Глава 12. Семья

      Они шли по коридорам мэнора под руку, сохраняя молчание. Девушке требовалось время, чтобы воспроизвести все недавние события в своей памяти.       Гермиона понимала, что их жизни теперь не будут прежними. Драко воспримет нападение на неё как призыв к действиям, и девушка переживала, что у Новых пожирателей был на это расчёт. Ведь если Малфой перейдёт черту, магический мир больше не простит ему этого. Малфой сядет в Азкабан, а Гермиона сделает всё возможное, чтобы этого избежать, и тогда лишится своего поста. Если это была месть, то они близки к её реализации.       Лорд должен защищать семью, и не отреагировать на её нападение будет хуже смерти для него. Чистокровные семьи веками выстраивали свой авторитет, некоторые кровью, некоторые добродетелью, но одно было непоколебимо — никто не смеет угрожать семьям друг друга.       Чистокровных можно было бы приравнять к мафии у маглов, только вот у волшебников всё было сложнее. Клятва семье была в родовой магии каждой из «Священных семей». Это особый союз семей, хранящих вековые традиции. Священные семьи организовывали союзы браком, их кровь смешивалась и теряла свою силу. Но не все всегда следовали правилам прошлых лордов.       Сейчас она как никогда понимала сказанное Пенси: «Ощущать его силу».       Сила крови, когда семья защитит тебя, пойдёт в огонь и поможет выйти из него. Кровь в венах кипела, словно раскалённая лава, магия рода требовала отмщения.       Драко открыл перед ней дубовые двери, приглашая войти в просторный зал. Звук эхом разнёсся по высоким стенам, выдавая их присутствие. Она шагнула вперёд, осматривая внутреннее убранство.       Зал, отделанный тёмным деревом — личная библиотека Малфоя, где он принимал своих гостей. В центре стоял овальный стол из массива дуба, изумрудные кресла из дорогого бархата, хрустальная посуда. У окна стоял бильярдный стол — любимая магловская игра Драко. В другом углу располагалась библиотека Малфоя, где он собрал свои любимые издания.       Разговоры в комнате затихли, когда двери зала распахнулись. За столом сидели все её близкие друзья, они были её семьёй: Пенси Паркинсон — её правая рука, самая близкая подруга; Блейз Забини — семейный целитель, лучший друг Драко, она доверяла ему так же, как и он; Гарри Поттер — её лучший друг; Дафна; Джинни; Рон.       — Гермиона, как ты? — спросил осторожно Поттер.       — Спасибо, Гарри, я в порядке, — она перевела взгляд на остальных.       Многие хотели задать ей вопросы, но никто не нарушил молчания, ожидая первого слова от неё.              Девушка села на свободный стул во главе стола, бросив взгляд на стопку газет, она тяжело вздохнула. Гермиона догадывалась об общей истерии, наверняка пресса не упустила шанса облить её хорошей порцией грязи.

«Кто напал на героиню войны?»

«Малфоям бросили вызов?»

«Молодой лорд решил избавиться от маглорождённой жены»

«Нападения в Хогвартсе: Пожиратели смерти вернулись»

«Что скрывает Министерство?»

