Тяжёлое осознание происходящего

      Голова больно пульсирует, всё тело ноет от полученных травм за последние несколько суток пребывания в плену. Тихо простонав, парень открыл глаза. Мыльная картинка начала приобретать чёткость. Толстые чёрный прутья с жёлтыми прожилками.       «Опять клетка? Не удивлён.»       Схватившись за два из них, Ллойд поднялся с каменного пола. Огромная клетка подвешена над бурлящей магмой, в другом конце помещения расположен светящийся монитор с бирюзовым радаром, возле него стоит улучшенный Мистер Э, спиной к парню.       «Внизу кипящая лава, вокруг мести-камень, что блокирует мои силы. Просто прекрасно.»       Со всей силы сжав прутья, пытаясь сломать их или хотя бы расшатать, зелёный ниндзя выпустил свою энергию, надеясь, что она хоть чем-то сможет помочь.       — Не трать силы, — послышался знакомый голос за спиной. Харуми стоит у входа в зал, снизу вверх взирая на своего пленника, она безразлично продолжает: — Они сделаны из камня-возмездия, — на лице красуется довольная ухмылка.       Ллойд подходит к другому концу клетки, чтобы быть ближе к девушке.       — Что бы ты ни замыслила, Харуми, ты не обязана это исполнять.       Бывшая принцесса усмехается и неспешно идёт к лестнице, обходя подвешанную к потолку клетку вокруг. Ниндзя идёт вдоль ограждения, не отрывая взгляда от девушки, берясь руками почти за каждый каменный прут.       — Ты можешь передумать, — старается говорить спокойно, размеренно, чтобы до белокурой дошёл смысл сказанного им.       — Передумать? — поддельно удивлённо спрашивает Харуми. — Правда?       Парень уже слышал эту интонацию, достаточно много раз, чтобы запомнить, что это обман, но он упорно отгоняет эти мысли.       А вдруг она передумает.       Надежда всё ещё живёт в его израненном и разбитом сердце.       — Да, — на выдохе говорит он. — Всё должно было быть иначе, — уголки губ еле заметно поднялись. Ллойд вкладывает в слова все чувства, пытается как-то переубедить её.       Девушка остановилась.       — Ты уверен? — она задумчего поднесла руку ко рту, отвернувшись от него.       Все надежды с треском рушатся, когда она резко поворачивается и парень видит злобную ухмылку на её лице.       — О-о-о, Ллойд, — протягивает гласную девушка, уперая левую руку в бедро. — Такой доверчивый, — наклоняется вперёд, насмешливая улыбка не сходит с её губ. — Такой наивный, — неспешно поднимается по каменным ступенькам, повернувшись спиной к собеседнику.       — Однажды ты меня уже обманула.       Харуми резко перебивает парня.       — И ты подумал, что извлёк из этого урок, — остановившись на месте, она поворачивается к нему лицом, жестикулируя левой рукой. — Но нет не извлёк, — опять отворачивается и поднимается наверх. — И я знаю почему. Потому что ты доверчивый, наивный и слабый, — мимика девушки меняется с каждым прилагательным, а в конце она злобно ухмыляется. — Именно поэтому ты обречён на проигрыш.       Ллойд проглатывает всё, что было сказано в его адрес и опять старается переубедить девушку, называя её сокращённо-ласковым именем.       — Руми, — это даже слишком мягко прозвучало. — Ты считаешь, что я подвёл тебя, — парень чувствует вину перед той, кого полюбил, от чего говорить становится труднее. — И ты сердишься на меня, — но договорить свою мысль ему опять не дают, перебивая.       — Если под словом «подвёл», ты подразумеваешь, что не спас меня и на меня обрушилось здание, — Харуми подходит ближе к клетке, тонкие брови сошлись к переносице. — То да. Признаюсь, я слегка рассерженна, — девушка поставила руки на пояс, сердитое выражение лица снова сменилось на ухмылку.       — Тогда направь свой гнев на меня, а не на остальных, — Ллойд указывает руками на себя. — Ты же не хочешь, чтобы пострадали невинные, — опять берётся за прутья, смотря на слегка удивлённое лицо Айстер.       Неужели эти слова подействовали?       «Ну же, давай, Руми! Ты не такая, я знаю.»       Харуми опустила голову, растерянно смотря на каменный пол под ногами, попутно обдумывая всё, что сказал Ллойд. Она ведь действительно этого не хочет. Девушка закрывает глаза, тут же чувствуя гнев, потом резко открывает их, приподнимая бровь. Радужки блестнули ярким сиреневым цветом.       — Ты, — злобно процедив, беловолосая тыкает пальцем в ниндзя. — Ничего обо мне не знаешь! — не кричит, не истерит, просто слегка повышает голос, сильно сжимая кулаки. — А вот я тебя знаю, Ллойд, — тон голоса снова выровнялся. — Я знаю, что глубоко внутри тебя живёт тьма.       От этих слов становится не по себе, уверенный тон её голоса наводит некий страх, но Ллойд тщательно пытается скрыть его.       — Ты боришься с ней, сопротивляешься..       Брови удивлённо приподняты, на лице непонимание, страх тоже проскальзывает, показывая парня уязвимым. Ллойд отрицательно вертит головой, не желая верить в её слова.       — но она в тебе.       — Я не понимаю, о чём ты говоришь.       «Нельзя нормально объяснить? Хотя нет, стой, не надо. Я не хочу об этом знать.»       — Перестань, можешь не притворяться, — девушка будто прочитав его мысли, произносит: — Ты часть Óни, как и твой отец Гармадон, — она подносит руку к губам, наслаждаясь тем, как меняются эмоции на шокированном лице парня. — И этим всё сказано.        Предпоследнее предложение заставляет парня сильно сжать кулаки.       — Я не такой как мой отец! — Ллойд хмурится, сильнее сжимая каменный прут. Неприятные мысли вновь всплывают в голове, его самый большой страх – стать таким же как отец.       «Я не стану таким как он!»       «Увлекательную» беседу прерывает странный звук, похожий на пиканье. Ллойд и Харуми одновременно посмотрели на монитор. Мистер Э, что стоит возле огромного компьютера, нажал на одну из клавиш. Пиканье прекратилось, а на экране появилось видео. На нём были чётко изображены четыре мастера стихий, что находятся сейчас в одном из подземных тоннелей. На бирюзовом радаре появились четыре жёлтые точки.       «Ребята, они пришли за мной!»       Улыбка невольно коснулась губ парня, радостная мысль проскользнула в голове.       — Всё кончено, Харуми. Они вычислят твою подземную станцию, — счастье на лице вновь закрылось маской серьёзности. — Когда её найдут – это лишь вопрос времени.       — О-о-о, нет! — воскликнула девушка. — Что мне теперь делать?! — взявшись ладонями за лицо.       Переигрывает, даже слишком. Её притворно испуганный голос лишь ещё больше сердит. Это наводит на не самые хорошие мысли. Харуми ухмыляется.       — О, постой, — обращая на себя внимание ниндзя, что и так было приковано к ней. — Я это предвидела.       Паника потихоньку начала возрастать, когда девушка стремительным шагом направилась к монитору.       — Точнее, я даже на это рассчитывала, — Айстер усмехается довольная тем, что её план идёт как по маслу. — Поэтому я приготовила для твоих друзей небольшой сюрприз, — и нажимает на какую-то кнопку, из-за чего на радаре появляется много фиолетовых светящихся и мигающих кружочков, что со всех сторон стали приближаться к жёлтым.       — Что? — парень сглотнул собравшийся в горле ком. На других экранах, более маленьких, появилось изображение «Бомба-паука». Сердце забилось чаще, а дыхание сбилось.       «Нет, только не это! Пусть это не то о чём я думаю! Нет!»       — Слишком много поставлено на кон, я должна перестраховаться. Прости, милый.       Девушка не поворачивается, но Ллойд уверен, что она улыбается. Конечно, уже наверное предвкушает час расплаты своих врагов за все их «грехи». Вцепившись в прутья, сильнее стикивая челюсти, парень смотрит на четыре жёлтые точки, что столпились в кучу и на мигающие фиолетовые, что с каждой секундой приближаются к ним всё ближе.       — Есть что сказать напоследок? — она опять ухмыляется. — Говори сейчас.       — Не делай этого! — парень бьёт по прутьям, пытается сломать их, что не приносит никакого результата. — Выключи! — кричит по привычке приказным тоном, не переставая пытаться выбраться из клетки. — Харуми! — голос меняется на умоляющий тон. — Пожалуйста…       А она опять усмехается.       — Не могу, Ллойд, — подносит руку к светящейся клавиатуре, но в последнюю секунду убирает её. — Точнее, могла бы – технически, но не стану, — издевается и открыто смеётся над ним, потому что знает, что парень ничего сделать не может. Рука опять тянется к светящейся клавиатуре.       — Я-я сделаю всё, что ты скажешь! — голос предательски дрогнул, но когда рука девушки в чёрной кожаной перчатке застыла в сантиметре от клавиатуры, в душе опять загорелась надежда. — Обещаю! Только не трогай… их, — Ллойд готов пойти на всё, что угодно, только пусть его братья будут в порядке.       — Ллойд, ты сейчас не в том положении, чтобы торговаться, — Харуми откинула за спину прядку своих белокурых волос и опять повернулась к парню спиной.       Мастер энергии резкими движениями дёргает на себя прутья, из-за чего клетка шатается, но прутья остаются невредимыми.       — Харуми! Не делай этого!       Девушка ухмыляется и нажимает на кнопку, в эту же секунду слышится механический голос «Пауки активированы». Харуми нажимает на ещё одну кнопку и видео опять появляется на экране. Она хочет, чтобы Ллойд увидел смерть своих друзей, чтобы прочувствовал всю ту боль, что прочувствовала она. Хочет видеть боль, отчаяние и страх в изумрудных глазах. Прошлый раз девушка не добилась желанного. Да, она заставила Ллойда смотреть на то, как Колосс ломает «Дар судьбы», на котором были его друзья и уменьшенный в возрасте дядя. Тогда девушка подумала, что её план осуществился и Ллойд наконец потерял всё, что ему дорого. Но ниндзя оказались хитрее, чем она думала. Им каким-то образом удалось спастись и выжить, а не остаться под обломками собственного корабля, как когда-то остались её родители под завалами дома. Сейчас Харуми взяла всё в свои руки, теперь она точно проследит за тем, чтобы избавиться от ниндзя раз и навсегда.       — Харуми! Не надо! — парень бьётся об каменную клетку, пытается расплавить её своей силой, пуская в ход зелёный огонь. Он должен выбраться, должен помочь братьям. Они столько раз спасали его, он просто обязан спасти их. — Выключи!       Девушка повернулась к ниндзя, чтобы лучше лицезреть его мучения и тщетные попытки выбраться.       Красный ниндзя вскрикнул, упав назад, прямо к его ногам подпозл кристальный паук.       Сердце Ллойда пропустило удар.       — Пожалуйста, останови их! Прошу тебя! Харуми!       Мести-камень не поддаётся его стихии, а так просто не хватает физической силы, чтобы сломать его.       — Не делай этого! — парень кричит, бьётся об клетку, заставляя её содрагаться, тем самым вызывая наслаждение у блондинки.       Она ухмыляется и поворачивается обратно к монитору. Пауки окружили его друзей, они приближаются со всех сторон, им некуда бежать.       — Бах, — негромко произносит она и нажимает на кнопку.       Последнее, что Ллойд увидел, это то как Коул с Каем обернулись назад, прежде чем забежать за какой-то угол и БАБАХ – произошёл взрыв. Камера отключилась, а точнее взорвалась вместе с механическим пауком. Взрыв на видео заставил вздрогнуть мастера энергии. На радаре пропали одновременно все светящиеся точки.       Айстер повернулась к парню, сделав расстроеное лицо.       — Их больше нет, Ллойд, прости, — в этом извинении нет ни капли сожаления, нет даже щепотки грусти – это просто слова.       — Как ты могла, — слова дались слишком трудно, с уст парня вырвался сдавленный всхлип. Дрожащие ноги подкосились в коленях, переставая держать своего хозяина. Ллойд опустился на каменный пол, крепче сжимая прутья.       — Но мне совершенно незачем уничтожать и тебя. Можешь присоединиться к нам, — голос девушки стал мягче, она впервые улыбнулась ему не ядовитой ухмылкой. — Тебе тоже найдётся место во тьме.       Собравшиеся в глазах слёзы потекли по холодным щекам. Ему теперь всё равно. Ему безразлично всё, что она говорит. Она забрала его друзей, его братьев, его семью! И после всего этого она смеет предлагать ему перейти на свою сторону?!       Гнев возрастает с каждой секундой и, кажется, придаёт сил. Ллойд с силой дёргает на себя прутья, клетка шатается, но опять же безрезультатно.       — Ллойд, сконцентрируйся. Что сделано, то сделано.       Парень прислоняется лбом к холодному камню, сдерживая гнев внутри себя.       — Но у тебя есть выбор.       Ллойд поднял на неё взгляд, ожидая того, что она скажет.       — Можешь сопротивляться и погибнуть, как твои друзья.. или же. Присоединиться к нам..       Пальцы зарываются в волосы, парень отходит вглубь камеры, оседая на колени. Он не хочет слушать – он не перейдёт на сторону зла, ни под каким предлогом.       А девушка тем временем продолжает:       — и принять власть Хрустального короля.       — Низачто! — злобно выкрикивает Монтгомери, вставая с колен. — Я буду сопротивляться до последнего! — хватается за каменные прутья, выкрикивая каждое слово. — Так же как и мастер Ву, Ния и Пиввж, — сильно ударяя кулаками каменные ограды.       — Долго они не продержатся, — опять эта ядовитая ухмылка. — Я же говорила, я всегда перестраховываюсь.       Ллойд широко раскрыл глаза. По телу пробежал неприятный холод.       «Не может быть. Только не это.»       — Твои друзья будут следующими, — Айстер специально растягивает предложения, делая между ними паузу. — Это входило в мои планы.       Злость накрыла с головой, неизвестная сила растеклась по всему телу. Зелёные глаза загорелись фиолетовым цветом, Ллойд отпустил прутья, отходя назад.       — НЕТ!!! — яростный крик вырвался из груди. Парень с разбегу ударил плечом прутья, на этот раз клетка расшаталась сильнее и стала качаться над лавой. Ещё удар, ещё и ещё!       Никто не посмеет притронуться к его семье. Он не позволит навредить ещё и им.       Ещё один удар точно в крепкий каменный замок, что с звонким лязгом разбился, а дверца слетела с петель, громко упав на пол. Вслед за ней из камеры выпрыгнул ниндзя, удачно приземлившись, слегка согнув ноги в коленях. Глаза горят фиолетовым огнём, Ллойд стремительным шагом направляется к девушке, что ухмыляясь попятилась назад. Из-за спины Айстер выбегает Мистер Э, набрасываясь на парня, но тот точным ударом ноги отбрасывает его прямо к компьютеру. Ниндройд ударяется об панель управления и отключается. Харуми вытаскивает катану с чёрной рукояткой и фиолетовыми резными узорами на ней, оскалив белоснежные зубы. Парень берёт с пола отлетевшую каменную дверь и с криком бросает её в блондинку. Она ловко отражает удар своим мечом, отбрасывая её в сторону. Ллойд запрыгивает на какой-то выступ, прыгая на стену и, пробежав несколько шагом, бросается на Харуми.       Парень сам не понимает, что им движет и придаёт сил его ослабленному телу. Он со всей силы наносит удары, задерживает острое лезвие голыми руками. Что вообще происходит?! Боль не чувствуется совсем, Ллойд даже не слышит голос разума, что твердит о том, что что-то не так.       Харуми отпрыгивает назад, проскользив на подошве. Она смеётся, довольно ухмыляясь.       — Вот это дух! — поднимает меч, указывая им на Ллойда. — Ты как твой отец, — резко срывается с места в сторону противника. Меч перехватывают с другой стороны, толкая девушку назад. — Злость придаёт тебе сил.       Гнев опять берёт верх над юношей.       — Не смей. Так. Говорить! — глаза засветились ярче, руки заискрились фиолетовым огнём.       Ллойд вырывает меч из рук девушки, выбрасывая высоко вверх. Мастер энергии направляет новополученную силу на блондинку, но она удачно нагинается и фиолетовый огонь не касается её. Взлетевший вверх меч прокрутился в воздухе, падая обратно. В прыжке Харуми ловит оружие, но всё же успевает увернуться от новой волны силы. Девушка задерживает тёмную стихию катаной, отражая её лезвием. Ещё несколько таких ударов Харуми удаётся перепрыгнуть или отбить, но Ллойд не даёт ей передохнуть. Следующий удар пришёлся в потолок, прямо в каменную сосульку, что упав на пол возле ног Харуми, разбилась. Айстер отвлеклась всего на секунду и сразу получила сильный удар фиолетовой стихией, отлетев на несколько метров.       Подойдя к своей «жертве», парень в ужасе остановился. Чёрное кимоно девушки хорошо потрёпано после боя, порвано и сожжено местами. На открытых частях нежной кожи красовались свежие ожоги и немного ссадин. Харуми лежит на каменном полу, не двигаясь.       Страх и ужас окутали разум парня. Посмотрев на свои руки, Ллойд ещё больше ужаснулся – они продолжали гореть фиолетовым огнём.       «Что со мной происходит?!»       — Нет, — юный ниндзя встряхнул руками и огонь рассеялся, а глаза перестали светится фиолетовым цветом. На лице больше не было злости, только страх и непонимание.       «Что я наделал?! Я убил её?!»       Ужасная мысль забралась в голову. Он ведь не мог убить её. Он не мог убить ту, что полюбил когда-то, ту, что забрала его сердце. Он не мог убить человека в конце концов! Да она сейчас злодей, но не так же…       — Нет!!       Резкая жгучая боль в спине и голове и Ллойд падает на пол. В ушах звенит, а боль постепенно расстекается по всему телу. Парень стискивает зубы, жмурясь от болевых ощущений.       — С возвращением, — за спиной раздаётся голос девушки. — Сын Гармадона, — последнее, что расслышал Ллойд, прежде чем погрузился во тьму.

