Глава 0.04 Спасенные Монстром.

Мию держала умирающего Тенжи на руках, крича ему, умоляя того не умирать. Её мать и сестры приблизились к ней, дрожа и заливаясь слезами. — Тенжи, прошу, держись, — захлебывалась слезами Мию. — Тебе помогут, я обещаю! Все смотрели, как Тенжи истекает кровью. Саёко подсела к нему и попыталась остановить кровотечение, позже присоединилась и Фубуки. Лишь Харука в ужасе стояла, не способная двинутся с места. Только у неё единственной руки были не запачканы кровью. Внезапно словно появилась тень, словно пришла сама смерть. Мию вздрогнула, увидев Мейза. Она переводила взгляд с Тенжи на Мейза. Фубуки оскалилась, глядя на мутанта. Саёко, как взрослая женщина, по выражению лица мужчины все поняла, и материнское сердце задрожало от скорби. На мгновение Тенжи открыл глаза. — Тенжи! — прокричала Мию и перевела взгляд на мутанта. — Пожалуйста, помогите ему, умоляю! Я все сделаю, только спасите! — Мию рыдала, просила мутанта совершить чудо. Но Мейз ничего подобного сделать не мог. Он сочувствующе закрыл глаза и подсел к Тенжи. — Ты же не человек! — огрызнулась Фубуки. — Так сделай для него хоть что-то, выблядок! Мейз не обратил на ругательство внимания. — Спа… — из последних сил Тенжи выдавливал слова. — Спа…спаси…их…прошу…спаси… — тихо говорил Тенжи, задыхаясь. — Я вытащу их отсюда, клянусь. — Мейз приложил ладонь к груди и склонил голову. Тенжи повернулся к Мию. Та с грустью смотрела на любимого. — Мию… — проговорил он в тишине. — Мию…прости…Рёта… — Мы позаботимся о нем, клянусь, — ответила Саёко. Тенжи все смотрел на Мию. — Мию…Мию…люб…лю… — последние слова Тенжи словно выдохнул. Взгляд остекленел. Тело больше ни на что не реагировало. — Те-нии… Тенжи не ответил. Он умер на руках Мию. — Тенжи, любимый, открой глаза, — заорала девушка. — Тенжи, это плохая шутка! Тенжи хватит! — девушка схватила за плечи мертвого парня, выкрикивала ругательства. Он не открывал глаз. Он не реагировал. Не мог уже услышать ее рыданий. Она замахнулась, чтобы дать тому пощечину, но рука обессиленно упала. Грудь вздрогнула, девушка прижалась к телу мертвого мальчишки. — Родной, любимый, это такие глупые игры, пожалуйста… — Парень не ответил. Мать положила руку на спину Мию, не в силах остановить прощания. Он ведь тоже стал ей сыном. Молчаливые слезы струйками омывали щеки. — Прости, сынок, — прошептала она, — мы не смогли тебя уберечь. Женщина положила ладонь на лоб остывающего тела и закрыла глаза некогда живого и веселого парня. — Нам надо идти, — сказал Мейз. Только Фубуки посмотрела на него, стиснув зубы, остальные не слышали мужчину. — Вставайте! — уже громче тоном приказал Мейз. — Мейз-сан… — Саёко испугалась. Ужас застыл в стеклянных глазах. Но нужно было идти. Фубуки встала и подошла к Харуку. Младшая сестра все еще сидела на коленях, боясь шелохнуться. Увидев Фубуки, с уст девочки сорвался выдох, с которым полились и слезы. Саёко пыталась поднять Мию, но дочь словно не слушала свою мать и продолжала крепко держать тело умершего Тенжи. Тогда Мейз решил сам поднять Мию. — Послушай, — осторожно начал мужчина, — Нам надо уходить отсюда. — Девушка не обращала внимания на слова. – Я не смогу вытащить вас отсюда, если вы продолжите стоять на месте. — Но…но… Тенжи-кун. Он сейчас проснется, подождите чуть-чуть, — через слезы проговаривала Мию и Мейза это вызлило окончательно. Он взял Мию за плечи и начал её не сильно трясти. — Послушай меня. Парню уже не помочь, а если ты останешься тут с ним, то тебя в лучшем случае пустят по кругу. Тебя и всю твою семью. Если ты о себе не думаешь, подумай хотя бы о родных, — сквозь зубы на шипел Мейз. Слова Мейза были жестокими, но он был прав. Мию не имела право подводить своих мать и сестер под удар, поэтому дрожащими руками отпустила бездыханное тело Тенжи. Она начала вставать, но ноги были, словно вата, и земля уходила из-под ног. Саёко и Мейз начали помогать Мию, и девушка ощутила странную родительскую заботу. Причем от обоих. Когда все встали, Мейз огляделся. Вокруг пока никого не было, но уже были слышны крики селян. Фубуки крепко обняла Харуку, а Саёко – Мию. — Можешь винить меня в смерти парня, если тебе будет от этого легче, – сурово сказал Мейз. — Вы, не ваша… — Мию понимала, что виновный в смерти Тенжи уже наказан и лежит с выпотрошенной грудью. Остальные девушки также понимали это, даже Фубуки. — Нет времени уходим, — Мейз прервал девушек. — Встаньте за мной. Идем тихо. От меня не на шаг. Поняли? — говорил он быстро и чётко. Они кивнули. Перед тем, как уйти Мию снова наклонилась к Тенжи и поцеловала уже холодные губы. — Прости, Тенжи. Я тебя люблю, — горестно призналась она и встала за Мейзом. Чужестранец не понял слов на японском языке, но суть он уловил. Все взглянули на парня, прощаясь, затем развернулись и ушли, оставив тело Тенжи на тропе. Мейз вел девушек так же скрытно, как до этого Мию и Саёко из храма. Чужестранец старался держаться темноты и осторожно обходить селян, встречавшихся ему на пути. Ни Саёко, ни её дочери не смели ничего говорить, выполняя любые указания мутанта, спасающего их от бандитов. Саёко поражало то, как ведёт себя Мейз. Словно шпион на разведке в опасной вражеской зоне. Небывалым мастерством мужчина обходил группы людей, даже тех, кто был поодиночке. Все старательно наблюдали за каждым шагом Мейза. Аккуратные, почти беззвучные. Мужчина наконец вывел их к домам, где скрываться от селян было уже полегче. Так ведя всех от одного угла к другому, Мейз внезапно остановился. Он выглянул из-за угла и увидел группу селян, которую незаметно обойти было невозможно. Саёко хотела подойти к спасителю, но тот жестом указал ей остановиться. Когда Мейз развернулся к девушкам, он огляделся, взглянул на окно и показал на него. Мать с дочерьми поняли, что он хочет провернуть. Мейз тихо открыл окно, и все полезли в дом, у которого скрывались. Мейз нырнул в окно последним и сразу его закрыл как раз в тот момент, когда мимо проходил селянин деревни. Все девушки застыли от страха быть обнаруженными. Фубуки и Мию огляделись в попытке найти средство защиты, но вокруг были какие-то странные ящики. Саёко крепко прижала к себе Харуку. Мейз присел, ожидая, когда человек за окно окажется в зоне его видимости. Когда селянин деревни ушел, присоединившись к группе свои товарищей, все облегченно выдохнули. Мейз встал и оглядел комнату с ящиками. Они были стальные, с маленьким экраном на крышке. — Что это такое? — спросила недоуменно Фубуки. Мейз подошел к одному из ящиков и грубо взломал крышке. — С ума сошел?! — огрызнулась блондинка, опасаясь, что шум услышат на улице деревни. Остальные так же испугались, но мужчина не обращал на это внимание. Мию подошла к нему и увидела содержимое взломанного ящика. Там было оружие. Много оружия. Она ахнула, и все её родные подбежали к ней. — Так и знал… — тихим тоном произнес Мейз. — Ч-что знали? — спросила его Мию. — Потом. Сейчас давайте уходить отсюда, — сказал Мейз и стал копаться в ящике с оружием. Глаза у всех девушек уже слипались, ноги устали от постоянного «полуприседа», но если остановиться сейчас, то их непременно поймают. Мейз открыл ещё два ящика с оружием. Там он нашёл то, что искал. Он взял оттуда шприцов с каким-то препаратом. Мию успела увидеть наименование на одном из инъекторов – Депоксип. Этих инъекторов Мейз взял столько, сколько мог поместить во внутренних карманах своего плаща. Затем он достал пистолет с глушителем, несколько обойм для пистолета и боевой нож. Мейз осмотрел оружие, и, видимо удовлетворившись результатом своих поисков, пошел к двери. Он медленно открыл её и резко вышел, выставив в одной руке пистолет в другой руке нож, затем показал жестом остальным, что все чисто, и можно спокойно выходить. Выйдя из дома, который служил складом для оружия, они продолжали идти по улице. Мейз вывел всех к заброшенной школе. Он оглянулся на своих подопечных, и понял, что силы их покидают. — Мы скроемся в этом здании, — тихо проговорил он. — Выбраться из деревни сегодня не получиться, так что заляжем на дно. — Мию, Фубуки и Саёко его поняли, в отличии от Харуки не понимающей английского. Он развернулся и пошел за угол, остановился и жестом указал семье следовать за ним. Оказавшись в здании школы, они начали пробираться по старым, недостроенном кабинетам. Мейз шел впереди и, когда подошел к наиболее отдаленному кабинету, опустил оружие и завел всех туда. Когда все зашли в пустующую комнату, Мейз закрыл за ними дверь, пройдя дальше по коридору. Саёко испугалась, но, поняв, что Мейз разведывает территорию, пошла успокаивать дочерей. Мию и Харука сразу обняли мать, рыдая. Фубуки стояла в стороне пытаясь не плакать, но Саёко посмотрела на неё, подзывая к себе. Старшая дочь не выдержала, и теперь все сидели, обнявшись, и рыдали из-за всего, что произошло. — Мама, — жалобно произнесла Мию. — Мама, мамочка, прости меня. — Мию, — стала успокаивать её Саёко. — Моя бедненькая…Ты не сделала ничего плохого. — Почему ты ничего нам не рассказала? — с укоризной спросила Фубуки среднюю сестру. — А он знает? Мию не могла ничего ответить. Слов, чтобы хоть что-нибудь сказать, в голове не находилось. — Мию-нэ… — плача, позвала её Харука. Все продолжали сидеть, обниматься и плакать, когда внезапно дверь в кабинет раскрылась. Саёко испугалась что их нашли и прижала дочерей к себе, но в кабинет зашёл только один «человек» — Мейз. — Все в порядке, в здании никого нет. — вздохнув, проговорил спаситель и пошел к окну. Оно выходило во двор заброшенной школы. Мейз быстро осмотрел двор, отошел от окна, и начал осматривать кабинет, ставший их убежищем. У Мию не выходили слова Мейза, сказанные ранее. Программирование генома. Она пыталась понять, что это такое, но навалившаяся усталость мешала думать. Уставшая Мию услышала, как Саёко рассказывает Фубуки все, что произошло в храме. Старшую дочь поразили слова матери о попытке ввергнуть всю семью сраму, но больше всего пришла в ужас она от слов про эксперименты над их телами. Фубуки повернулась к Мейзу: — Эй ты, — грубо она позвала своего спасителя. — Отвечай, что здесь происходит? — Фубуки… — покачала головой укоризненно Саёко. — Я думаю, сейчас тебе и всем остальным стоит отдохнуть, — сказал Мейз, не обращая внимание на явную неприязнь. Он понимал, что дело было вовсе не в том, что он мужчина, а в том, чем он являлся с биологической точки зрения. — Мейз-сан, — начала Саёко, – я очень вам благодарна, за все что вы для нас сегодня сделали. Обещаю вам, когда мы вернемся в Токио, я отплачу вам и помогу чем смогу… — Когда мы вернемся в город, я надеюсь, что мы не встретимся, - Мейз отверг предложение Саёко. Она понимала, что дело все в том, что он – мутант, и внимание властей или других лиц общественности ему нужно было в самую последнюю очередь. — И все же, если я вам чем-нибудь смогу помочь, вы сможете меня найти в моем ателье, я… — Саёко хотела хоть как-нибудь отблагодарить спасителя её дочерей. — Мисс Саёко, хватит, — Мейз помотал головой. – Вам и девочкам лучше отдохнуть, а завтра мы выберемся из… «деревни». – Последнее он сказал с неким сарказмом. К чужестранцу дрожащими ногами подошла Харука. Она не понимала, что Мейз говорил её матери, но все же была очень благодарна мужчине. — Thank you…very much, — с явным акцентом прозвучала благодарность, выученная из учебника. — Не надо благодарностей, девочка, - ответил чужестранец розововолосой девочке. – Любой нормальный человек поступил бы на моём месте точно также. – Харука повернулась к рядом стоящей матери, и та перевела ей слова, сказанные её спасителем. — Вот именно — человек, — тихо проговорила Фубуки. — Teishi shite kudasai, Fubuki-chan! — Мейз услышал укоризненный голос Саёко. Она и Фубуки стали о чем-то спорить. Мейз не понимал их языка, но он явно понял, что он был причиной спора матери и её старшей дочери. Спустя минуту они успокоились, и Фубуки повернулась к Мейзу: — Спасибо вам, Мейз-сан, — сказала Фубуки, успокоившись. — Простите, если я вас обидела, – продолжила она, отведя от него взгляд. Мейз ничего не ответил, да и не нужно было это. Все девушки очень устали, и глаза у всех, кроме Мейза, начали закрываться сами собой. Чужестранец осмотрел комнату и обустроил неплохое место для сна у стенки. Саёко села на пол упершись спиной к стене и подозвала своих дочерей лечь к ней. Мию легла головой на ногу своей маме, также сделала и Харука, Фубуки же присела рядом с матерью, не желая мешать ей. Мейз взглянул на Харуку. Девочка вся съёжилась то ли