Часть 2. А что если…

В липком коконе нервозности, я, словно мышь в западне, грыз колпачок ручки, а взгляд приклеился к безжалостному танцу стрелок часов. Каждая секунда – похоронный марш надежды. Капли пота, предательски скользили по лбу, расплываясь кляксами на белой глади листов. В этих зыбких пятнах роились призраки прожитых дней, словно пленка старого фильма, зацикленная на трех проклятых кадрах. Тройка… эта цифра – мой персональный демон, тенью скользила по пятам. "Бог любит троицу," – шепчет людская молва, – "а дьявол шестерку." Но что, если ад и рай поменялись местами? Я тонул в пучине сомнений, моля о спасительном луче. Гадалка? Может, она – мой лоцман в этом шторме? А что, если вырвать жало из сердца, перестать поить смерть? Разомкнется ли тогда порочный круг? Сегодня я постучусь в дверь к бабке-повитухе, словно к последней надежде. С этой мыслью, словно глотком свежего воздуха, я завершил работу. Номер бабы Клары нашелся быстро. Звонок. В трубке – хриплый голос древности, эхо прожитых лет. Она жила на отшибе, в глуши забытой богом. Записался. Вышел на улицу. Магазин, где прежде покупал забвение в бутылке, остался позади. Впервые – просто прошел мимо. Улыбка – робкий цветок на пепелище души. Поймал себя в отражении витрины и вздрогнул. Он… снова. – Боже, что тебе нужно? Я не ищу твоей смерти, исчезни! – Куда это ты вырядился, а? К бабке-колдунье на поклон? Закатил глаза, двинулся вперед, стараясь не сбиться с шага. Он, словно привязанный, следовал за мной. Не стал спорить. Дом нашел сразу. Дверь – массивная, дубовая, словно портал в другой мир, пахла пряностями и… сыром. Странное сочетание. – Аппетитно, не находишь? – прошипел Он, издеваясь. – Да пошел ты… – Да мы уже пришли, куда дальше-то? Молчание. Звонок. Дверь распахнулась. Передо мной – старушка, лет восемьдесят, а то и больше, хрупкая, словно тростинка, в выцветшем халате. Ни намека на гадалку. Просто одета, скромно. Разве такими бывают ведьмы? – Разочарован, внучок? – Нет, что вы. – Вранье вижу насквозь. Думал, у меня тут черепа, кости, жертвоприношения? Баба Клара живет скромно. К чему этот цирк? Пришел узнать будущее? Зря. У тебя его нет. – Как это – нет? – опешил я. – Вот так. Сегодня – твой последний день. – Но если… – Никаких "если". Как ни крути, сегодня – конец. Проживи его так, как велит сердце. – Бабушка, скажите, если я не хочу умирать? И не стану Его убивать? – Кого Его? Замялся. Неужели она не видит этого монстра? Показал рукой в пустоту. Баба Клара покачала головой. – Прости, внучок. Никого не вижу… Ступай. Мне жаль, ничем не могу помочь. Прощай. Дверь захлопнулась, словно приговор. Шел в оглушающей тишине. Домой не хотелось. Купил билет на поезд. Провести последние часы там, где душа находит покой. Там, где два неба целуются, где луна танцует с солнцем, где можно утонуть в свободе и одиночестве. Там, где замирает время. Через час я был на месте. Мой личный рай! Небо – багряное, золотое, с прожилками розового и синего, оттенками серого и лилового. Здесь луна обнимает солнце. А внизу – кристальная вода, коралловые рифы, пестрые рыбки. Завораживающий вид! Сел на траву. Он – рядом. Безразлично. Просто хотелось запомнить этот пейзаж. – Хочешь провести последний вечер здесь? Он склонился ко мне, и меня затошнило от запаха крови. – А что тут особенного? – Я бы предпочел пару девиц… – Это в твоем стиле. – …а потом наблюдать, как они рвут друг друга на части, наслаждаясь агонией. – Снова твои забавы? Кивок. В глазах – желтый огонь, не согревающий, а обжигающий. Я, словно мотылек, летел на этот свет, пытаясь найти ответ… и умирал, так и не услышав правды. – Скажи, человек, ты так жаждал смерти, хотел убить всех, включая меня, а теперь просто любуешься закатом? – Он – не простой. – Почему? Голова склонилась набок, почти черные волосы упали на плечо. Впервые я увидел в Нем не чудовище, а обычного парня. От этой мысли стало тоскливо. – Этот закат – последний. И самое горькое, что я встречаю его не с друзьями, не с семьей, не с любимой, а с заклятым врагом, которого даже не знаю по имени. – Как и я – твоего. – Справедливо. Солнце почти скрылось. Осталось немного. Что бы я хотел сделать в последние часы? Уйти в загул, совершить безумство? Признаться в любви? Или, переосмыслив все, помириться с близкими? Воссоединиться с теми, кого любишь, и уйти в мир иной со спокойной душой? А чего хочу я? Тишины. Покоя. За эти годы я устал от боли. Морально и физически. Лег на траву, закрыл глаза. Начался летний дождь. Капли играли на коже. Каждой клеточкой ощущал вечернюю прохладу. Не хотелось, чтобы это кончалось. Приятная дрожь. Легкость… невесомость… словно парю. Открыл глаза и… обомлел. Я летел над землей, на руках у Него. Дёрнулся, но янтарные глаза приказали молчать. Мы летели куда-то вдаль. Дух захватывало. Внезапно Он поставил меня на вышку посреди океана. – Что видишь? – Что ты – псих. Верни меня назад. – Еще раз спрашиваю, человек, что ты видишь? – голос стал жестким. – Океан. Глубокий, жуткий, но красивый. Таинственный. – А я вижу жизнь, полную чудес. Что будет, если мы прыгнем? – Утонем. Я не умею плавать. – Эх, человек, всю романтику портишь. Ярость захлестнула. – Какая к черту романтика? Мне осталось несколько часов, а ты притащил меня сюда, несешь бред и говоришь о романтике? Ты сошел с ума? Ты даже не дал мне насладиться последним мгновением на родной земле! Ты решил отнять у меня все? Или тебе подвластны жизнь и смерть? Знаешь что? Я не хотел этой жизни! – голос сорвался. Дождь усилился. Слезы смешались с ним. Безразлично. Что он чувствует? Может ли такое существо чувствовать? Для него это – игра. Мы – пешки в руках таких, как Он. Сотни, тысячи… Сволочи, ломающие жизни, играющие с чувствами, с разумом. Я кричал… Мне было страшно, противно и… одиноко… В глазах Его мелькнуло сочувствие. Он подошел ко мне. Отшатнулся назад, чуть не сорвался в воду. Он подхватил меня и прижал к себе. – Прости меня, прости… Я не знал, что тебе так больно. Прости. Я подарю тебе еще один день… Не успел ответить. Холодные руки толкнули меня вниз, в океан… Мужской силуэт смотрел с грустью. Плюхнулся в воду. Пытался выплыть, но не умел. Вода хлынула в легкие. Терял сознание. Чувствовал боль, чувствовал, как океан забирает меня. Не мог смириться со смертью. Впервые захотел жить, бороться до конца… Но было поздно. Смерть забрала меня… Больше ничего не мог сделать. Задыхаюсь. Последние секунды… темнота…