяты в лепёшку, но его правая рука и голова на шее оказались «живы»! Тварь будто в самой настоящей засаде ждала, не шевелясь и ничем себя не проявляя, пока я не приблизилась.       Это была просто случайность или зомби «мутировал»?       Шагая вдоль восточного крыла, я настреляла почти три десятка результативных голов, потратив на это втрое больше пистолетных патронов, минут двадцать пальбы и ещё [1 ЕУ]. Последнее из числа потерянного «полечила», высосав досуха бутылку спортивного напитка — и плевать, что «пи-пи» хочется. Окруженная удушающим, тошнотворным смрадом, я с каждой минутой всё больше готова была взять да и обмочиться под себя. Не потому что страшно и нервы натянуты до предела, а потому что нет больше силы вонищу это дикую нюхать! Пусть уж лучше мочой молоденькой футанари попахивает, хоть немного трупное амбрэ перешибая.       Впрочем, настолько уж отчаянно падать в собственных глазах я всё-таки не спешила — крепилась. Щелкая пулю за пулей, и хлопая почти неслышными на открытом пространстве глушителем, взяла шестой уровень, и почти добралась до седьмого! Снова вкинула единичку в «силу» — нагрузка от амуниции разом показалась чуточку легче — а десятку заработанных [ОП] оставила нетронутыми, впрок. Также замечала в окнах второго и третьего этажей шевеления мертвецов, видела их перекошенные посмертными гримасами рожи. Рожи видели меня, и вяло долбились головами в стёкла, упрямо, но без упорства пытаясь выбраться наружу. Оказывается, не всех их оттянул шум стрельбы — или просто аудитории заперты? — поэтому многие умертвия оставались на тех же местах, где их настигла первая смерть. Наверное, весьма дальновидный манёвр с моей стороны не пробиваться нахрапом наверх, а действовать не спеша, да только похвалить за сообразительность некому.       Ситуация у северо-восточного торца здания всё же заставила убрать пистолет и взять в руки «АЕК» да пострелять издали. Далековато для «пистоли» и моих навыков обращения с ней, а возле грузовика толпилось несколько тел, достойных скорейшего упокоения. Чуть поодаль — такая же кучка тухлых уродцев пожирала труп. Наверное, ели того бедолагу, которого главарь подстрелил. Не повезло парню: погиб, потому что подчинялся конченому идиоту.       А может сумасшедший «главнюк» и не идиот вовсе, а просто очень преданный подчиненный? Что я знаю о якудза кроме того, что они любят свои тела татуировками украшать да горазды отсекать мизинцы за малейшие промахи и проступки? Да ничего не знаю — это такие же, обычные люди. Всякими могут оказаться: и сумасшедшими паникёрами, и до смерти верными.       Зачистка вокруг грузовика упокоила ещё семерых мертвецов: шлёпнув первых двоих я добила седьмой уровень, на этот раз отдавая предпочтение повышению «ловкости». Окончательно распробовала прелести точного выстрела и, почитая силу — пока что! — достаточной, снова сосредоточилась на гибкости и подвижности. Пробивая дырки в головах мертвецов, чуяла, как обливается кровью сердечко, страдая по поводу расход мощной «семерки». Сама не заметила, насколько хорошо оклемалась и пришла в себя после испуга, мыслила уже куда более здраво: очень жалела тратить на трупаков нормальные пули. Тем более сейчас, когда «чудо-киоск» с миллионом товаров остался на другом конце здания — учитывая «загрязненность» округи зомбями, это всё равно, что на другом конце обозримой вселенной.       Автомат, в отличие от «глока» скромно «пукавшего» глушителем, довольно зычно хлопал затвором и… Я решила, что замечаю это из-за подросшего умения в сфере [Винтовки] — очень удобно улучшать навыки, когда они привязаны к атрибутам. Наверное, по той же причине немного расширенного понимания огнестрельных премудростей уже не опасалась, что стрельбу заметят со стороны северного входа. Торцевая стена меня прикрывала и все звуки отражались от неё и улетали в сторону школьной ограды. Но до забора довольно далеко и даже если на той стороне бродят зомби, сюда они не пойдут.       Перебив упырей возле машин, я притаилась за углом, переводя дух перед новым рывком. Высмотреть что-нибудь важное не удалось: вот бортовой грузовик — капотом к школе припаркован; вон там, метрах в ста — вынесенные тараном ворота. Завести колымагу и отогнать, перегородив им путь. А раз никто из живых не пришел на помощь к якудза, то и спешить некуда: либо никто уже и не придёт, либо придут, но тогда я точно не вывезу и…       Набивая потраченные магазины, я попыталась представить, хватит ли духу пустить себе пулю в голову? Печально хмыкнула — «растяпа!» — и вынула из Инвентаря коробочку с антивирусом, через штанину вкатив в бедро очередную суточную дозу. Забыла о препарате из-за всей этой катавасии, бегала, как неприкаянная. И не думала даже, что далеко не тупые упыри окажутся главной угрозой в этом мире. После приёма лекарства покончить с собой на одну причину стало меньше. Но мысли о том, что однажды взойдет моя звезда неудачи и придётся добровольно с жизнью расстаться, наполняла сердце невыразимой тревогой. Ледяной ужас крался в глубины души на мягких лапах — богатое воображение прежней Касуми, отданное ею в наследство, вставало против меня. И тогда я сделала, наверное, самую важную из покупок в «Системе»: важней этого не приобретала ещё.

[Обнаружено преимущество: «Невозмутимая»]

      Всего [15 ОП], а какая огромная выгода — и больше никаких тебе бросков страха, никакой бури эмоций в стрессовой ситуации, спокойствие и умиротворённость. Невозмутимость с большой буквы «Н»! Обладай я таким преимуществом в прошлой жизни — или даже его урезанной версией — то меня бы здесь вовсе не оказалось.       Я сунула руку под жилет, через куртку почёсывая вспотевшее сиськи. А затем вовсе уронила автомат на ремне и нормально поправила член между грудей — там творилось натуральное пекло, и по животу пот уже градом катился! Криво хмыкнула, насмехаясь над невесть откуда взявшимися суицидальными мыслями. И над тем, что «…меня бы здесь не было» — вкус жизни Касуми я уже успела распробовать и. даже не знаю. Если бы мне в том злополучном кабаке предложили обменяться телами, я бы послала говорящего в пешее эротическое, но сейчас понимала, что обращение в футанари — это, едва ли, не самая большая удача во всей моей жизни!       Ещё бы этих блядских умертвий не было рядом…       Примериваясь, как бы ловчее и незаметней, прокрасться к грузовику, я замерла на полушаге. Опустила автомат и с усмешкой — а почему бы и нет? — расстегнула молнию на джинсах. Приспустила штаны и нагло присела там, где стояла, спустя миг зажурчав в своё удовольствие. Сидела спиною к стене и следила за округой, ощущая себя на седьмом небе от облегчения. Мельком подумала, что надо бы всё же научить своё тело мочиться «по-мужски», через пенис, но тут же отмахнулась от глупостей: некогда, да и устраивает всё, абсолютно.