от холода, то ли от страха. Чужестранец снял свой плащ, предварительно вытащив всё из карманов, и накрыл им младших дочерей. Саёко благодарно посмотрела на Мейза. Фубуки взглянула на Мейза без плаща. Он теперь был в зелёном снуде с капюшоном и серых брюках. Мужчина подошел к окну, снял с головы шапку и положил её на столе, и туда же сложил оружие с инъекторами. Саёко впервые увидела пепельные волосы Мейза. — Простите, Мейз-сан, мы не где не встречались? — спросила его она. — Исключено, — отрицательно ответил мужчина. — Только если не в аду… Последние слова поразили её до глубины души. Она явно где-то видела этого человека. Внутри она прямо чувствовала, что Мейзу можно верить. Но думать уже не было сил. Она окинула сонным взглядом своих дочерей. Они были с ней. С ними все в порядке. Она снова взглянула на спасителя своей семьи. Мейз глядел в окно. Саёко поняла, что чужестранец не заснет этой ночью. Он будет охранять их. С этими мыслями она наконец-то закрыла глаза и моментально уснула. Мейз простоял у окна около получаса. Увидев, что все уснули, он подошел к столу, на котором лежали его вещи. Он взял один инъектор с депоксипом, подвел его к шее и вколол себе вещество. Боль по телу от воздействия мутагенов начала отступать. На Смену боли пришла легкость. Он вновь взглянул на семью, которую спас от насильников, и вернулся на свой пост. Он не заснет этой ночью. Да и имеет ли он право? Все-таки два дня спал. Токио После десяти часов капитан Токимия собрал оперативно розыскную группу: — Мы ищем подозреваемого. Мужчина, предположительно тридцати лет, представляется именем — Мантоку Касукабе. Он находит красивых девушек, представляясь им режиссером ТВ-канала. Потом после продолжительного контакта с ним девушки исчезают в неизвестном направлении, — начал инспектировать подчиненных Кёске. — Мы считаем, что он работает на преступный синдикат, занимающийся торговлей людьми. Недавно он увез семью Кагами в неизвестном направлении. Не смотря на то, что он является подозреваемым в расследовании, это не помешало ему выехать из города, — продолжила информировать группу Линь Макина. — Наша задача — по горячим следам найти, куда поехал подозреваемый, и узнать, куда он увел госпожу Саёко и её дочерей, — продолжил Кёске. Внешне было не видно, но внутри был страх за судьбу целой семьи. — Означает ли, что сейчас семья Кагами находится в опасности? —задал вопрос кто-то из полицейских, очевидно, чтобы показаться умным. — Однозначно да, — сурово ответил капитан Кёске. — Любая информация о местонахождении Саёко Кагами и её дочерей представляет исключительную ценность. Это вся информация. Приступайте к поискам, — услышав окончательный вердикт, вся группа, как муравьи, разбежались по рабочим местам. Кёске вместе с Линь пошел к себе в кабинет для подготовки к на оперативно-розыскным мероприятиям. — Мы найдем их. Не переживайте, капитан, — пыталась поддержать его Макина. Она знала, что Кёске было глубоко плевать, где сейчас Мантоку. Для него главным было отыскать Фубуки, её мать и сестёр. Собрав необходимые вещи, детективы Токимия и Макина спустились в гараж, сели в машину и первыми двинулись на поиски. Мог ли он знать, что где-то в псевдо-деревне в горах Японии, семья Кагами скрывалась от бандитов, охраняемые мутантом. *** Саёко открыла глаза от яркого света и с печалью убедилась, что все произошедшее было реальностью. Кошмаром на Яву. Она вспомнила. Попытку изнасилования… Ученного… Сакуму Теруо… Тенжи… Мейза. Тот как раз до сих пор стоял у окна с пистолетом в руке. Саёко испугалась и немного дернулась, отчего лежащие на её ногах Мию и Харука моментально проснулись. Фубуки так же открыла глаза. Мейз явно понял, что девушки проснулись, и положив на стол пистолет, повернулся к ним. — Как вы? — просто спросил он. Они же ничего не ответили. Мию снова хотела заплакать, но сил плакать не было, да и все лицо было опухшим от слез. Поняв, что ему не ответят, Мейз, взял со стола какую-то коробку и подошёл к ним. Он присел рядом с девушками открыл коробку — внутри была еда. У Харуки заурчал живот при виде бутербродов и воды. — Откуда?.. — спросила Саёко. — «Одолжил» у мимо проходящих селян., — пожал плечами Мейз, и Саёко поняла, почему Мейз держал пистолет, когда она открыла глаза. — Здесь пока безопасно. Вокруг здания никого нет. Но разведать все равно придется. Сейчас нужно подумать, в каком направлении идти. — Подвесной мост,— сказала Фубуки. — Мы попали в эту деревню по подвесному мосту. — А ведь очень удобно устроились, суки… — пробормотал Мейз. Но мысли его услышали все. Фубуки хотела спросить, о чем он говорит, но мужчина встал, забрал у Харуки свой плащ, надел его и снова подошел к окну, размышляя о своих предположениях. На столе с вещами Мейза лежал пистолет с глушителем. Фубуки поднялась с намерением спасти свою семью и разузнать ответы на все скопившиеся вопросы. Саёко обратила внимание на старшую дочь, но так же быстро перевела взгляд на Мию и Харуку, следя, чтобы дочери хорошо поели. Фубуки тихо подошла к столу с оружием. — Если тебе хочется сделать мне больно, можешь делать, если тебе станет от этого легче. Все равно не почувствую, — внезапно сказал Мейз. Фубуки подбежала к столу и выхватила пистолет, наставив его на Мейз. — Фубуки! — крикнула Саёко. — Мама поднимайся, – выкрикнула старшая дочь. Мейз даже не повернулся в её сторону. — Юки-нэ, что ты делаешь? — тихо, дрожащим голосом спросила Харука — Я спасаю нас, — ответила Фубуки. — Быстро вставайте! —Если ты не хочешь снова подвергнуться телесному унижению, а главно — чтобы твоих сестру и мать взяли силой, я очень рекомендую остаться, — протянул Мейз, пожав плечами. Пистолет вовсе не пугал мужчину. — Фубуки… — Саёко дотронулась до плеча дочери, и блондинка опустила прицел. Мейз медленно подошёл к ней. Фубуки не могла поверить, что ей стыдно перед мутантом. Мутантом, который спас вчера её, Мию, Харуку и Саёко… Он взял из рук девушки оружие и проверил предохранитель. Девушка поняла, что пистолет все равно бы не выстрелил. Ей стало интересно: он не боялся оружия из-за того, что оно было на предохранителе или из-за того, что пуля всё равно бы не ранила его. — Нам надо скрываться до полуночи, — сказал Мейз. — Мост сейчас охраняют, поэтому будем ждать темноты. Ночью мы выберемся отсюда. — Как же такое возможно? — тихо возмутилась Мию. — Чтобы целая деревня… — Это не деревня, — ответил на её подозрения Мейз. — Это лишь фикция. Испытательный полигон для испытания различного оружия. — Ч-что…О чем вы говорите? — спросила Мию. — Сами посудите, — начал он. — Япония, я так понимаю, очень педантична в вопросе населения. И неизвестная деревня где-то в горах для такой страны в такие времена как сейчас, мягко говоря, нонсенс. И даже если эта деревня существует давно, сама ее структура и здешнее наполнение говорят об обратном. Неотличимые по своему строению дома селян, минимальное содержание мебели внутри. Да и сама «разруха» деревни. Здесь все слишком структурировано и доведено до минимума. Плюс склад с оружием, который мы вчера нашли. Думаю, что данная деревня, как я и говорил, испытательный полигон как минимум какой-нибудь корпорации… Или хуже, — Мейз говорил все это с ужасающей простотой. — А что ещё может быть хуже? — спросила Фубуки — То, что этот полигон может принадлежать государству, — ответил Мейз. — Что это всё значит, Мейз-сан? — переспросила Мию. Он не ответил. Любой ответ сейчас мог довести всех до истерики. Мейз отвел взгляд на окно и посмотрел на двор снаружи здания. Мать и её дочери переглянулись между собой. — Мейз-сан что же нам делать? — после недолгого молчания спросила Саёко. В этом вопросе также чувствовалось отчаяние. — Сейчас надо разведать обстановку, — в который раз повторил мужчина. — Надо понять, как и что делать дальше, куда идти и есть ли из деревни другие возможные выходы. — Вы можете нас скрытно провести как вчера к мосту, и мы выберемся, — сказала Фубуки. — Вчера было темно, был переполох, — остудил пыл блондинки Мейз. – А сейчас светло, мало где скроешься. И все сейчас перегруппировались, стоят на ушах. Если надо действовать, то только во время темноты. Мейз закончил объяснять принципы спасательной операции, собрал всё оружие что у него было и двинулся к выходу из кабинета, где они скрывались. — Мейз-сан, вы куда? — со страхом быть брошенной спросила Мию. — Надо понять куда идти и где кто сейчас находиться. — Мейз обернулся на неё, остановившись у двери. В ответе его уже чувствовалось раздражение. — Ты хочешь пойти со мной? Услышанное возмутило Фубуки и напугало Саёко. — Зачем вам Мию. А как же мы? — сурово спросила старшая сестра. — Вам лучше остаться здесь, а Мию нужна мне в качестве переводчика языка, — пояснил Мейз. Мию поняла, что поиск информации предусматривает отсутствие языкового барьера, а с этим у Мейза в данный момент были проблемы. — А если нас найдут или вас поймают? —тревога читалась в голосе Саеко. — Если нас обнаружат, я обо всем позабочусь, — заверил её чужестранец. — А что с вами… — он задумался, оглядел Саёко затем Фубуки. Он вновь подошел к окну и проверил, открывается ли оно. К счастью — да. Мейз подошел к Фубуки. — Вот держи, — он протянул ей пистолет, которым она недавно в него целилась. — У тебя явно рука тверже все остальных. Если услышите голоса этих подонков, прыгайте в окно и убегайте в лес через двор. Если все-таки заведут в тупик, то пригрозите им, пальнув пару раз в воздух. Главное — по возможности никуда отсюда не уходите. Если у вас не получится скрываться здесь дальше, то делайте как я вам сказал. — Вы прям по таким делам, верно? — с сарказмом сказала Фубуки, взяв в руки пистолет. Мейз не ответил ей. Он подошел к Мию. — Девочка я знаю тебе страшно, — заботливо говорил мужчина. — Если ты не захочешь идти, я пойму. — Может нам лучше остаться? — дрожащим голосом спрашивала Мию. — Мне надо точно знать наверняка, куда нужно идти, а также чего ожидать от здешних жителей, — сказал девушке Мейз. — Тогда с вами пойду я, — заявила Саёко — Вам лучше остаться здесь, — отверг её Мейз и указал на Харуку. — Девочка и так на пределе, да и вы не сможете быть спокойны вдали от своих детей. — Поэтому ты просишь Мию, чтобы она пошла с тобой?! — возмутилась Фубуки. — Видимо тебе все равно на… — Я бы не просил, если бы обстоятельства были другие, — Мейз угрюмо посмотрел на Фубуки. — Сестра хватит, — Мию встала между ними. — Мейз-сан в чем-то прав. Маме лучше остаться с Харукой, а ты сможешь их защитить, правда? Фубуки смотрела на Мию, потом перевела свой взгляд на оружие у себя в руке. Она давно практиковалась в стрельбе. Очень давно. Она и сейчас могла перестрелять многих в деревне, спасти своих родных… Но ценой бы этому была бы жизнь убийцы, несмотря на то, что она защищала их. Фубуки думала о том, что она все равно бы не смогла выстрелить в человека. Пусть она относительно знала, как это делается. Но одно дело наблюдать за этим, как вчера. А другое дело нажать на курок самостоятельно. Может быть, Мейз был в чем-то прав. А возможно во всём. Сейчас от него зависела дальнейшая судьба семьи Кагами. В его словах был не только расчёт. Он не хотел, чтобы те, кого он спас вчера от насильников замарали руки в крови. — Если она пойдет с вами… — обратилась Фубуки к чужестранцу. — С ней все будет в порядке, — предугадал её слова мужчина. — Нет, вы не поняли. Вы сможете дать гарантии, что Мию не увидит смерть человека? Мейз ничего не ответил, лишь легко улыбнулся и кивнул в знак подтверждения. Вот оно. Фубуки теперь знала. Мужчина перед ней если и врал, то только, чтобы они не чувствовали вины за его действия. White Lie. Слова вдруг прозвучали в голове Фубуки. Ложь во спасение. Поняв, что ему можно доверить жизнь её сестры, она немного отступила. «Может быть он не такой уж и плохой», — думала Фубуки. Она пошла к окну. Саёко стояла, обнимая Харуку. Младшая дочь не понимала, о чем все говорили, лишь когда Мию и Фубуки обращались друг к другу на родном языке, девочка, начала кое-что понимать. — Мама, куда он уходит? — дрожащим голосом спросила Харука свою мать. — Он уйдет ненадолго вместе с Мию и скоро… — начала ей объяснять Саёко. – Нет! — Громкий голос розоволосой девочки пронесся по всему зданию. — Пусть он останется. Не надо никуда уходить. Харука кричала, а Саёко пыталась её успокоить. Мейз быстро подошел к ним. — Почему она кричит? — спросил Мейз мать девушки. — Простите Мейз-сан, Харука очень боится, — оправдывалась Саёко. Мейз глядел на неё сурово. Крик мог