Бессменность передзимнего озноба.

Бессменность передзимнего озноба, Рубином вьясь по ржавым желобам, Вонзится в разъяренную утробу, Склонившись к нерушимости столбам, И закостеет в онемевшем нёбе Невысказанной висою богам. Недвижность холодеющих подножий, Ветрами испещренная живьём — Умоет кобальт рассеченность кожи, Окрасившись над водами углём — И заскрипит в пустотах старых ножен Бесследно задыхающимся днём. Безбрежность чистотелого начала Трепещущим потоком в океан, Вольётся сквозь разбитое забрало, Минуя срезы незастывших ран, И забурлит в ущельях пеной ало, Багрянцем скрасив утренний туман. Немыслимость грохочущих течений, Застывшим окантованная мхом — Укроет пепел вихролом сражений, Зареявши над поднятым щитом — И замерцает в череде свечений Бездонно на эмпирие седом.