***

      Голова раскалывается, спина жжёт от новых ран на ней. Не смотря на все «не хочу» в голове, Ллойд открывает глаза. Первое, что попадается в поле зрения это сиреневый кристалл, только.. почему он смотрит на него в горизонтальном положении? Повертев головой, он только тогда почувствовал, как затекла шея и сейчас отдается острой болью при малейшем движении.       — Что? — всё тело до самой шеи сковано чёрно-желтыми цепями из мести-камня и подвешено к потолку так, чтобы пленник висел горизонтально, будто лежит на полу.       Всё вокруг представляет собой кристаллы сиреневого цвета, самых разных размеров. Ллойд попытался хоть как-то подвигать руками или ногами, но ничего не получилось. Он не может нормально пошевелиться. Пытаясь сделать резкие движения в попытках выбраться, он лишь раскачивается на цепи, что крепится к высокому потолку.       — Наслаждаешься видом? — эхом разнеслось по помещению.       Мимо него проходит Харуми, а следом за ней Пайтор, Асфира, Механик и Вангелис. Все они держат в руках золотое оружие.       — Оружие Кружитцу? — Ллойд дёрнулся в сторону подошедшей. — Где вы его взяли?! — ответ, конечно, очевиден, но парень не хочет соглашаться с возникшими мыслями.       — Успокойся, Ллойд, — девушка нежно приподнимает его голову, давая отдохнуть уставшей шее, но парню противны её прикосновения. Теперь противны.       — Впереди у нас трудные дни и мы бы не хотели, чтобы ты зря тратил свои силы. Мы взяли его в монастыре, где же ещё, — она отходит от парня, специально задевая его рукой, чтобы связанный прокрутился в её сторону, и идёт дальше не оборачиваясь.       — Мастер Ву никогда бы не отдал его без… — парень не успевает договорить, как его перебивают.       — Без боя?       Эти слова заставляют Ллойда широко раскрыть глаза.       — О-о-о, да. Бой был действительно прекрасный! Но в конце концов твои друзья не выдержали, — девушка сложила руки за спину, повернувшись к пленнику.       Лицо Гармадона-младшего исказилось в ужасе и страхе, а Харуми это нравится. Она победно ухмыляется, чувствуя, что наконец-то добилась своего.       — Их больше нет, как и других ниндзя.       — Нет, — Монтгомери отказывается верить в услышанное. «Это всё неправда!» твердит внутренний голос. — Ты блефуешь!       — Я никогда не блефую, Ллойд. Мог бы уже узнать меня получше, — безразлично произносит она.       — Ты лжёшь.       «Это всё неправда! Это просто обычный кошмар! Этого же не может быть… верно?»       — Ты лжёшь!! — голос срывается на крик.       — Ну и каково это – остаться одному? — громко спрашивает она, сильно сжимая кулаки, вспоминает ужасные моменты своей жизни. — Мне знакомо это чувство. Я прошла через всё это, после того как Великий пожиратель забрал всё, что у меня было в этом мире.       Сердцебиение опять участилось, а дышать стало намного труднее. Парень глубоко дышит, потому что по-другому не получается. Это из-за полученной информации или от крепко сжимающих его тело цепей? Хотя это не имеет никакого значения.       Его семья, его сестра, дядя, Пиввж… их больше нет? Разве такое вообще возможно? Никогда в жизни Ллойд даже не мог подумать о том, что пока он будет бездействовать в плену, его семью, его родных убьют один за другим, без капли сожаления. А ведь он даже не попрощался с ними. Кого он обманывает! Невозможно попрощаться с родным человеком раз и навсегда! Это никак не поможет.       — Потеряв родителей, я почувствовала себя одинокой, — блондинка наклонилась к лицу парня, приподняв его голову. — Теперь твой черёд испытать это горе, — отойдя на пару шагов, она продолжила:       — Оно либо захлестнёт и уничтожит тебя, либо… — Харуми демонстративно сжала кулак. — Оно тебя закалит и сделает тебя сильнее, как в моём случае.       «Ты вообще понимаешь, о чём ты говоришь? Ты потеряла родителей, а у меня отняла всю мою семью!»       — Я из-за тебя один. Это ты во всём виновата! — из-за брыканий цепь шатается вместе со связанным юношей. — Ты ничем не лучше, чем Великий пожиратель! И ты за это заплатишь. Харуми, я обещаю, я заставлю тебя заплатить! — злость и гнев окутывают здравый рассудок, застилая собой все остальные чувства.       — О-о-о, снова в тебе эта тьма, — девушка усмехается, наклонившись, она упирается руками в колени. — Как у твоего отца.       Красный грим, видимо, нанесён заново, потому что узор более чёткий, на лице заметны несколько царапин и небольшие ожоги, что напоминают о вчерашнем бое. А точно ли вчерашнем? Будучи в плену парень сбился со счёту. Сколько он здесь пробыл, он не знает. Два дня? Три? Может пять? Ллойд уже столько раз терял сознание, что потерял счёт времени, он даже не знает какое сейчас время суток, потому что под землёй невозможно следить за солнцем. Чёрное кимоно девушки обновлено, от старых порваных вещей ни осталось и следа, чем не может похвастаться Ллойд. Его зелёное кимоно уже не выглядит новым как в первый день его пребывания в этом месте. Рваное, местами сожжено, испачканное в его собственной крови и грязи. Прическа однозначно выглядит хуже вороньего гнезда, а вот у Харуми наоборот. Её длинные блондинитые волосы причёсаны и красиво лежат прядями на узких плечах. Если раньше парень засматривался на её красоту, то сейчас смотрел на неё взглядом полным гнева и ненависти.       «Как я мог влюбиться в тебя?! Как?!»       Ллойд глубоко дышит, смотря в её ухмыляющееся лицо и опускает голову, выравнивания дыхание.       — Ты ошибаешься, я не похож на своего отца, — негромко произносит он, подавляя в себе нарастающий гнев. Он не позволит злости завладеть его разумом снова.       — Хм-м.. возможно, — наигранно расстроено хмыкает Харуми, выпрямляясь в полный рост. — Возможно, я недооценила тебя, — она с силой толкает парня, заставляя его быстро крутиться. — Мне нужно подготовиться к ритуалу. Скоро сюда должен прибыть Хрустальный король, — и уходит вслед за остальными злодеями, оставляя Ллойда в гордом одиночестве.

***

      «Так ужасно как сейчас я себя ещё не чувствовал. Связанный цепями камня-возмездия я ничего не могу сделать, даже элементарно пошевелить пальцами рук. Ужасно хочется пить, про еду можно даже не заикаться. С самого первого момента пребывания в плену они не давали есть, воды давали слишком мало, чтобы просто поддерживать мою жизненную энергию.       «Знаю, что ты упёртый как бык и тебя невозможно сломать просто мучая голодом. Но я всё же попробую.» — сказала тогда Харуми. Эта хрупкая и невинная на первый взгляд девушка причинила мне столько боли, сколько не причинил никто из моих врагов. Она заставила меня чувствовать себя настоящим ничтожеством.       Как паршиво. Такое странное чувство. Кажется, что всё это происходит не со мной, а с кем-то другим, будто я какое-то третье лицо и наблюдаю за всем этим со стороны. Сердце больше не болит, я практически ничего не чувствую. Ни горя, ни отчаяния, ни боли, ни печали, даже чувства мести или злобы нет! Ничего нет! Даже слёз. Плакать не получается, слёз нету от слова «совсем». Как такое возможно?! Как можно не плакать, потеряв своих родных, близких сердцу людей? Как можно не печалиться, когда ты потерял всё, что тебе было дорого? Потеряв свою семью, опору и поддержку. Потеряв всё в своей жизни! Как?!       Слёзы высохли тогда на щеках от фиолетового огня и больше не появлялись на глазах. Даже, когда я узнал о том, что случилось в монастыре. Неужели я стал настолько бесчувственным. Неужели это кровь Óни подействовала так на меня, не сдержав я тогда свой гнев. Неужели Харуми права и я стану таким же как отец — бесчувственным монстром Óни.       Нет, я не хочу в это верить.       «Плакать — это нормально. Слёзы означают, что в человеке есть сердце, что он живой и способен что-либо чувствовать.» — это слова Кая. Тогда он застал меня плачущим, не стал упрекать или смеяться, а поддержал и успокоил.       Отсутствие слёз наводит на страшные мысли. Я ненавижу себя за то, что влюбился в эту девчонку, за то, что позволил ей так легко обмануть себя, за своё бездействие, за их смерть. Я не смог защитить и спасти их. Да, что уж там, я самому себе помочь не могу.»       Пайтор подполз ближе к связанному парню, что, по-видимому, вообще не обратил на змея никакого внимания. Стеклянный взгляд изумрудных глаз направлен куда-то в пустоту, лицо ничего не выражает, ноль эмоций. Сам того не заметив, Ллойд сильно прикусил нижнюю губу, так что из неё потекла алая струйка крови.       — Хе. Ну что, малец, о чём так задумался? — усмехается анакондрай, желая немного развлечься и словесно поиздеваться над парнем. Змей удивлённо опустил голову, не услышав ответа. Ллойд продолжал смотреть в никуда. — Ллойд Гармадон, я к тебе вообще-то обращаюсь, — Пайтор повысил голос, но опять не получил ответа от юноши. — Смотри на меня, когда я с тобой говорю! — разозлившись, крикнул змей, схватив парня за волосы и резко потянув назад, заставляя того запрокинуть голову и посмотреть на него.       Парень стиснул зубы, скревившись от боли, но всё же посмотрел на змея, лицо по-прежнему ничего не вырожало. Долго смотря на Пайтора неморгающим взглядом, Ллойд невольно вспомнил прошлые моменты, связанные с этим змеем.       «А ведь это же всё из-за мне. Если бы я тогда не освободил бы Пайтора, то не выбрался бы наружу Великий Поглотитель и ещё много каких бед бы не произошло.»       — Чего ты так смотришь? — спрашивает змей, чувствуя неприятное чувство от непрерывного взгляда зелёных глаз ниндзя на себе.       Этот некогда весёлый, любознательный и рвущийся во всякие приключения мальчишка сейчас совсем на себя не похож. Этот безразличный взгляд пугает и, кажется, смотрит в самую душу. Змей невольно поёжился и опять принял грозный вид. Сильнее сжимая меж пальцев светло-русые волосы, Пайтор тянет руку наверх, заставляя парня просто повиноваться его движениям.       — Хватит на меня так смотреть! — крикнул он в ярости. Это его сердит и ставит в крайне неловкое положение. Ллойд мысленно усмехнулся его выражению лица.       — О чём вы так громко болтаете? — послышался хрипловатый женский голос, к ним подползла Асфира.       Пайтор фыркнул на неё, вернувшись к своему занятию.       — Мальчишка, я с тобой разговариваю! — вместо ответа змей получает равнодушный взгляд и ещё больше сердиться.       Такое поведение Пайтора смешит императрицу, она хватается за живот и складывается пополам от смеха.       — Тебя даже связанный пленник не уважает! Аха-ха-ха! — Асфира поворачивается к юноше и приподнимает его голову тупым концом своего копья. — Скажи-ка мне, зелёный ниндзя, — обращается она к парню, когда Пайтор отпустил его волосы. — Как думаешь, я удовлетворила своё чувство мести, избавившись от «вероломного обманщика»?       «Что со мной произошло? Даже сейчас я ничего не чувствую, никаких чувств, хотя должен. Это мой дядя. Дядя, что научил меня всему, был моим учителем и наставником. Так почему же я ничего не чувствую?»       Асфира тоже остаётся без ответа.       — Не смей так смотреть на меня! — не выдержав стеклянного взгляда, крикнула императрица, дав парню сильную пощёчину. Ллойд зажмурился, слегка отвернув голову.       Пайтор наблюдает за тем, как парень неосознанно опять кусает сухую губу, только уже не так сильно. Его раздражает бесчувственность взгляда и равнодушие парня ко всему происходящему.       — Если тебе так нравится причинять себе боль, позволь мне это сделать, — хищно оскалив клыки, змей облизывается, смотря на младшего.       — Да-а-а, и мне, — улыбаясь, шипит императрица, явно недовольная таким обращением к себе.       — Что вы столпились возле него? — обойдя огромный кристалл посередине площадки, Харуми подошла ближе к ним.       Первый обратился к ней Пайтор:       — Харуми, до ритуала ещё далеко, а с этим мальчишкой у меня свои счёты. Позволь мне поиграться с ним, — ухмыльнувшись, змей повернулся обратно к юноше, потирая свои покрытые чешуёй ладони.       — И мне, пожалуйс-ста, — тут же подключилась Асфира. — Он меня очень разозлил.       «Интересно чем? Тем, что не ответил на Ваш дурацкий вопрос, Ваше величество?»       Харуми встречается взглядом с Ллойдом. Во взгляде второго по-прежнему нет никаких чувств. Девушка усмехается, «неужели ему действительно всё равно?»       — Можно, — она довольно ухмыляется, видя как нахмурились брови парня. — Разрешаю. Он хорошенько потрепал мои нервы эти несколько дней, — белокурая нагинается к самому лицу Ллойда так, что их носы едва не касаются друг друга. — Будет хорошо, если вы поставите его на место. Ладно, вынуждена покинуть вас, — и выпрямившись уходит, сказав напоследок: «Только не убейте его. Он мне нужен живым.»       «Я тяжело вздохнул, прикрыв глаза. Где-то в глубине души я надеялся, что Харуми скажет «нет», как же это было глупо. Она права, я слишком наивен.       Что-то треснуло и послышался лязг металла. Через секунду я упал на пол, больно ударившись головой и левым плечом. Цепи сняли, но тут же надели наручники. Боятся, что я сбегу или воспользуюсь силой.       Я не сразу понял, когда они начали бить. Мой разум будто действительно отключился от реальности. Я не вслушиваюсь в то, что они говорят, но, к своему огромному сожалению, всё-таки слышу.»       Пайтор вместе с Асфирой стали рассказывать, как они расправились с его семьёй, при этом злобно смеясь.       — Мы подожгли монастырь вместе со всеми кто в нём был! — злобно воскликнула хриплым голосом Асфира, нанеся удар в живот. Ллойд скорчился от боли, поджав ноги к груди, но звука не издал.       — Точнее сказать подорвали! — удар по спине, Пайтор реально зол на ниндзя, потому что удары чёткие, резкие и наносятся со всей силой.       — Ты бы видел, как я дралась с твоим дядей! Это было нечто!       «Мысли снова перемешались в голове. Они рассказывают о своём бое, неумолкая, но я не слышу, что именно. В ушах какой-то звон, все звуки слышаться будто через толщу воды. Они говорят о том, как мучали Нию, как били дядю, о том как отключилась Пиввж и что сделали со Скайлор, как в конце оставили кучу бомб по всему монастырю. Но слёз по-прежнему нет. Слёз нет даже от невыносимой боли, что отдается в каждой клеточке моего тела.       Я не знаю, что они делают со мной и предпочитаю оставаться в неведении. Из-за чего эта жгучая боль? Такое ощущение, что все органы горят изнутри и боль распространяется по всему телу. Я не открываю глаза, пытаюсь как-то сгрупироваться и напрягаю всё тело, чтобы удары были не так болезнены. Хотя это неочень помогает. Удары стали наносить быстрее и намного сильнее, чем раньше. Единственное, что я хочу – это просто отключиться.»       — Да ты хотя бы пискни! — яростно крикнул анакондрай. Парень молчит, подавляет в себе каждый болезненный стон, не позволяет себе издать и звука, что очень сердит змея. Его выводит из себя эта выносливость парня.       — Что же ты не плачешь? — насмешливо спрашивает Асфира. — Тебе не жалко своих друзей? Или, может, тебе не больно раз ты даже не стонешь?       — Слишком гордый просто! — Пайтор снова пинает парня. — Даже своего крика не позволил услышать! — злобно выкрикивает он и наносит удар прямо в солнечное сплетение.       Сильная жгучая боль сковала всё тело, Ллойд обхватил себя руками, сильно кашляя и пытаясь вдохнуть, что, к сожалению, не получается сделать.       Пайтор хмурится и отходит от скрючевшегося парня. Хриплые вдохи и кашель — это всё, что ему удалось выдавить из упрямого мальчишки.       В глазах всё поплыло, сознание в конец помутнело и Ллойд потерял сознание.       — Ты вздумал мне дерзить, надоедливый мальчишка?! — схватив отключившегося парня за шею, змей поднял его над землей.       — Я же сказала не убивать, — за спиной откуда ни возмись возникла Харуми, сложив руки на груди, она оглядела грозным взглядом змея.       — Харуми, зачем он тебе? — немного послабив хватку, Пайтор потряс повисшее в его руке тело. — Он такой хлюпик, пару раз ударили, а он отключился, — бросив брезгливый взгляд на «хлюпика» по его словам, он посмотрел на свою «коллегу по избиваниям», что положительно кивнула его словам.       Харуми посмотрела сначала на Пайтора, затем на Асфиру, а после взгляд зацепился на Ллойде. Что-то неприятно кольнуло в груди, девушка поджала губы, увидев состояние парня.       Разбитая бровь, с которой сочится кровь, потрескавшиеся губы с запёкшейся кровью на них, местами порванное кимоно, через порезы на котором видны раны. Девушка отводит взгляд, не желая слушать собственные мысли о жалости к парню.              — У него очень сильная энергия, плюс – он потомок Óни. Он может быть полезен Хрустальному королю, — быстро отвечает девушка, уже начиная переживать за Ллойда, а дышит ли он вообще?       — Разве вам не достаточно моего приказа не убивать его?! — резко обращается она к змеям, напугав обоих своим криком, что разнёсся эхом по помещению.       — Достаточно, — опустив голову, сквозь сжатые зубы отвечает Пайтор и ослабляет хватку, давая парню пластом упасть на землю.       Харуми цокает языком и поворачивается к ним спиной, намереваясь уйти.       — Дайте ему воды, когда очнёться, и свяжите как был, — она последний раз окидывает взглядом недвигающегося парня и, удостоверившись, что он дышит, выходит из зала.