привлечь внимание. Мейз полез в карман, вытащил оттуда потертый жетон и протянул его Харуке. На жетоне были только странные цифры, смысл которых ни девочка, ни её мать понять не могли. — Эта вещь очень важна для меня, — начал он. — Я вернусь за ним, так что побереги его. — Харука же не могла понять, о чем мужчина говорит ей, но Саёко перевела слова Мейза для дочери. — Можете на меня рассчитывать, — смущенным голосом сказала девочка по-японски. В свою очередь Саёко перевела слова уже для чужестранца. Мейз также на мгновение легко улыбнулся и, развернувшись, пошел к двери. Там его уже ждала Мию. Пусть он и улыбнулся лишь на миг, но Харука уловила этот момент и страх, хоть и не полностью, пошел на спад. По крайне мере девочка уже не дрожала. Материнское сердце Саёко почувствовало это. Она была благодарна мужчине. Её страхи тоже понемногу начали угасать. Мию стояла у двери, словно ожидая сигнала. Когда Мейз подошел к двери и открыл её, он посмотрел на неё. — Ну что, готова? — спросил он. Мию кивнула. Перед тем как уйти с девушкой, он оглянулся: — Помните, действуйте тихо и по возможности дождитесь нас, — сказал оставшимся в кабинете и пошел с Мию, закрыв за собой дверь. Когда они ушли, Саёко с оставшимися дочерьми вновь стали ощущать гнетущий страх. — Мама, он ведь вернется? — спросила Харука. Фубуки стояла у окна и смотрела на них. — Конечно, милая, у тебя ведь вещь, которая ему очень дорога, — успокоила свою дочь Саёко. Харука разжала ладонь и посмотрела на жетон, который дал ей Мейз. Давно потертый, но слова и цифры можно было разобрать. — Мама, а что здесь написано? — спросила Харука, видимо для того, чтобы отвлечься. Она присмотрелась. PRIMUS MORS XX – 699128 AB – MUTATED [RX] Первые слова и цифры на жетоне мало что говорили женщине. А вот последнее… Это была видимо группа крови, а приписка «Мутированный» явно каждый день напоминала Мейзу о его нечеловеческой природе. Саёко стало очень жаль его. — Так что там? — внезапно переспросила Фубуки. Ей тоже стало интересно. — Я не очень понимаю, что здесь, — жалобно ответила Саёко. Хотя женщина теперь догадывалась, почему на самом деле Мейз ничего о себе не рассказывал. Может он был мутантом на службе своей страны и, не выдержав отношения к нему, либо из-за конфликта с руководством, сбежал куда подальше из своей страны. Саёко не догадывалась, что дело было куда сложнее, чем она предполагала. Тем временем Мейз и Мию, выйдя из заброшенной школы, в которой скрывались родные девушки, тихо пробирались по закоулкам деревни. Им, как и вчера, пришлось скрытно обходить группы селян и двигаться как можно аккуратнее. Мейз был прав, когда говорил, что в светлое время суток скрытно действовать намного труднее. Кое-где им приходилось по долгу ждать, пока не появиться возможность пройти мимо бандитов незамеченными. Даже тех, кто ходил по одиночке Мейз старался пропускать. В один момент Мию наступила на ветку, и селянин «деревни», шедший один, услышав подозрительный звук,обернулся, присматриваясь к окружающей территории. Девушка испугалась, а Мейз стал выжидать момент. Как только селянин повернулся спиной к ним, чужестранец быстро и тихо выпрыгнул из укрытия, со спины схватил селянина за шею. Мию смотрела, как Мейз душит своего противника, до тех пор, пока тот не потеряет сознание. Мию испугалась, что Мейз снова убил кого-то, но присмотревшись к лежащему на земле бандиту поняла, что тот просто потерял сознание. Мейз повернулся к девушке, которая стояла на его спины, приставил палец к губам жестом показывая, чтобы она впредь вела себя тихо и главное — повнимательнее. Он стал прислушиваться и, не услышав ничего подозрительного, взял на плечи бессознательного селянина и спрятал его в ближайших кустах. Мейз и Мию продолжили разведку. Тихо пробираясь от одного угла к другому, они вышли на строительную площадку. Людей было немного, но местность была открытая, и Мейз всматривался из-за угла путь к возможному укрытию. Мию стояла сзади него и слушала голоса бандитов. Она вздрогнула, когда услышала знакомый голос. — То есть как вы их ещё не нашли?! — отчитывал своих подчиненных Мантоку. Возле него стоял мужчина в медицинском халате. — Идиоты! Если они выберутся из деревни, то нам здесь все придется уничтожить! Вы хоть знаете, каких трудов стоило моим боссам здесь обосноваться. — Но если мы найдем их, то можно мы с ними сразу «позабавимся»? — спросил один из бандитов у Мантоку. — Если найдёте делайте с девушками что хотите, и так в этом году фестиваль пошёл псу под хвост, — говорил Мантоку со злостью. Мужчины радостно захохотали и разошлись на поиски. Мантоку остался на месте вместе с очередным ученым. — Вы видимо забыли о нашем участии в этом… «предприятии»? — угрюмо спросил ученый у Мантоку. — Мы не забыли, — раздраженно буркнул тот. — Вы получите свои образцы только тогда, когда мы ими в достаточной мере насытимся. А пока о передаче вам семьи Кагами не может быть и речи. — Меня сейчас больше беспокоит тот, кто, по вашим словам, их защищает, – сказал ученый. — То, что их защищает, — поправил Мантоку, вспомнив как вчера грудная клетка старосты Сензо была пробита насквозь. Злоумышленники продолжали говорить на свои темы; Мию вздрагивала от каждого слова, стоя за Мейзом. — Эй, — тихо позвал он её. — О чем они говорят? Мию недолго помолчала, а потом через страх пересказала ему перевод всего услышанного. Мейз понял, что ученые уже в курсе — что он такое. «Shao-thong Medic, надо понять откуда эти мрази» — сурово думал Мейз. — Простите… — Мию тихо позвала Мейза. Он оглянулся. На площадке уже было только два человека. Чужестранец показал жестом девушке, чтобы она не отходила от него. Они взялись за руки, и вышли в открытое пространство. Целью Мейза был небольшой дом, стоящий на краю строительной площадки. Они быстро перебежали местность и скрылись за стеной. Мейз прислушался и медленно подошел к двери. Двое мужчин были на противоположной стороне площадки и скорее бездельничали, чем занимались делом. Мию боялась и шаг сделать без Мейза она стояла под окном в домик и ждала, когда он позовет её. Внезапно послышалось тихое «Хей…» Мию повернулась и, увидев Мейза, подошла к нему. Он завел её внутрь и закрыл дверь. Домик представлял собой что-то вроде мастерской с различной аппаратурой, чертежами. Мейз подошёл к столу, на котором был компьютер. Мейз сел и тут же начал работать с техникой. Компьютер был не запаролен и Мейз сразу оказался на рабочем столе. — Видимо они либо слишком смелые, либо слишком тупые, — отозвался о здешних селянах чужестранец. Мейз стал нажимать на различные ярлыки. Но все было написано на японском, поэтому Мию периодически переводила слова её родного языка. Так они нажали на папку с видео и обнаружили, что семья Кагами не первая, кого селяне привлекли к «празднованию фестиваля». Количество записей зашкаливало за 4 года. На все записях бандиты деревни насиловали красивых девушек. Мию не могла на это смотреть, поэтому Мейз быстро закрыл папку и перешел к другому ярлыку. Так он попал на переписку, и она была уже на другом языке. Английском. Мию, поняв, что Мейзу помощь пока не потребуется, осмотрелась вокруг. Она посмотрела на карты места, где они были. Пока Мию изучала ближайшую местность, Мейз читал переписку. — Мию, — позвал он не громко, не отворачиваясь от экрана — Что такое? — она огляделась. — Подойди сюда, пожалуйста, — попросил Мейз, все также смотря на переписку. Мию испугалась, что на экране будут записи с изнасилованием, но, посмотрев на экран компьютера, увидела переписку и выдохнула с облегчением. Девушка подошла и встала слева от чужестранца, думая, что ему нужен перевод. — Тебе знаком человек по имени Ного Отогаши? — Он показал на имя в переписке. — Ного… Ного… — Мию думала над именем и её внезапно осенило. – Это давний знакомый отца! — А где отец? — вдруг спросил Мейз. — Он… его нет. Он на небесах, — грустно сказало она. Мейз наконец-то посмотрел на неё — Прости… я не хотел… — немного запнулся в словах он. Мию грустно улыбнулась мужчине. Хотя ему стало понятно как ей больно. Он знал как это — терять близких. Мию посмотрела на экран. В переписке шла речь об использовании некого полигона как место для завлечения девушек хорошей наружности, и использования местных лиц как рабочую силу. В качестве оплаты шли не только деньги, но и развлечения с красавицами. — Ужас… — По телу Мию пробежал холодок. — Самое страшное знаешь что? — спросил её Мейз. Мию помотала головой. – После того как вас бы пустили по кругу, вы бы попали под хирургический стол одной из дружественных им корпорации. — При чем здесь корпорации? — спросила девушка. — Счет этого Ного проходит через GEliom FINansice Grope — международный банк, как раз специализирующийся на финансовых операциях между различными коммерческими объединениями, — сказал Мейз. — Но что и от нас все-таки надо? — Мию спрашивала, не зная, наверняка хочет ли она знать ответ. — Программирование генокода, — объяснял Мейз. — Если простым языком — берется субъект, и путём хирургических манипуляций считывается различная информация непосредственно из ДНК субъекта, потом эту информацию можно использовать, чтобы на основе ДНК первого субъекта подправить ДНК второго субъекту. — Как такое может быть? — спросила Мию — Допустим, первый субъект гений с рождения, а второй субъект недалекий, — Мейз продолжал объяснять. — Второй субъект хочет стать умнее, и он берёт информацию из ДНК первого субъекта. И уже на клеточном уровне у второго субъекта может повыситься интеллект, или же он и вовсе станет гением подобно первому. — А что происходит с первым субъектом, когда считывают информацию? — спросила Мию, не ожидая ничего хорошего. — Первый субъект может превратиться в овоща, в лучшем случае, а в худшем… — Мейз остановился поняв, что Мию напугана до смерти. — Но причем здесь мы? — спросила Мию с отчаянием в голосе. — Данный процедура может быть задействована и для внешних показателей, — пояснил Мейз. — Ты и твоя семья очень красивы, и кое-кто решил забрать эту красоту у вас из самих тел. — Мейз не хотел ещё больше пугать Мию, но рассказать было необходимо. — Как же так? Это же ужас… — Мию стояла в ступоре, и земля уходила из-под ног. — То есть наши тела «купили» из-за нашей красоты? — Есть люди, которые готовы платить и за большее, — пояснил Мейз. — И есть организации, предлагающие свои ресурсы для достижения данной целей. Но скажу тебе вот что: программирование генома — вещь сама по себе сомнительная и действует не всегда на тело человека положительно, ибо био-изменения ДНК — процесс очень трудный. — Вы говорите это так, словно вы участвовали в подобном… — сказала Мию. Она подумала, что оскорбила его и хотела уже извиниться. — Поверь мне, девочка, — сказал мутант печальным голосом. — Я участвовал в вещах куда хуже. — Но ведь вы спасли нас вчера, — подбодрила его Мию. — Я и моя семья вам очень благодарны. И не смотря на то, кто вы и что вы, я считаю, что вы — хороший человек, — на последнем слове Мейз иронично улыбнулся. Ирония заключалась не только в том, что он был мутантом. Мейз вспомнил свое прошлое. Мию не предполагала, что даже если бы он мутантом бы и не был, то человек и тем более хорошим человеком его вряд ли удастся назвать. Они немного помолчали. Мейз решил сделать маленькую пакость селянам. Интернет-соединение, как оказалось, в деревне работало, несмотря на то, что Мию говорили ранее. Мейз выложил в открытый доступ все, что они нашли в компьютере, на несколько источников в облаке. Все переписки, аудио и видеоматериалы. — Вот так у них жизнь определённо «наладиться», ебаные недотрахеры, — со злобной усмешкой проговорил Мейз. Теперь доказательства были в общем доступе. Мию не знала как к этому относиться. С одной стороны девушки на записях подвергнуться общественному вниманию, в том числе её семья. Но разве преступников нельзя наказать? Разве они могут и дальше оставаться на свободе прикрываясь корпорациями? Над последним Мию призадумалась ещё сильнее. Она оглянулась: Мейз уже был на другой стороне комнаты и изучал карту местности. Мейз всматривался в рисунки на стене. Слов на них было немного. Он повернулся к Мию и жестом позвал её к себе. Мию поняла, что ему снова нужен перевод. Из информации на карте они обнаружили, что помимо подвесного моста, по которому они и попали в деревню, был ещё и тоннель, ведущий к дороге. Мейз понял, куда им надо теперь идти. Внезапно они услышали шаги. Мию вздрогнула, и Мейз завел её с собой в шкаф. Звук шагов усилился, и