ах и ох

***       На очередной тусовке друзей веселились Юлик, Дарья (уже Онешко) и другие люди, которых пригласил, собственно, организатор вечеринки. Все пили алкоголь, пели известные песни, танцевали — в общем, развлекались.       Спустя какое-то время к Дарье подходит Юлик.       — Даш, мне надо кое-что тебе сказать. Это очень серьёзно. В общем, мы с Машей поцеловались, и я очень долго думал над этим, — сердце Даши замерло, — Я больше не люблю тебя, прости…       В эту секунду Дашина голова закружилась, ноги подкосились, а каждый вдох давался с трудом — ей стало плохо.       Она не знала, что сказать, и не могла этого сделать: словно ком застрял в горле, мешая ответить; но всё же с трудом девушка выдала первое, что пришло на ум.       — …Я всё понимаю.       И как же вовремя в колонках заиграл припев песни «Очки-сердечки»: Я разбиваю твои, твои очки-сердечки, Чтобы так больно больше не было, Очки-сердечки, чтоб ты ненавидела. Ты отомстишь мне, не позвонишь мне, Да хоть рви меня на куски! Лишь так тебе, малышка, сижка за сижкой, Станет понятна суть моей тоски!       Чтоб хоть как-то прийти в себя, Даша вышла на воздух, игнорируя зовущего её Онешко.       Через несколько минут Каплан уже стояла перед подъездом. Девушка села на стоящую рядом лавку. Голова до сих пор кружилась, и из неё не выходили те самые роковые слова Юлика, которые он успел сказать Даше перед тем, как она ушла: «Я больше не люблю тебя».       Девушка решила поставить телефон на беззвучный режим, чтобы остаться наедине с собой и отойти от произошедшего без чьей-либо помощи, пообещав самой себе, что, если ей станет хуже, она позвонит своим подругам с просьбой еë забрать.       Невольно она стала вспоминать моменты, проведённые совместно с мужем. Все эти шесть лет словно пронеслись перед глазами: в памяти всплыл день их знакомства; ситуации, когда Юлик всячески поддерживал Каплан, когда той это было необходимо; их пышная свадьба… Вспоминалось всё от и до: тёплые и приятные моменты, греющие душу, и периоды «тёмной полосы», отзывающиеся болью в сердце. И боже, какие они были счастливые на свадьбе!.. Какой он был счастливый…       Но стоило подметить: Каплан, решив однажды утром посмотреть время, взяла попавшийся под руку телефон Юлика и случайно застала переписку мужа с Машей. На экране блокировки — сообщение от Мармарис: «Свободен сегодня?)» и этот ужасный улыбающийся смайлик в конце. После этого случая у девушки закрались подозрения, что Юлик потерял чувства к ней, но закрыла на это глаза, ведь нельзя же шесть лет перекрыть месяцем и тремя часами. Сегодня, именно сегодня ночью, 7 июля 2022 года Онешко Юлий Александрович признался, что разлюбил Каплан. Ей очень плохо.       Тем временем на телефон Даши приходила хуева туча уведомлений от обеспокоенных друзей с вопросами о том, где она, почему игнорит, куда ушла, всë ли с ней в порядке, вернётся ли, нужна ли помощь и прочее.       Когда Каплан более или менее пришла в себя, она приняла решение сходить в магазин за алкоголем. Убедившись в наличии телефона в кармане оверсайз толстовки и проверив время, она увидела огромное количество сообщений, поступавших из разных соцсетей, — девушку это не на шутку удивило. Каплан написала Ксюше , что пошла за пивом и не вернётся обратно, а о самочувствии напишет ей завтра.       В магазине она купила первое попавшееся пиво: «Эссу» со вкусом мяты и лайма и «Эссу» с ананасом и грейпфрутом. На кассе Каплан дали пакет, в который она уложила покупку. Выйдя из магазина, она пошла куда глаза глядят или куда ноги приведут.       Даша не запомнила, как пришла к незнакомому двору; она не придала значения и тому, что её местом приземления послужила старая полуразвалившаяся лавка, которая, кажется, была единственной в округе. Помучившись из-за маникюра с крышкой от пива, девушка отпила из бутылки в надежде утопить в алкоголе горечь и обиду. И совершенно плевать, что проходившая мимо бабушка покосилась на неё, наверняка подумав, что она малолетняя алкоголичка, — плевать. *** 7 июля, утро, 12:47.       — Алло, Дань, — на другом конце провода послышался сонный охрипший голос — наверное, его обладатель круто потусил вчера или же работал допоздна, чёрт его знает. — Я скинул тебе… эээ… на почту всё, — прозвучали шаги и шуршание, затем последовали глотки.       — Сейчас, пять секунд, — быстрое и громкое клацанье по клавишам клавиатуры отчётливо доносилось динамиком телефона. — Вижу. Ну, к N-ому дню я постараюсь всё сделать.       — Окей, созвонимся, если что.       — Ага, давай.       Сброс вызова, кнопка «выключить», бросок смартфона на стол, захламлённый пустыми банками из-под энергетиков и гранатового «Швеппса» .       В комнате висел запах пота. Помещение действительно было засрано всем, чем только можно: пустыми пачками из-под различных снэков, пластиковыми упаковками, бутылками, бумажками — а мусорке, стоящей рядом со столом, можно только посочувствовать. Мусора в ней накопилось столько, что он вываливался из урны и впоследствии был разбросан по всей комнате. Шторы были плотно завешены, несмотря на то, что хоть какой-то намёк на свет исходил только от лампы на столе.       Сам битмейкер выглядел на два из десяти: грязные волосы, мешки под глазами, усы, потная футболка, хотя и от самого парня воняло потом за километр, — всë это наводило на мысль, что Данила работал сверхурочно как минимум неделю не смыкая глаз, а если ему и выпадала возможность поспать, то часа четыре, не более. Еду молодой человек заказывал через доставку. А теперь можно и отдохнуть.       Первое, что делает Кашин, — идёт в душ и оставляет окно в комнате приоткрытым, чтобы проветрить помещение в своё отсутствие. Весь мусор он решил убрать после того, как помоется, а позже он запланировал сходить в магазин за продуктами — приготовить пасту «Все к ДК» .       После душа Данила побрился и отправился на кухню, чтобы взять мусорные пакеты. Оценив состояние комнаты, он охуел от количества накопившегося хлама.       — Пиздец, на уборку уйдёт два часа точно, а сколько мусорных пакетов понадобится…       Исступлённо уставившись на гору мусора, спустя несколько мгновений Кашин одёрнул себя и приступил к уборке.       Спустя некоторое время Даня справился с кучей хлама и вынес её, а после тяжёлой паромы решил передохнуть, проведя свободное время в соцсетях, и перекусить оставшимися снэками.       На часах уже семь — заметив это, парень решил пойти в магазин. Ближайшие большие супермаркеты находились в часе езды от него. Заказав в Яндекс Go такси, он начал собираться к выходу. ***       Даня покинул супермаркет только ближе к десяти часам, причём не с одним маленьким пакетиком, а с огромными пакетами, будто он нёс два мешка картошки. Донеся покупки до свободной лавки, он заказал такси обратно.       В приложении написано: «Белый Шевроле с номером *** подъедет к Вам через 10 минут». ***       На задние сиденья Даня поместил пакеты с продуктами, а сам сел на переднее кресло.       — Здрасьте, — переводя дыхание, пробормотал Кашин водителю, спешно захлопнув за собой дверь. Проверив время на часах, он на всякий случай посмотрел имя водителя в приложении.       — Здорóво! Куда везти, молодой человек? — слегка грубым тоном ответил водитель.       — В ***.       — Хорошо-о-о, — тяжело вздохнув, ответил Алексей (по крайней мере, в анкете указано именно это имя).       Оставшаяся часть поездки прошла в тишине. Кашин размышлял, какая вкусная паста у него получится и получится ли она вообще. Таксист же думал о том, как бы в его машину не врезался какой-нибудь остолоп.       — Слушай, давай я тебя высажу вон там, за светофором, а то в твоём дворе хер развернёшься — придётся разворачиваться по сто раз, а мне такая морока не особо нужна.       — А-а-а… Вам виднее, дядь; главное, чтобы мне идти не так долго было, а то мешки тяжёлые что пиздец.       — Понимаю, моя жена как закупит всякого хлама из своего, как там, Вайлдберриз , что потом хер дотащишь до машины.       Кашин в ответ усмехнулся.       Высадив пассажира из машины за светофором, водитель попрощался, пожелал ему удачи и уехал, сильно надавив на газ.       Кашин пообещал себе на следующем стриме рассказать о том, какой хороший таксист ему попался. ***       Волоча за собой почти неподъёмные пакеты, Кашин доковылял в свой двор, про себя молясь о том, чтобы его мучения быстрее закончились и он смог приготовить себе поесть.       Уже подходя к подъезду, битмейкер заметил девушку, сидящую на лавке с бутылкой пива, причём незнакомка была лысой. Нет, он не осуждал — ему было похуй на то, кто как выглядит; но для него было в новинку встретить в его дворе, возле его подъезда, на лавке лысую даму.       Приблизившись ещё на пару метров, Кашин узнал еë.       — Что-о-о? Привет, Дах, давно не виделись! Как жизнь воровская, хах? Слышал, ты вышла замуж за Юлия, поздравляю! — он был действительно рад этой случайной встрече.       — Привет, Дань…       Каплан даже не посмотрела на него, продолжая опустошать бутылку, буравя взглядом асфальт под собой.       — Привет… Поставив рядом с Дашей пакеты, он сел, но заметил отёкшее лицо собеседницы лишь через пару мгновений. «Видимо, от слёз», — подумал парень.       — Что случилось? Выглядишь, если честно, так себе.       — Спустя шесть лет и полтора месяца Юлик признался, что больше меня не любит, — ещё один глоток пива из бутылки.       — Что? Нихуя… —Даня знатно охуел: он никак не мог представить, что Юлику может разонравиться Даша. — Он же всегда всем говорил, что тебя любит. Помню, как он всех заëбывал этим. Хочешь? — Кашин протянул девушке сигарету.       — Нет, спасибо, — выбрасывая пустую бутылку в урну, Даша заметила два больших пакета с продуктами. — В магазин ходил?       — Да, всю неделю работал, наконец-то могу отдохнуть — вот и решил приготовить что-нибудь, — Кашин отвернулся, чтобы докурить сигарету. —Поздно уже. Может, переночуешь у меня?       — Неловко что-то просить о ночёвке…       — Ой, забей на неловкость, — демонстративно махнув рукой, парень резко встал, из-за чего в глазах слегка потемнело. — Не думаю, что ты сейчас в состоянии вернуться, да и вряд ли хочешь.       Дождавшись, пока зрение восстановится, Кашин взял пакеты и дотащил их до подъезда.       — Ну, так что, идёшь? У меня руки не железные, если что.       Даша кивнула и пошла следом за Кашиным, прихватив оставшуюся бутылку «Эссы». ***       Дверь хлопнула. Хозяин квартиры, не сняв обувь, буквально помчался на кухню. Поставив тяжёлую ношу на стол, молодой человек принялся осматривать свои руки.       — О боже, мои ручки, они все красные!       — Куда я могу поставить пиво? —Даша прошла на кухню за Даней с бутылкой алкоголя.       — В холодильник. Кстати, насчёт готовки: уже поздно. Не думаю, что я способен сейчас что-то приготовить, поэтому давай закажем пиццу или, например, роллы? — расставляя продукты по полкам, спросил рыжий.       — Без разницы, если честно.       — С каким вкусом заказать тогда?       — Хм, роллы — «Филадельфию», а пиццу — любую, кроме ананасовой, пожалуйста.       — Сейчас поставлю в холодильник минералку… ***       — Пока мы ждём еду, пойдём в спальню. Могли бы и в другую комнату, но там нет телека и много проводов — в общем, неудобно.       Спальня Кашина была обычной: кровать, тумбы и окна, которые напоминали панорамные.       — Что посмотрим? — садясь на край кровати, спросил рыжий. — Предлагаю на Ютубе: из телеканалов нет ничего интересного.       — Может, какое-нибудь шоу? — опершись спиной о стенку кровати, спросила Каплан.       — Как относишься к «Не ври мне»? — уже набирая в поисковике название шоу, поинтересовался парень.       — Положительно.       — Отличненько. *** Уже за два часа ночи, а Кашин и Каплан просмотрели где-то четыре выпуска шоу. Рядом с ребятами были коробки из-под пиццы, роллов и бутылки газировки.       Программа всё ещё продолжала идти.       — Таня, я не люблю тебя. Мне нравится Катя, прости.       — Катя? Это та дрыщавая шмара?       В эту же секунду героиня шоу загорелась как спичка и стала раздражённо жестикулировать. Слава богу, что она ростом метр шестьдесят, иначе по лбу мужчина точно бы получил.       — Она не…       — Да плевать мне, кто она и кем является! Ты променял меня на эту суку! Ты с ней знаком от силы два месяца, а со мной — десять лет! Ты мудила!       — Давай без перехода на личности. Я не виноват в том, что она мне понравилась! Лучше уж так, чем врать тебе, Тань…       — Засунь своё «лучше» в анус, чмо!       — Перестань меня оскорблять! — до этого момента он хотел расстаться с Таней на хорошей ноте, но последних её слов не выдержал. — Я хотел и до сих пор хочу с тобой нормально расстаться!       — Саш, чтобы мы нормально расстались, нужно идти к семейному психологу, но я тебе напомню: ни у тебя, ни у меня нет денег на психолога! Ах, точно, эта шаболда же богачка! — Таня шлёпнула себя ладошкой по лицу.       «Ужасная игра актёров, наиужаснейшая», — подумал Кашин про себя.       Тем временем страсти по ту сторону экрана телевизора накалялись.       — Теперь понятно, почему она тебе понравилась!       — Что?! Ты знаешь, что это не её деньги, а отца! — Саша начал показывать неприличные жесты в адрес девушки.       — Ты только хуже делаешь! Хочешь через Катеньку, — скандалистка произнесла имя женщины настолько отвратительным образом, что даже Даня скривился, — да ты пидорас, причём самый настоящий!       — Лучше уж так, чем жрать лири… ***       Тут Данила не выдержал: слишком много кринжа — он просто переключил на другое видео.       — Что за дурка, блять? Какая хуйня, пиздец! Ставлю пятихат, что на этот выпуск они вообще болт забили, — он посмотрел на Дашу: та была очень унылой. — Эй, всё нормально?       — Есть балкон? Хочется подышать свежим воздухом.       — А-а-а… да. Дверь за шторкой. Идём, я с тобой: от этой хуйни тоже хочу отойти.       Даша не заметила, что в этой комнате есть балкон, — почему-то она думала, что он находится на кухне или в другой комнате, но не тут. Однако дверь баклона была завешена плотными шторами, поэтому легко было её не заметить.       На балконе дул прохладный ветер, небо начинало светлеть, фонари выключили, а в некоторых квартирах до сих пор горел свет. Девушка, зайдя на балкон, села на подоконник и закурила. Даше очень нравилось то, что она видит. Она была рада, что в данный момент находится с Даней, а не с ним.       Даня сел рядом и точно так же, как и приятельница, закурил сигарету, глядя на разгорающийся рассвет. Его мысли были заняты впечатлениями прошедшего дня и размышлениями о том, что в итоге выйдет из его работ; в памяти всплыл и Мазеллов, который рано утром звонил Кашину, отрывая того от сна, чтобы сказать: «Сын-бляди-немощной-тринадцать! Ну что, как дела?» Каплан же вспоминала слова, сказанные мужем пару часов назад. Шоу «Не ври мне», которое они с Даней смотрели, послужило отличным толчком для дальнейшего самокопания. Она изо всех сил пыталась избежать мыслей о приключившейся сегодня ситуации, но все другие размышления, словно в порочном круге, вновь сводились к Онешко.       День, когда он сделал ей предложение:       «Даш, мы очень долго встречаемся, и я бы хотел, чтобы мы стали полноценной семьёй. В общем, ты выйдешь за меня?» — с надеждой и бесконечной любовью в голосе произнёс Юлик, стоя на согнутом колене и протягивая бархатную коробочку и цветы.       День, когда они вместе пошли в кинотеатр.       — Слушай, может, в кино сходим сегодня? — видеозвонок прерывался: плохо ловил интернет.       — Я не против, давай. А на какой сеанс и во сколько?       — Ну, недавно Кузьма с женой ходили на «Веном». Советовали.       — О, я по телеку видела трейлер; мне он понравился, давай сходим! А время?       — А, точно, ха-ха! Фильм начинается в четыре часа. Давай в два часа встретимся: если раньше придём, купим билеты и погуляем.       — Давай!       И день, который был три месяца назад.       — Я не понимаю, почему фанаты её относят к питерской тусовке!       — Ты так к ней относишься из-за Руслана?       — Нет! Она меня просто бесит! Ты видела, что она творила на вечеринке? Ко всем, абсолютно ко всем клеилась! Когда-нибудь это её приведет к чему-то нехорошему.       — Я всё равно не могу понять, чем тебе не нравится Мармарис. Как по мне, она хорошая девочка, просто немного наивная.       — Не немного, Даш. Если эта мефедронная дура ко мне в следующий раз подойдёт и будет говорить всякую чушь, я точно сорвусь!       — Боже, какой же он лицемер, — на её лице отразилось отвращение, а у Дани — недоумение.       — Кто? Юлик?       — Да, Юлик… До сих пор не могу поверить в то, что он сказал. Три месяца назад, когда Мармарис посещала вместе с нами различные вечеринки, он её таким говном обливал! А после этого месяц с «мефедронной дурой», как он её называл, переписывался.       — М-да… Бля, ебать он переобулся, — Кашин повернулся к горизонту, где в тот момент как раз разгоралась заря.       — Я просто в шоке, насколько быстро он переобулся: гнобил её, потом чатился по ночам. Но при этом каждый день он клялся мне в любви. Сегодня уже признался, что не любит, — ну, охуеть! Пиздец как плохо, а плакать не могу. Как бы, блять, ни старалась, не могу — не получается. Пока сидела на лавке, всë, что было, выплакала, — Даша затянулась едким дымом. — На сердце очень тяжело: шесть, сука, лет… Я в ахуе.       Данила всë это время слушал, не вставляя ни слова. Он не знал, что сказать: боялся, что сделает своими словами только хуже. Он не мог представить себя на месте Даши, и потому поддержать подругу в сложных жизненных обстоятельствах было сложно.       Всё же что-то надо было сказать, а то чует его жопа, что Дарья потом закроется в себе.       — Если честно, я не знаю, что сказать в поддержку. Я никогда не был на твоем месте и при таких обстоятельствах. Даже представить не могу, что, — ну, хотя, могу, — не следовало бы говорить. Но мне тяжело предугадать, что бы ты хотела услышать на данный момент. Поэтому я точно так же в ахуе с ситуации. Юлик часто при разговоре упоминал, что ненавидит, когда кому-то перемывают кости за спиной, и если уж расставаться, то всë должно быть максимально спокойно, потому нельзя хранить тайны от партнёра. Я в ахуе.       — С этой крашенной мымрой, извиняюсь, я долго общалась: она не менее личные вещи рассказывала — так почему она молчала? Ладно, Мармарис не мой муж, который действительно должен был рассказать о том, что происходит, а не из раза в раз обсирать её. Боже, он переписывался с ней, и я знала это, но закрывала глаза! Наивная дура…       Девушка не выдержала и закрыла лицо руками; про сигарету она забыла. Даня положил руку на плечо Каплан в знак малой, но поддержки.       — Не думаю, что из-за него тебе стоит плакать, — медленно покуривая, Кашин смотрел на рассветавшее небо. —Помнишь Дом страха?       — Ха-ха-ха, да, помню. Тогда вы с Русланом ещë общались.       — Помню, как Джарахова тогда испугал актёр в костюме женщины из «Звонка», — Даня рассмеялся.       — Ха-ха-ха! КПСС ржал с него после того, как мы вышли из Дома, — широко улыбаясь, Кашин шумно выдохнул, слезая с подоконника. — Я за «Швеппсом». Тебе взять?       — Не, возьми «Эссу».       — Хорошо.       Даня покинул балкон, а Даша осталась одна. На время.       После того как ребята выпьют напитки, они пойдут спать по разным комнатам.       А завтра Даша, как и обещала Ксюше, позвонит ей. Чуть позже они вместе уедут в Москву отдохнуть.       С Кашиным они продолжат поддерживать связь.       Но пока Даша наслаждается видом с балкона.