***

      «Я медленно открыл глаза. Опять этот огромный кристалл напротив, опять этот зал с сиреневыми кристаллами, опять плен.       Я не помню последние события и что произошло до моей отключки. Не могу пошевелиться, значит опять связали. Когда опустил взгляд, очень удивился. Цепей нету. Я просто лежу на каменном полу и в прямом смысле не могу пошевелиться. Потом до моего мозга доходит ужасная боль, что пронзила всё тело, когда я попытался встать. Шевелиться всё-таки могу, но встать или что-либо сделать – нет.       Я попытался повернуться в менее причиняющее боль положение, но сие движение не понравилось моей нервной системе. Жуткая боль пронзила тонкими иглами каждую частичку моего тела. Вместо выдоха с моих губ сошёл сдавленный стон. Я зажмурился, сильно стиснув зубы. Память понемногу стала возвращаться ко мне.       Что они со мной делали? Почему так ужасно болит всё тело?       Били, что же ещё! Били и издевались.       Тихо шипя, я медленно поджал к себе ноги, левой рукой я приобнял себя и снова закрыл глаза. Какой смысл сейчас бодрствовать, если я даже не могу воспользоваться моментом и сбежать?»       — Эй! — парень почувствовал несильный толчок в спину. — А ну не спи, — сказал знакомый голос – Пайтор.       Ллойд решил проигнорировать его. Последовал ещё один толчок, только уже сильнее. Нехотя открыв глаза, парень посмотрел на змея боковым зрением, потому что голову повернуть слишком больно.       — Встань и выпей, — приказным тоном говорит он и указывает на ведро с водой возле его головы. Монтгомери даже не заметил его.       — Ты глухой? Я сказал: встань и выпей.       Ллойд жмуриться от крика звенящего в ушах, но продолжает лежать не шевелясь.       — Ты умрёшь, если не выпьешь воды.       — Лучше уж так, — тихий хрип сходит с потрескавшихся губ. — Чем перейти на вашу сторону, — голос слабый, но звучит уверенно.       — Глупец! Я сказал: встань и выпей!       Увидев, что парень действительно не шутит и что пить он не собирается, Пайтор наполняет ковшик чистой водой из ведра и, схватив парня за волосы, насильно вливает в открывшийся рот жидкость. Прекрасно зная, что если Ллойд умрёт от обезвоживания, Харуми с него шкуру снимет – девушка это ясно дала понять.       Резко запрокинув голову вслед за тянущей рукой, Ллойд неосознанно открыл рот. Жидкость потекла «не в то горло», заставив его зайтись в кашле. Благо Пайтор отпустил и парень смог перевернуться на живот и приподняться на локтях, откашливая лишнюю воду. Когда приступ кашля прошёл, Ллойд смог нормально вдохнуть. Парень вытянул руку перед собой, останавливая змея, что уже хотел повторить свои действия.       — Не надо. Я сам, — хрипло говорит он и принимает сидячее положение.       С одной стороны хорошо, что Пайтор не был согласен с таким заявлением парня, организм хотя бы воду получил.       Ллойд взял ковшик из рук врага и зачерпнул немного воды. Жидкость плескалась в ёмкости из-за дрожи в руках, парень поднёс её к губам, начиная пить. Вода приятно растекается прохладой по жилам, придавая сил и расслабляя напряжённые мышцы. В голове уже созревает план побега, Ллойд представляет, как он с помощью кружитцу отбрасывает Пайтора, как тихо пробирается к выходу и убегает как можно дальше от этого места. Ллойд мысленно радуется этой мысли, совсем не замечая как валится на бок, опять проваливаясь в темноту.

***

      Опять головная боль, похоже она стала его верной спутницей, как и ноющая боль во всём теле. Глаза открывать вообще не хочется, но чьи-то голоса, отдающиеся эхом повсюду, заставляют это сделать. Тусклый сиреневый свет, в зале собрались все, включая Харуми.       «Ну вот, я проспал свой побег.»       Ллойд глубоко вздохнул, тут же закашляв. Острая боль в районе рёбер оповестила о том, что там ушиб или скорее всего перелом. Шея отозвалась болью, руки онемели, начиная больно покалывать после попыток пошевелить ими. Его связали в неудобном положении, в отличие от прошлого раза, больно скрутив руки за спину. Лучше некуда.       Парень стал брыкаться, пытаясь послабить цепь, но только прокручивался на месте. Сил немного прибавилось, да и самочувствие слегка улучшилось, если конечно не учитывать непрерывную боль. Всё-таки вода немного помогла.       «Хотя бы теперь не чувствую себя сухофруктом.»       Ллойд усмехнулся собственным мыслям. Он оглядел всех присутствующих. Харуми разговаривает о чём-то с Пайтором, другие же заняты чем-то своим. Наверное готовятся к ритуалу.       — Харуми, тебе незачем это делать.       Девушка поворачивается на оклик, обращая своё внимание на очнувшегося парня.       — Никогда не поздно исправить ошибку, — Ллойд опять пытается вразумить её, хотя любой уже давно оставил бы эту затею.       — Это не ошибка, Ллойд, — Айстер сложила руки за спину, медленным шагом подходя к парню. — Я всё тщательно обдумала. В равновесии кроется проблема – оно приводит к расприям. Настоящий мир воцариться лишь тогда, когда победит одна сторона. А тьма сильнее, чем свет.       Ллойд тихо вздохнул, не добившись от девушки ничего, он опускает взгляд.       «Как её переубедить?»       — Мы готовы, — Харуми обращается ко всем присутствующим, отдавая приказы. — Приготовьте оружие. Асфира, начинай ритуал.       Мистер Э, Пайтор, Вангелис и Механик стали с четырёх сторон от кристалла, вытянув золотое оружие перед собой. Асфира стала напротив огромного кристалла, начиная читать заклинание на непонятном Ллойду языке. Злодеи отпустили «оружие кружитцу» и оно стало парить в воздухе. Вокруг него закружились сиреневые искорки, а потом оружие и вовсе покрылось маленькими кристаллами. От оружия стали отходить электрические разряды, соединяя их между собой, а после направляя разряды на огромный кристалл. Пайтор перекревил Асфиру, показывая рукой лягушку.       — Бендже квиси! Бендже фоса! Бендже джоми! — Асфира прокрутила свой посох, резко вытянув его в сторону кристалла. — Хрустальный король!       Центральный кристалл заискрился, внутри него появился чёрный дым, заполняя всё его внутреннее пространство.       — Хрустальный король! Мой Повелитель. Следуй за моим голосом! — Харуми вышла вперёд, громко зовя кого-то из кристалла. — Это я – Харуми. Я вызываю тебя!       «Класс. Я стал свидетелем ещё одного тёмного ритуала. В прошлый раз был мой отец, теперь кто?»       — Восвободись от своих оков! Прими форму! — чёрный дым заполнил весь кристалл, Харуми вскинула руки в стороны. — Услышь мой зов и займи своё законное место Верховного правителя Ниндзяго!       Кристалл засветился и из него вышла сильная ударная волна вместе с ослепительной вспышкой света. Невидимая сила толкнула Ллойда, из-за чего он закрутился на цепи вокруг своей оси, не сдержав вскрика. Когда цепь перестала крутиться, Монтгомери закрыл глаза, голова закружилась и устало повисла на больной шее.       — Что ты сказал мне во время нашего последнего боя? — раздался эхом низкий грубый голос. — О-о-о, да…       «Что?!»       Разлепив глаза, Ллойд ужаснулся увиденным. Перед ним стоит человекоподобное существо с четырьмя руками, ростом в два человека, с рогами козла и уродливым лицом с выперающими наружу клыками. Тело облачено в золотые с чёрными элементами доспехи.       — Верховный владыка?! — в ужасе воскликнул зелёный ниндзя, не веря собственным глаза.       — Всё кончено! — по всюду разнёсся злобный смех Оверлорда.