за ним открылась дверь. Мию и Мейз уже спрятались, и селянин, вошедший в мастерскую, никого не обнаружил. В шкафу Мию дрожала от страха и прижалась всем телом к Мейзу, тот лишь тихонько гладил её по голове, стараясь тем самым успокоить девушку. Селянин вдруг обратил внимание на включенный компьютер, на котором все ещё велась передача данных. В мастерскую вошел второй. Он, тоже обратив внимание на передачу, и, в отличии от своего товарища, сразу смекнул что к чему. — Они сейчас все выключат, — тихо прошептала Мию, переведя разговор двух селян. Мейз не мог этого допустить, он вышел из шкафа. Мию сильно испугалась, когда их обнаружили. Селяне не поняли, что происходит. Лишь тогда, когда Мейз быстро подошел вплотную, до них дошло. Однако, как всегда поздно. Мейз схватил обоих за волосы и ударил их друг об друга, от чего оба упали на пол моментально потеряв сознание. Мию взглянула на Мейза. Он, как всегда, уверенно стоял как скала, без доли страха и сомнений. Она не могла понять, дело было в его жизненном опыте или в биологической природе. Как бы то ни было, он успел вовремя. Как раз была завершена передача. Мейз подошел к системному блоку, вырвал крышку и вытащил оттуда накопитель со всей информацией. Накопитель был небольшим, как школьная линейка. — Держи, — он протянул устройство Мию. — Если что, у вас будет страховка. Мейз и вправду был опытен. Мию подошла и забрала накопитель. Чужестранец подошел к двери, медленно открыл и жестом подозвал девушку. Им уже нечего было делать в мастерской. Они вышли, оставив в помещении лишь двух селян, лежащих на полу. Теперь надо было возвращаться к остальным. Он пробирались так же скрытно и тихо, как и раньше. Людей вокруг не оказалось. Всё было тихо. Слишком тихо. Но Мейз не чувствовал угрозы, поэтому он и Мию спокойно вышли на тропинку и двинулись обратно в заброшенную школу. По пути они натыкались на различную технику, размещенную в деревне, видимо после вчерашних событий. — Откуда все это здесь появилось? — удивилась Мию. — Ещё вчера деревня пустовала. А теперь тут так много техники. Мы ведь находимся очень далеко от города! — На полигонах нужно постоянно что-то менять и ремонтировать. — Для Мейза же ничего удивительного не было. — При испытаниях всякое может случиться. — А что могут испытывать? — спросила мужчину девушка. — Оружие, различную технику… Мутагены, — пояснял он. Последнее слово вызвало крайнее недоумение у Мию. Она хоть и была далека от понимания мира корпораций, но кое-что понимала из-за деятельности её умершего отца. — Мейз-сан, я вас уверяю, в Японии не производят и не исследуют мутагены, — твердо говорила она. — Да, есть различные фирмы. Но только… — По факту исследованием мутагенов в наше время занимаются множество типов корпорации, — прервал её Мейз. — В особенности биотехнологические. — Но в Японии нет таких корпораций! — протестовала она – Биологических так точно нет. Да, есть компании разрабатывающие технологии. Но связанных с разработками мутагенов… Нет, нет и нет! Японское правительство наложило строгий запрет на все, что связано с мутантами, — Мию рассказывала это с неким усилием, будто сомневаясь, во что ей верить теперь. — У Японии, возможно, таких биотех фирм нет, — уточнил Мейз. — Но в других странах они-то есть. А на присутствие многих зарубежных корпораций Япония давно закрывает глаза. — Но почему? — спросила Мию — Много причин, — ответил Мейз. — Заработок денег, разработка собственного биооружия, мутагенов. Ты живешь в мире, где все продается уже на клеточном уровне. Мейз говорил это так просто, словно сам участвовал в этом, либо давно был в курсе. А Мию с горечью начала понимать, что теперь её мирной жизнь не просто пришёл конец — Её отняли. Продали за возможность насиловать её вместе с сестрами и мамой и проводить над ними опыты. Главный вопрос Мию крутился в голове только один. За что... Она вспомнила события вчерашней ночи: как она была в руках бандитов, как её с мамой, Фубуки и Харукой хотели изнасиловать… Тенжи… Слезы потекли сами собой. Она упала на колени и Мейз тут же подбежал к ней. — Эй, ты чего? — забеспокоился он. Мию не отвечала. Она смотрела на землю, рыдая, не способная принять реальность. Вдруг она почувствовала, что шероховатая рука мужчины опустилась ей на макушку. Она подняла заплаканные глаза на Мейза. Он смотрел на неё с грустью, осознавая, что жизнь её семьи никогда прежней не станет. Мию обняла взрослого мужчину перед собой. Единственного в это деревне, не пытавшегося сделать ей больно. Она обнимала его и плакал в его синий плащ. — Ну-ну, маленькая моя, поплачь. Тебе станет легче, — с отцовской заботой говорил Мейз, гладя девушку по голове. На мгновение Мию показалось, что её гладит её умерший папа, пришедший с небес, чтобы спасти своих жену и дочерей. Но это был Мейз. Пришедший из ниоткуда спаситель. А он ведь даже не человек. Биологический фрик. Мию снова подняла голову и посмотрела на мужчину. Видимых признаков мутации у него не было, на лице так точно. Это был мужчина, явно переживший ад и теперь бегущий ото всех и даже самого себя. Взгляд у него был грустный, словно он понимал всю боль Мию и готов был принять её, лишь бы она не плакала. У самого Мейза внутри вдруг появился отцовский инстинкт, потухший очень давно… Когда он пережил свою собственную дочь. Они сидели на земле и обнимались. Люди, потерявшие своих родных, и сейчас встретились при таких ужасных обстоятельствах. — Нам надо идти, девочка, —- тихо проговорил он. Мию ничего не ответила. Они молча встали, девушка вытерла слезы. Дальше они шли молча. У здания, где скрывались родные Мию, они остановились. Мейз обратил внимание, что ничего не слышит, ни вокруг здания ни внутри. — Блять, — он выругался. Он и Мию осторожно вошли в школу и прошли в кабинет, где скрывались Саёко, Фубуки и Харука. Там никого не было. Окно было открытым. — Мы видимо долго отсутствовали, — сказал Мейз. По телу Мию побежал холод: — Они ведь не… О боже… Мама… Фибуки… Харука… — В голове Мию уже появились образы того, как мучают её родных. Мейз легко хлопнул по плечу девушку, приводя ту в чувство. Он подошел к окну. Было понятно, что родные Мию перелезли во двор, видимо, потому что скрываться здесь дальше уже было невозможным. Мию стояла в дверном проеме, ожидая, что скажет ей мужчина. Мейз вдруг обернулся, услышав шаги и гомон людей. — Сюда быстро! — позвал он резко девушку. Мию сначала непоняла, в чем дело. Он взял её за руку, и они чуть ли не прыгнули в окно. Уже на улице Мию услышала голоса в здании. — Они здесь были, очевидно. – Услышала Мию один из голосов. — Мы же только троих заметили, куда ещё одна делась? — прозвучал второй недовольный голос. — Да без разницы. Когда девчонка вернется, мы её тут и схватим, – хохочущее пояснил первый. — А те трое, их поймали? — спросил второй голос. — Еще нет. Но они в лес побежали. Когда парни схватят и их, то вот уж повеселимся, — сказал первый голос с предвкушением. — Может быть, пойдем в лес? Может, нам повезёт? — поинтересовался у товарища второй. — Не, лучше подождем здесь черноволосую. Я на неё глаз положил, как только увидел, — сказал первый. Мию слушала хохот злоумышленников под окном, боясь пошевелиться. Мейз приобнял её. Они присели и медленно двинулись вдоль стены здания. Отойдя от здания на достаточное расстояние, они пошли в лес. Мию рассказала всё, о чем услышала. — Они не могли далеко уйти, идем. — Мейз крепко, но не сильно держал её за плечи, чтобы не делать больно. Мию мысленно умоляла небеса о том, чтобы с её родными все было хорошо. Чужестранец вновь прислушался. Мию предположила, что это одна из его способностей, потому что через несколько секунд они начали движение в конкретном направлении. Наконец Мию услышала голос Фубуки. — Не подходи! — крикнула Фубуки, наставив пистолет на селянина. Оружие в их планы явно не входило. Селянам было запрещено пользоваться техникой из ящиков, поэтому они были безоружны. — Мама… — Харука дрожала в объятья Саёко, сжимая в руках жетон, данный ей чужестранцем. — Фубуки… — Саёко не знала, что ей делать. Их окружили пятеро мужчин. Любого, кто подходил слишком близко, Фубуки пугала пистолетом. Сейчас именно она стояла между насильниками из деревни и её матерью с сестрой. Фубуки не могла допустить, чтобы их как-то тронули, но страх стать убийцей также сковывал движение. Ситуация была ужасной. С одной стороны, быть изнасилованной целой деревней, а с другой спасти родных, но стать убийцей. Мейз вышел из кустов, уверенно подбираясь к группе мужчин. Даже Саёко и Фубуки заметили его не сразу, не то, что селяне, стоявшие к нему спиной. Они вообще не могли предположить, что они вскоре умрут. Фубуки, заметив Мейза, опустила пистолет, уже догадываясь об участи злодеев. Мейз достал нож из плаща и быстрым движением рук проткнул спины трем людям. Оставались еще двое: пухлый мужчина и карлик со странной маской. Пухляк улыбался, смотря на Саёко, облизывая губы. Но услышав подозрительный звук, обернулся. Стоило ему повернуться, как тут же в горло его вонзилось лезвие. Суровое лицо Мейза — последнее, что он увидел. Последним был карлик с маской, штаны его держались на подтяжках. Он вообще не обращал внимание на то, что случилось сзади. Лишь внимательно смотрел своими уродливыми глазами на красивые тела, которые он так ужасно желал. Вдруг его глаза кто-то закрыл и через секунду он почувствовал сильную боль по спине. Мейз ударил карлика ножом раза четыре, хоть тот умер, наверное, с первого удара. Возможно, Мейза как джентльмена сильно злило, когда женщина была в опасности и плакала. Саёко обнимала дрожащую Харуку, закрыв ей глаза. Сначала, чтобы она не видела мужчин, желавших сделать больно, а затем, чтобы не увидела их убийство. Вновь Фубуки не знала, как ей быть. Благодарить мужчину за то, что он спас их или бояться его из-за того, что он убил пятерых человек. Бес пощады и страха. Лицо Мейза было сурово. Он достал инъектор и вколол в шею содержимое. Из укрытия вышла Мию. Сердце Саёко успокоилось, когда она увидела свою вторую дочь. Мейз подошёл к Фубуки и забрал пистолет. Он проверил его. Предохранитель был снят, но обойма была полная. — Вы в порядке? — простой вопрос прозвучал от мужчины. Все молчали.Они были не в силах ответить. Саёко встала вместе с Харукой, все ещё обнимая её и держа глаза закрытыми. Они отошли от места убийства селян, и Харука смогла наконец открыть свои глаза. Увидев Мейза, девочка догадалась о том, что случилось с людьми, которые загнали их в ловушку. Саёко беспокоило то, что она не испытывает сочувствия к тем, кого убил Мейз. Несмотря на то, что те селяне были живыми людьми, они хотели сделать с ней и её дочерями плохие вещи. Саёко пугала сама мысль об убийстве, но материнский инстинкт, который требовал защитить детей любой ценой, был сильнее. Мейз вел всю семью к месту, которое он и Мию обнаружили на карте. Они прятались то в одном, то в другом доме. По дороге они наткнулись на группу мужчин. Двое были в медицинских халатах и переносили что-то в ткани. Третий был одет в простую одежду и помогал им нести груз. — Интересно, сколько лет было парню? — сказал первый человек. — Да на вид 20 лет или чуть больше, — безразлично сказал второй. — А если бы не геройствовал, то прожил бы намного дольше и знатно повеселился бы на фестивале, — третий мужчина расхохотался. — Ваш этот «фестиваль» лишь отговорка для того, чтобы трахать красивеньких и глупых девушек, — все так же безразлично сказал второй. — Ой да ладно, а сам-то… — третий попытался возразить. — Мы здесь обеспечиваем интересы нашего руководства, — прервал его первый. — Если бы у нас было время, мы бы обязательно поучаствовали в использовании девушек. — Причем использование на законных основаниях, — со зловещей улыбкой отозвался третий. Они говорили на японском так, что Мейз ничего не понимал, зато понимали девушки, и каждое слово вызывало мороз по телу. Они прятались за деревьями, и Мейз хотел их пропустить мимо. Вдруг один из переносчиков споткнулся и упал на колено. Ткань, которую они несли, упала на землю глухим стуком. — Аккуратнее! — высказался один из них. — Прости! — послышался голос второго. — Вы это… поаккуратнее, — сказал им третий мужчина. — Парень все же был так молод. Только жаль, что решил встать на защиту тел девушек. Семья Кагами с ужасом поняла, что переносили в ткани злодеи — тело Тенжи. Саёко закрыла рот рукой, и из глаз потекли слезы. — Так куда мы тело? — спросил мужчина у своих товарищей в халатах. — Сбросим его со