1.

Рейген кажется, впервые почувствовал себя нужным, когда мальчик начальной школы зашёл к нему в офис и попросил о помощи, продемонстрировал свои способности. Он его наставлял, учил, а потом черт потянул его сказануть то, чего бы он сам не хотел услышать, ведь это его серая действительность. Не Моба. Не Моба радостно приветствуют только ради того, чтобы выплакать свою душу и попрощаться. А затем кажется, он опять начал чувствовать себя в своей тарелке. Нашел занятия, люди его счастливо благодарили, а Аратака счастливо улыбался. Но всё это разбивается о чертово шоу, потому что Рейген возомнил себя настоящим экстрасенсом. И сейчас они все смеются. Гонят его, теперь он им не нужен. Мусор. Инструмент, который выполнил свою работу и не нужен никому. Аратака устало скидывает пиджак и падает на диван. Стягивает свой галстук, и шарится в карманах пиджака, достает пачку сигарет, щелкает зажигалкой. Сизый дым растворяется в воздухе, а никотин заполняет пустую, маленькую комнатку. Рейген встает и тушит сигарету, докуривая её чуть ли не до фильтра. Зеркало в ванной мутное, следы капель от воды заполняет чуть ли не всю поверхность и мужчина смотрит посеревшими глазами на себя. Это не он, где Аратака Рейген, величайший экстрасенс двадцать первого века? Его нет. Никогда не было. Всё это обман, чтобы ему не было скучно. Чтобы его любили.  Чтобы он был нужен. И где он сейчас? Ощущение, что завтрашнего дня нет бьёт арматурой по голове и мужчина садится на пол, упирается спиной на холодную поверхность шкафчика, и закрывает лицо руками. Кто он? Когда он был им? А он когда-нибудь был кем-то? Аратака срывается с места и садится за старый компьютер, тусклый свет слегка освещает лицо, но ему это не надо. Текст с извинениями заучивается в момент. Но. Но все они злобно смотрят, улыбаются, ждут и пытаются подловить, каждое неверное слово -смерть, и ты можешь писать завещание на три копейки и покупать гроб. Аратака поджимает губы. Ну уж нет, если и помирать, то с музыкой. Ответы льются с невероятной скоростью и черт их побрал, он не будет перед ними извинятся. А потом он. Журналист, который, видимо слишком любит совать свой нос туда, куда не надо. Хотя, они все. Сердце пробивает удары, считает, то слишком ускоряясь, то отстукивая слишком мало и осознает. "А ты вырос" - этого достаточно. Моб оказывается там, хотя учитель не звал. И Рейген хватается. Солнце уходит за горизонт, мягко касается рыжими лучами лица двух людей. И один из них говорит слишком хорошие слова, а другой готов расплакаться. Аратака кидает скудное:"Пойдем поедим рамен" - и Моб соглашается. Так, как надо. Горячий воздух опаляет лицо и мужчина жмурится, а затем с аппетитом облизывает губы:"Приятного аппетита!" - хлопает в ладоши он и, прежде чем приняться за еду, смотрит в тарелку подростка, отмечая привычное отсутствие мяса. Палочки взмахивают и пару кусочков с тарелки Рейгена оказываются в тарелке Моба. Шигео скудно благодарит и принимается за еду. Ком в горле появляется слишком неожиданно, и Аратака старается аккуратно втянуть воздух и не расплакаться. Он не один. Шигео сидит рядом и надоедливый призрак что-то болтает под ухом. Сегодня его день рождения, и он не один. Слезы стремительно скатываются по лицу мужчины и он начинает их упрямо стирать. Черт, и как он мог только так заплакать. Но осознание теплиться в душе и от этого капли слез непрекращаемо льются. Ученик уже начинает нервничать, обещать что, вернет деньги за мясо, но Рейген отмахивается рукой и вытирает лицо рукавом:"Всё хорошо, давай устроим завтра выходной. В честь дня рождения так сказать". И Моб соглашается.