***

      Нижняя челюсть отвисла от удивления, Ллойд с широко раскрытыми глазами, рассматривает новое тело своего давнего врага.       — Это всё сон, — парень отрицательно качает головой, не до конца понимая всё происходящее. — Я не верю.       Реакция парня смешит злодей, он глухо смеётся, раскинув все четыре руки в стороны.       — Вот я и вернулся, — Оверлорд сложил нижнюю пару рук себе за спину. — Твой дед вступил со мной в бой и потерпел неудачу, — он стал ходить вокруг Ллойда, несильно толкнув его одной рукой, чтобы юноша крутился вслед за ним. — Твой отец вступил со мной в бой и тоже потерпел неудачу. Ты пытался дважды и тоже потерпел неудачу, как и твои предки, — для придания большего эффекта своей речи Оверлорд показал электрический разряд в своих ладонях.       Выслушав врага до конца, Ллойд через силу произносит:       — Знаешь как говорят: на третий раз повезёт, — слегка приподняв голову.       — Всё ещё надеешься? Я восхищён, — на клыкастом лице появилось что-то наподобие улыбки. — Только это глупо. Я разобью твои надежды в дребезги!       В руках Оверлорда заискрились сиреневые разряды тока, повернувшись, он направил их на кристалл, из которого и вышел. Из горла монстра вышел рёв, кристалл заискрился и от него отошли разряды, попадая во всех пятерых злодеев, а за ними и в Харуми, поднимая их всех в воздух. Их одежда изменилась, на ней появились сиреневые элементы, и украсилась кристаллами, глаза приобрели тот же оттенок.       — Я чувствую, как я наполняюсь силой! — восхищённо воскликнул Вангелис.       — Да-а-а, — хрипло протянула Асфира. — Я тоже-е-е.       После всего «преображения» они спустились на землю. В руки Мистера Э прилетел сюрикен льда, украшенный сиреневыми кристаллами.       — Что?! — возмущённо воскликнул Механик. — Они принадлежат мне! — но тут же злобно ухмыльнулся, так как ему в руку прилетел второй сюрикен. Асфире достался «Меч огня», Вангелису «Коса земли», а Пайтору «Нунчаки молнии».       — Наконец-то, они заработали! — восторженно сказал Пайтор. — Спасибо, мой Повелитель! — учтиво поклонившись.       — Спасибо, — хором поблагодарили они Оверлорда.       Ллойд скептически изогнул бровь, глянув на врагов за спиной.       — Ты нацепил на них сиреневую форму, — усмехается парень. — Хотел меня этим впечатлить?       «Похоже, моё чувство юмора вернулось.»       Судя по выражению лица, Оверлорду не понравилось, что парня рассмешило его «представление», хотя должно было наоборот напугать и внушить страх в юношеское сердце. Золотые брови нахмурились, а морда исказилась в гневе.       — Возможно, тебя впечатлит это! — в когтистых руках заискрились молнии, он направил мощный разряд в огромный кристалл, заставляя его ярко светиться.       Потолок начал рушиться, с него стали падать камни и кристаллы, всё вокруг затряслось. Кристалл поднялся с земли, поря в воздухе, из него резко вышел сильный поток энергии, а свет ненадолго ослепил каждого. Ллойд почувствовал странное покалывание и щекочащее чувство в животе. Стало понятно, что вся кристальная крепость взлетела в воздух, вместе со всеми её обитателями. Только вот как?!       Когда пол и стены перестали дрожать, Пайтор сказал:       — Действительно впечатляюще.       А за ним поддакнул Вангелис:       — Очень впечатляюще, — оба желают угодить своему повелителю.       Тут Асфира начала говорить что-то о величие своего статуса и унижать при этом других, потом у них завязался небольшой спор.       Ллойд не обращал внимания на то, что они говорят, сейчас все мысли были заняты обдумыванием его дальнейших действий. Спор был прерван разрядом тока, что пролетел мимо, заставив спорщиков замолчать.       — Увидев мою силу в действии, сын Гармадона, ты убедился, что сопротивление бесполезно?! — сиреневые глаза злобно сверкнули, Оверлорд наклонился к парню. — Присоединяйся ко мне.       Уродливая клыкастая морда слишком близко к лицу Ллойда. Парень какое-то время смотрит в горящие сиреневым огнём глаза и отводит взгляд, обдумывая слова врага.       «Мне это в кошмарах будет сниться.»       В голове прокручивается одно и тоже: «Низачто! Ни под каким предлогом!», но сказать это напрямую – верная смерть гарантирована. И вряд ли она будет быстрой…       «Нужно что-то придумать.»       — Я даю тебе ещё один шанс,— увидев, что парень медлит с ответом, а значит обдумывает его «предложение», Оверлорд продолжил:       — Либо ты встанешь на сторону Харуми и начнёшь выполнять все мои приказания, — он показал на девушку, что сразу подошла ближе.       Харуми отвела взгляд в сторону, встретившись с парой изумрудных глаз, что смотрели на неё с упрёком и ненавистью, но нахмурившись, она сразу вернула его, посмотрев на Ллойда намного увереннее.       — Либо откажешься и я тебя уничтожу, — спокойно проговорил Оверлорд, заканчивая свою речь. — Выбор за тобой.       Ллойд ещё раз посмотрел на Харуми. Взгляд девушки изменился, она будто умоляла его согласиться. План в голове окончательно сформировался и на лице парня появилась ухмылка.       — Дело в том, что иногда я заказываю то, чего нет в меню. Поэтому я выберу вариант номер три, — губы растянулись в хитрой ухмылке, парень видит удивлённые лица Оверлорда и Харуми, можно сказать добился своего. Пока они в шоке, Ллойд незаметно раскачивает цепь, на которой висит.       — Вариант номер три? — бровь скептически изогнулась, Оверлорд сделал несколько шагов в сторону юноши.       Когда враг подошёл на нужное расстояние, Ллойд, собрав все оставшиеся в себе силы, сказал:       — Сбежать и сразиться в другой день!       Он резко повернулся и ударил ногами четырёхрукого так, что тот отлетел на каких-то два метра, но устоял на ногах. Оттолкнувшись от Оверлорда, парень налетел на стоящих позади «обновлённых» злодеев. Одним ударом удалось вырвать из рук Вангелиса «Косу земли» и она отлетела прямо в огромный кристалл, впившись в его верхушку острым концом, от чего по камню разошлись трещины, а вокруг разлетелись блестящие искорки. Всё затряслось, потолок снова стал рушиться, цепь, что была закреплена к кристаллам на потолке, оторвалась и Ллойд упал, больно приземлившись на каменный пол. Цепи легко спали, когда парень поднялся на ноги, потирая затекшую руку. Оверлорд бросил злобный взгляд на освободившегося.       Как этот мальчишка так легко провёл его?       Пол стал поворачиваться вертикально, сбрасывая с себя всех, кто на нём стоял – крепость начала падать. Негромко вскрикнув, Харуми схватилась за один из кристальных «кустов», чтобы не упасть, как и сделали все остальные.       Ллойд проскользил к одному кристальному вырасту, схватившись за него рукой.       — Спасибо за вечеринку, ребята, но, кажется, мне пора, — юноша довольно усмехается и скользит по узкому «мостику».       «Неужели реально чувство юмора вернулось?»       Парень ловко уворачивается от сюрикена прилетевшего в него, спрыгнув вниз.       — Тупицы! Остановите его!       В догонку зелёному ниндзя бросается Вангелис. Используя свои крылья, он подлетает к кристаллу, вытаскивая из него оружие.       Ллойд бежит по коридору, что крутится под его ногами и пол сменяется стеной. Парень уворачивается от выстрелов крылатого и скользит по гладкому полу, прыгая в первый попавшийся поворот. Крепость снова выравнивается и пол возвращается в исходное положение. Ллойд падает со стены, ударясь спиной об камень, затем об пол, но успевает задержаться руками об угол стены и быстро, как только может, взберается по лестнице. Адреналин подскочил в крови, давая силы парню.       «Я должен выбраться отсюда, во что бы то ни стало.»       — Где это я? — быстро несясь по коридору, спрашивает сам себя парень, вертя головой в стороны, в поисках выхода. — И почему эти замки оказываются такими таинственными?!       — Скажи-ка, куда это ты так торопишься? — откуда-то раздался хриплый змеиный голос.       Ллойд обернулся назад, не переставая бежать. Но посмотрев вперёд, резко затормозил, упав на пол, потому что в него был пущен заряд, что пролетел буквально в сантиметре от его макушки. Перед ним стояла Асфира.       — Мы сейчас поднимаемся в небо, — змея наклонила голову к отползающему назад юноше. — А на сколько мне известно: ниндзя летать не умеют! Ха! — крикнула Асфира, размахивая мечом на Ллойда, но тот ловко отпрыгнул ей за спину и меч попал в стену, от чего по ней разбежались маленькие кристаллики.       Ллойд воспользовался кружитцу и отбросил императрицу змей в другой конец коридора.       — Верно. А вот змеи могут.       «Я себе поражаюсь. Как я умудряюсь шутить в тот момент, когда мне грозит смертельная опасность?»       Из глубин коридора вылетел сюрикен, а за ним сразу Мистер Э, благо Ллойд вовремя отпрыгнул в сторону. Началась драка, ниндзя направляет потоки энергии на ниндройда, тот в свою очередь уворачивается. Ллойд подпрыгнул, отправив в Мистера Э энергетический зелёный шар, но ниндройд перекувыркнулся и перекатился на несколько метров подальше от него. Теперь очередь ниндройда нападать. Он побежал на парня, замахиваясь на него сюрикеном, желая перерезать тому глотку. Ллойд резко запрокинул голову и наклонился корпусом назад, увернувшись от удара. Вырвав из механических рук сюрикен, парень резким движением вонзил его в стену, повалив врага на пол. Ниндройд поднялся, в прыжке отбросив Ллойда в стену. Спина отозвалась болью, парень стиснул зубы упав пластом на пол. Поднимаясь, Ллойд заметил, как на него летит ниндройд. Высоко подпрыгнув, парень спасает себя от удара. Мистер Э делает движение головой в стороны, напоминающее разминку шеи, и вытаскивает пистолет. Тот самый, от выстрела которого Ллойд уже несколько раз терял сознание.       «Ой-ёй.»       Один выстрел попал юному мастеру энергии под ноги, потом в стену прямо возле головы. Ллойд бросился бежать дальше по коридору, Мистер Э за ним.       Монтгомери завернул в один из поворотов, но сразу кувыркнулся назад – от туда вылетел Вангелис стреляя в него. Из коридора, по которому он секунду назад бежал, вылетает сюрикен, Ллойд еле уворачивается и оружие застревает в полу. Парень бежит вперёд, но резко останавливается, видя как из темноты появляется фигура Пайтора.       — В итоге, — змей размахивает нунчаками, чуть не задевая грудь парня. — Это будет поединок между тобой и мной.       — И мной, — сзади послышался голос Вангелиса. За спиной парня уже стояли Мистер Э, Вангелис и Асфира.       — И мной, — из другого поворота к Пайтору подошёл Механик.       — Нет. Вы только что нарушили всю торжественность предстоящего боя «один на один»! — недовольно воскликнул змей, обиженно вздёрнув нос. — Как вы могли, — и расстроено понурил плечи. Кристальный выстрел Асфиры, что попал в пол, привлёк всеобщее внимание.       — Послушайте, — начал Ллойд, смотря, как злодеи, окружив его со всех сторон, стали подходить ближе. — Я знаю, у вас теперь новое оружие и всё вроде бы здорово. Но поверьте, Верховный владыка – это проблема для всех нас! — парень поочерёдно смотрит на каждого, надеясь, что сможет донести до них суть всего происходящего. — Он уничтожит всех и вся!       — Кроме нас, — усмехается Механик. — Не зря же мы вступили в его ряды, «умник», — мужчина постучал хрустальным сюрикеном себе по голове.       «М-да… кому я объясняю.»       — Но можешь не переживать, — засмеялась Асфира. — Тебя он не уничтожит.       — Это сделаем мы! — крутя нунчаками над головой, закончил её реплику Пайтор.       Все злодеи обступили ниндзя, замахиваясь на него оружием. Всё произошло как в замедленной съёмке: замахнувшись, все бросили своё оружие, Ллойд подпрыгивает достаточно высоко, чтобы его не коснулась ударная волна, что отбросила злодеев в стороны, как только золотое оружие соприкоснулось между собой. Воспользовавшись моментом пока все упали, Ллойд побежал дальше по коридору.       Парень добегает до какой-то лестницы, останавливается, чтобы хотя-бы немного передохнуть. Со спины вдруг нападает ожившая статуя из мести-камня, Ллойд уворачивается от удара и бежит вверх по лестнице. Он бежит по коридору, в конце которого открывается проход и ослепляющий дневной свет проникает в помещение.       Перецепившись, Ллойд кувырком падает на своеобразную каменную горку, на большой скорости съезжая вниз прямо к обрыву.       — Нет! — крикнул он, увидев впереди открытое небо. В последнюю секунду Ллойд переворачивается на живот и хватается рукой за каменный выступ.       Хрустальный воин, что гнался за ним, с воплем полетел камнем вниз. Под облоками, высотой в нескольких сотнях метрах, простираются джунгли и большая река, протекающая прямо под летающей крепостью.       Схватившись свободной рукой, пыхтя Ллойд подтянулся на руках, залезая обратно.       — Чуть не свалился, — облегчённо выдохнул парень, держась рукой за каменный «клык» крепости.       — Тебе не уйти, Ллойд, — прозвучал сбоку девичий голос. Харуми стоит в паре метров от Ллойда.       — Уходи! — нахмурившись, строго говорит ниндзя, махнув рукой в сторону. — Не хочу, чтобы ты пострадала!       — Хрустальный король хочет, чтобы я уничтожила тебя, но я даю тебе ещё один шанс. Будь с нами, — девушка кладёт руку себе на грудь, говоря уже более трепетно. — Будь со мной!       Сердце ёкнуло в груди от этих слов. Ллойд не верит в это, отрицает всем своим сознанием. Он не поведётся на эту ложь.       «Это обман. Она просто притворяется.»       — Если ты думаешь, что я это сделаю – ты плохо меня знаешь! — уверенно говорит Ллойд, замечая остальных прибежавших приспешников Оверлорда.       — Не подходите! Всем стоять! — приказывает им блондинка и идёт к зелёному ниндзя.       Парень подходит ближе к обрыву, смотря вниз.       — Ллойд, не надо! — девушка в ужасе осознает, что тот намеревается сделать. — С этой высоты ты разобьёшься!       «Эта интонация в её голосе, неужели она волнуется за меня? Странная и очень рискованная идея всплывает в голове. Но выбора нет, либо я умру, упав с такой высоты, либо я остаюсь и меня убьют здесь.»       — Очень надеюсь, что ты ошибаешься, — Ллойд встречается с умоляющим взглядом девушки и протягивает к ней правую руку. — Сделаем это ради нас! — резко схватив девичье запястье, Ллойд с разбегу спрыгивает вниз, потянув Харуми за собой.       — Нет! — единственное, что успела выкрикнуть девушка, прежде чем полететь вниз. — Не-е-ет!       Ллойд притянул её к себе, слегка приобнимая. Харуми вцепилась в него руками, пряча лицо в его плечо, будто это как-то спасёт её от падения.       Вроде приятное чувство, её прикосновения, она обняла его, хоть и принуждённо. Монтгомери прогоняет эти мысли прочь, далеко подальше. Она его враг. Пара стремительно летит прямо в реку. Харуми поднимает взгляд, но увидев воду совсем близко, испуганно вздыхает и крепче прижимается к юноше.       Ллойд набирает ртом воздух и задерживает дыхание. Секунда и парень чувствует, как спиной он разбивает водную гладь, образуя огромный всплеск.       «Падать в воду действительно больно.»       Ллойд чувствует, как кимоно моментально намокает, а холодная вода коснулась нагревшейся после долгого бега и драки кожи. Вода затекает в уши и в нос, она тянет на дно, окутывая своим холодом.       Стоп!       Захлебнуться и утонуть в реке в его план побега не входило.       Разлепив глаза, парень увидел размывающуюся картинку, но точно смог отлечить белоснежную макушку. Харуми была без сознания. Подплыв к ней, парень взял девушку за руку, потянув наверх. Выплыв на поверхность, Ллойд сделал глубокий вдох, чувствуя, как лёгкие наполняются кислородом.       Перекинув руку Айстер себе на шею, ниндзя оглядывается в поисках чего-то, за что можно зацепиться и вылезти из воды. В поле зрения попадает свисающий над водой толстый ствол пальмы. Подгребя ближе к дереву, Ллойд схватился за него рукой, залезая сам и затягивая на ствол Харуми.       Тихо шипя от боли, парень забирает катану, что висела за спиной девушки, и засовывает в свои ножны. Харуми очнулась, начав кашлять из-за воды, попавшей в дыхательные пути. Зелёный ниндзя посмотрел на порящую в воздухе крепость.       Им удалось сбежать, они выжили. Но остаётся вопрос: «Что делать дальше?».