скалы и пойдем по своим делам, — сказал один из них. — Нет! — Мию крикнула и выбежала из укрытия, уверенно бросилась спасать своего любимого. — Fuck, — тихо выругался чужестранец на своём языке и побежал за девушкой. От страха Харука прижалась к матери, и та обхватила голову дочери обеими руками, вновь закрывая её глаза. Фубуки осталась с ними, закрывая их собой. Мужчины, переносившие тело Тенжи, остановились. Селянин, помогавший ученым с переносом, улыбнулся, предвкушая вкус молодой и глупой девчонки, бежавшей прямо к нему в лапы. Он, словно вещь, бросил тело парня. Ученые были недовольны, но, вспомнив о разговоре ранее, переглянулись между собой и решили воспользоваться возможностью. Все трое оставили тело в ткани прямо на тропе. Мию остановилась. Её тело снова сковал страх. Мужчины раздевали девушку глазами и не замечали ничего вокруг. Не увидели они и ещё одного мужчину. Селянин среди группы насильников не сразу заметил синий плащ позади девушки, а когда заметил, то ужаснулся, встав на месте, вспомнив, что существо в этом же самом плаще вчера сделало с селянами. Он даже и подумать о побеге не успел, как тут же в его голову прилетел нож. Нож вонзился с такой силой, что селянин отлетел на месте и упал на землю мертвый. Двое в халатах не успели понять, что произошло. Мию всё стояла, не понимая, что ей делать. Как только селянин, подходивший к ней, упал замертво, она успела услышать два едва различимых писка, и двое позади так же упали с отверстиями в головах. Мию повернулась. Мейз держал в руках пистолет. Она и забыла, что оружие было со встроенным глушителем. Мейз сурово смотрел на девушку. Он встал, вплотную подошел к ней и вновь взял за плечи — Ты, блядь, думай, что творишь! — едва не закричал он. — Не бережёшь себя, так побереги своих близких! — Но…там… Тенжи… — сквозь слеза сказала она. — Простите…Прошу, простите меня. Но они хотели сбросить его со скалы! Я не могла! Простите… — плакала Мию на груди чужестранца. Мейз посмотрел на ткань и понял, кто в неё завернут. Он отпустил Мию и подошел к телу, которое бросили на тропе. Саёко сразу обняла свою рыдающую дочь. Харука стояла, дрожа. Она поняла из разговоров троих злоумышленников, что в ткань было завернуто тело Тенжи. Она пошла к Мию и Саёко и тоже, начав плакать, обняла их. «Ну хоть в ткань завернули, суки» — с гневом думал про себя Мейз. Фубуки стояла в стороне от родных и смотрела на чужестранца. Тот легко погрузил на свое плечо завернутое в ткань тело и спрятал во внутреннем кармане своего поношенного плаща пистолет. Он вытащил нож из другого убитого и поместил его в другой карман. Мию посмотрел на трупы. Мейз легко их переступил и подошел к девушкам и их матери. — Как? — дрожащим голосом спросила старшая дочь своего спасителя. – Как вам удается так легко относиться к такому? Как вы можете жить с осознанием того, что убиваете людей. — По-твоему сейчас я живу? — вопросом ответил ей Мейз. Фубуки немного растерялась, поняв через секунду, что он имеет в виду. — Люди убивают друг друга каждый день. Но убийство есть убийство, этому поступку нет оправдания и не каждый способен, хотя бы просто существовать после такого. Для меня же убивать людей стало рутиной, с этим мне и приходиться жить. — говорил Мейз, и на лице его была большая печаль. Фубуки смотрела на него с широко раскрытыми глазами. Он определенно не испытывал раскаяния в том, что сейчас для спасения целой семьи ему приходиться убивать бандитов, бездушных ученых и насильников. Он печалился лишь о том, что сделал недостаточно, чтобы уберечь их от такого зрелища… О том, что сделал недостаточно для спасения Тенжи. — Прости мама… — сказал блондинка после недолгой паузы на своем японском. — Я… Я бы не смогла…Прости. — По её лицу тоже потекли слезы, хоть она и старалась не плакать и держаться на ногах. Саёко потянулась к старшей дочери, та смотрела в землю, не осмеливалась поднять глаза на мать. Мейз наблюдал, как мать успокаивает дочерей и сама плачет. Его восхитило, что не смотря ни на что, Саёко прежде всего заботилась о своих детях. Мейз прекрасно понимал её чувство. Он аккуратно опустил тело Тенжи и подошёл к Фубуки, блондинка чуть попятилась назад, когда мужчина взял её руки. Но он не схватил её. Он держал её руки нежно как будто… отец успокаивал своего ребенка. — Слушай, эти подонки не стоят твоих слёз, — начал мужчина. – Все они в этой «деревне» хотели сделать вам больно. И я понимаю, что сама мысль об убийстве страшна. Поэтому нет ничего зазорного в том, что ты боялась нажать на курок — все-таки взять такой груз на душу не просто, особенно из-за таких мразей. Но ты все же старалась защитить их как могла. И это стоит многого. Он улыбался. Не оправдывал себя, но подбадривал и по-своему хвалил Фубуки за её стойкость. Та, в свою очередь, смотрела на мужчину. Она стыдливо отводила взгляд на каждом слове. Фубуки поняла, что не смогла бы выстрелить тогда, когда их с матерью и сестрой завели в тупик. И если бы Мейз не предпринял меры, то они бы сейчас были бы «не здесь». Но все же она была благодарна за слова и за поддержку со стороны мутанта, не смотря на её поведение относительно него ранее. Это услышали Мию и Саёко и улыбнулись. — Доченька, — позвала нежно мать свою старшую дочь, — ты ничего плохого не сделала. Ты смогла нас защитить и дала Мейзу необходимое время. — Саёко осеклась, подумала, что эти слова показались мужчине оскорбительными. — Простите, Мейз-сан, и спасибо вам за всё… — Не стоит, мисс, — Мейз кивнул ей. — Я просто делаю то, что могу, чтобы поступить правильно. — Данные слова вызвали улыбку у всех девушек. Даже Харука, непонимающая английского, все равно легко улыбнулась. Мать вытерла дочерям слезы. Мейз вновь погрузил на свое плечо тело парня, и все двинулись дальше. Они скрывались за деревьями в лесу. Наконец они подошли к месту назначения. Это была ещё одна строительная площадка у горного массива. — Мейз-сан, почему мы здесь? — забеспокоилась Саёко. — Подвесной мост в другой стороне деревни. — Мост скорее всего охраняется, — пояснил он. — Но из деревни есть ещё один выход. Тоннель, по которому и провозят необходимую технику, выходит прямо на дорогу. — А как нам потом до Токио добираться? — спросила Фубуки вслед за матерью. — Поймаем машину, — ответил ей Мейз. — Хотя, думаю, вероятнее всего придется на своих двоих добираться. — До города довольно далеко, — сказала Мию. — Главное сейчас — выбраться отсюда, – сказал чужестранец и в следующую секунду почувствовал опасность. — Быстро пригнитесь, – проговорил он тихо. На дороге они увидели группу мужчин, идущих к тоннелю. Дорога выходила к небольшим зданиям на площадке. В одном из них Мейз и девушки быстро спрятались. Закрыв за собой дверь, Мейз облокотился на неё и стал прислушиваться. Ему было не комфортно, так как на плече он всё ещё держал тело парня, и это закрывало доступ к оружию. Когда звуки стихли, чужестранец отошёл от двери и направился в небольшую комнату. Там сидели девушки и, увидев своего спасителя, немного успокоились. Мейз же показал им жестом быть потише. Он аккуратно поставил тело Тенжи так, чтобы на него не так часто смотрели и вышел в коридор. Мию долго не могла отвести взгляд от ткани, в которой лежал её любимый. Она тихонько подошла свертку и попыталась раскрыть её. Саёко её остановила: — Что ты делаешь? — тихо спросила женщина. — Я хочу его увидеть… — словно в бреду ответила ей дочь. — Милая, не нужно, — покачала она головой. Харука облокотилась на стол, но тот внезапно перевернулся и с грохотом развалился. Мейз стоял у двери и, услышав за собой громкий звук, быстро развернулся. Он вновь вошел в комнату и увидел развалившийся стол. Девушки боялись реакции чужестранца, но ещё больше испугались, услышав гомон за дверью домика, где они скрывались. — Эй, есть там кто? — послышался голос одного Мейз понял, что крови вновь не избежать. Он в миг оказался у двери. Саёко сразу прижала к себе Мию и Харуку. Фубуки встала у прохода в коридор и посматривала за действиями Мейз. Чужестранец достал бесшумный пистолет и нож и встал в стойку у двери. За дверью уже слышался гомон. Человек шесть-семь. Мейз старался считать каждый услышанный голос. Фубуки перестала подсматривать в коридор и села около входа в комнату. Она взяла рядом лежавшую балку и стала ждать, что будет дальше. Мейз стоял и слушал. Это все что он пока мог делать. Он каким-то неведомым для девушек способом следил из-за закрытой двери, что делают селяне. Они точно слышали грохот и пытались открыть дверь. Шестеро стали обходить дом, осматривая его со всех. Когда у двери остался лишь один, Мейз тихим шагом, целясь в дверь, подошёл к комнате. — Что бы не случилось, не выходите из комнаты, — прозвучал тихий низкий голос. Саёко, услышав эти слова, сильнее прижала к себе Мию и Харуку, а Фубуки сжала балку в своей руке. Мейз тихо пошёл к двери. За ней селянин чем-то стал поддевать дверной засов. Девушки с ужасом услышали звук открывающейся двери. И в следующий миг услышали писк какого-то механизма. Мейз выстрелил сразу, как только увидел голову селянина. Тот умер моментально, даже не крикнул. Чужестранец мигом схватил падающее тело и без шума уложил его за дверью. Оставались еще шестеро. Двое обходили дом с одной стороны, а четверо — с другой. Мейз пошел правой стороной и увидел двух, идущих к нему спиной, селян. Чужестранец подошёл к углу, прицелился и точным попаданием в затылок убил сначала одного, потом второго. Ещё четверо выходили с противоположного угла, проделывая тем самым круг. Мейз не стал дожидаться, когда кто-нибудь покажется. Он выбежал из угла, проткнув одного селянина. Двое увидели это, моментально попятились назад и лишь успели вздохнуть. Мейз убил их, аналогично предыдущим, выстрелом в голову. Ещё один стоял у окна, всматриваясь внутрь. Харука увидела лицо одного из насильников. Тот повернул голову увидел девушек, которых все в деревне намеревались изнасиловать. И уже хотел позвать своих друзей «повеселиться». Семья Кагами жутко перепугались. Но селянина за окном кто-то повалил на землю. Мейз схватил за шею селянина и ударил того ножом аккурат в сердце, и тот упал, истекая кровью. Увидев за окном Мейза, мать с дочерьми поняли, что им нечего больше опасаться. Сам Мейз принялся прятать трупы. Мест для этого было немного, кусты подходили в самый раз. Он закончил прятать тела и вернулся через полчаса. Девушки были не восторге от того, что ему пришлось сделать, но никто ничего не осмелился сказать. Мию сидела около тела Тенжи и пусть он был завернут в ткань, Мейз решил переместить его в коридор, чтобы остальным не было больно каждый раз оборачиваться, смотреть на Тенжи и оплакивать его снова и снова. Мию хотела возразить, но чужестранец посмотрел на неё так, что она на мгновение перестала дышать. Мейз смотрел ей прямо в глаза, словно пытался вторгнуться в её разум. Через пару секунд она отвернулась от мужчины, когда он аккуратно взял тело. — Подумай, каково остальным, — сказал Мейз сочувствующе. – Если вы будете постоянно смотреть и оплакивать его, то в итоге через какое-то время сойдете с ума от горя. – Из глаз Мию потекли очередные слезы, Саёко обнимала дрожащую Харуку, Фубуки смотрела в окно, пытаясь отвлечься от страшной реальности. Был уже вечер. Мейз вышел вместе с телом в ткани в коридор и бережно положил его у входа. Он вернулся и молча уселся у двери. Они не говорили около часа. Тишина пугала Мию больше, чем шум: — Извините, так чего мы ждем? — задала она вопросу чужестранцу. Она хотела не столько ответа, сколько просто услышать чей-нибудь голос. — Надо дождаться ночи, потом мы пойдем дальше, — Мейз ответил девушке. — Okāsan, kare no chō nōryoku ni tsuite kare ni kiitekudasai (Мама, пожалуйста спроси у него о его способностях). — Мужчина вдруг услышал голос Харуки. — Харука, милая моя, я не думаю, что ему будет приятно говорить об этом, —сказала Саёко своей дочери. — Но мам… — Любопытство не давало Харуке покоя. Или она хотела хоть как-нибудь отвлечься от кошмара — Что-то не так? — забеспокоился не знающий японского Мейз — Она просит рассказать о ваших особенностях, – начала переводить Фубуки, но в конце будто запнулась в словах. — О каких особенностях? — удивился мутант. — О вашей мутации, — уточнила Мию. Саёко и Фубуки испуганно посмотрели на Мию. Девушка смотрела на чужестранца печальными глазами. — Мистер Мейз, простите… — начала извиняться Саёко. — Гипер-модификация тела, — ответил Мейз, не дослушав мать девушек. — Все инстинкты и процессы в организме