Глава 1. Где твоя гриффиндорская смелость?

      Гермиона почувствовала лёгкое прикосновение прохладной ткани своего халата, когда подул весенний ветер из приоткрытого окна. В воздухе уже пахло первоцветами и свежей травой. Она прикрыла глаза, наслаждаясь весенним воздухом.       Она любила май, он стал для неё особенным после сдачи Ж.А.Б.А. в Хогвартсе и, конечно, после её свадьбы, которая была в мае, через год после окончания школы.       Гермиона обернулась, чтобы посмотреть на время, но её взгляд остановился на мужчине, спящем на большой кровати под шелковыми простынями. Сердце пропустило удар, и в голове сразу начали всплывать тёплые воспоминания. Оставив горячий чай на тумбе, она подошла к массивному шкафу, на полках которого были её самые любимые издания. Проведя пальцем по корешкам книг, она остановилась на одной, самой особенной. Достав достаточно увесистый альбом, она села в кресло с высокой спинкой и вытянула ноги, положив на колени альбом с колдографиями.       — Дорогая, как, будучи такой миниатюрной, ты умудряешься топать, как горный тролль? — мужчина перевернулся на спину и опустил ладошку на своё лицо. — Который час? Мерлин, в свой выходной я планировал спать, как минимум до обеда… — и, укрывшись одеялом с головой, громко замычал.       — Не будь таким ворчуном, уже девять утра! — Гермиона вернула альбом на место и направилась к своему мужу.       На её лице играла тёплая улыбка, конечно, ведь это был особенный день, и она ждала его пробуждения вот уже как четыре часа. Сегодня их годовщина, уже как три года она является самой счастливой женщиной на свете. Гермиона и правда была счастлива в браке. С того момента, как она сказала «Да», она ни разу не пожалела о своём выборе. Общество не сразу приняло их союз, но уже спустя некоторое время их славили как самую красивую пару магической Британии.       — Вот именно! Утра! — мужчина ещё более жалобно застонал, кутаясь в одеяло ещё сильнее. Гермиона села на край кровати и резким движением стянула одеяло. — Ну ты доигралась, маленькая гриффиндорка! — он схватил её за талию и повалил на кровать. Она вскрикнула и посмотрела на мужа распахнутыми глазами, но тут же громко засмеялась, как ребёнок. Он смотрел на неё влюблённым взглядом и засмеялся в ответ, оставив лёгкий поцелуй на щеке.       — Пора вставать, соня! — и оставила ответный поцелуй в уголок его губ.       — У меня есть идея получше. Давай просто закроемся в спальне и проведём весь день под одеялом, — лениво пробормотал он, прикрыв глаза.       Гермиона резко остановилась. Её сердце будто сорвалось вниз, а воздух тяжёлым грузом давил на грудь. Она распахнула глаза и оттолкнула мужа, вскочив с кровати и уставившись на него в неверии. Не знаю, что её удивило больше: то, что она так ждала этот день и что её муж просто забыл, или её молниеносная реакция на свои доводы.       — Ты что, забыл, какой сегодня день?! — голос дрогнул, и она тут же вздёрнула свой подбородок, словно бросала вызов. — Нет, не отвечай! — почти выкрикнула она, пряча свою нервозность и панику за резкостью.        Внутри всё кипело. «Не мог же он забыть! Конечно, нет! Только не сегодня!» — уверяла себя Гермиона. Чтобы немного скрыть волнение, она обхватила себя руками. Пытаясь зацепиться взглядом за любую деталь в комнате, всё, что угодно, лишь бы не смотреть ему в глаза.       Она топталась на месте, не зная, как поступить, может, она слишком поспешно приняла решение, может, не надо было так реагировать, но процесс уже был запущен.       — Дорогая, не так я планировал начать лучший день в своей жизни, — и, встав с кровати, направился к ней.       — Что ты сказал? — и отступила на шаг от него, распахивая свои карие глаза. «Он всё-таки помнит? Нет, нужно, чтобы он сказал об этом сам».       — Да что с тобой сегодня? Ты очень странно себя ведёшь, — он остановился, изучающе глядя на неё.       В его глазах появилось беспокойство. Гермиона всегда была излишне эмоциональной, хоть за годы брака и высокой должности в министерстве она научилась некоторой сдержанности, но львиный нрав всегда брал верх.       — Это я себя странно веду?! — Гермиона вспыхнула, она ничего не могла с собой поделать, обида полностью захватила её разум, а злость начала контролировать тело. Она развернулась и вышла из комнаты, оставив недоумевающего мужа посреди комнаты.       Коридор встретил её тишиной и холодом каменных стен. Она мчалась по лестницам, лишь бы подальше от него, от его взгляда, от собственной слабости.       Захлопнув за собой дверь кабинета, Гермиона стиснула свои кулаки и со всей злостью ударила ими по дереву.       — Мерлин, что с тобой происходит?! — прислонившись лбом к дубовой двери, прокричала себе Гермиона. — Ведёшь себя как… как маленькая школьница!       Она опустилась на пол, обхватив колени руками, и уткнулась в них лбом. Дыхание сбилось, а к горлу подступала тошнота.       — Я всё испортила, — прошептала она, чувствуя, как слёзы жгут глаза.       Она просидела на полу около часа. Стрелки часов стремились к полудню, а она ещё даже не успела позавтракать. Гермиона спланировала этот день до мелочей, ей хотелось, чтобы всё было идеально, и это съедало её изнутри.       Рассудительная и всегда спокойная гриффиндорка пыталась уговорить себя пойти и помириться с мужем и ещё успеть провести этот день, как она планировала, но вторая её часть, гордая и безрассудная, говорила о другом. И эта часть всегда держала верх. Поэтому сейчас она сидела в своём кабинете, уютно обставленном и светлом, где было много деталей, которые отражали хозяйку. Например, колдографии её и друзей в школьные годы, семьи. Конечно, в кабинете было много книг. Всё было педантично убрано на свои места, ничего лишнего и никакого хаоса, ничего не должно отвлекать от работы и нервировать. Но именно сейчас в её голове был хаос. Тяжело вздохнув и не сумев принять какое-либо решение, она просто решила отвлечь себя работой, в надежде, что решение ей найдётся позже. А точнее, она рассчитывала, что муж сам к ней придёт и они смогут решить этот вопрос. Но вот уже который час он не приходил. Это расстраивало Гермиону так же сильно, как и её умение поспешно делать выводы.       Проработав ещё несколько часов, Гермиона устало потёрла переносицу и закрыла глаза. Самый лучший день в её жизни превратился в рабочую рутину, и она сама была в этом виновата.

