Химера-хранитель

По мне остаётся десяток коробок, Один мой дневник, ещё трое — папиных, Крышки от сидра средь винных пробок, Стопки книжек, как башня, расшатанные. Под кроватью в почтовой обёртке — Коллекция дешёвых зажигалок, Обещание на листике в решетку: Топиться не буду точно, как бы сильно не любила русалок. Сухие цветы припадают пылью, Они делят квадраты с разбитым зеркалом, На подоконнике ангел со жжеными крыльями, Мой милый друг, ты и правда бессмертный. Вплетаешь в мои вены вязки хризантем, А засыхающих отпаиваешь чёрным чаем, И тебе явно сложно держаться на такой схеме, Тебе явно полагается больше, чем заточенный край. Всю землю в ноги и горстка яблочных костей, Исписанная мелкими каракулями сшивка, Ты даже заслужил признание чертей, Они на коленях, сдирая с дивана обшивку. Но я... Я сижу тут, бездарная, жалкая, кровоточащая, И это чувство, словно я уже давно мертва. По крайней мере, отчасти.