возводится в абсолют, каждый мускул и нерв подвергается непосредственному контролю. По факту, никаких внешних изменений нет, но объект с моим мутагеном становиться суперсолдатом, супер-убийцей. — последнее не вызвало волнения у Мию, что не скажешь о Фубуки и Саёко. — А какие у вас способности? — с интересом спросила Мию. — Если ты думаешь, что я могу читать чужие мысли или стрелять огненными шарами из любой части тела, то это не ко мне, а к медиумам и кинетикам, — пояснил мутант. — У меня всего лишь ускоренная регенерация, уплотненная естественная броня, повышенная сила, усиление органов чувств. Не более, — Мейз говорил все это без особого энтузиазма, семья Кагами же удивлялась каждому слову мужчины. Харука слушала Мейза, периодически спрашивая перевод у матери. Ей особенно было интересно узнать, что из себя представляет её спаситель. — А исцелять можете? — внезапно спросила Мию. — Я же сказал, это к кинетикам, — пояснил Мейз. — Они способны к управлению различными элементами и их преобразованию. Правда, им от этого не легче, — сказал Мейз, и Мию отвернулась от него. Она явно хотела услышать другой ответ. — Так что прости, я не мог спасти Тенжи, — внезапно произнес он с сочувствием. — Мейз-сан, вы не виноваты в том, что случилось, — печально сказала Саёко. — Кое-кто так не считает, — Мейз ответил женщине и глянул на Фубуки. Она слышала разговор и обратила внимание на него, когда почувствовала взгляд мужчины. — Если вам было обидно за мои слова, сказанные ранее, то извините, – безразлично сказала она. — Я не об этом, – ответил Мейз старшей дочери. — Просто злиться на мутанта из-за того, что он — мутант, а потом просить его о помощи как-то лицемерно, девочка. Я знаю, что тебе, как и всем, тяжело. И тебе необходимо найти виноватого. Продолжай держать злость на меня сколько хочешь, но, пожалуйста, прими к сведенью, что я никоим образом не причастен к тому, что произошло в деревне. Более того, помимо тебя я ещё спасаю и твою маму, и двух младших сестёр. Фубуки не ответила. Она понимала, что Мейз сделал для неё и всей её семьи такое, за что они вечность будут ему благодарны. И Фубуки в том числе. Но проблемы была даже не в том, что Мейз был мужчиной. Он был не человеком. В прошлом Фубуки уже имела дело с такими, когда с матерью и отцом поехала в Лос-Анджелес. И когда она гуляла по какой-то улице вместе с отцом, произошло то, чего Фубуки не могла долгое время забыть. Сзади неё вдруг взорвалось здание, и начался пожар. Пожарные приехали быстро, но долго не могли потушить пламя. Фубуки с отцом в момент взрыва находились на другой стороне дороги, и их не задело. Все, что они могли — это наблюдать за работой спасательных служб. Но пламя будто стало живым. Огонь не реагировал на воду. И вдруг снова прогремел взрыв. Фубуки помнила, как сильный импульс столкнул её с отцом с места. Хорошо, что просто толкнуло, никто из проходящих мимо граждан не пострадал. Пожарные не могли понять, что происходит. Из здания доносились крики людей, оказавшихся пленниками яростного пламени. Фубуки помнила тот ужас. Крики людей. Дым. Красное пламя. Она видела такое только в кино. А теперь все было реальным. Она не сразу заметила, как из-за её спины выбежал человек и бросился прямо в здание. Пожарные хотели остановить безумца, но было слишком поздно, тот уже был в горящем здании. Он пробыл там минут десять и вытащил из огня сначала пять человек, затем ещё четверых, затем женщину с ребёнком. Люди, которых тот человек вытащил, говорили, что их спаситель как-то странно реагировал на огонь. Словно отталкивал его силой мысли. Последним герой вытащил поджигателя. По крайне мере Фубуки слышала, что последним спасенным был пироман,что случайно подорвал здание. Вот только это было не главным. Герой-спаситель оказался мутантом. И затем радостные возгласы сменились перешёптыванием и страхом. Людям теперь было плевать, что мутант спас их жизни. Приехала полиция, и вместо того, чтобы сразу арестовать поджигателя, арестовали мутанта. Для полиции это был успех. Двое поджигателей: пироманьяк и его сообщник поджигают здание, наслаждаются террором. Да вот только мутант не стал терпеть такого отношения к себе. Он взбесился и обернул свою силу против служителей закона. Тогда девушка видела, как управляемое пламя летит в людей, как горят новые здания, как взрывается пожарная машина. Такояки схватил дочь, и вместе они побежали прочь. Что было дальше Фубуки узнала из новостей и слухов. Того мутанта, что сначала спас людей и которого обвинили в терроризме, убили. Поджигателю удалось скрыться. Через два дня он подожжет детский сад. Общественность разделилась на две стороны: одни судили мутанта и призывали выжечь всех биотеррористов, которые посмели покуситься на человеческую чистоту, другие же, и их был на удивление Фубуки большинство, осудили действие властей, ведь если бы полицейские не пытались выслужиться и просто отпустили мутанта, который решил своими способностями спасти людей, то никакой трагедии в будущем бы не последовало. После этого Фубуки с родителями сразу полетели домой, в Токио. Фубуки долго вспоминала этот день. На Такояки же увиденное оставило неизгладимые впечатления: — Странно, — говорил отец Фубуки. — Люди стремились к эволюции, сами создали мутантов. А теперь лицемерно пытаются уничтожить то, что сотворили своими руками. После этого он стал активно продвигать запрет на биотехнологические корпорации в Японии. И из-за этого его и убили. По крайне мере так думала Фубуки. Может поэтому она не могла терпеть не человеческую природу Мейза. Пусть видимых признаков мутации в нем нет, но он пережил попадание нескольких пуль, и поборол целую толпу бандитов деревни, причем не прилагая каких-либо усилий. Обычному человеку против двадцати не справиться, даже с подготовкой. И все-таки Фубуки внутри было стыдно, ведь сейчас от этого мутанта зависит спасется её семья из деревни, или попадёт в лапы насильников. Фубуки думала и не заметила, как начала уставать. Она повернулась к Мейзу. Тот осматривался. Она повернулась к матери. Саёко уже спала на полу, опершись спиной на стенку. А на ноге матери, как и сегодня ночью, спали Мию и Харука. — Вам лучше поспать, — Фубуки внезапно услышала иностранный голос. — Уже ночью мы отсюда выберемся, – сказал Мейз, улыбнувшись блондинке. В его улыбке не было никакого намека, скорее поддержка и забота. Фубуки не ответила, а просто села рядом с матерью и так же закрыла глаза, упершись той в плечо. Мейз смотрел на них с такой же печальной улыбкой, как и предыдущей ночью. «Шанс… — звучало в голове Мейза. — Последний…» Эти слова звучали в его голове уже много лет и каждый раз они отдавались адской болью. Он вытащил инъектор и снова вколол себе содержимое. Не только, чтобы устранить влияние мутагенов на его тела, но и заглушить боль, которая терзала его много лет. Так ему было проще. Он все равно не жил, а лишь существовал. Даже не как мутант. Он просто…существовал. И сейчас, когда он глядел на мать с дочерьми, мирно спящими под его охраной, боль прошлого вновь возвращалась. Причем в многократно большем размере. Они прятались до темна. Уже было глубоко за полночь и надо было выдвигаться. Мейз, не спавший уже больше суток, чувствовал себя очень даже бодро. Он аккуратно разбудил девушек, те сначала испугались, но узнав Мейза, успокоились. Семья Кагами стала приводить друг друга в порядок, Мейз тем временем вышел в коридор, чтобы во-первых, забрать тело Тенжи, которое уже остыло безжизненным холодом, во-вторых, осмотреть территорию. Он погрузил на свое левое плечо тело, а в правую руку взял пистолет. Так его и увидела Мию, вышедшая из комнаты первая. Она остановилась, увидев чужестранца с телом её любимого на плече. Все это и так вызывало непомерную боль у девушки. У Мию будто кусок сердца оторвали, да ещё заставили за это благодарить. Мейз быстро вышел из дома, благо на свежем воздухе никого не было. Было тихо, даже слишком… Он прислушался и пригляделся, но ничего подозрительного не уловил. Дав сигнал жестом, он подозвал семью. — Надо действовать быстро, это наш шанс, — сказал чужестранец и все взбодрились. Тоннель, о котором Мейз и Мию узнали ранее, был неподалёку, строительная площадка на него и выводила. Наконец, Мию вместе с родными увидела проход в горном массиве, правда закрытый, но для Мейза это была не помеха. Он сначала осмотрелся, потом аккуратно положил тело и начал бить по воротам. Звук от ударов был очень сильный, вся деревня точно услышит скрежет металла. Саёко с дочерьми смотрела на зрелище с открытыми ртами. Человеку было не под силу просто так пробить даже 10 сантиметров стали. Мейз бился так минуты две, затем ворота тоннеля с грохотом упали, открывая им путь во тьму. — Там ведь точно выход? — спросила Фубуки с недоверием. — Да, сестренка, — ответила ей Мию. — Мы с Мейзом-саном видели карту местности. — Очень хорошо, моя дорогая, — вдруг послышался внезапно злобный голос. Все обернулись и увидели толстого священника. У Саёко кровь застыла в жилах, стоило ей только увидеть этого человека. Мейз не растерялся — он выбежал вперед, закрывая собой семью. «Это ты как так, блядь, подкрался так незаметно, толстая ты тварь» — думал Мейз. Он также себя ругал за невнимательность и медлительность. Чужестранец вытащил пистолет, стоило Теруо сделать шаг в его сторону. — Но-но, молодой человек, — произнес Теруо на японском, — не стоит делать поспешных решений. У вас ещё есть… — Я, блять, не понимаю, о чем ты там говоришь, — выругался на английском языке Мейз. Вновь столкнувшись с языковым барьером, Теруо посмотрела на Саёко. За ним уже собралась группа селян. — Саёко-сан, — обратился Теруо к матери семейства. — Скажите нашему гостю сложить оружие и последовать с нами. — Женщину обуял страх не столько за себя, сколько за своих дочерей. Мию и Харука дрожали, боясь шевельнутся, Фубуки стояла за Мейзом, сжав кулаки. Свобода была совсем рядом и отступать было уже бессмысленно. — Что мы будем делать? — спросила Фубуки у чужестранца. — Как только дам сигнал бегите в тоннель, — тихо сказал Мейз блондинке. Фубуки немного отступила к своим родным и передала то, что сказал ей Мейз. Что он собирался делать не знал никто. — Думаю, наш гость не настроен на разговор, — сурово подметил Теруо. — Теруо, молю, отпустите. Мы ничего никому не расскажем, — всхлипнула Саёко. — Мне и селянам очень не хотелось бы, чтобы вы со своими прекрасными дочками от нас сбежали. Да и тем более, кое-кто хочет, чтобы вы «поделились» своей красотой, — со злобной усмешкой ответил ей толстяк. Ужасу матери уже не было предела, она крепко прижала Харуку и Мию к себе, Фубуки встала стеной перед ними. Мейз был словно скала. Неподвижно стоял, держа толпу на прицеле. Селян, которые пришли с Теруо, было человек восемь. Все держали оружие. Саёко ещё крепче прижала дочерей к себе. Фубуки стала дрожать, боясь, что в неё попадет пуля, хоть и понимала — пока она стоит за мутантом, ей и её семье ничего не грозит. Все это время Мию смотрела на Мейза. Тот чего-то выжидал. Селяне держали оружие только одной рукой. Вероятно, эти люди никогда не стреляли, а значит процент попадания был низок. Но степень опасности все равно зашкаливала. Ему-то пули не страшны, а вот девушкам позади него будет больно, если в них попадут. — Что ж, пора заканчивать, — злобно сказал Теруо. — Этого убить, только в женщин не попадите, им ещё деревню ублажать. Они прицелились. Мейз стал быстро осматривать территорию. На площадке, где они находились, были ящики. Уже зная, что там оружие, Мейз начал помечать свои цели. Мию посмотрела на селян. Секунды растянулись в минуты. Девушка жутко испугалась, как только увидела, что те подняли пистолеты. Селяне приближались, крича в адрес Мейза ругательства, которые он не понимал. А также говорили, как хорошо будут проводить время с семьёй Кагами. Прошло несколько секунд, когда они подошли на достаточно близкое расстояние. С другой стороны Теруо смотрел и улыбался, предвкушая тела семьи. Харука плакала, умоляя маму о спасении. Мию закрыла уши, чтобы не слышать всего ужаса. Она опустила взгляд и посмотрела на тело, обернутое в ткань. Тенжи всё лежал неподвижно, давно мертвый и остывший. Мию уже отчаялась, что не выберется из деревни, и ей с семьёй придётся сделать то, чего хотят насильники. Но через две секунды Мейз слегка дернул головой: — Давай! — крикнул он Фубуки. Все случилось слишком быстро. Мию только и успела услышать писк бесшумного оружия Фубуки, быстро обернулась побежала