Часть 11

Во всех романах поджанра романтического фентези, которые когда-либо читала Фелиса, избранная главная героиня всегда была центром вселенной, ведь ей почти ничего не надо было делать. Все всё делали за нее. Сначала самые сильные и красивые мужчины окружения окончательно и бесповоротно отдавали ей свое сердце. Потом они преподносили различные бесценные артефакты и другие подобные вещи. После с ее нежными и такими же бесполезными, как и сама героиня, чувствами носились, аки с писаной торбой. Избранной "снежинке" не надо было даже беспокоится о сохранении своей жизни и здоровья, ведь их учет уже давно вели бесчисленные ухажеры. Мириады всевозможных сверхспособностей "не-такой-как-все" тоже доставались либо очень легко, либо и вовсе просто так. Да и развивать их не надо: само все прекрасно разовьется. И так сойдет. Теперь, рассуждая уже добрые несколько часов на эту тему, Лиса уже не чувствовала себя героиней фентезийного романа, даже "жанр" повседневности рыдал в три ручья в дальнем уголке, уступая место вальяжно курящей кальян "драме". Пока она надеялась на беззаботную и легкую жизнь во дворце Ноклейо, ее абсолютно нереалистичные ожидания были вдребезги разбиты о поистине чудовищную реальность. Как оказалось. Внезапно. Надо РАБОТАТЬ... Нет, не в пыльных шахтах, конечно. Хоть тело и носителя, но все-таки девичье. Нежное. Его беречь нужно. А работать головой надо. Точнее, мозгами. Фелису снедал неподдельный интерес: за что ей такое наказание в виде безвылазного сидения в библиотеке и нескончаемых уроков с огромными домашними заданиями от занудных старых ворчунов, которые гордо величают себя профессорами каких-то там наук. Она была твердо уверена, что одних тоненьких детских книжечек будет вполне достаточно. Но не тут-то было. - Леди Росси, руку надо держать прямо. Когда я говорю прямо, это значит по прямой линии, а не кривой. У Вас и так много ошибок в тексте, так хотя бы со стороны красиво будете выглядеть. Наивная. Думала, что уроки ее продлятся не более 2 недель, и все. Она превратится в элегантную, блестяще образованную леди. Ага, мечтать не вредно. - Сколько мне еще задавать Вам прописей, чтоб Вы, наконец, смогли писать сносно? Преподаватель по международному эквилибрийскому, который очень походил на устаревший итальянский, и по совместимости каллиграфии забрал листок с прописями и оценивающе посмотрел на него. - Эх, как же научить безногого и безрукого грациозно танцевать... - Сеньор, я не так давно начала учиться Вашей каллиграфии. Он издевательски потряс листочком перед носом Лисы. - Леди, за столько тренировок и занятий должна же быть хоть какая-то положительная динамика! Оцените себя сами, что это за аскариды* извивающиеся? Их еле с натяжкой можно символами назвать. "Да-да, доворчи уже и свали отсюда! Достал со своими прописями. Как в начальной школе, ей богу... " - про себя она отсчитывала временные песчинки до конца занятия. - Вы наверняка думаете, что это Вам никогда не понадобится, но я вот, что скажу. Каллиграфический почерк - показатель благородства и аристократичности в светском обществе. Чем красивее почерк, тем более Вы уважаемы. На таких людей и смотреть приятно... Вы совсем не стараетесь, так? Фелиса демонстративно молчала, презрительно вырисовывая не пишущим концом ручки воображаемые круги на столе. Преподаватель слабо вздохнул, осознавая тщетность своих усилий, достал из портфеля очередные прописи и тихо вышел из читального зала, оставив домашнее задание на краю стола. "Господи, наконец-то, ушел, - с облегчением подумала Фелиса, - Кто там будет следующим? Основы астрономии?" Она залезла в сумку с книгами и бумагами, дабы отыскать бумажку с расписанием, которую теряла довольно часто. График был неизменным, а подвижки - крайне редкими, ибо преподавать почетному гостю императорской семьи - роскошное предложение, от которого не отказываются. Даже находиться с носителем в одной комнате для пустого сосуда, да еще и преподавать - такая большая честь, что одного наличия этого факта в резюме достаточно, чтоб метить на место проректора или ректора местных учебных заведений. Ну, или, на худой конец, должность заведующего кафедрой. - Добрый день, леди Росси! - со стороны двери добродушно поздоровалась преподаватель астрономии. - Здравствуйте, сеньора! - Выглядите уставшей. Загоняли Вас на каллиграфии? - И не представляете, как. - О, поверьте, еще как представляю. Он сам мне преподавал, когда я была студенткой. - Какой ужас! Сеньора, как Вы выжили? - То, что нас не убивает, делает нас сильнее, леди. Довольно молодая преподавательница астрономии нравилась Фелисе больше всего. Вроде такая сложная фундаментальная наука из ее уст казалось