Часть 3

      В тёмной просторной комнате было непривычно тихо. Плотные, почти чёрные, шторы не пропускали солнечный свет, погружая помещение всё глубже во мрак. Только Джейк сидел и неотрывно смотрел в одну точку на мониторе — на белый потолок спальни Лин.       Под его глазами тёмными следами отпечаталась усталость. Хакер едва держался, чтобы не отключиться прямо за столом, как всегда и бывает в последнее время. После пожара в шахте от федералов приходилось бегать гораздо более усиленно. Конечно, больше никто из участников не был выгоден, а значит можно и дальше охотиться за Джейком, который на тот момент уже множество раз засветился во всевозможных местах, благодаря поиску подробностей об исчезновении Ханны. Теперь же хакеру почти ничего не мешало залечь на дно. Только это "почти" отзывалось болезненным уколом в сердце каждый час. Несколько дней Джейк буквально сходил с ума, и это время ему казалось адом на Земле. Мысли мешали сосредоточиться. Они то и дело нашёптывали самые ужасные варианты развития событий, и от этого становилось только больнее. Зачем Лин это сделала? Для чего она в день аварии села за руль? Наверное, решила, что Джейк мёртв, а значит отправиться на тот свет можно и ей.       Печальные новости об аварии быстро разнеслись по интернету — порой пресса беспощадна. Джейк не поверил своим глазам, когда узнал об этом впервые, через сутки после случившегося. Первой пострадала стена мотеля, в котором он находился. На эмоциях хакер бил её до тех пор, пока люди из соседнего номера не стали стучать в ответ. Но даже тогда он не остановился. Когда тусклые обои грязно-жёлтого цвета были в крови, Донфорт опустился на пол и закрыл голову дрожащими окровавленными руками, тихо заскулив от отчаяния. Мир рушился, распадался на кусочки, как тонкий хрусталь из старого бабушкиного сервиза, опрокинутый на кафель. Лёгкие беспощадно горели адским пламенем, а сердце сжималось и гулко стучало в груди, словно хотело пробить себе путь прямиком в этот ужасный мир. На часах было 2:51 ночи, и Джейк навсегда запомнит это время.       Следующие несколько дней прошли так, будто они объединились в один паршивый и бесконечный. Хакер почти ничего не ел, не спал, пил энергетики и постоянно сидел со своим ноутбуком. За это время пришлось сбежать в соседний город, на всякий случай, чтобы не нашли. Ему уже было всё равно, если федералы поймают. Даже проскакивали мысли добровольно им сдаться, но они быстро прогонялись из головы. Какое счастье, что под рукой не было пистолета, иначе пришлось бы бороться с желанием пустить себе пулю в лоб. Нет, подобное безрассудство неуместно. Она бы это не оценила... И снова Лин, чёрт возьми! Вот бы сердце из груди вырвать. Хотелось, чтобы всё скорее закончилось.        Не составило труда удалить с гаджета Лин все данные о расследовании, в том числе и переписки с дасквудской компанией. Некоторые раздражающие личности, как Фил, даже отправились в чёрный список, чтобы не предпринимали попыток звонить и писать. С владельцем бара у хакера были личные счёты. Стёр Джейк и себя. И план сработал — истории будто бы и не было вовсе, словно это длинный страшный сон. А потом Лин вернули телефон, и хакер впервые за долгое время сделал полноценный вдох. Теперь он не выпускал Лин из виду настолько, насколько это вообще было возможным. Так спокойнее. Так понятнее, зачем ему дышать. Она простит подключение к своему устройству в будущем, если Джейк осмелится написать, поборов ставшее невыносимым чувство вины. Если бы её не втянули в расследование, она бы не пострадала. Но и Джейк бы не встретил того человека, ради которого захотелось бороться. Он не привык доверять людям. Это слишком болезненно. Хакер хранил свою личную информацию при себе и не передал бы её никому, казалось, даже под пытками. Жизнь обошлась с ним достаточно жестоко, заставив построить плохое мнение и с настороженностью относиться к каждому встречному, да и к родным в том числе, когда они вообще были. Никогда не знаешь, кто вонзит тебе в спину острие ножа по рукоять, особенно если на кону твоя свобода.       Так бы и продолжалось дальше. Джейку было удобно в своём пуленепробиваемом коконе, но вдруг его душу наизнанку вывернула Лин и напрочь забила голову мыслями о себе. Хакер чертовски боялся своих чувств, что в конце останется один, но не мог ничего сделать. И он доверился, почти с физической болью просил ему поверить в ответ. Никто не узнает, какими усилиями ему это далось. Но теперь Джейк чувствовал всё особо остро, если Лин угрожала опасность. А из-за него об этом приходилось задумываться в разы чаще, если вспомнить ту же попытку взлома телефона Лин кем-то другим. Так может делать только Джейк — он сам себе позволил, да и девушка, в общем-то, против не была, по крайней мере раньше.       