к родным и потянула их в тоннель. Её родные побежали сразу же, как только Фубуки подбежала к ним. Оказавшись в тоннеле, они из тени начали наблюдать за происходящим. Каково было их удивление, когда все селяне, подходившие к ним, лежали замертво. Трупы людей уже не вызывали такого ужаса как раньше. Мию подумала, что даже привыкла к смерти. Мейз быстрым движением рук перезарядил пистолет менее чем за секунду, просто сменив обойму. За всем этим с другой стороны площадки в шоке наблюдал толстый лжесвященник Теруо. Шок через мгновение сменился ужасом. Его сын, Мантоку, рассказал, что произошло со старостой Сензо, но не поверил тогда священник. Теперь же, смотря на Мейза, тот не знал, что и думать. За Теруо пришли ещё селяне. Мейз уже прицелился в Теруо, но заметил, как селяне открыли ящики. Один из них вытащил гранату. Вот оно. Мейз прицелился в небольшой шарик, и за тихим выстрелом последовал мощный взрыв. Ударную волну ощутили даже в тоннеле. Теруо с прочими своими прихвостнями отлетел на пару метров. Мейз же отлетел в каменную стену. Он быстро пришёл в себя и заметил, как с горного массива начали падать камни. — Ебаный в рот. Они с ужасом наблюдали, как огромные валуны валяться, блокируя вход. Но Мейз проскочил, пока вход полностью не завалило. Даже Тенжи не забыл. Когда вход завалило, в тоннеле стало темно, но через секунду показался свет. Мейз выудил маленький фонарик. Откуда у него был он, никто спрашивать не хотел. Ещё через минуту снаружи послышался дикий крик Теруо, который приказывал селянам освободить проход в тоннель. К счастью, валуны были огромные и можно было говорить, что семье Кагами преследование более не грозит. Мейз вышел вперед, чтобы осмотреть тоннель. — Путь обещает быть долгим, — мрачно подметил он. — Но все же, самое сложное уже позади. Саёко стала осматривать каждую свою дочь. Все её дочери были в пыли от камней, но не ранены. — Мам, все хорошо, — улыбчиво сказала Харука. Она была счастлива, что смогла со всеми выбраться из деревни. — Девочки мои… — дрожащим, нежным голосом сказала Саёко. Мать и дочери обнялись, радуясь спасению. Мейз не стал им мешать и начал осматривать ход. Света от его фонарика было немного, но хватало, чтобы увидеть пространство вокруг на пару десятков метров. Харука все ещё держалась за всех родных, но почувствовала, что света становилось все меньше и меньше. Внезапно она испугалась и посмотрела вдаль тоннеля на отдаленную фигуру Мейза. — Подождите! — крикнула она. Мейз обернулся, услышав уже выученное японское слово. На него посмотрели остальные. — Мейз-сан, пожалуйста, не уходите, — попросила его Саёко. – Харука боится темноты. — Вот, держи. — Мейз протянул Харуке фонарик. — Иди вперед, а я прикрою сзади. Харука сначала услышала, что сказал Мейз, а потом её сестра Мию перевела. Она кивнула, взяла фонарик и начала освещать путь. Она увидела чужестранца во весь рост. Он нес на своем плече тело. Харука быстро отвела свет и взгляд в сторону, пошла вперед и стала всматриваться в тоннель. Пространства вокруг было много, хватит, чтобы проехал грузовой автомобиль. Видимо, именно так в деревню доставлялось все необходимое. Они отправились по тоннелю. Харука с фонариком впереди, за ней Саёко, Фубуки и Мию, Мейз шел последним. Периодически Мию оборачивалась, посматривая на Мейза. Сзади кроме него никого не было. «Неужели все закончилось?» — думала про себя она. Ей очень хотелось, чтобы этот кошмар закончился. Шли они около часа. К облегчению чужестранца, в тоннеле развилок не было и несмотря на то, что шёл последним именно он почувствовал легкое дуновение ветерка раньше всех. — Наконец-то, — сказала Харука, почувствовав сквозняк. А увидев свет, она побежала к выходу. — Постой, Харука-чан, — крикнула Саёко младшей дочери. Та обернулась: — Давайте побыстрее, ну же! — крикнула она остальным. Сердце девочки переполнилось радостью. Девушки переглянулись, Мию посмотрела на Мейза. — Аккуратней, — сказал он. — Мы ещё не прибыли в город. Он был прав. Предстояла другая сложная задача. От деревни в горах до Токио было далековато. Но первым делом надо было выйти на свет. Харука прямо выбежала из тоннеля и глубоко вздохнула, словно не дышала продолжительное время. Её мать и сестры вышли следом. Мейз вышел последним. Он вновь прислушался и пригляделся. Вокруг был только лес и одна большая тропа с крутым склоном. Харука подошла к чужестранцу несмотря на то, что её пугало тело её сводного брата на его плече, и протянула ему фонарик. — Arigato, Meis-sama... — тихо сказала Харука своему спасителю. Мейз хоть и не знал японского языка, но некоторые слова все-таки за время пребывания в Японии смог выучить. Единственное, он не понял значение приставки -Sama. — My pleasure, little one, — сказал он нежно, как мог. Услышав слова, Харука, не смутилась, она так же со школьных времен знала немного слов на английском. Поняв, что перевод никому не нужен, вся группа отправилась вниз по склону через лес. Идти по тропе, ведущей от тоннеля, было слишком опасно. Они остановились где-то через час ходьбы. Мейз, поняв, что они заблудились, аккуратно положил со своего плеча тело на землю и вскарабкался на ближайшее дерево. — Мейз-сан, куда вы? — спросила Мию. — Надо осмотреться, подождите меня здесь, — сказал он, забираясь. Когда Мейз оказался на вершине дерева. Он увидел лес, освещенный яркой ночью. К востоку от него уже было видно сияние солнца. Это позволило примерно определить где север, а где юг. Неподалеку он увидел грунтовую дорогу. Теперь надо было понять, в какую сторону преимущественно держать путь. Он спустился, но с дерева не слез. — Эй! — позвал он с высоты, и девушки посмотрели на верх. — Можете сказать примерно, где мы находимся? — На севере гор Такао, — ответила Мию. — Это точно? — переспросил Мейз. Мию заколебалась. Она знала, что источники где-то в горной местности к западу от Токио. — Точно-точно, — уверенно сказала Фубуки. — Я еще тогда удивилась, что про источники никто не знает. — И в какой стороне тогда ближайшая цивилизация? — спросил чужестранец. — Понятия не имеем, — сказала Фубуки. — Да и тем более, вы не знаете, как ехали суда? — с некоторым подозрением переспросила она. Мейз точно помнил, что ехал на запад от пригорода. Помнил он это, так как тело все еще напоминало аварию, из-за которой он и оказался в деревне. Саёко так же вспомнила аварию и хотела снова извиниться. — Я знаю, что наш путь точно лежит на Запад, — чужестранец указал пальцем в нужную сторону. — Мне просто необходимо побольше конкретики. — Тогда, если конкретно, наш путь сейчас лежит на Юго-Запад. Ближайший населённый пункт может быть там, — уточнила Мию. Мейз хмыкнул и залез обратно на высоту. Снова забравшись на высокую точку, он пригляделся на Запад и своим супер-зрением увидел дорогу. Просматривая увиденную линию, он начал осматривать ближайшую точку выхода на полосу движения. — Бинго, — проговорил Мейз, увидев ближайший к ним виток дороги. Он спустился. Уже во время спуска девушки посмотрели на него. — Ну что? Как нам дальше идти? — спросила Саёко. Мейз пока не отвечал, всё ещё обдумывая варианты. — У вас есть телефон? — спросил он, слезая с дерева. Все стали шариться по карманам. Саёко обрадовалась, когда смогла дотянуться до маленького смартфона у себя в кармане. Она показала его Мейзу: — Отлично, попытайтесь позвонить. Связь может быть слабая, но все же лучше кого-нибудь предупредить. Позвоните только тому, кому можно доверять, — вновь инструктирую, сказал Мейз. — Так куда нам идти? — с небольшим раздражением спросила Фубуки. — Я нашёл дорогу, ближайшую к нам. Пойдем туда и все разведаем. Ты пойдешь со мной? — спросил он у Фубуки. — Это ещё зачем? — изрядно удивилась блондинка. — Думаю, что мне понадобиться помощь с коммуникацией с местным населением, — сказал он в ответ. Хотя на самом деле Мейз просто хотел отвлечь чем-нибудь старшую дочь, которая в скором времени могла потерять рассудок от страха за своих родных. Фубуки посмотрела на мать, та ей кивнула, разрешая пойти. Саёко уже полностью доверяла чужестранцу. Фубуки ничего не оставалось, как пойти с мутантом до ближайшей дороги. Вся группа продолжила идти вместе ещё несколько минут на близком расстоянии от дороги. Саёко, Мию и Харука остановились. Мейз и Фубуки двинулись дальше. Саёко вместе с дочерьми прятались среди листвы деревьев. Мать пыталась найти связь, Мию сидела, нежно держа возле себя бездыханное тело Тенжи. Кажется, она уже смирилась с фактом его смерти, и Харуку это пугало и печалило в равной степени. Саёко упорно пыталась дозвониться хоть до кого-нибудь, пусть и время было глубоко за полночь, она не сдавалась. Наконец, индикатор на экране показал связь. Слабую, но все же. Саёко набрала номер единственного, на её взгляд, человека, которому сейчас можно было доверять. Дрожащими руками она набрала цифры и приложила телефон к уху. Саёко смогла успокоиться, только тогда, когда на той стороне приняли вызов: — Капитан Токимия… — послышалось с той стороны линии. Выйдя из леса на дорогу, Мейз и Фубуки огляделись по сторонам. Дорога была пустой. — Похоже, все-таки придется добираться пешком, — протянула Фубуки. Мейз, ничего не сказав, вновь полез на дерево, единственное высокое, которое было поблизости. Фубуки подумала, что сейчас чужестранец напоминает ей обезьяну и тихо посмеялась так, чтобы её не услышали. — Я тебе не обезьяна! — Мейз её все-таки услышал, и легкая улыбка тут же сменилась суровым выражением. Чужестранец залез на высоту и стал всматриваться. Стоило ему только взобраться на высокую точку дерева и взглянуть западную часть дороги, как тут же оттуда выехал автомобиль. Небольшой фургон. Фубуки тоже заметила его, как только услышала звук шин — обернулась. Фургон приближался, и Фубуки подошла к дороге. Заметив её, фургон тут же ускорился. Машина остановилась. И тут в голову Мейз словно током ударило: — Твою мать, — выругался он. – Фубуки, беги! Фубуки обернулась на крик, и в её голову тоже ударила мысль. Эта дорога ведет только в деревню, откуда они сбежали, и в фургоне могут находиться сейчас только одни. Из фургона вышли двое и стремительно побежали к Фубуки, девушка мигом развернулась обратно в сторону леса, но один из мужчин попытался схватить её. Его рука была уже рядом, как вдруг масса повалила его на земь. Мейз приземлился в метре от Фубуки, упав аккурат на того, кто пытался её схватить. Мейз в мгновение ока вытащил пистолет и произвел два выстрела во второго, кто вышел из машины, и в водителя, оставшегося внутри. Чужестранец посмотрел вниз. Мужчина, на которого Мейз приземлился, каким-то чудом ещё дышал. Чужестранец поднял ногу и ударил по горлу бандита из деревни. Фубуки услышала громкий хруст и отвернулась. Мейз посмотрел на фургон, выставил оружие перед собой и медленно начал подходить к машине. За исключением мертвого водителя, там никого больше не было. Из леса выбежали Саёко с дочерьми. Увидев очередные трупы, Харука зажмурилась и прижалась к матери, та её обняла, успокаивая. Увидев сестру невредимой, Мию улыбнулась и обняла ее. Фубуки тут же потянулась к младшей сестре, обнимая её тёмную макушку. Мейз открыл дверь водительского сидения, и из машины вывалился труп. Мию уже не так сильно пугала смерть, хоть ей, как и остальным, было больно от увиденного. — Похоже, добираться пешком не придется, — сказал Мейз бодрым голосом. Он посадил в машину семью Кагами, а сам убрал лишние трупы и пошёл обратно в лес, дабы забрать один нужный. Вернувшись с телом Тенжи, он уложил его на заднее сиденье аккуратно, как нужно было. Мейз и Фубуки сели спереди, Саёко, Мию и Харука сели позади. Почувствовав, как трогается машина, семья Кагами не поверила в происходящее. Они выбрались из самого настоящего кошмара. Их хотели подвергнуть сраму люди, оказавшиеся самыми настоящими зверями. И спасены они были тем, кого нельзя и представить было. Мутантом, в котором было куда больше человечности, чем в любом другом представителе вида homo sapiens. Глаза девушек вновь налились слезами и усталостью. Мию и Харука заснули где-то через полчаса езды на машине. Саёко и Фубуки старались бодрствовать. Матери девушек вообще не хотелось закрывать глаза, опасаясь, что если уснет сейчас, то, открыв глаза, снова окажется в деревне. Фубуки же пыталась отвлечься от всего пережитого ужаса, просто смотря на дорогу. Машину освещал ещё слабый рассвет, словно сама вселенная благословляла им путь и благодарила Мейза за спасение целой семьи, пусть даже одного ему спасти не удалось. И