***

      Солнце высоко над головой, как же долго Ллойд его не видел. Да может в плену он пробыл не так много времени, но каждая секунда тянулась ужасно долго в этом месте. Парень размахивает мечом, разрубая свисающие на пути лианы. Рядом идёт девушка со связанными руками, тоже одной из этих лиан. Он не сводит с неё глаз, следит почти за каждым её движением, чтобы не попасться на её уловки. Как обычно.       Как только они выбрались на берег, Монтгомери разрубил одну из лиан и быстро, как только мог, связал руки девушки, пока та не успела окончательно прийти в себя.       — Что это? — скептически изогнула бровь Харуми и, слегка нахмурившись, посмотрела в лицо парня.       — Можешь считать это верёвкой, — бросает в ответ Ллойд и, завязав крепкий узел, отпускает связанные запястья.       Пока девушка стоит в шоке от возмущения, ниндзя подходит ближе к берегу и, выглянув из-за дерева, смотрит на устрашающую порящую в воздухе каменную крепость. Парень понимает, что его вот так просто не оставят в покое и вот-вот бросятся в погоню за ним. Поэтому, не теряя ни секунды времени, Ллойд возвращается к девушке и, бросив короткое «Пошли», идёт в чащу тропического леса.       Спокойно пройтись по джунглям не получилось и проблема заключается даже не в тварях и насекомых, которыми кишит лес, проблема в Харуми. А если быть точнее то в её немолчании.       Весь пройденный ими путь лишил Ллойда ещё больше нервных клеток, которых, наверняка, осталось уже слишком мало до его нервного срыва.       — Ты можешь помолчать хотя бы минуту? — спустя какое-то время наконец-то спрашивает парень, но в ответ получает лишь продолжение «рассказа».       Вариант «игнор» на бывшую принцессу не действует. Девушка, не умолкая, напоминает Ллойду обо всём том, что он предпочитает не помнить. Про его отца, про кровь Óни, что течёт по его жилам, про ту битву в Криптариуме. Про свою «смерть».       — Харуми, — сквозь плотно сжатые зубы цедит её имя парень, резко остановившись. Харуми, что шла сзади, не рассчитав, врезалась в его спину.       — Что? — нехотя спрашивает девушка.       — Я тебе уже говорил, — Ллойд вздыхает, набирая в лёгкие воздуха, чтобы успокоиться. — Я не мог спасти тебя тогда.       — Не мог? — насмешливо переспрашивает она. — Ты всем так отвечаешь: «Простите, пожалуйста, но я не смог вас спасти тогда». Да, так?       Светлые брови нахмурились, зубы плотно сжаты, Ллойд следит за тем, как девушка коверкает его слова, добавляя к ним писклявую интонацию.       — У меня на руках умирала Скайлор.       — Аа-а, ну если Скайлор умирала, то это уже другое дело, верно? — язвит девушка, перебив собеседника на полуслове.       — Да как ты не понимаешь?! — парень разворачивается к ней всем телом, резко перейдя на крик. — Я не мог перепрыгнуть несколько зданий и спасти тебя от падения! Даже если бы Колосс не пытался меня раздавить и рядом со мной никого не было бы, я бы всё равно не успел!       Харуми приподнимает одну бровь, безразлично смотря в лицо кричащего на неё зелёного ниндзя.       — Это тебя не оправдывает.       Ллойд делает шумный выдох, подавляя внутри себя всё больше нарастающий гнев.       — Ты всю свою жизнь спасаешь Ниндзяго от опасности, иногда даже жертвуя собственной жизнью. Но ты не удосужился спасти свою «любовь», — белокурая специально выделила последнее слово, не имея возможности показать пальцами кавычки.       «Она ещё смеет говорить, что я люблю её. Даже после всего того, что сделала.»       — Я любил тебя, Харуми, — Ллойд не кричит, говорит спокойно с едва заметной болью в голосе. — По-настоящему любил. Но ты сделала всё, чтобы я возненавидел тебя всем сердцем, — губы сжались в тонкую линию, парень следит за сменой эмоций на лице Харуми, которой всё нету.       Бардово-розовые губы девушки искривились в ядовитой ухмылке, она сделала шаг вперёд, приблизившись к его лицу. Ллойд оставался стоять на месте, нахмурившись, он не отводит взгляда от ухмыляющегося лица, что находится буквально в сантиметре от его.       — Как прекрасно, что теперь наши чувства взаимны, — она выдыхает эти слова в его плотно сжатые губы, ополяя их горячим дыханием. Харуми резко отпрянула и, гордо подняв подбородок, зашагала вперёд, больно зацепив ниндзя плечом.       «И что это сейчас было? То она докапывается до меня, почему я не спас её, а сейчас говорит, что ненавидет меня. Как её вообще понимать?!»       Сердцебиение участилось, как и дыхание. Ллойд часто дышит, смотрит в одну точку, переваривая услышанное. Эта девчонка истратит его последние нервы. Рука сильно сжимает рукоятку катаны. Резко подняв её над головой, парень одним махом разрубает толстую сухую ветку за спиной и останавливается в таком положении, не двигаясь. Резкое движение руки привело к тому, что в районе груди что-то со жгучей болью оторвалось и парень почувствовал, как тёплая жидкость потекла вниз по рёбрам.       «Кажется, я знаю, что это "оторвалось"…»       Ллойд скревился от боли, тихо цокнув языком.       «Идиот. Вот мне только этого не хватало.»       Втягивая воздух через зубы, Монтгомери воткнул меч в землю, слегка опираясь на него.       «Нельзя делать резких движений. Как я вообще мог забыть про раны? Нужно найти воду. Мы уже далеко отошли от реки, чудесно.»       Ллойд устало вздохнул, опустив голову. Они уже часами пробираются сквозь джунгли, а он ещё даже не думал о том, как они собираются ночевать в этих лесах, что кишат хищными зверями, а тут под боком ещё приспешники Оверлорда. Стоп. «Хрустальный совет», про него он тоже забыл.       Заметив, что парень до сих пор стоит возле огромного дерева, Айстер остановилась.       — Чего застыл там? — грубо спрашивает она, поворачиваясь к ниндзя. — Эй, я к тебе обращаюсь! — уже громче крикнула беловолосая, смотря на то, как парень к чему-то прислушивается.       — Тихо, — сказал Ллойд, настораживая слух – он точно что-то слышал.       — Что? — видимо парень сказал это слишком тихо, что Харуми, стоящая далеко, не расслышала его или она просто притворяется.       — Я сказал: тихо, — нахмурившись, повторяет свой приказ ниндзя, медленным взглядом осматривая верхушки могучих деревьев.       Харуми недовольно цыкает и быстрым шагом направляется к парню.       — Что ты там мямлишь, я ничего не слышу! — возмущается блондинка уже почти дойдя до зелёного ниндзя.       — Харуми, замолчи! — парень резко дёргается в сторону подошедшей и закрывает её открывшийся от удивления рот рукой.       Харуми возмущённо мычит, пытаясь как-то вырваться из стальной хватки парня.       — Тихо, — слышит тихий хрипловатый шёпот возле своего уха. Ллойд затаил дыхание, она это почувствовала. Он прижал её к себе, а сам медленно отошёл назад, прижимаясь к стволу дерева.       Сердце забилось чаще, когда Харуми почувствовала учащенное сердцебиение парня. Щёки покрылись лёгким румянцем, девушка, сама того не заметив, стала дышать тише. Вокруг была такая тишина, что было слышно как шелестит листва деревьев.       — Где они?! — послышался голос откуда-то сверху. Странный звук, похожий на рёв, разнёсся по лесу. На освещенной части земли пробежала тень чего-то большого.       Они ищут их. Точнее не их, а именно Ллойда. И ясно для чего — чтобы убить.       — Здесь их нет, ищите дальше! — крикнул в ответ мужской голос и рёв каменных чудовищ стал понемногу удаляться.       Харуми не знает зачем, но она подождала пока голоса и посторонние звуки затихнут, это значит, что злодеи уже далеко. Она не стала кричать и звать на помощь, не сделала ничего, чтобы их нашли. Зачем? Айстер сама задаётся этим вопросом. Тут девушка опомнилась, выйдя их своих мыслей. Рука Ллойда всё ещё находится на её лице и сжимает рот. Резко дёрнув рукой назад, Харуми точным ударом попадает локтем по рёбрам парня, что сразу ослабляет его хватку и она отходит от него на два шага.       — Не смей закрывать мне рот, понятно?! — негромко воскликнула Айстер, злобно посмотрев на ниндзя.       Ллойд не ожидал такого действия, удар пришёлся точно по и так уже повреждённым рёбрам, что заставило его отпустить девушку. Левая рука сама по себе прижалась к больному месту. Дышать стало трудно, а в глазах внезапно потемнело.       — Ллойд, — голос дрогнул, Харуми немного напугало такое состояние парня. — Тебе больно? — тихо спрашивает она, без капли сарказма или насмешки. Это что беспокойство?       Зрение пришло в норму и вроде такая сильная боль отступила.       — Нет, приятно, — прошипел Ллойд, подняв взгляд на девушку. Выпрямившись, он смог нормально вдохнуть, ну почти нормально. Парень заметил волнение в голосе и во взгляде серо-голубых глаз, но смахнул всё это на галлюцинации и свою фантазию.       Не может она за него волноваться, такого просто быть не может.       Ллойд осторожно выходит из тени, проверяя нет ли за ними слежки, и подходит к мечу, что все это время оставался торчать в земле.       — Пойдём. Надо найти реку, — он поднимает голову и замечает то, что день уже близится к вечеру.

***

      Дорога к реке оказалась вообще не подарком. Члены «Хрустального совета» прочесывают джунгли, летя верхом на каменных монстрах, из-за чего Ллойду и Харуми всё время приходится прятаться. И ладно если бы девушка молчала, может было бы немного лучше.       — Не понимаю, — острое лезвие разрубило очередную лиану. — За что тебя прозвали «молчаливой»? Болтаешь без умолку, — Ллойд не поворачивается к девушке, а вопрос был скорее риторический.       — У тебя учусь, — язвит Харуми в ответ, натягивая улыбку.       Ллойд закатывает глаза.       — Зачем я вообще тебя с собой взял? — тихо бормочет себе под нос.       — Это ты мне лучше скажи, Ллойд. Зачем ты меня взял? Ты же знал, что я не остановлюсь, пока не добьюсь своего, — своими словами девушка заставляет ниндзя остановиться и повернуться к себе.       — Тебе мало того, что ты уже сделала?! — почти криком спрашивает Ллойд.       — Мало, — ухмыляется Харуми. — Я не перестану, пока не отомщу.       Ллойд устало застонал, зарываясь пальцами себе в волосы.       «Ей действительно мало?! Когда она уже успокоится?!»       Журчание воды неподалёку отгоняет гнев и заставляет парня посмотреть по сторонам в поисках источника звука. Харуми что-то ещё говорила, но Ллойд не слушал её. Пройдя ещё буквально метров 10, он услышал шум реки и, сорвавшись на бег, через несколько секунд оказался у берега. Течение не сильное, вода течёт спокойно. Мысленно обрадовавшись тому, что наконец-то они дошли до воды, Ллойд возвращается к своей «спутнице».       — Мы вышли к реке, ты пить хочешь? — практически безэмоционально спрашивает парень, выходя из-за дерева.       Харуми фыркает, гордо отворачивась от ниндзя.       — Нет, не хочу.       Ллойд непринуждённо хмыкнул, мол сама так захотела. Взяв девушку за локоть, он повёл её к большому дереву.       — Эй, ты что творишь?! Отпусти меня!       Не обращая внимания на возмущения Айстер, парень отвязал её руки друг от друга и, обхватив ствол уже подготовленной длинной лианой, привязал запястья девушки к разным её концам.       — И зачем ты это сделал? — спрашивает Харуми, упорно стараясь спрятать волнение в голосе. Во взгляде девушки промелькнул страх, что не скрылось от Ллойда. В голову стали лезть пугающие мысли, вызванные таким странным действием со стороны Гармадона-младшего.       — Не буду я с тобой ничего делать. Не бойся, — спокойно говорит Монтгомери, завязывая узел. — Просто, чтобы не сбежала, — парень встаёт с корточек и уходит, оставляя девушку сидеть на земле.       — Эй! Ты куда пошёл?! — Айстер дёрнула руку, но та больно запульсировала в районе узла. — Решил меня тут оставить?!       — Ага, — негромко отзывается парень откуда-то сзади. — На съедение диким зверям, — Харуми прям услышала, что мастер энергии усмехнулся. Она опять фыркнула, тихо бормоча что-то себе под нос. В голове снова промелькнул вопрос «Куда он пошёл?».