проще пареной репы. - Что Вы помните с прошлого урока, леди Росси? - Что орбита Геи и большинства других планет не круглая, а в форме эллипса. - Правильно. А еще что? - Эм... что они все имеют фокус на центральной звезде? - Верно, естественно, мы не принимаем во внимание планеты-спутники и случаи с несколькими центральными звездами. Именно из-за того, что орбита не идеально круглая и то, звезда находится не по центру... - Изменяются времена орбиты? - Вы молодец, леди, - хвалила ее профессор, - Я очень рада, что Вы что-то выносите с моих уроков. - Это Вам спасибо, сеньора. - В основном, планетарные орбиты наиболее близки к окружности. Если говорить исключительно о планете Гея, то у нас очень резкая смена погодных условий из-за того, что фокус Гелиоса находится крайне близко к перигелию**. Настолько близко, что, как на полюсах, так и в субтропиках и тропиках жизненных условий почти нет. Более или менее люди уживаются в экваториальных, субэкваториальных, а так же зонах умеренного климата. Помните, я показывала на карте Геи, как распределяются климатические зоны? - Да, конечно. - Ноклейо расположен как раз в субэкваторе. Здесь круглый год тепло. Если учесть возраст системы Гелиоса и самой звезды, что она уже достаточно старая, чтоб ее запасы гелия почти иссякли. Позже она, скорее всего, станет красным гигантом и сможет поглотить Гею. Естественно, мы этого не увидим, но именно поэтому у каждой планеты должен быть защитник-Эфиараль. - Сейчас это император Гиперион? - Да. Считается, что он подчиняет эфир нашей планеты, иногда даже других тел нашей системы, своей воле и не позволяет разрушительным воздействиям звезд, астероидов и других небесных тел нарушить климатические условия Геи. Так же, благодаря ему, на нашей планете нет ни цунами, ни извержений вулканов, ни землетрясений, ни ураганов, ни аномальных изменений климата. Люди уверены в завтрашнем дне. Это и есть призвание носителей из императорской семьи. - Значит, потом его сменит Прима Аврора? Преподаватель обреченно вздохнула. - Это да... Надеюсь, к тому моменту она возьмется за ум... Так, не отвлекаемся. По такому же правилу, а именно "движение небесных тел вокруг звезды по коническому сечению", подчиняются не только планеты. Это могут быть пояса астероидов, кометы, малые звезды вокруг больших и так далее. - Прямо все во вселенной движется по коническому сечению? - Нет, что Вы, далеко не все. На соответствующих занятиях мы это обязательно обсудим... Общение на эквилибрийском у горе-избранной было каждый день без перерыва, поэтому было бы удивительно, если она бы не смогла перенять за все это время местную манеру разговора. Успокаивало то, что уже не все предметы казались ей ненужными. *** - Прима Солас, по какому поводу ты пришла ко мне? - Отец, я пришла отчитаться об успехах в обучении носителя, а так же состоянии ее статуса в Эквилибрии. Типичное поведение императора. Молчать, слушать и мало говорить. Каждое слово на вес Ливермория. Аврора поперхнулась. - Я начну с Вашего позволения... У нее неплохие успехи в астрономии, биологии, географии и введению в общественную жизнь. Но вот преподаватели эквилибрийского, литературы, этикета, математике, физ-химии и древнелатинскому на нее жалуются. Говорят, она в открытую их не ставит ни во что и не выполняет домашние задания... - Есть что-либо еще? - А... то есть... Да, есть! - Аврора искала трясущимися руками в стопке документов нужный, - Вот, недавно прислали ответ из эквилибрийского колледжа. Они возьмут ее на первый курс. Потребовали за это 45 миллиардов платиновых драхм. Я выписала чек и отправила им копию. Окончательный ответ должен прийти через 5 дней. - Жду от тебя доклада. - Будет исполнено, отец. - Ах, да. Я проверил документы по спонсорству... "Я что-то сделала не так?! Опять ошиблась?! Нужно все заново переделать?! Он лишает меня титула Примы?!!!!" - одна мысль хуже другой молниеносно сменяли друг друга. - Неплохо. Аврора застыла на месте с распахнутыми настежь глазами и чуть приоткрытым ртом. Голова напрочь опустела. Тудум... Тудум... тудум... "Он сказал... "неплохо"... - зачатки адекватных мыслей постепенно стали образовываться в небольшие предложения, - он... оценил мои труды... по достоинству..." К глазам прилил жар. В носу защипало. В горле будто ком появился. Так. Нельзя реветь! Она тихо шмыгнула носом, потом набралась смелости и сказала: - Благодарю, отец. Для меня это большая честь. Император пытливо всматривался в лицо дочери. Как будто пытался что-то в ней разглядеть. - Можешь идти. Аврора еще раз поклонилась и чуть ли не выбежала из кабинета. Так, что пятки сверкали. Во время разворота он заметил, как на ее щеке что-то почти незаметно