***

      Драко Малфой сидел за массивным столом, уставившись в документы, но чернила давно расплывались на странице бессмысленными пятнами. В кресле напротив, удобно развалившись, Забини крутил стакан огневиски и самодовольно щурился.       — Как всегда, высший сорт! — протянул он, делая медленный глоток. — Иногда я думаю, что держу дружбу с тобой только ради бара.       — Ещё только полдень, Забини, — Драко откинулся на спинку кресла и скрестил руки на груди. — И мой бар стремительно пустеет.       — Брак с Грейнджер сделал тебя занудой! — картинно надулся мулат.       Драко вскинул взгляд. Суровый, холодный, но итальянец даже бровью не повёл.       — Осторожнее, — тихо процедил блондин.       — Ладно, — рассмеялся друг. — Рассказывай, что твоя аристократическая задница делает в офисе в такой день?       Забини разлил огневиски по стаканам и передал один другу. Драко, не долго думая, взял стакан и пересел на диван рядом с другом.       — Эта женщина просто невозможная! — и, прикрыв глаза, он издал тяжёлый вздох.       — Да брось, — улыбнулся друг. — Мы оба знаем, что ты женился на самой упрямой ведьме Британии.       — Она подумала, что я забыл про годовщину, — тяжело вздохнув, он развалился на диване, откидывая голову на спинку. — Даже не дала мне рот открыть, как вылетела из спальни. Салазар!       Он опрокинул весь стакан огневиски за раз. Алкоголь чуть-чуть расслабил его, но этого было недостаточно, раздражение с новой силой поднималось в груди.       — А ты? — хмыкнул Забини.       Драко посмотрел на друга, сузив глаза.       — Ты что, теперь магловский психолог? — раздражённо отозвался Малфой.       — Ты тоже сбежал, — с улыбкой ткнул пальцем в него друг. — С префектской привычкой прятаться от проблем. Вы с Грейнджер идеальная пара. Оба умные, оба упрямые и оба срываетесь с места, как только запахнет скандалом.       Драко приподнялся, чтобы взглянуть на друга.       — Ты хочешь сказать, что моя жена права? — деловым тоном уточнил Драко.       — Я хочу сказать, — Забини поднял стакан, — что, если ты не вернёшься домой прямо сейчас, твоя умнейшая львица придумает примерно сто способов, как наказать тебя за проступок.       Драко сузил глаза.       — Ты слишком много знаешь о моей жене.       — Я люблю Грейнджер, ты же знаешь, так что если она решит с тобой развестись… — весело подмигнул мулат.       Драко не дал договорить другу и бросил в него жалящее заклинание. Блейз резко зашипел, схватившись за пострадавшее плечо.       — Заткнись, Забини, — палочка слизеринца была направлена на друга.       — Воу, друг, если ты не хочешь, чтобы умнейшая ведьма натворила глупостей, тогда тащи свою бледную задницу к ней, — мулат поднял руки в примирительном жесте.       — Ты прав, эта умная голова ни на секунду не перестаёт думать. Салазар, дай мне сил!       Драко шагнул в камин, оставив друга в одиночестве в своём офисе.