***

      Привязывать Айстер к дереву Ллойду не хотелось, да и проявлять к ней такое неуважение тоже. Просто это было единственное, что придумал Монтгомери на данный момент.       Привязав её к стволу, парень быстрым шагом направился к реке. Очень хочется пить, а ещё больше умыться, почувствовать приятную прохладу на лице и руках, смыть наконец-то с себя всю эту грязь. Когда в поле зрения появилась вода, ноги задрожали, стоять на них стало слишком трудно, он ужасно устал за последние дни.       Еле дойдя до берега, парень упал на колени, больно сдирая уже имеющиеся на них раны. Склонившись над рекой, Ллойд опустил туда руки. По телу пробежали приятные мурашки от прохладной воды. Помыв ладони в реке, он зачерпнул немного воды, поднесся их к губам. Ллойд зачерпывал ладонями воду и пил до тех пор, пока полностью не утолил свою жажду. После попадения воды в желудок стало намного легче. Парень обратил внимание на свои руки. Ладони сдёрты в кровь, их тыльная сторона и запястья покрыты мелкими царапинами и ссадинами. Некоторые остались после плена и побега из кристальной крепости, некоторые совсем свежие, оставленные колючками и острыми ветками. Монтгомери опустил взгляд, посмотрев на своё отражение в реке. М-да… лицо тоже не сильно так отличается. Царапины и ссадины на щеках, тёмные круги под глазами, разбитая бровь и потрескавшиеся губы.       «Только фингала под глазом не хватает.»       Тихо усмехнувшись, Ллойд ловит себя на мысли, что за всё время прибывания в плену он не менял одежду, и было бы неплохо помыться. Посмотрев на себя, он почти совсем не удивился. Всё зелёное кимоно покрыто порезами, испачканно в крови и грязи, ещё повезло, что оно ещё способно практически полностью закрывать тело. Хмыкнув, Гармадон-младший стал развязывать пояс, снимая верхнюю часть кимоно. Белая рубашка почти полностью пропиталась кровью юноши.       — Ты чего притих? — раздался раздражённый голос девушки из глубины леса. Видимо, Айстер решила удостовериться, что её действительно не бросили и что парень всё ещё жив. Мало ли, вдруг в обморок свалился – вид у него был, так скажем, не очень.       Ллойд предпочёл не отвечать, стягивая рукав с руки, он попытался снять рубашку, но почувствовав жжение, с ужасом осознает, что не может этого сделать. После падения в реку все раны намокли как и кимоно, а потом на жаре ткань высохла и прилипла к открывшимся и свежим ранам. Тихо зашипев, Ллойд отпустил края ткани, судорожно начиная соображать, что делать.       — Ллойд! Ты там умер что-ли?!       — Нет! — крикнул в ответ парень. — К твоему сожалению, пока ещё жив, — продолжив уже не так громко.       — Что ты там делаешь? — никак не унималась девушка.       За последние несколько суток Ллойд молчал наверное больше, чем когда-либо, зато Харуми теперь не умолкала. Разговаривает и разговаривает, давит на больное, затрагивает темы, которые Ллойд всячески избегает, пытается переманить на свою сторону. Да о чём только она не говорила и не перестаёт, потому что видит, что ниндзя это раздражает. Специально хочет вывести его из себя, но парень упорно молчит и практически не отвечает на её многочисленные вопросы и оскорбления в его сторону и это её сердит, притом очень.       «Чтобы можно было снять рубашку, нужно, чтобы раны снова размокли и ткань отстала от них. Либо придётся залезть в реку, что не подходит мне как вариант, либо…»       Взгляд изумрудных глаз остановился на зелёном, хотя уже не совсем такого цвета, кимоно. Идея сама по себе щёлкнула в голове. Парень погрузил вещь в воду, смотря на то, как ткань пропитывается водой, а сама вода красится в красный оттенок.       «Всё равно я собирался стирать его.»       Прополоскав одежду так, чтобы с неё стекала более-менее чистая вода, Ллойд поднял её над головой. Холодная капля упала за шиворот, заставляя вздрогнуть. Выдохнув, парень резким движением рук в противоположные стороны выжимает воду из ткани. Сильно закусив губу, парень прогнулся в спине. Жгучая ужасная боль. Парень повторяет свои действия, чтобы рубашка полностью намокла и только сильнее закусывает губу, сдерживая стоны.       — Разве тебе не стыдно так с девушкой обращаться? — Харуми всё это время говорит, не давая парню отдохнуть.       Ткань насквозь промокла и теперь прилипла к телу. Несколько раз глубоко вдохнув и выдохнув, Ллойд взялся рукой за ткань на груди, аккуратно оттягивая. Стало больно, очень. Руки дрожат, как и всё тело. Трясущемися руками парень пытается отлепить ткань, но получается только отдирать с засохшей кровью. Ллойд вертит головой в стороны, сжимает челюсть, и царапает ногтями землю. Он ужасно не хочет, чтобы Харуми услышала его стоны, не хочет, чтобы она увидела его уязвимым. Уже достаточно раз она видела его таким, хватит. Её, наверняка, позабавит увидеть зелёного ниндзя в таком состоянии.       — Чего ты молчишь? Ответить нечего?       — Да помолчи ты! — не выдержав, выкрикнул Монтгомери. — Хотя бы пять минут, пожал… — парень не договорил, делая глубокий, но бесшумный вдох. — пожалуйста.       Снять с себя эту несчастную рубашку всё же получилось, хоть и с горем пополам. От боли стало тошнить. Посмотрев вниз, Ллойд сразу же поднял голову, глаза забегали по зеленой листве. Стало ещё хуже. Вид открытых ран вызвал рвотные позывы. Это ведь уже не первый раз, почему он никак не привыкнет? Во рту значительно увеличилось количество слюны, его сейчас точно вырвет. Но он же ничего не ел, чем он рвать будет-то?       Ответ долго себя ждать не заставил. Резко склонившись над рекой, изо рта полилась жижеподобная субстанция. Желчь. Она выработалась, когда в желудок попала вода. Кашляя и сплёвывая горькую слюну, Ллойд морщится. Горло ужасно жжёт, а живот теперь болит не только от голода. Глубоко дыша, он упирается руками в землю, пытаясь восстановить дыхание. Всё размывается и плывёт перед глазами. Ему нельзя сейчас отключаться, нельзя! Тело пробирает мелкая дрожь. Да когда уже всё это кончится?! Ужасно клонит в сон, глаза сами собой слипаются. Зажмурившись, парень стоит в таком положении какое-то время. В ушах какой-то странный шум и ничего кроме него, зато теперь крики девушки не слышно.       Ллойд дёрнулся, резко открыв глаза. Похоже он заснул так, но вряд ли надолго. Буквально несколько секунд, потому что он всё ещё стоит на четвереньках, свесив голову вниз, позволяя ей свободно повиснуть на уставшей шее.       Ему кажется или стало немного лучше? Не настолько, чтобы сейчас можно было идти сражаться с Оверлордом, но такая оглушающая боль прошла, вроде или лучше сказать затупилась немного. Сев в исходное положение, Ллойд ещё раз прополоскал кимоно.       Да-уж... от ужасного металического запаха крови и пота его отстирать без мыла не получится, но от крови и грязи вроде получилось.       Аккуратно встав на ноги, Ллойд подошёл к рядом стоящему дереву. Его слегка шатало после неудавшегося обморока, он стряхнул одежду и перекинул её на ветку. В такой жаре она быстро высохнет. Также он поступил с некогда белой рубашкой.       «А ведь можно было так себя не мучать и просто разрезать её мечом и дело с концом.»       Парень стукнул себя по лбу. А ведь реально можно было так с самого начала сделать, но в тот момент Монтгомери не додумался до этого. Тяжело вздохнув за свой «блестящий» ум, парень развесил уже подобие рубашки на ветку.       «Можно использовать вместо половой тряпки. Чесслово.»       Садясь на траву, Ллойд с радостью для себя вспоминает, что где-то у него должны быть бинты. Точно, небольшой рулон бинта лежит в кармане штанов. Отложив его в сторону, ниндзя зачерпнул в ладонь немного воды и стал смывать грязь и кровь с кожи, аккуратно промывать раны от попавшей в них грязи, шипя при этом и втягивая через сжатые зубы воздух. Закончив с этой «процедурой», Ллойд взял в руки бинт. Развернув его, парень горько усмехается. Его даже на половину всех ран не хватит. Наплевав на это, Ллойд принялся обматывать ими грудь, а за одно и спину, те участки где были более глубокие раны. Прекрасно понимая, что бинт прилипнет к ранам, также как и рубашка, без какой-либо мази, ниндзя продолжал до тех пор, пока бинт не закончился.       Посидев ещё немного на земле, как бы отдыхая, Ллойд снял обувь, опустив ноги в воду. Прохладно и так хорошо, парень блаженно прикрыл глаза. Закатив штаны до колен, Монтгомери не стал сильно обращать внимание на имеющиеся на ногах раны и синяки, просто помыл их, чтобы инфекция вместе с грязью не попала туда и ещё раз умыв лицо ледяной водой, мастер энергии подошёл к дереву. К привеликому его удивлению, одежда высохла, только в некоторых местах была влажной. Либо здесь действительно очень жарко, либо Ллойд настолько слаб, что пока возился с бинтами даже одежда успела высохнуть. Махнув рукой, парень аккуратно надел рубашку и кимоно, а затем завязал пояс.       Солнце потихоньку начинало садиться за горизонт. Его оранжевые и красные лучи красиво отражаются на маленьких волнах и круговых разводах речки. Птицы красиво зачирикали на ветвях деревьев. Лес стал готовиться к вечеру. Стоп, а где ещё одна птица? Парень сам не заметил, когда Харуми замолчала и перестала действовать ему на нервы своей бессмысленной болтовнёй. Подняв с земли катану, парень неспешным шагом отправился к тому месту, где оставил бывшую принцессу.       Поняв, что Ллойд не ответит, не получив ответа несколько долгих минут, Харуми, сама для себя не замечая, уснула. Девушка продолжала сидеть на земле, руки отведены в стороны и привязаны к дереву, голова опущена, а белоснежные шелковистые прядки волос свисают вниз, закрывая окрашенное красным гримом прекрасное лицо.       Вид у беловолосой нормальный, видно, что она просто спит, но всё равно сердце юного мастера стихии неприятно сжалось. Ужасно осознавать, что именно ты привязал девушку к дереву, не давая ей свободного выбора. Но вот почему? Неужели чувства к этой жестокой злодейке всё ещё не угасли? В голове всплывают и другие мысли. А было ли больно Харуми, когда она видела его в подобном состоянии. Хотя, если на чистоту, намного худшем. Было ли ей больно видеть его страдания, когда он кричал ей остановиться, когда умолял одуматься; когда этот противный змей издевался над ним, позволяя себе делать с юношей, всё что ему вздумается. Сжалось ли её сердце, хотя бы на малость, когда скользкие пальцы сомкнулись на его шее, не позволяя вдохнуть даже капли воздуха.       Губы парня сомкнулись в тонкую линию, а брови слегка нахмурились. Ллойд отвёл взгляд. Наивно надеяться на положительный ответ.       Вокруг стало темнеть, значит вот-вот и тьма накроет своим покрывалом всё вокруг, нужно развести костёр. Отшагнув назад, Монтгомери услышал треск. Под ногой оказалась сухая ветка. Оглядев всю площадь «полянки», Ллойд заметил множество различных сухих веток на земле. Собрать хворост не составит труда.       Поднялся несильный ветер, жара отступила очень быстро и температура значительно снизилась. Пока собирал хворост, Ллойд подметил то, что если бы он просто разрезал рубашку, то сейчас вряд ли бы порванное кимоно спасло бы его от холода. Так тоже не особо тепло, но лучше, чем ничего.       Собрав достаточное количество веток, Ллойд выбрал подходящее место для костра, положив вкруг камни. С того момента, как им удалось выйти к реке, они не сталкивались с членами «Хрустального совета», что не могло не радовать. Вокруг царила тишина, даже змеи или странные людоедные растения не попадались. Когда искры от двух камней-трута коснулись сухих веток, они затрещали, появился дым, а после и огонь, постепенно окутывающий их. Поднявшись с колен, парень подошёл к дереву, у корней которого всё ещё спала девушка.       Когда верёвка спала с запястий и руки аккуратно опустили вниз, Харуми проснулась, открыв глаза. Одарив парня недоверчивым взглядом, Айстер заметила свечение за его спиной. Его источником оказался костёр. Девушка опять подняла взгляд на ниндзя.       Ллойд скрутил лиану, словно верёвку, перекинув себе на плечо, и только потом взглянул на Харуми, что всё это время наблюдала за ним.       — В сорока метрах отсюда протекает река, — коротко поясняет парень. — Если хочешь пить или ещё что-то нужно, можешь сходить, — развернувшись на пятках, он пошёл к костру.       — Я не ждала разрешения, — говорит ему вслед беловолосая, но зелёный ниндзя даже не остановился. Что-то буркнув себе под нос, Айстер поднялась с места, отряхивая одежду от пыли и сухой травы. Поняв, что ещё с утра ничего не пила и по своей же глупости отказалась от воды несколько часов назад, девушка направилась к реке, куда и указал Ллойд.

