Наркомания

— И первый из них — наркомания. Ах, помню  было это уже давно. Мы европейцы пытались наладить торговлю с востоком. Индия уже была покарена мной и мне хотелось чего-то большего. Спустя много попыток наконец-таки я выбил личную встречу с императором. *** — Нет! Этот товар нам не подходит! — произнёс китайский император. — Но почему? — вполне предсказуемо задал вопрос молодой британец. — Он нам не выгоден. — коротко отрезал он. — Ладно. Встав с места он развернулся и злобно крикнув "Замной!" необарачиваясь вышел из дворца. В момент отчаяния приходят сначала как нам кажется генеральные идей. Но воплотив их в жизнь мы сожелеем о содеяном. — Возвращаемся во дворец! — крикнул он пройдя всего пару футов. Не слушая никого молодой британец вошёл в зал из которого только, что вышел. — Ваше величество! — оповестил он уже уходящего Династию Цинь, чем справоцировал разворот головы в его сторону. — У меня есть предложение от кого вы не сможете отказаться! — Ну, попробуй предложи мне хотя бы один товар который мог бы в своём обороте компенсировать чай. — равнодушно с неким презрением сьязвил Цинь. В пустой зале оставались только две страны. — Опиум. — на выдохе проговорил он приблежаясь к собиседнику. — Опиум? — переспросил император. Британия без лишних вопросов достал откуда-то курительную трубку и поджёк содержимое. Затем протянул её буд-то предлагал попробовать. Цинь взял её в руки и сделал первую затяжку. Появилось лёгкое чувство. Беспокойство ушло, а лицо растянулась в невольной улыбке. — Что же вы правы этот товар может заменить чай. — подвёл итоги Империя Цинь. — Я рад, что смог найти с вами компрамис. Они пожали друг другу руки. — Я могу подарить вам эту трубку и немного самого опиума в знак вечного сотрудничества. — Британия преподнёс шёлковый мешочек два дьюима высотой и примерно столько же ширеной. Надо сказать, что жизнь Цинья, как любой другой страны была наполнена стрессом. Способов расслабиться было много, но с того момента он нашёл самый быстрый и эффективный. Он покуривал травку всегда во всех сложных ситуациях. В конце концов он понял, что подсел. Нужно было как-то исправлять ситуацию. Ничего лучше не придумалось как запретить вещество. Но без него стало ещё хуже. Эти невыносимое мучения. — Я слышал о недавней конфескации опиума в порту Гуанчжоу. — начал Великобритания при новой личной встрече. — Это было весьма печально. Можно ли рассчитывать на компенсацию этого огромного количества вещества? — Нет. — коротко ответил Цинь. В зале как и в прошлый раз никого не было. Резкими движениями британец приковал империю к полу своим кинжалом всегда находившимся под рукой. Острие было представлено к горлу императора. — Безумец! Вы же понимаете чем это может кончится? — уточнил китаец посмотревши в его безразлично пустые глаза. — Безумец здесь только вы! Выбирайте либо умрёте о этого ножа сейчас либо будете страдать от опиума! А я просто могу избавить вас от страданий. — Я выбрал бы медленную смерть. Стоило ему это произнести как британец убрал кинжал и вернувшись на место подметил: — Могули я рассчитывать на более открытую торговлю? Подмечу что в первую очередь это нужно вам, чтобы не сдохнуть. — он расплылся в некой злой форме улыбки. Получив согласие британец злобно ухмыльнулся. Цинь всё больше привязывался к наркотику получая от него успокаение и новый стресс от его поставки. Чувство умиротворения охватывало голову Цинья, а в теле появлялось непонятное тепло. Новая встреча новая притензия литела в сторону Династии Цинь. — Почему ваши чиновники орестовали английское судно? — уже в ярости спрашивал виновник наркомании. — Оно занималось контрабандой. — А тебе разве уже не всё равно на то как поставляется тебе опиум? — А мы уже перешли на ты? — пытаясь сохранить спокойствие спросил китаец. — В данной ситуации вы будет не уместно. — ответил рядом сидящий Франция. — Все мы здесь иногда покуриваем опиум, но только у тебя есть зависимость. Может ли это говорить о твоём слабом характере? А ведь и правда. Сам Цинь никогда не задумывался об этом. Может это и правда его слабость. В конце жизни он отказался от наркотика. Кости внутри ломались и устрошающи хрустели, а мышцы мучительно разрывались. Его комната была наполнена истошными криками. — В конце концов он умер от ломки. — закончил рассказ Британия сделав последний глаток чая тем самым осушив чашку. — Это очень печально и ужасно! — с сочувствием и эмпанией сказал он. — Не стоит его жалеть он сам виноват в своей зависимости. — проговорил он пополняя опустевшую чашку напитком. От таких слов Россия был в замешательстве и не знал что сказать.