      Гермиона швырнула стопку газет, не желая больше читать этот бред. Она посмотрела на Малфоя, стоявшего за её спиной. Его скучающий взгляд говорил о том, что ему не было дела до прессы. Она завидовала непоколебимости мужа, казалось, что ничего не может его выбить из колеи.       Гермиона же была его противоположностью, её равновесие могла пошатнуть любая малейшая деталь, что злило девушку. Её чрезмерная эмоциональность, что часто мешала.       — Какие последствия? — она посмотрела на Гарри.       — Волшебники требуют больше информации. Все боятся, что ПСы вернулись, многие бегут из города. Из Хогвартса забирают детей. В Лондоне паника.       — Есть идеи, кто за этим стоит? — перебила его Пенси. — Гермиона два дня была в отключке. Эти ублюдки точно знали, что делают. Если бы хотели её убить — убили бы сразу!       — Тише, Пенс, — поспешил успокоить её Драко.              — Давайте для начала поймём мотив, — вмешался Гарри.       — Вероятно, Пожиратели продолжают идеологию Волан-де-Морта, если они мстят «предателям», — взгляд Блейза упал на Драко, — то вполне логично, что навредить Гермионе означает добраться до Драко.       Пенси фыркнула.       — Не только Пожиратели против маглорождённых. Гермиона вторая после министра, а это означает, что, с большой вероятностью, следующей на посту министра будет она, — размышляла Дафна.       — Этот список будет слишком длинным, — Гермиона устало откинулась на спинку стула.       — Желающих отомстить мне будет тоже много, — он был спокоен, как лев на охоте. Холодный, сосредоточенный взгляд, ровное дыхание, уверенная осанка, в этом был весь Драко Малфой.       — Безумие… — выдохнула Гермиона, опустив голову в свои ладони. — Что Кингсли? — она вернула своё внимание Гарри.       — Кингсли меня отстранил, — так просто сказал он.       — Что? — крикнули все в один голос, только Джинни взяла портсигар, вытащив одну сигарету.       Гермиона внимательно следила за действиями рыжеволосой ведьмы. Было видно, что та переживает, отстранение Гарри сильно ударит по его репутации, а над их головами нависла новая опасность. Война забрала у неё слишком много, и ей бы не хотелось снова пережить те эмоции.       После смерти Фреда семья Уизли долго восстанавливалась. Любимый брат и сын, все они были на одном поле. Неизвестный Пожиратель бросил в него Аваду. В тот день Джиневра потеряла часть себя. Джордж до сих пор оглядывался в сторону, где всегда был его брат. Сердце Гермионы разрывалось от боли, когда она вспоминала о близнецах.       Гермиона почувствовала груз ответственности на своих плечах, ведь они стоят на пороге новой битвы, где, вероятно, будут жертвы. Все это понимали, но никто не произносил вслух.       Драко знал, что его безрассудная гриффиндорка пожертвует собой ради любимых, но вот он ею жертвовать не собирался. Почувствовав напряжение жены, Драко положил свою ладонь на её плечо, выражая поддержку. Такую безмолвную и крепкую, что Гермиона немного расслабилась, принимая его уверенность.       — Это странный шаг для Кингсли, — начал говорить Драко, холод тянулся в его голосе. Он размышлял.       — Он считает, что наша связь с Гермионой помешает объективности расследования.       Гарри деловито поправил свои очки, пытаясь скрыть своё раздражение. Драко задумался, никто не прерывал его молчания.       — Это импульсивный шаг, теперь он обратил на себя наше внимание.       Гермиона внимательно следила за мужем, пытаясь разгадать ход его мыслей. Он обошёл Гермиону, чтобы посмотреть ей в глаза.       — Что, если за этим стоит Кингсли?       — Это невозможно! — тут же выпалила Гермиона, полностью уверенная в том, что человек, который боролся за Орден, не мог совершить этих преступлений.       — Потому что он доблестный борец за справедливость? К чёрту это! — его глаза заливались ртутью, которая в любой момент могла сорваться.       — Тогда мы можем объяснить, почему у нас до этого не было никаких зацепок, он знает, как работает Аврорат. В конце концов мы перед ним отчитывались, — рассуждал Гарри.       — Это очень плохо! — заключил Блейз. — Доказать его причастность будет очень сложно, в любой момент он может выставить всё так, что Гермиона задумала заговор. Что тоже будет ему на руку, — и вот они снова в тупике.       — Помимо вас, о нашем присутствии в замке Фалез знал Кингсли, а также он знал, что мы там ищем. Банаккорд опоздал, ему нечего было нам предъявить.       Гермиона издала тяжёлый вздох. Она оглядела своих друзей, каждый был погружён в свои мысли. К сожалению, они приблизились к точке невозврата. Сейчас от них требовалось принять очень важное решение, которое отразится на каждом. И она бы всё отдала, чтобы каждый сейчас не переживал за будущее своих семей.       В Хогвартсе её опорой были Гарри и Рон, они всегда были рядом. Затем в её жизни появился Драко, готовый защитить её от любой опасности. И он будет делать это до последнего вздоха. Это чувство было взаимным.              Левое предплечье заныло, она одёрнула руку, бросив взгляд на свой уродливый шрам.