***

      Парень взял немного хвороста, подбросив его в костёр. Солнце спряталось, а тропический лес погрузился в ночную темноту. Сухие ветки успокаивающе потрескивают в костре. Умиротворение и больше ничего. Тишину разрезали тихие шаги. Ллойд боковым зрением замечает девушку, что подошла к бревну, что лежит на противоположной стороне от костра, и опустилась на него. Пока Монтгомери готовил место для костра и собирал хворост, ему удалось найти упавшее дерево и отрубив торчащие ветки катаной, ниндзя перекатил его в нужное место, разрубив при этом на две части, чтобы можно было на них сидеть.       «Прошло какое-то время, точно не знаю сколько. Каждый из нас был погружен в свои мысли. Тишину повисшую между нами прерывает лишь треск веток в костре. Харуми практически ничего не говорила с того момента, как я её разбудил. Может ночь будет немного лучше, чем день? Только я успел об этом подумать, как услышал смешок со стороны, что означает начало очередного «приятного разговора». Сглазил.»       — Ты, наверное, уже часто бывал в лесу, — притворно невинный голосок, каким говорят в основном девушки, желая обратить на себя внимание, но у этой девушки другая цель такого тона. — Раз так хорошо во всём разбираешься.       «Это сейчас сарказм или комплимент? Хотя какая разница.»       Взгляд изумрудных глаз направлен на огонь, пожирающий ветки, эмоций на лице нету совсем.       Харуми нахмурилась, не получив никакого отклика, даже в виде мимолётного взгляда.       — Скорее всего, вы с друзьями часто сталкивались с подобными приключениями, — опять никакой реакции, девушка усмехнулась. — Знаешь, что я заметила? — победа, парень поднял на неё взгляд, значит она заинтересовала его своим вопросом. — Помнишь, когда я жила с вами на корабле какое-то время? Тогда я заметила очень интересную деталь. Все твои друзья очень дорожат тобой… ой то есть дорожили.. — ухмылка появилась на лице беловолосой.       Брови парня нахмурились, сам он не сводил пристального взгляда с неё.       — Все без исключения. Каждый заботился и беспокоился о тебе, но двое особ делали это чаще и больше, чем остальные, — девушка говорит внятно, чётко, чтобы Ллойд точно услышал каждое её слово, и спокойно, при этом растягивая предложения. — Красный ниндзя, как там его..? Ах да, Каем зовут и его сестрица Ния, я права? — Харуми задумчего поднесла руку к подбородку, с ухмылкой наблюдая за тем, как парень напротив напрягся. — Они вели себя с тобой как настоящие брат и сестра: заботились, оберегали и беспокоились, так как никто другой не делал.       Разговор зашёл не в то русло, опять затронули тему его семьи. Ллойд не ожидал, что девушка окажется настолько внимательной, хотя вряд ли нужно быть слишком наблюдательным, чтобы заметить заботу Смитов о нём. Сердце ускорило свой ритм, а руки непроизвольно сжались в кулаки, больно впиваясь ногтями в кожу, оставляя на ней маленькие ранки.       — Помню, когда я оставила тебя в «Храме Óни», этот красный мальчишка очень переживал за тебя. Даже слово мне не давал вставить, всё спрашивал «Где Ллойд?! Где Ллойд?!» — породируя голос парня, Харуми пропустила смешок. — Или когда Ния утешала и поддерживала тебя, в то время как твой родной отец разрушал город. Если бы я не знала, что вы просто друзья, я бы подумала, что вы действительно кровные братья, а Ния ваша сестра.       «На миг в душе растеклось тёплое чувство, вызванное прекрасными воспоминаниями о семье, но тут же я почувствовал холод. Ужасный леденящий сковывающий тело. Опять зашла речь об отце.»       — Жаль я не видела их в тот момент, когда твой отец избивал тебя в Криптариуме. Было бы любопытно посмотреть на их реакцию, — девушка, наигранно расстроено вздохнув, понурила плечи. — Как забавно, — усмехнулась Айстер. — Эти двое ниндзя любили и заботились о тебе больше, чем кто-либо из твоих близких, даже больше твоих родителей вместе взятых, — казалось, что девушка сейчас рассмеётся злобным смехом, как и другие злодеи, но она продолжала ухмыляться. — В то время как твой родной отец пытался убить тебя, они защищали тебя ценой собственной жизни.       Сердце больно сжалось, это ведь правда. Возникло резкое желание заткнуть девушку, чтобы она не продолжила говорить об этом дальше.       — Харуми, замолчи, — в полголоса говорит парень, наконец отведя взгляд в другую сторону, перестав пристально смотреть на беловолосую.       Айстер будто не услышала просьбу ниндзя и продолжила говорить.       — А сейчас, они ведь тоже искали тебя. И больше всех именно Кай рвался найти хоть какую-то зацепку, на то куда ты мог пропасть из тоннеля. Как же это трогательно: старший брат ищет младшего и героически погибает. Сейчас расплачусь, — Харуми театрально смахивает воображаемую слезу, злобно ухмыляясь.       — Замолчи, — Ллойд жмурится, отворачивая голову в сторону, он не хочет слушать её дальше.       — Ты виноват в их смерти. Ты и никто другой.       — Замолчи, — Монтгомери чувствует, как гнев нарастает с каждой секундой, а кровь закипела в жилах.       — В тот раз тоже ты был виноват, помнишь? Это ведь из-за тебя ниндзя повернули корабль, чтобы вернуться за тобой и попали в руки Колосса, — девушка еле успевает договорить, как зелёный ниндзя злобно выкрикнул:       — Замолчи! — тяжело дыша, Ллойд, оскалившись, смотрит на Айстер, желая испепелить её взглядом.       Ухмылка спала с её лица, девушка устало вздохнула.       — Я уже который раз пытаюсь вывести тебя на эмоции, — честно сознаётся беловолосая. — Но каждый раз получаю лишь гнев и ненависть.       — Другого ты не получишь, — парень хмурится, отводя взгляд в сторону.       — У тебя какая-то странная реакция на гибель друзей.       От этих слов больно кольнуло в груди. «Гибель друзей» Монтгомери до сих пор не верит в эти слова, отрицает их всем сердцем и разумом, он не хочет воспринимать это за правду.       — Как я знаю, они были тебе не просто друзьями, они были тебе семьёй, — голос девушки спокойный, в нём нет никаких эмоций, ни сарказма, ни ухмылки или насмешки, ни сожаления.       Были… Почему это так больно слышать? Ребята всегда были и всегда будут ему семьёй, это неизменно!       — Как ты думаешь, сколько прошло времени с того момента?       Ллойд выжидающе посмотрел на Молчаливую, удивленно изогнув бровь.       — Наверное, ты думаешь день или около того, — предположение Айстер с точностью совпало с мыслями парня. — Но прошло уже три дня.       Три дня?! Эти слова повергли парня в шок. Как они могли пройти так быстро?!       Увидев шок и полное непонимание на лице зелёного ниндзя, Харуми усмехнулась.       — Ты часто отключался, а пока был в отключке проходили часы.       — Как это… три дня? — на удивление вопрос прозвучал слишком тихо.       — Вот так, Ллойд. Это уже четвёртая по счёту ночь, если считать и ту, в которую произошёл обвал в тоннеле, — девушка закинула ногу на ногу, приняв удобное положение. — И признаюсь честно, твоё поведение меня очень удивляет. У тебя нет никаких эмоций, кроме гнева, — Харуми говорит правду, она действительно поражена таким странным поведением ниндзя, она помнит его совсем другим. Более ранимым и уязвимым. — Куда они делись, Ллойд?       Парень опустил взгляд вниз. Облокачиваясь об собственные колени, Ллойд смотрит сквозь землю. Скрепив пальцы в замок, он внимательно слушает и обдумывает всё, о чём говорит Харуми.       — Куда делись твои чувства? На протяжении всех этих дней у тебя дежурили все, включая Механика и Мистера Э. Каждый из нас пытался выдавить из тебя хотя бы слезинку, любыми способами, — она специально выделила последние слова. — Но в итоге – ничего.       Харуми остановилась, посмотрев на парня. Зелёные глаза стеклянным взглядом смотрят в пустоту. Таким безжизненным она ещё не видела Ллойда. Сердце девушки пропустило слабый удар. Неужели ей его жалко? Нет, не бывать этому! Пусть мучается, так же, как мучилась она когда-то.       — Неужели у тебя настолько чёрствое сердце, что ты даже не можешь оплакать их?       Почему от этих слов так больно? Многие злодеи, да все практически, говорили ему подобное, оскорбляли и унижали. Так почему же слышать их так больно именно от Харуми?       — Ах да, — будто что-то вспомнив, вздохнула девушка. — Кровь Óни, она течёт в тебе. Это всё меняет, — девушка отвела взгляд, безразлично махнув рукой.       Брови сошлись к переносице, последнее предложение опять вызвало гнев.       «Неужели действительно нет никаких других чувств?!»       — Это ничего не меняет, — злобно процедил парень, чётко выделяя каждое слово. Медленно подняв взгляд на девушку, Ллойд продолжает:       — Даже если я потомок Óни, мне не всё равно на людей. Мне не всё равно на невинные жизни, — Монтгомери старается говорить спокойно и не давать гневу взять над собой верх. — Я не такой как мой отец.       Харуми смотрит безразличным взглядом, впервые не перебивая парня, она терпеливо ждёт, когда тот закончит.       — Ты прав, — хмыкает девушка. — Ты не такой как твой отец. Ты хуже, Ллойд, — выделяя последнее предложение, она видит некий испуг в зелёных глазах, который не видела уже долгие несколько суток. — Даже притом, что тебе, как по твоим словам «не всё равно на невинные жизни», ты упорно продолжаешь играть в «героя», — Харуми показала пальцами кавычки. — И сражаешься со злом, что приводит к массовым разрушениям и гибели многих людей.       Она больше не ухмыляется, девушка вкладывает в слова всю боль и злость, что накопились внутри, пока Ллойд с шоком вперемешку со страхом слушает её.       — Из-за тебя и твоих друзей погибли многие невинные люди, многие лишились своих родных и близких. И всё это из-за ваших «игр в ниндзя». Смерть моих родителей на твоей совести, Ллойд, и я не остановлюсь, пока не добьюсь того, что ты испытаешь это горе. Это чувство одиночества.       Монтгомери дослушал девушку до конца, прекрасно понимая, что ей надо выговориться и, как только та замолчала, тихо произнёс:       — Ты столько раз сказала о том, что тебе пришлось пережить, оставшись одной. Но ты потеряла родителей всего раз, а я терял свою семью столько, что уже сбился со счёту.       — Значит, у тебя к этому уже иммунитет, да? — огрызнулась Айстер, снова перебив парня. Поймав на себе взгляд изумрудных глаз, Харуми невольно поёжилась, быстро отвернувшись. Такой холодный пустой безжизненный, но в тоже время наполненный болью взгляд. Вот на что жаловалась Асфира. Ллойд так на всех смотрел, кто пытался шутить или оскорбить его семью.       Между тем парень продолжил:       — И каждый раз больнее, чем предыдущий. Чувство, что я мог что-либо сделать, не дать этому случиться, запретить им ввязываться в это дело, загрызает меня изнутри, — Ллойд говорит спокойно, будто рассказывает какую-то вообще не касающуюся его никаким боком легенду, чувствуя, что становится легче. Чувствует, что многолетний вес понемногу спадает с плеч и даёт хотя бы на секунду спокойно вздохнуть, пока он не возвращается в реальность.       — И зачем ты мне это говоришь? — искренне удивляется Харуми.       Ллойд пожимает плечами, не отводя взгляда от костра.       — Не знаю, — в ответ лишь тихий шёпот сходит с его сухих губ. — Накопилось просто, — опустив голову, Ллойд закрыл глаза. Вроде стало легче после этих двух предложений, наконец-то озвученных вслух, а вроде и нет.       Смешок слетевший с губ девушки прозвучал намного громче в тишине.       — Не боишься, что я использую это против тебя?       Теперь усмехнулся Ллойд.       — Как? — горькая улыбка появилась на лице, быстро исчезнув. — Ты уже забрала всё, что мне было дорого. Тебе больше нечем меня шантажировать.       — А как же твоя мама? Она ведь жива.       Глаза широко распахнулись. Мама всё ещё жива и парень очень любит её, но… К сожалению, она провела с ним не больше, чем дядя Ву, даже намного, намного меньше времени. Она практически совсем не участвовала в жизни сына, это привело к тому, что Ллойд не сильно так привязан к матери, но всё равно это не отменяет того факта, что она его мать.       Парень медленно повернул голову в сторону беловолосой.       — Если с головы моей мамы хотя-бы волос упадёт… — зубы сомкнулись и ниндзя злобно процедил через них: — Тебе не понравятся последствия.       Это было сказано столь убедительно, что девушка на миг забыла все подготовленные ответы на возможные угрозы. Некий испуг всё же показался на её лице, но сразу скрылся за маской безразличия. Повисла тишина, каждый погрузился в свои мысли.       — Хах, — раздался тихий смешок после долгого молчания, привлёкший внимание Айстер. — Поздравляю, Харуми, ты добилась своего, — грустная усмешка послышалась в голосе зелёного ниндзя. — Ты добила меня полностью, — Ллойд поднял взгляд на удивлённо уставившуюся на него девушку. — Надеюсь, ты счастлива.       Снова тишина нависла между ними. Айстер задумалась над словами парня. А рада ли она этому? Счастлива ли она из-за того, что её злейший враг наконец прочувствовал то же, что и она? Но она не только этого хотела. Харуми очень хочет, чтобы Ллойд перешёл на сторону Хрустального короля, но вот только зачем? Зачем она хочет видеть его рядом и на своей стороне?       — Может ли это означать, что ты перейдешь на сторону Хрустального короля? — аккуратно спрашивает беловолосая, заглядывая в лицо парня.       Светлые брови слегка приподнялись.       — А ещё ты меня называешь наивным, — усмехается Монтгомери, поражаясь таким выводом Харуми. — Нет, — настроение моментально поменялось, а голос стал жёстче. — Не-е-ет, — парень специально протянул слог. — Сколько раз я должен это повторить, чтобы ты наконец поняла? Ни под каким предлогом, я не перейду на вашу сторону.       — Но это глупо.       «Мне как-то плевать, глупо это или умно.»       — За что ты будешь сражаться? «Потому что ниндзя не отступает», да? — девушка усмехнулась, проговорив хорошо заученную фразу всех ниндзя. — Твои друзья погибли, а если ты продолжишь сопротивляться, то отправишься вслед за ними. Умрёшь так же глупо и бессмысленно, как и они.       — Ты заплатишь за всё, Харуми, — в полголоса говорит зелёный ниндзя. — Я тебе это обещаю.       — Каким образом, интересно? Пытать меня будешь? — усмехаясь спросила Айстер. — Может, морально давить? Заставишь меня страдать так же, как я тебя?       Ллойд посмотрел прямо в серо-голубые глаза Харуми, спокойно отвечая на её вопросы:       — Нет. Я оставлю тебя саму на себя. Ты сама поймёшь, что сделала, уверен у тебя есть совесть. Потому что за маской хладнокровия и безразличия, тоже прячется ребёнок с трудным прошлым.       — Тоже? — прыснула от смеха девушка. — «Ребёнок с трудным прошлым», ты что, себя имеешь ввиду?       Айстер засмеялась в то время, как Ллойд отвёл взгляд.       — Ты меня только не смеши. У тебя было трудное детство? — девушка склонила голову на бок. — Ты же «зелёный ниндзя», «избранный»! — Харуми встала с бревна, продолжая говорить, жестикулируя при этом руками. — С самого детства тебя готовили стать героем. Тебя оберегали, защищали, делали всё чего ты хотел. Я даже знаю, что твой дядя – мастер Ву не разрешал тебе участвовать в некоторых миссиях, потому что ты якобы «избранный» и от тебя зависит судьба всего Ниндзяго! — белокурая нахмурилась. — С тобой всегда были друзья, твоя семья всегда любила тебя и оберегала. Тебе всё и всегда доставалось на блюдичке.       Слушая «подробный перессказ» своей «роскошной», как по девичьим словам, жизни, Ллойд ещё больше поразился тому, что эта девушка ещё умудряется говорить, что хорошо его знает.       — Ага, на блюдичке, — повторил слова девушки мастер энергии, натянуто улыбнувшись. — С голубой каёмочкой.       Харуми закатив глаза, фыркает, отвернувшись от парня.       Ллойд тяжело вздыхает, желание достучаться до упрямой девчонки всё никак не утихнет внутри.       — Харуми, — аккуратно начинает он, желая закончить спор более мягко, почему-то мастер энергии чувствует вину перед девушкой. — Ты потеряла родителей. Поверь мне, я знаю какого это.       Глаза Айстер злобно сверкнули сиреневым цветом, она резко повернулась к парню.       — Ты ничего не знаешь, Ллойд! — гневно выкрикивает Харуми, махнув правой рукой. — Ни обо мне, ни о моей жизни!       — Так же как и ты обо мне, — спокойно говорит Монтгомери. — Мы квиты, — хотелось как-то загладить свою вину, остудить накалившуюся обстановку, но получилось сделать только хуже. Это девушку только ещё больше разозлило.       — Аргх! — прорычала Айстер, не зная, как совладать с накатившими эмоциями. Девушка пнула камень лежащий у её ног и тот, отлетев на несколько метров, укатился во тьму леса. Харуми села на землю, оперевшись спиной о бревно сзади.       На этом и закончился их разговор, если, конечно, это разговором назвать можно. Харуми отвернулась в другую сторону от Монтгомери, не желая встречаться с ним взглядом. Сама того не замечая, она обдумывала всё сказанное зелёным ниндзя.       