Арнор Сигурдссон

old

Два друга просто готовят борщ, а беседа постепенно перетекает в нечто большее. — С русскими сложно. Эта фраза заставила Арнора поднять голову наверх. Он перестал резать картошку, проводя рукавом по своему носу. Т/и, что стояла спиной к нему и помешивала бульон, повернула голову, когда перестала слышать стук ножа. — Режь, — улыбнулась девушка, ложку на край раковины. — Да, прости, — вскинулся Сигурдссон, продолжая дело. — Но что ты имела в виду? — Ну, сколько ты в России? — подняла бровь т/ц/г, закидывая в рот кусочек морковки. — Четыре года, –ответил Арнор, переводя взгляд с неё на свои руки. — И после расставания со своей девушкой понял хоть одну русскую? — Ну, я не пробовал понять, –туманно ответил футболист, передавая ей чашку с картофелем. — Это трудновато, — хмыкнула Т/ф, вытирая руки полотенцем. — Я уверен, что смогу, — произнёс он, осторожно касаясь её запястья. Каков намёк, да? — А я нет, — поджала губы Т/и, убирая свою руку. Парень переместил ладони на её талию, притягивая к себе, наслаждаясь дыханием, вырывающимся из приоткрытых губ, и удивлённым взглядом. — Викинги настойчивые. Т/и приподнялась на носочках, хватаясь за его плечи и шепча прямо на ухо: — А русские не сдаются.