Эпилог.

      Небольшой магазинчик пах старой бумагой, древесиной, корицей и яблоками. Полки были заставлены книгами. Некоторые из них уже были потрёпаны временем, а некоторым только предстоит оказаться в руках читателя. Гермиона держала заказанную ею книгу, и сердце привычно наполнялось тем тихим счастьем, которое она всегда находила в мире знаний.       — Остальной ваш заказ будет доставлен через неделю, миссис Малфой, — с улыбкой произнёс пожилой продавец, поправив очки на носу. — Уверен, книга вам понравится, очень ценное издание.       — Спасибо, Чарльз! — мягко ответила она, чувствуя лёгкую волну благодарности.       Она вышла из магазина, и прохладный осенний воздух обдал её лицо. В этой местности осень всегда наступала раньше.       Деревья, обрамлявшие улицу, роняли жёлтые и багряные листья, они кружились в воздухе и падали под ноги. Вдоль тротуара стояли лавки с выпечкой и напитками. Гермиона купила свежий, ещё тёплый хлеб и стаканчик какао. Запахи смешались с ароматом осени, и она улыбнулась сама себе.       Сегодня был её день рождения.       Дорога домой заняла не много времени. Их новый дом был скромнее и меньше, чем величественный Малфой-мэнор, но именно в этом доме Гермиона чувствовала себя живой. Это был их дом, который был создан с нуля, её заботливыми руками. Место, где не было тяжёлых стен прошлого, только новые воспоминания и будущее. Чистое, без разводов.       Открыв дверь, она сразу услышала смех. Тёплый, искренний, заполняющий пространство так, что стены будто светились изнутри. Гермиона поставила покупки на полку и прошла в гостиную по небольшому коридору.       Там, на ковре, Скорпиус носился кругами, смеясь так звонко, что сердце Гермионы сжалось от нежности. Драко сидел на диване, улыбаясь сыну улыбкой, которую знали только близкие. На руках он держал их маленькую дочь — Нарциссу. Она спала, уткнувшись в его плечо, крошечные пальчики сжимали край его свитера.       Она не спешила нарушать их идиллию, ей хотелось побыть наблюдателем.       — Любовь моя, ты всё так же громко топаешь.       Он поднял на неё взгляд, полный любви, и Гермиона дёрнулась вперёд. Их глаза встретились, и в этом взгляде было всё. Пройденные испытания, боль, потери, победа и нерушимая любовь.       Гермиона опустилась на ковёр рядом с Драко и оставила тёплый поцелуй на его щеке. Поправив выбившуюся прядку волос со лба Нарциссы, она вздохнула.       — Как вы провели время без меня? — с улыбкой на лице спросила она.       Драко не спешил с ответом, любуясь, как мягкий солнечный свет играет на её волосах.       — Мы скучали, — просто ответил он.       — Я купила свежий хлеб и какао, — она положила голову на его грудь.       — Ииии… — он приподнял бровь.       — И книгу… — тихо сказала она.       — Ты же обещала хотя бы один день без книг, — усмехнулся он.       Гермиона ткнула его своим пальцем, и Драко тихо зашипел.       — Сегодня мой день! — пропищала она.       Драко загадочно на неё посмотрел и широко улыбнулся.       — Тогда тебе понравится мой подарок!       Драко встал с пола и аккуратно переложил малышку в её кроватку. Он двигался медленно, чтобы не потревожить чуткий сон дочери. Когда он убедился, что Нарцисса крепко спит, то обхватил руку Гермионы и повёл за собой.       Далеко идти не пришлось. Они остановились у двери, которую Гермиона ранее не видела.       За ней открылась комната, в которую хлынул мягкий свет из широкого окна. Высокие деревянные полки тянулись почти до потолка, на них уже стояли книги. Её книги. Полки были выполнены из тёплого орехового дерева, а в центре стоял удобный стол с резными ножками и лампой в бронзовом абажуре. В углу мягкое кресло и плед словно ждали её прикосновения. В воздухе витал запах свежей древесины и бумаги.       