все же Тенжи там не остался, и его смогут хотя бы по-человечески похоронить. Через два часа езды Фубуки смогла увидеть вдалеке Токио. Еще через некоторое время Мию и Харука услышали звук других автомобилей на автостраде — Мама… — сонно позвала Харука. – Мы уже приехали? — Нет ещё, девочка моя, потерпи, – со слезами счастья и горя сказала Саёко. Счастья от побега из деревни. Горя от участи, постигшей Тенжи. Мию, проснувшись, увидела утреннее небо за окном фургона. Она не верила в то, что произошло. Мию просто смотрела в окно, не зная, что чувствовать. Мейз ехал, посматривая в зеркала заднего вида. Он не был наивным и знал, что их рано или поздно попытаются настигнуть. У Саёко внезапно зазвонил телефон, и она ответила. — Мию, — позвал девушку Мейз. Она посмотрела на него, и он протянул через кресло механическую пластинку. — Возьми. Тут доказательства того, что с вами хотели сделать. Скинь это на ещё какие-нибудь медиа. — Но если нас опять схватят? — с нарастающим страхом спросила Мию. — Эти мразям придётся прятаться по норам. Им будет не до вас, — с уверенностью ответил чужестранец. Мию дрожащей рукой взяла носитель с информацией. — Да, — ответила Саёко. — Спасибо, Кеске. — женщина закончила вызов. Услышав это имя, Фубуки невольно вздрогнула. — Мейз-сан, — обратилась к водителю мать девушек, — нас встретят на Хатиодзи. А потом… — Во-первых, «Хатиодзи» мне ни о чем не говорит, — прервал её Мейз. — А во-вторых, у нас гости. Мию посмотрела в окно и обнаружила, что справа от них едет ещё один подозрительный фургон. Оттуда на неё смотрел мужчина с явной жаждой. — Мама, — Харука испугалась. Мейз опустил окно. — Что, суки, лучше поздно чем никогда?! – заорал он водителю другой машины. На той стороне посмеялись. Мейз, тоже немного посмеявшись, мигом достал пистолет и выстрелил в водителя, от чего машина с несостоявшимися насильниками перевернулась и вылетела с дороги. Он посмотрел в зеркало заднего вида. Их стали нагонять три других автомобиля. — Фубуки, — крикнул он блондинке, — Садись на мое место. — Ты спятил?! — спросила она его. — Давай, — он с раздражением ответил ей. Чужестранец сделал так много, чтобы вывести семью из деревни и не мог допустить, чтобы его труды пошли псу под хвост. Мейз и Фубуки начали перемещаться между собой. Благо, было только утро и машин было немного. Кое-как переместившись, Фубуки схватила руль в руки и вдавила педаль газа в пол. Фургон начал набирать максимальную скорость. Неожиданно у Мейза начались конвульсии, и по его коже начали выходить черные вены. — Мейз-сан, вы в порядке?! — испугалась Мию за своего спасителя. Чужестранец, превозмогая агонию, полез по карманам. Секунды вновь показались вечностью, каждое движение хоть каким-либо мускулом отдавалось десятикратным эхом боли. Наконец, минуту спустя, он таки нашёл спасительный инъектор и попытался вколоть его. Сил предательски не хватало, чтобы поднести руку к шее. Саёко начала помогать, взяла инъектор и вколола иглу в оголенный участок шеи. Эффект от неизвестного ей вещества Мейз ощутил моментально. Огромная доза облегчения пронеслась по его телу. Облегчения и кайфа. Мейз открыл окно вылез из машины и прямо во время езды, словно в каком-нибудь кино, начал перестреливаться с догоняющими их бандитами. Он уперся в сидение своими ногами. — Мейз-сан! — испугалась Саёко. — Продолжай давить на газ, — крикнул он Фубуки, не замечая тревоги женщины. Блондинка, на удивление, хорошо справлялась с фургоном на большой скорости. У Мейза почти не возникло проблем с прицеливанием. Ему пришлось потратить всю обойму, чтобы подстрелить водителей преследующих их машин. Осталась последняя обойма, уже использованная. Осталось лишь восемь патронов. Сзади к погоне присоединилось ещё две машина бандитов. — Эй! — позвала Фубуки мужчину. Мейз не реагировал, он прицелился и выстрелил оставшиеся пули в преследователей. — Мейз-сан! — крикнула уже Саёко. Одна машина перевернулась, другая продолжала преследование, но через секунду свернула и умчалась прочь. Мейз сначала не понял в чем дело, как внезапно Фубуки затормозила, и тело чужестранца ощутило болезненный импульс, когда машина резко остановилась. — Ты что, сдурела?! — Мейз заглянул в салон фургона на Фубуки. Но та лишь показала ему на дорогу. Он обернулся и увидел, как поперёк дороги стоят полицейские машины, перегораживая дальнейшее движение. Мейз мигом влез обратно в салон и услышал речь из громко говорите. — Приехали, — устало произнес чужестранец. Японских слов из динамика он не понимал, но суть улавливал. Мейз спрятал пистолет в пальто и вышел из фургона. Он сразу почувствовал, как на него направили оружие. Мию вышла и мигом побежала к своему спасителю. — Мию-чан! — крикнула ей мать — Постойте! — крикнула она на своем языке стражам порядка. — Он спас нас! Не трогайте его, пожалуйста! — Девушка, поднимите руки и медленно сядьте на колени, — прозвучал голос из громкоговорителя. У Мию не было слов в защиту, и необходимо было подчиняться. — Стойте! — со стороны полицейских крикнул знакомый для девушек голос. Вперед вышел Кеске Токимия. — Опустите оружие, — приказал капитан полиции. Он пошёл к жертвам преступления. Рядом с ним шла старший лейтенант Линь Макина. Подойдя к группе, он осмотрел всех. Вся семья Кагами была в сборе. Фубуки сразу встретила его взглядом и через секунду отвела глаза. Детектив Макина взглянула на мужчину. Суровое выражение лица. Ходит в каких-то обносках. — Капитан, — тихо она обратилась к Кёске, — а с этим что делать? — она указала на мужчину в синем плаще. Капитан сразу осмотрел его. Мужчины встретились взглядами, между ними стояла Мию, явно защищающая человека в плаще. — Благодарю вас за то, что приехали. — Саёко вышла вперёд и поклонилась детективам, — Кёске-сан, я заявляю вам, что этот человек не представляет угрозы. Он спас нас от банды насильников и… — Она вдруг замешкалась — Не нужно, Саёко-сан, — сказал Кёске. – Вы и так пережили очень много за эту неделю. Дальнейшее для Мию было словно в тумане. После того как полицейские сняли оцепление с дороги, они по горячим следам вычислили и поймали последних бандитов, преследовавших их. От Мию и её родных врачи не отходили ни на секунду. Мать сидела, обнимая её и Харуку. Фубуки же была рядом. Саёко позвала старшую дочь. Теперь вся семья сидела и прижималась друг к другу, успокаивая от пережитого кошмара. Рядом с ними на носилках унесли тело Тенжи, мертвое, давно окоченевшее. Увидев его безмолвное лицо, Мию снова расплакалась. Ни мать, ни две её сестры ничего не могли сделать. За этим наблюдал Мейз, сидевший неподалёку в полицейской машине. Он и Саёко встретились взглядами. Мейзу было больно смотреть в заплаканные глаза женщины. Он отвернулся, не способный что-либо сделать. Полицейские проходили мимо него, и никто ещё не знал, что он из себя представляет…. Во всех смыслах. К спасенным подошёл Кёске: — Вам нужна какая-нибудь помощь? — Это все, что он мог спросить. — Спасибо, Кёске-кун, — через слёзы сказала Саёко. — Нам пока ничего не надо. Только отвезите нас домой. — Мы доставим вас немедленно, — сказал капитан полиции и сразу же позвал сержанта: — Немедленно организовать транспорт, — приказал он. Сержант тут же подвез свободную машину. — К капитан, — тихо позвала Мию. Кёске обернулся, и девушка протянула ему накопитель. — Здесь вся информация. Воспользуйтесь ей, пожалуйста. Кёске потянулся к черной пластинке, но накопитель тут же перехватила Фубуки, сурово посмотрев на капитана. — Пусть побудет у вас. — Детектив полиции пошел на компромисс. Он знал, что Фубуки сейчас лучше не злить. Кёске был единственным, который знал о Фубуки чуть больше, чем любой другой мужчина. — А кто вам передал это носитель? — послышался женский голос. Это была старший лейтенант Макина. — Это был Мейз, — сказала Мию. — Кто-кто, простите? — переспросил Кёске — Мейз-сан… он… — Она посмотрела на машину, где, по идее, должен был сидеть незнакомец. Чужестранец в синем плаще. Но на том месте никого не было. Кёске обернулся и, увидев пустое сидение, сразу понял, кого Мию имела ввиду. Саёко, Харука и Фубуки тоже начали переглядываться, пытаясь найти своего спасителя. Кёске позвал людей на поиски. Но чужестранец исчез так же загадочно, как и появился в жизни целой семьи. — Как можно было его упустить?! — Кёске был крайне недоволен исчезновением важного фигуранта происшествия. — Простите капитан, но он словно сквозь землю провалился, — оправдывались полицейские. — Так ройте землю и из-под земли его достаньте! — ещё пуще кричал на них Кёске. — Капитан, — позвала его напарница. Кёске резко обернулся, — я предлагаю сначала увести их отсюда, — она показала на семью Кагами. — Им надо прийти в себя и… — Нет! — внезапно крикнула Мию. — Мейз-сан! Его надо найти! — Она вырвалась из объятий родных и побежала дальше по дороге. — Мию-чан! — крикнула ей вслед мать. — Мию-нэ! — крикнула Харука. Фубики побежала за ней, но по пути сломался каблук, и старшая сестра споткнулась, чуть было не упала, но её подхватил Кёске. — Макина, за ней! — приказал он напарнице, и та сразу побежала за Мию. Саёко присела, прижав к себе Харуку. — Мама, почему Мейз-сан ушел? — недоуменно спросила дочь. — Разве он сделал что-то плохое? — Ох, милая моя, Мейз-сан ничего плохого не сделал, — с грустью ответила ей мать. — Просто ему срочно надо было уйти. — Почему надо было уйти? — задал вопрос Кёске, помогая Фубуки добраться до машины. Саёко колебалась, но через время рассказала о том, кто такой Мейз… И что он такое… Мию бежала вдоль по улице и выбежала на мост. Она остановилась, переводя дыхание. «Куда же вы убежали? Почему? — спрашивала в голове Мию. — Мы же вас не отблагодарили» — Стой, девочка, — сзади послышался женский голос, немного испугавший Мию. — Ты совсем с ума сошла — так убегать? Ты о родных подумала? — сурово спросила Макина. Мию не ответила, лишь стыдливо отвела взгляд. — Пойдем назад, девочка. Твои родные за тебя беспокоятся, — сказала старший лейтенант. Она повернулась и пошла к остальным. Мию недолго постояла, посмотрела на два моста перед ней. Первый, на котором она стояла. И второй. Там она и увидела. Не далеко. Она хотела побежать за ним, но что-то её остановило. Она присмотрелась к фигуре в синем плаще. Мию смотрела сейчас не на человека, спасшего её со всей семьёй из настоящего секс-рабства и последующего ада, а на призрака в телесной оболочке, медленно волочащимся по мосту. Вокруг не было ни души, словно сам мир хотел, чтобы Мейз ушёл в небытие. Он шел медленно, будто прошёл какой-то длинный путь в две или три жизни. Мию все смотрела на это, теперь уже жалкое зрелище. Она должна помочь ему. Но как она, совсем юная, сможет помочь мутанту. Она ничего не могла. На мгновение он остановился, почувствовав на себе взгляд. Он обернулся и увидел девушку с черными волосами. Она смотрела на него и не могла сдвинуться с места, не позвав его. — Эй, – голос Макины вывел её из прострации. — Идем уже. Мию обернулась и последовала за ней: — Простите, Мейз-сан… — говорила она себе шепотом. — Я обещаю. Я найду способ… Я помогу тебе… Она пришла и тут же оказалась в объятиях матери. — Мию-чан, ну что же ты делаешь?! — плача, укорила Саёко свою дочь. Они сели в полицейский фургон и, наконец, поехали домой. Саёко успокаивала дочерей как могла своей материнской заботой. И пусть взрослая женщина говорила, что теперь у них все будет в порядке, каждая из них понимала, что теперь ничего не будет, как раньше. Теперь им придётся начать жизнь с нового листа. Они выехали на мост и Мию тут же обернулась, смотря на дальний мост. Там все еще ходил «человек», спасший семью Кагами. Мейз проводил полицейский фургон на другом мосте взглядом. Внезапно он нащупал нечто у себя в плаще. Оставшиеся инъекторы… И пистолет. Вытащив его, он осмотрелся. Людей не было ни с той, ни с другой стороны. Лишь машина, то одна, то другая проезжала, не замечая его. Он окинул взглядом пистолет. Вновь появилась боль. Не только от воздействия мутагенов. Была еще иная боль, внутри его души. Он медленно подвел дуло пистолета к своему виску. Почувствовав встроенный глушитель, который увеличивал длину ствола, Мейз сделал глубокий вдох и выдох. Затем нажал на курок. «Клац» Все, что услышал Мейз. Но вспышки не последовало. Он перетянул затвор пистолета. Патрона не было. Он все потратил. И себе забыл оставить. Окинув взглядом оружие ещё раз, он в гневе выбросил его в реку, и пистолет утонул в зеркальной, отражающей рассвет воде. Он побрел дальше… В Токио