***

      В кабинете было тихо. Только скрип пера и размеренное дыхание. Гермиона пыталась погрузиться в работу, но буквы сливались в единое полотно. В комнате послышался хлопок аппарации. Это был домашний эльф — Мина. Увидев хозяйку, эльф широко улыбнулась.       — Хозяин просит вас спуститься к нему в гостиную через час. Всю одежду я уже подготовила для вас, — радостно пропищала Мина, глядя на Гермиону с надеждой.       — Почему же он сам не пришёл? — нетерпеливо ответила Гермиона.       Мина опустила уши, почувствовав раздражение хозяйки.       — Простите меня, что мне сказать хозяину? — виновато пропищала Мина.       — Скажи ему, что я не приду! — упрямо произнесла Гермиона и вздёрнула свой аккуратный нос.       Эльф испарился спустя пару секунд, надеясь, что хозяйка передумает, и Гермиона тяжело вздохнула, опускаясь на спинку своего кресла.       Гермиона не собиралась выходить из своего кабинета, она попросту боялась. Боялась, что уже не сможет исправить ситуацию, и ей проще было не признавать своё поражение и убежать от решения проблемы. Уже близился вечер, домовик ушла пятнадцать минут назад, и Гермиона нервно ходила из угла в угол, мысленно жалея, что не держит у себя в кабинете алкоголь.       Она резко остановилась, когда услышала властный стук. Гриффиндорка уставилась на дверь в неверии, словно проглотив язык, она не смогла ничего сказать. Опять. Мысленно ударив себя рукой, она судорожно начала собирать остатки своей смелости.       — Гермиона, я знаю, что ты здесь, — послышался нетерпеливый голос мужа. — Ты серьёзно собираешься прятаться от меня?       Гермиона прикусила губу и крепко сжала кулаки. Молчание — единственное её оружие. Она услышала, как Драко тяжело вздохнул.       — Где твоя гриффиндорская смелость? — в ответ снова тишина. — Ты убежала из комнаты как виверена, даже не дав сказать мне ни слова.        Гермиона на дрожащих ногах подошла к двери.       — Послушай, — ласково сказал он. — Мы оба хотели, чтобы всё было по-другому. Я знаю, что ты обиделась. Любовь моя, я не хочу, чтобы этот день запомнился ссорами.       Она резко распахнула дверь, раздражённо глядя на своего мужа. Драко стоял, оперевшись ладонью о косяк, его серые глаза впивались в её. В них было не раздражение, не надменность, а ожидание, уязвимость.       — Откроешь мне не только дверь? — Он протянул ей руку и испытующе посмотрел на жену. Её взгляд стал мягче. — Давай, моя львица, через двадцать минут порт-ключ будет активирован…       — Так ты не забыл? — удивлённо прошептала она.       — Конечно нет, — Драко приподнял бровь. — Как я могу забыть день, когда ты стала моей женой?       Гермиона облегчённо выдохнула, прикрыв лицо рукой.       — Мерлин, какая же я… — она остановилась, подбирая нужное слово.       — Безрассудная гриффиндорка? — подсказал он, хитро улыбаясь.       Она вскинула указательный палец и ткнула им ему в грудь.       — Даже не думай! — и прошла мимо него. Мужчина засмеялся и пошёл за ней. — Я буду готова через пятнадцать минут, Мина сказала, что всё уже готово, ты всё подбирал?       Она прошла мимо него, не удержав улыбку. Драко, весело смеясь, пошёл за ней, не скрывая своего восхищения.       Через пятнадцать минут они стояли в гостиной, глядя друг другу в глаза. Мужчина был доволен своим выбором и самодовольно улыбнулся, когда увидел её в новом изумрудном платье в пол. Ей невероятно шёл этот цвет.       — Я люблю тебя, миссис Малфой!       — Я люблю тебя, мистер Малфой!       И через секунду на комнату опустилась тишина.