Гермиона замерла, прикрыв рот рукой. Её глаза наполнились слезами.       — Драко… Ты… Ты сделал библиотеку?       — Теперь у тебя есть свой мир в нашем доме. Она не такая, как была в мэноре, но…       Она развернулась к нему, едва удерживая слёзы, и крепко обняла его.       — Она прекрасна!       Драко прижал её к себе, едва слышно шепнув:       — Мы соберём здесь твои любимые издания…       Гермиона подняла голову, её глаза сияли в мягком свете комнаты.       — Это лучший подарок в моей жизни.       Она засмеялась сквозь слёзы, прижалась к его груди и впервые за долгое время почувствовала, что их жизнь действительно обрела покой.       — Я люблю тебя, миссис Малфой!       — Я люблю тебя, мистер Малфой!       Гермиона стояла у полки, когда из гостиной донёсся смех и громкий возглас Пенси:       — А ну быстро сюда, именинница! Мы уже почти начали без тебя!       Она улыбнулась и вышла из библиотеки.       В гостиной царила приятная неразбериха. Тео, в своём вечном сером жилете, наливал игристое, споря с Блейзом о том, сколько именно в бокале будет «прилично». Пенси наряжала стол, раскладывая десерты, Джинни помогала Драко с посудой, а Гарри, по старой привычке, держал младшую Нарциссу на руках. Она звонко хихикала, держа его за очки.       — Я смотрю, ты всё ещё рискуешь, Поттер, — поддел Драко, подходя ближе. — Моя дочь уже однажды испортила тебе оправу.       — Она очаровательна, — парировал Гарри, улыбаясь. — Пусть ломает, что хочет.       Драко фыркнул, но уголки его губ дрогнули.       — С днём рождения, Гермиона! — воскликнула Пенси, бросаясь обнимать подругу. — И не пытайся спрятаться среди своих книг, мы тебя всё равно найдём.       — Даже если для этого придётся устроить рейд в библиотеку, — поддакнул Блейз.       — Раз Гермиона смогла оставить свои книги, — заявила Джинни, ставя на стол огромный торт с кремовыми цветами, — предлагаю официально начинать праздник.       Все расселись кто где. Нарцисса уже спала в колыбели, а Скорпиус гордо демонстрировал Пенси деревянного дракона, которого сделал вместе с отцом.       — Вот он, Малфой младший, — сказала Пенси. — Уже умеет очаровывать женщин.       — Семейное, — усмехнулся Драко, притянув Гермиону ближе.       — За Гермиону, — поднял бокал Гарри.       Разговоры текли легко. О детях, о старых временах, о книгах и забавных историях. Тео рассказал, как случайно перепутал зелье бодрости с настойкой сна и проспал весь важный приём у министра. Пенси с Блейзом о чём-то спорили, а Джинни и Гарри шутили о временах в Хогвартсе.       Праздник уже подходил к концу. Свет свечей стал мягче, разговоры стихли и в комнате осталась только тихая музыка, аромат выпечки и смех друзей. Гермиона посмотрела на всех и ощутила, как в груди растекается то самое чувство, которое невозможно объяснить словами — дом.       Когда гости ушли, Гермиона стояла у окна, глядя, как за стеклом кружатся последние осенние листья. В доме царила тишина.       Драко подошёл сзади, обнял её за плечи.       — Ты счастлива? — спросил он тихо.       Она повернулась, заглянув ему в глаза.       — Больше, чем когда-либо.       Он улыбнулся, едва коснувшись губами её виска.       — Я рад, но признаюсь, я переживал, что вечеринка тебя утомит.       — Утомила, — усмехнулась она. — Но это была самая прекрасная усталость в моей жизни.       Они стояли у окна, обнявшись, и в отражении стекла Гермиона заметила, как мягкий свет лампы ложится на их силуэты. Когда-то, в старом доме, зеркала хранили разводы — следы времени, тени прошлого, напоминание о боли.       Теперь же отражение было чистым, прозрачным.       Без пятен, без трещин.