«Грязнокровка»

      В памяти тут же всплыл образ безумной Беллатрисы. Как она ходила вокруг неё, шипя от ненависти ей в лицо. Она помнила каждую деталь того дня, когда получила это клеймо. Она помнила тёмные пышные кудри, змеиный оскал и гнилые зубы этой сумасшедшей, цепкие пальцы и крепкую хватку.       Они боролись за свободу, но свободу так и не получили, лишь иллюзию, пыль в глаза. Девушка невольно сжала кулаки, злость заполняла тело, растекалась по венам, как дорогое вино. Она глубоко дышала, медленно выдыхая, чтобы выровнять стук сердца, готового вырваться из груди.       — Оставьте нас! — властный голос вернул девушку в реальность.       Она посмотрела в строгие глаза мужа в поисках ответа на свой немой вопрос.       Мужчина отвернулся от выходящих из зала, собирая свои мысли в единую цепочку. Он смотрел в окно, на бескрайние владения Малфой-мэнора, на любимые розы матери, которые она с трепетом выращивала. За садом виднелась часть озера. В детстве Драко там проводил много времени с друзьями. Улыбнувшись своим воспоминаниям, мужчина вернул своё внимание девушке.        Гермиона смотрела на него с вопросом, хоть и понимала, о чём пойдёт речь. Она боялась этого разговора, но не так, как боятся чего-то ужасного. Волнение снова овладело её телом, а по ногам пробежала дрожь. Драко сузил глаза, приглядываясь к состоянию девушки.       — Что с тобой происходит? — мужчина встал напротив девушки, изучая её поведение.              — Ты о чём? — невозмутимо ответила она.       Драко ухмыльнулся.       — В школе я наблюдал за девушкой, чья воля и сила восхищали меня. Она всегда знала, чего она хочет, и не прогибалась перед трудностями. Она всегда делала только то, что считала нужным. Я видел её в бою, я знаю, на что она способна. Она никогда ничего не боялась. Она храбрее всех, кого я знаю, и уж точно храбрее меня. Самая умная и талантливая ведьма своего возраста. Говорят, что в Хогвартсе не осталось ни одной книги, которую она бы не прочла, — его тёмные глаза поглощали её, а Гермиона, казалось, не дышала. — Гермиона Грейнджер! — она вздрогнула, услышав свою девичью фамилию. — Девушка, чьё безрассудство бежит быстрее её самой. Героиня войны, победившая самого тёмного волшебника, — он подошёл к ней ближе, нежно взяв её руку. — Эта девушка стала моей женой, укрепив магию древнейшего рода Англии. Теперь она Гермиона Малфой — моя жена! Маглорождённая ведьма, ставшая на один уровень с Министром магии. Никому ранее этого не удавалось. Самая влиятельная ведьма магического мира. Так что с тобой случилось? Эта женщина робеет перед кучкой волшебников, она смотрит мне в глаза, а в них я вижу страх…       — Перестань! — она отвернулась от него, не желая слышать правду. — Ты так говоришь, как будто разочаровался во мне!       Она пыталась уцепиться за любую деталь в комнате, лишь бы не смотреть в его грозовые глаза.       — Что ж, прошу прощения, что не соответствую великому роду Малфоев! — Драко хищно улыбнулся, теперь он узнавал свою гриффиндорку.             Она хотела было уйти, но мужчина схватил её за руку, останавливая.             — Ты не можешь разочаровать меня, Гермиона. Я просто хочу разобраться в такой резкой смене твоего характера, — она выхватила свою ладонь из его крепкой хватки.       — Так бывает, что у женщин моего возраста, — она взмахнула руками, — шалят гормоны, знаешь?       — Что? — мужчина нахмурился.       — Что слышал, Драко Малфой!       Девушка тяжело дышала, глядя ему прямо в глаза. Не дожидаясь ответа, она резко развернулась. Тяжёлые кудри ударили его по лицу, но мужчина остался неподвижен, переваривая вышесказанное.       Гермиона выбежала из зала, громко хлопнув дверью, не замечая удивлённые взгляды друзей. Сейчас ей было всё равно на то, что подумают другие, она не хотела ни с кем разговаривать и что-то объяснять. Ей всегда сложно было держать свои эмоции в узде, как сейчас, и ей необходимо было сбежать от Драко, пока злость не взяла своё. Как же он её сейчас злил, она не хотела этого разговора, она вообще не знала, как об этом говорить. Было бы намного проще, если бы он догадался сам, но мужчины существа не очень догадливые.       Драко выбежал за ней, но успел увидеть только исчезающую девушку в зелёном пламени камина. Резко выдохнув, он упёр руки, оглядев присутствующих.       Все смотрели на него, не произнося ни слова. Он видел осуждение в глазах Пенси и понимание в глазах Дафны. Первым заговорил Гарри.       — Что произошло, Малфой? — процедил он.       — Ты идиот, Малфой! — не сдержалась Пенси, сделав шаг вперёд.       Она одарила его презрительным взглядом, и если бы её глаза были озером, то он точно бы утонул в её гневе самым мучительным образом.       Драко устало вздохнул, повернувшись к Блейзу, он точно знал, что тот знает, о чём говорила Гермиона и почему уже второй раз за месяц девушка сбегает от него в порыве волны злости.       — Блейз, ты точно знаешь, что происходит с моей женой! — это был не вопрос.       — Оо, нет, друг. С этим ты разберёшься сам. Врачебная тайна, знаешь ли, — мулат усмехнулся, а лицо Драко приобрело прозрачный оттенок, кажется, осознание пробило его сознание насквозь.       — Драко… — мягко обратилась к нему Дафна. — Тебе не нас нужно спрашивать. Иди за ней! — девушка улыбнулась, указывая на камин.