Как же сложно просто написать человеку. Всего пара движений пальцами по клавиатуре и нажатие кнопки "отправить" иногда требуют титанических усилий и взвешивания всех "за" и "против". Страшно, что его не узнают или вовсе не станут отвечать. Джейк уверен в том, что заслужил. Самобичевание — вечная страсть людей, от которой они получают извращённое удовольствие. Страх того, что с возвращением в жизнь Лин у неё начнутся новые проблемы, сковывает тело. Но, с другой стороны, будет ли ей лучше, если Джейк останется далёким отголоском памяти?       Одним движением взъерошив пальцами непослушные волосы цвета смоли, хакер шумно, почти страдальчески, выдыхает сквозь зажатые зубы и отправляет на выбитый на подкорке мозга номер короткое "здравствуй, Анджелина". Так называл её только Джейк, полным именем. Остальным она категорически запрещала, заставляя обращаться к себе сокращённо. Лин ненавидела своё имя с детства, но конкретных причин не помнила сама. От хакера же это звучало по-другому, по-особенному. Не так уж и противно. Ох уж эта романтизация.       Через экран ноутбука Джейк наблюдал, как Лин наконец появилась "в кадре". Она встала с пола, подняв телефон, которому в очередной раз досталось от жизни. Глаза её округлились в ту же секунду, когда был включен экран и на единственном сообщении появился значок "прочитано". Не могло прийти в голову, что вместо ответа хакеру позвонят. Он вздрогнул, услышав собственную мелодию звонка, и едва успел включить свой жуткий преобразователь голоса. Ответив на вызов, Джейк молчал. Былая смелость куда-то испарилась. Он не знал что сказать, но определённо хотелось поговорить о многом. — Джейк?       Сердце пропустило удар. Он ведь никогда не слышал её голос, уж тем более своё имя, произнесённое им. Несколько секунд хакер молчал, "прогружаясь", а девушка ждала, вперив взгляд в стену. — Если честно, я даже не знаю, что сказать, — Джейк мысленно дал себе по лицу. Замечательное начало разговора, не поспоришь. Он точно разучился вести диалог. — Я так рада, что ты жив, — Лин запнулась и перевела взгляд на телефон. Теперь она сверлила глазами цвета зелёного чая фронтальную камеру, будто знала, что её видят. — Я всё это время думала, что ты всего лишь часть снов. После аварии мне поставили частичную амнезию и мне до сих пор кажется, что я схожу с ума.       По телу табунами бегали мурашки от одного своего имени и этого голоса, пропитанного болью. Они оба настрадались на несколько лет вперёд. — Джейк, ты здесь? — Прости меня. За расследование, за то что тебе пришлось пережить. Я надеялся, что ты меня не вспомнишь. Не только меня, всю дасквудскую компанию. Ты... плачешь? — ответа не последовало, но всё было ясно по экрану ноутбука. Лин села на диван, закрыв глаза, и дрожала. — Анджелина, сможешь ли ты дать мне последний шанс?       Эта минута ожидания казалась вечностью. Не было ясно, Лин думает или пытается собраться с мыслями. Джейк, кажется, забыл дышать и перестал шевелиться, сжимая телефон в руке. — Знаешь, я так когда-нибудь сойду с ума. Я думала о тебе всё время с момента как очнулась, пыталась тебя вспомнить... конечно я дам тебе шанс. И выключи свой чёртов преобразователь голоса, эта жуткая штука меня пугает! — было удивительно, как вообще шёпотом возможно кричать, но у Лин вполне хорошо получалось это делать. Наконец, она остановила надвигающуюся истерику, которых в последнее время было слишком много, и даже улыбнулась.       Джейк выдохнул с облегчением. Его губы тоже растянулись в лёгкой улыбке. Было удивительно, что до сих пор хоть кто-то способен заставить его улыбнуться. Боязнь раскрыть себя — последнее, о чём хакер сейчас думал, выключая преобразователь. Какое безрассудство и, наверное, глупость... — Спасибо. Я и правда отвык от человеческой речи за месяц. Не буду читать лекции о том, насколько подобные разговоры опасны... —...иначе я тебя прибью, — перебила Лин. — Да, верно, — Джейк усмехнулся. Лицо Анджелины вдруг стало серьёзным, и хакер напрягся. — Пообещай больше не пропадать. Я этого не вынесу. — Обещаю. А ты обещай больше не садиться за руль, водитель года, — с укором произнёс Джейк, вспоминая когда-то попавшего в аварию Дэна. В обоих случаях даже есть сходства.       Лин рассмеялась, и эта атмосфера напряжения от разговора, повисшая между ними, окончательно развеялась. Будто бы всех страшных событий, свалившихся на голову в последнее время, не было. — Хорошо, — коротко ответила девушка, стирая влажные дорожки с щёк.