Айстер никогда не признается, даже самой себе, но сын Гармадона действительно сильный. Она это заметила сразу – в их первую встречу. За всё время проведённое с парнем Харуми успела узнать его поближе, втерется в доверие, даже смогла влюбить в себя светловолосого мальчишку и, кажется, сама не заметила, как привязалась к нему. Влюблённостью это девушка называть не хочет, да и разве ты будешь хотеть горя и страданий для того, кого полюбила? Навряд ли… Она сама не до конца разобралась в собственных чувствах, да и не желает этого. Пусть остаётся всё как есть.       Да, Айстер не отрицает того, что сама очень часто называет парня «слабым», но она, как никто другой, уверена в обратном. Ллойд действительно очень сильный, особенно морально. Чтобы выдержать столько давления со всех сторон и не сойти с ума при этом, нужно иметь невероятно сильный дух. Это черта характера Монтгомери и зацепила Харуми. Его упёртость, настойчивость, лидерские качества, вечно позитивный настрой, желание брать ответственность на себя и безгранично доброе сердце. Именно поэтому Харуми и пыталась сломать его. Она хотела увидеть другую сторону зелёного ниндзя. Хотела доказать самой себе, что парень с изумрудными глазами не такой уж и герой, каким его все считают. Хотела показать ему его настоящую сущность, но убедилась лишь в обратном. Даже после всего того, что она сделала с его друзьями, его семьёй, людьми, что были для Ллойда всем в его жизни, он не причинил ей вреда. Даже самую малость. Парень продолжает спокойно с ней разговаривать, не смотря на ядовитые колкости в ответ.       Айстер добилась лишь одного – Ллойд теперь ничего не чувствует. Все эмоции и чувства куда-то пропали. Харуми не видела того блеска в его зелёных глазах, который всегда присутствовал в его взгляде. Она не видела больше радостной улыбки на его лице, что слегка оголяет идеально ровные, белоснежные зубы.       Молчаливая тяжело вздохнула, посмотрев на ниндзя. Парень продолжал неподвижно сидеть на бревне, смотря сквозь костёр перед собой. Она отвела взгляд, как только Ллойд посмотрел в её сторону. Вроде она должна сейчас радоваться, ведь она добилась того, что парню теперь плохо, но почему-то радости совсем нет.       — Тебе лучше лечь спать. Отправимся завтра на рассвете, — слышит она хрипловатый голос ниндзя.       — Не смей мне указывать. Когда захочу, тогда и лягу спать, — она снова огрызается в ответ. Ллойд же сказал ей спокойно и без приказного тона, даже можно сказать совет дал, а она опять перерезает все возможные пути к нормальному общению с ним.       Монтгомери хмыкает и отворачивается от злобного взгляда напротив. Сейчас Харуми напоминает ему маленького ребёнка, что не хочет ложиться вовремя спать и поэтому капризничает. За всё это время пока они молчали Ллойд бросал на девушку короткие взгляды, чувствуя, что она только что смотрела на него. Выдавало её то, что она сразу отворачивалась. Парень не знает, о чём она сейчас думает, что сейчас творится в её голове. Хотя зачем лезть в чужие мысли, когда свои сейчас перемешались так, что попробуй распутать.       С того момента как Гармадон-младший предложил лечь спать прошло примерно 15 минут. Девушка упорно боролась со сном, опираясь о ствол упавшего дерева спиной. Вскоре её начало сильно клонить в сон и, улёгшись на бок, девушка почти моментально заснула.       Спустя какое-то время Ллойд снова обратил внимание на Айстер. Харуми заснула, подложив руку под голову, она ровно дышит, лёжа к костру лицом. А вот парню спать не хочется. Мысли перекрыли полностью все желания организма поспать и отдохнуть. Не нащупав рукой ни одной сухой ветки, чтобы подбросить её в костёр, Ллойд посмотрел на то место, где оставил стопку собранного хвороста. От кучки не осталось и следа, лишь несколько сухих листьев. Не раздумывая, зелёный ниндзя встаёт с места и идёт в лес за новой стопкой хвороста.       «Что со мной происходит?       Этим вопросом я задаюсь уже, если верить словам Харуми, третий день. ТРЕТИЙ?! Как такое возможно?! Как эти три дня могли так быстро пройти?! И как вообще объяснить моё состояние? Шок?       Сам того не заметив, я собрал уже достаточно сухих веток и подошёл к костру. Бросив в огонь пару штук, я посмотрел на Харуми. Она спокойно спит, видит, наверное, уже пятый сон. Я опустил взгляд.       Разве может быть, что прошло уже три дня?       Опять один и тот же вопрос всплывает в голове. Если так взять, то какая мне вообще разница, сколько времени прошло? Меня волнует совсем другое.       Почему. я. ничего. не чувствую?       Нет, я, конечно, чувствую, (начиная с сегодняшнего дня) какая-то боль и грусть присутствуют, но почему мне кажется, что всё это происходит не со мной?       Я повернул голову в сторону тёмного леса, поворот, что ведёт прямо к берегу реки. Я не понял как, но ноги сами повели меня туда.       Тёмная трава с опавшими листьями на ней приятно шуршит под ногами. Могучие деревья тихо шелестят своей листвой из-за дуновения ветра. Вода неспешно течёт в реке, её журчания практически не слышно. Я остановился в метре от берега. Неосознанно прикусываю внутреннюю часть губы.       — Это всё неправда.       Тихий шёпот, я произнёс это вслух. Взгляд направлен в пустоту, я почти не моргаю.       — Неправда.       Голос в голове твердит обратное.       — Неправда!       Горло сдавил образовавшийся в нём ком. Глаза стали неприятно щипать, а после нескольких секунд прозрачная пелена застелила всё вокруг.       — Неправда, неправда, неправда!       Ноги подкосились в коленях и я упал на землю, зарываясь пальцами себе в волосы. Крепко сжимаю пальцы, сильно прикусываю губу. Хочется выть, кричать, разодрать голосовые связки. Я не верю в происходящее! Не хочу верить.»       Наполнившиеся солёной водой изумрудные глаза испуганно забегали по тёмным зарослям. Стало трудно дышать, вдохнуть даже капельку кислорода не получается. С потрескавшейся губы потекла алая струйка. Почувствовав металлический вкус на языке, Ллойд открыл рот, попытавшись вдохнуть воздух. Но вместо этого с его уст вырвались рыдания. Уже не просто бесшумные слёзы, а судорожные всхлипы и приглушенные рыдания. Так долго он держал все эмоции в себе, не давал им выйти наружу, что они на какое-то время «пропали», но так он только думал. Они просто накапливались всё то время, пока Монтгомери всем сердцем и разумом отрицал реальность. Жестокую реальность.       — Неправда, неправда, неправда, неправда! — приглушенный крик вырывается из груди, проходя сквозь плотно сжатые зубы.       Руки сжались в кулаки и со всей силой стали бить землю. Ллойд старается не кричать, но это крайне трудно удаётся. С губ то и дело срываются сдавленные всхлипы вперемешку со стонами. Зелёный ниндзя сильнее бьёт твёрдую землю, не замечая того момента, когда с костяшек начинает лить кровь. Старается бить, как можно сильнее, пытается причинить себе боль, но только для того, чтобы заглушить внутреннюю. Подскачивший в крови адреналин не даёт почувствовать физическую боль, зато никак не заглушает душевную. Кажется, что сердце сейчас разорвётся от боли.       «Это всё неправда! Это просто сон! Просто кошмар и я сейчас проснусь!»       Но Ллойд до сих пор не проснулся. Сколько раз он себе утверждал, что всё это просто страшный сон, что вот-вот он проснётся и окажется у себя в комнате, рядом будет Кай, что и будет будить его. Он крепко обнимет и успокоит, скажет: «Всё хорошо, братишка, это всего лишь сон».       Но с каждой секундой Монтгомери понимает, что такое не произойдёт. Парень всё больше убеждается в том, что всё, что с ним происходит – реально. Дрожащие руки судорожно вытирают текущие по щекам слёзы, растирая их по лицу. Слёзы текут рекой и даже не думают останавливаться, как бы юноша не пытался сдержать их.       Кай не придёт, он больше никогда не обнимет его, а Ллойд не почувствует тёплое прикосновение руки на своей голове, что теребит его волосы. Он больше никогда не услышит ласковый голос Нии и ободряющее похлопывание по плечу. Ллойд больше никогда не увидит свою семью, он больше никогда не почувствует их тёплые объятия, больше никогда не услышит их голоса и радостный смех. Никогда!       Гармадон-младший обхватил себя руками, пытаясь унять дрожь в теле. Он старается сдержать слёзы, подавить внутри очередной всхлип, но становится только хуже. Слёзы с большей силой выталкиваются наружу и текут по щекам, скатываясь к подбородку. Ллойд закрыл лицо руками, пытаясь хоть как-то заглушить судорожные всхлипы. Плечи и грудь его сотрясаются от рыданий. Да что там, его всего трясёт. Дыхание сбилось, сердце бешено стучит, грозя раздолбить в дребезги грудную клетку. Парень обнимает себя руками так сильно, как только может.       Так захотелось оказаться стиснутым в крепких объятиях Смита. Почувствовать его тепло, почувствовать, что ты не один.       И тут Ллойд зарыдал истерически. Скрепив руки на затылке, Ллойд нагнулся к земле, пряча голову в коленях.       Так вот, что значит осознание.       «В голове стали кричать голоса всех злодеев, всех, с кем мне пришлось когда-то сразиться. Голоса Морро, Харуми и даже отца. И все они кричат мне одно и тоже:       — Эмоции делают тебя уязвимым!       — Слёзы — это слабость!       — Ты – никто без своих друзей!       — Слабак! Наивный! Слишком доверчив!»       Вытерая слёзы, Ллойд неосознанно размазывает кровь от рук по лицу. Внезапное желание закричать охватило его. Закричать что есть мочи, и выплеснуть в крик все эмоции. Ллойд резко наклонился к реке, засунув голову в воду. Крик боли заглушает толща воды и он всплывает наверх маленькими пузырьками.       Монтгомери всегда ненавидел то, что многие люди кричат в безвыходной ситуации, когда их постигает горе, они разрывают голосовые связки, кричат и рвут на себе волосы. А сейчас он ничем не лучше их, может, даже хуже.       Воздух закончился и через открытый рот вода моментально попала в дыхательные пути. Ллойд резко поднялся, делая глубокий вдох и заходясь в сильном кашле. Глаза щиплят от попавшей в них воды, картинка снова расплывается. Теперь он точно отключится. Опять глубокий вдох, что вызывает боль в рёбрах, и Ллойд падает на бок, ударяясь правым плечом о твёрдую землю. Плакать больше нет сил, слёзы сами по себе текут из глаз, скатываются на бок и капают на тёмно-зелёную траву.       Сейчас ему всё равно увидит его кто-то в таком состоянии или не увидит. Станут насмехаться или унижать, теперь это уже не имеет никакого значения. Теперь реально на всё плевать, буквально на всё. Даже если Харуми сейчас стоит сзади с поднятым на него мечом, он даже с места не сдвинется. Сил нету совсем.       Надрывисто вздохнув, парень закрывает глаза.       Паршиво, больно, неприятно и очень-очень страшно.       Страшно от осознания того, что всех, кем ты дорожил больше собственной жизни, больше нет. От осознания того, что ты остался один. А это является самым страшным кошмаром Ллойда — снова остаться одному.       «От всего происходящего вокруг хочется убежать, спрятаться под одеяло, прям как маленький ребёнок, и не вылезать оттуда пока весь этот хаос не утихнет. Хочется проснуться и обнаружить, что всё это просто обычный кошмар и ничего более. А если всё это действительно правда, хочется заснуть. Закрыть глаза и больше не открывать их. Хочется…       Стоп.       Хватит.       Хватит жалеть себя.       На кого я стал похож? Я докатился до того, что стал хотеть умереть?!       Неужели я стал настолько никчёмным и жалким, раз такая мысль вообще забралась мне в голову!»       Ллойд не знает, сколько он так пролежал, просто с закрытыми глазами, практически не шевелясь, лишь изредка делая прерывистые вдохи. Вокруг тишина, весь лес погрузился в сон, слышно лишь бешеный стук собственного сердца и то как учащенный пульс бьёт по вискам.       «Достаточно уже наплакался. Нужно брать себя в руки.       Что бы сделали ребята, увидь они меня в таком состоянии? Что подумали бы? Что подумали бы братья и сестра? Дядя Ву и Пиввж?       Я должен подняться.»       Зелёный ниндзя открыл глаза. Зрение фокусируется медленно, совсем не спешит приходить в норму. Всё вокруг выглядит как тёмно-зелёные пятна, парень даже забыл, где он сейчас находится. Ллойд медленно поморгал, смахнув с глаз влагу, она осталась на ресницах, теперь всё видно более чётко. Высокая трава кажется ещё выше из-за того, что голова лежит на земле.       Ллойд упирается руками в землю, бросая все силы на то, чтобы приподняться на локтях. Руки дрожат и не слушаются, а голова опять болит от резкого соприкосновения с землёй. Спустя несколько неудачных попыток парень принял сидячее положение. Оперевшись одной рукой о твёрдую почву, для большей устойчивости, Монтгомери повернул голову в сторону лёгкого свечения от костра. Огонь костра почти потух, а обладательница белых волос по-прежнему мирно спит, лёжа на правом боку. Ллойду не видно отсюда, но, может, она действительно спит и не просыпалась до этого момента. Во всяком случае очень хочется в это верить.       Повернувшись обратно, Ллойд облегчённо выдохнул и прикрыл глаза. Если Харуми не видела всё, что с ним происходило некоторое время назад, то у неё не будет повода на новые насмешки. Хотя, зная Айстер и то, что она за словом в карман не полезет, с вышесказанным можно поспорить. Девушка найдёт способ лишний раз подколоть парня и вывести его из себя.       Странное покалывание в руках вырвало Монтгомери из мыслей. Открыв глаза, Ллойд сел ровно, приподняв по-прежнему дрожащие руки. Зелёные глаза испуганно расширились. Тыльная сторона рук теперь практически не отличается от ладоней. Костяшки разодраны в кровь сильнее, чем он ожидал. С довольно глубоких ран до сих пор сочится алая жидкость, капая на траву и окрашивая её в грязно-красный оттенок.       «Мало мне ран, я себе ещё делаю.»       Ллойд по привычке прикусил нижнюю губу, невольно дёрнувшись. Резкое жжение похожее на уколы тонкой иглой и неприятный солёно-металический вкус на языке заставил сморщиться. Сплюнув, он коснулся пекущих губ. На кончиках пальцев осталась кровь. Слегка наклонившись к реке, ниндзя взглянул на своё отражение.       «Паршиво выглядишь, Ллойд.» — да-уж, эти слова Харуми идеально описывают его внешний вид. Светло-русые волосы стали сальными, взлахмочены и запутаны, на некоторых прядях запеклась кровь. Опухшие, красные и блестящие от слёз зелёные глаза, ссадины на щеках, разбитая бровь и искусанные до крови сухие губы.       Парень, как может, глубоко вздыхает и опускает руки в холодную воду. Покалывание и острое жжение пронизывает руки, Ллойд хмурится, облизывая губы и тихо шипит. Только сейчас он начинает чувствовать физическую боль. То как ноюще болят раны, как сильно болит живот, заставляя корчиться и сгинаться пополам, то как ноет шея и ноги. Болит всё тело, в прямом смысле, но больше всего болит сердце.       Набрав воды в ладони, Монтгомери резко брызгает себе на лицо, рефлекторно делая глубокий вдох. Охладившаяся за пройденную часть ночи вода хорошо освежает и успокаивает. Ллойд повторяет действия только уже более плавно, просто умывая лицо и пытаясь расслабиться.       — Лло-ойд, — послышался тихий голос возле самого уха.       Парень вздрогнул, резко обернувшись. Никого нету. Харуми спит, только уже на спине. Кто это был?       — Ллойд.       Он оборачивается из стороны в сторону, но опять никого не находит.       «Я окончательно сошёл с ума. Теперь слышу какие-то голоса. Просто чудесно.»       Ллойд хмыкает, прикрыв глаза.       — Братишка.       Этот голос… он узнает его из тысячи.       — Кай?! — Ллойд встрепенулся, оборачиваясь по сторонам. — Это ты? — фраза полная надежды. Он не думает сейчас о логическом объяснении, ему хочется верить в то, что его братья живы и каким-то чудесным образом оказались здесь в джунглях. — Кай! — негромко крикнул он в пустоту и, не услышав ответа, горько усмехнулся, опустив голову. Как же это глупо.       — Малой, — такое родное и ласковое прозвище.       Ллойд поджал губы, как же хочется его снова услышать из уст Смита.       Прохладный ветерок играет с золотистыми волосами ниндзя, принося с собой тихие фразы или же их обрывки.       — Я знаю, тебе страшно, — голос Смита тихий, добрый и слегка отдается эхом.       Может, это действительно галлюцинации и Ллойду просто мерещится, что Кай говорит ему что-то, но почему-то от его голоса становится легче и на мгновение чувствуется умиротворение и спокойствие.       — Ллойд, ты совсем справишься, обязательно.       На глазах выступили слёзы, к горлу подкатил ком.       «Я не справлюсь без вас!»       Так и хочется выкрикнуть эти слова, но не получается. Ллойд боится, что если скажет хоть слово, опять расплачится.       — Ты не один, братишка.       Взгляд сам по себе поднялся наверх, всё ещё ища источник звука. Средь верхушек деревьев виднеется бескрайнее ночное небо. На чёрном полотне сверкают маленькие звёзды.       — Даже если нас нет рядом, мы всегда с тобой, Ллойд.       Парень шмыгнул носом, видя как прозрачная пелена снова застилает глаза.       — Мы очень любим тебя, братишка.       Дрожащие губы изогнулись в вымученной улыбке.       — И я вас, ребята…       По щеке потекла слеза, оставляя за собой мокрый след на только высохшей после недавних слёз бледной коже. Внезапно небо прорезала падающая звезда, тонкая светящаяся полоса исчезла, едва успев появится.       — Очень люблю… — тихо прошептал Ллойд тишине, смотря на усыпанное звёздами небо.