***

      Гермиона стояла у окна их магловской квартиры в центре Лондона. Ей нравился вид из окна, открывавший невероятную панораму на город. Так она отвлекалась от дурных мыслей.       Она обхватила себя руками, чтобы сдержать рой мурашек, бегущих по коже от прохладного воздуха. Девушка раздумывала о случившемся в мэноре.       Она злилась. И злилась на себя, что снова струсила и не смогла сдержать свои эмоции и быть той самой леди Малфой. Ей бы стоило поучиться этому у Нарциссы. Но Гермиона никогда не могла вести себя иначе с Драко. Она могла быть с ним настоящей и делала этого. Он принимал её такой: безрассудной, эмоциональной, вспыльчивой. С ним она могла быть просто Гермионой со всеми своими недостатками.       Камин загорелся, и из его пламени вышел Драко. Увидев Гермиону, он остановился, рассматривая её. Она стояла к нему спиной и, кажется, не услышала его появления.       — Гермиона! — тихо позвал её Драко.        Плечи девушки дёрнулись, и она повернулась к нему. Мужчина выдохнул, когда не увидел в её глазах злости.       — Драко!       Она обошла диван, стоявший напротив окна. Её туфли, отбивающие звонкими ударами о дубовый паркет, нарушили тишину, царившую в комнате.       — Скажи мне! — он обхватил её плечи. — Почему об этом знают все, кроме меня? — немного с обидой спросил он.       — Потому что все более догадливые, чем ты, Драко Малфой!       Девушка спрятала улыбку в его груди, обнимая мужа за талию.       — Скажи… — с надеждой произнёс он, немного отстранившись, посмотрев ей в глаза.       — У нас будет ребёнок, Драко! — с улыбкой произнесла она.       Девушка почувствовала, как его сердце забилось чаще. Он прикрыл глаза, набирая в лёгкие воздух.        — Я хотела сказать тебе после бала, но всё пошло не по плану, — девушка опустила голову. — Прости меня!       — Нет! — она округлила глаза в удивлении.       Он схватил её за талию и закружил по комнате. Девушка взвизгнула от удивления, но сумела расслабиться в его руках.        — Я так люблю тебя, Гермиона!       Мужчина опустил девушку на паркет, а сам опустился перед ней на колени. Гермиона заворожённо наблюдала за ним. Он приподнял её блузку, оголяя живот.       — И тебя люблю! — оставив лёгкий поцелуй на её животе, он посмотрел на девушку. — Уже знаешь кто это?       — Ещё нет, срок совсем маленький! — он прикрыл глаза, опуская голову на её живот.       — Ты не должна ни за что извиняться, Гермиона! Это я идиот!