блеснуло. Мимолетная улыбка, как теплый летний ветер, скользнула по его лицу. *** - Что это Вы делаете, леди Росси? Лиса подняла голову в сторону звука, чтоб столкнуться взглядами с Авророй в дверях читального зала. - Как что? Рисую, конечно. Прима с удивлением приподняла брови. - Дайте взглянуть? - Пожалуйста, без проблем. Фелиса опять страдала бездельем, ничего необычного. Вместо того, чтоб повторять материал, она что-то усердно чирикала по краям рабочих листов. - А что это Вы рисуете? Мутант какой-то? - Вообще нет! Это русалка, которая тянется к своему возлюбленному, что сидит на берегу и совсем ее не видит. - Очень красиво, - тихо восхитилась Аврора, - такие тонкие и четкие линии. Плавные и смелые. Девушка выглядит так правдоподобно... Жаль, конечно, что в реальности русалки совсем не такие. - Почему не такие? А какие тогда? - Страшные они. Вот и все. - Э-э-э... Как это "страшные"? То есть, они не выглядят, как прекрасные юные девы с хрустальным обворожительным голосом? Аврора рассмеялась. - И близко нет. Вы же никогда русалок вживую не видели? Лиса расстроенно подперла рукой подбородок. - Эх, если бы. - Знаете, уж лучше не стоит, - усмехнулась Аврора, - А то потом ночами кошмары сниться будут. - Что же в них такого страшного? - Если Вам так интересны русалки, Вы могли бы почитать о них. Хотя бы для того, чтобы знать, как они выглядят. Мне самой чуть плохо не стало, когда я увидела изображение русалки в книге. А когда я увидела одну живую, то... - она осеклась, - Ну, в общем, пренеприятное зрелище. - Так что с ними не так? Аврора замялась. Она отошла обратно к выходу и что-то громко выкрикнула. - Я могу, конечно, описать их, но вряд ли Вы поймете, о чем я, пока не увидите картинку. Лиса агрессивно уставилась на собеседницу, требуя немедленного ответа. - Ну... это мутанты, леди Росси. Так что, я бы ими так не любовалась. - Чего? - Меня учили, что анатомия и физиология, присущая обычным людям, и носителям в особенности, наиболее приспособлена для существования нашего вида во вселенной. - А люди тут причем? - А притом, что русалки это... ну... что-то вроде неправильно развившихся людей. Шок. Недоумение. Стук! Перо звонко ударилось о светло-серый мраморный пол и неторопливо откатилось от стола, оставив за собой дугообразные черные рельсы чернил. Лиса не могла верить своим ушам. Как это недоразвитые люди? - И не только русалки входят в их число. Фелиса уставилась пустым взглядом в пространство перед собой и еле слышно спросила. - Кто еще? В этот момент в зал кряхтя завалился запыхавшийся библиотекарь с толстым фолиантом под боком. Он осторожно вручил его Авроре и после низкого поклона исчез так же внезапно, как и появился. "Анатомия и физиология уродств" Лиса чувствовала, что дрожит, как трясутся ноги и руки, как похолодели кончики ее пальцев, а кровь усиленно приливает к голове. Липкие ладони захотелось вытереть о собственный хитон. Ей казалось, что если она сейчас попробует встать, то непременно упадет. - О, на самом деле таких существ очень и очень много. К ним и гномы относятся, и люди с острыми ушами, и даже сросшиеся вместе два человека. Одноглазые тоже есть. Прима открыла книгу на оглавлении и с присущим ей энтузиазмом залистала страницы. - Эльфы и циклопы?.. - Точно! Исследования доказали, что такие существа рождаются только от людей. То есть самостоятельно воспроизводить потомство в большинстве случаев они не могут. И кроме этого, они обычно не живут долго. До совершеннолетия почти никто не доживает. У Лисы заслезились глаза. - Почему? Аврора остановилась. Видимо, нашла нужную страницу. - Они ведь мутанты, леди Росси. Их тело попросту не приспособлено к существованию. Они рождаются с таким количеством нарушений и заболеваний, что с жизнью несовместимо. Аврора положила перед ней книгу с искомым разворотом с картинками. "Сиреномелия***" Фелиса плакала. Но плакала тихо. Чтоб никто не увидел. И не услышал. Ее картина мира пошла трещинами. Как такое вообще может быть? Если все, что сказала Аврора было правдой, то как же прекрасные и гордые эльфы? Легкие и воздушные, как сахарная вата, феи? Величественные и мудрые кентавры? Что тогда это значит? Что мифических человекоподобных существ никогда не было? Что никакой магией они не владели? Что они не более, чем инвалиды, которым суждено влачить свое жалкое недолгое существование, пока их не настигнет жестокая и болезненная смерть в полном одиночестве? - Это естественный отбор, леди Росси. Их можно пожалеть, ведь им действительно не повезло. Но что изменится от того, будете ли Вы жалеть их или нет? Выживает тот, кто наиболее приспособлен. Никому не нужные. Презренные. - Таков непреложный закон вселенной.