Спасение утопающих

Это был уровень затопленных катакомб под Утгардом ниже уровня ходов кракалевн и туннелей, освоенных уже исчезнувшими истами. Каменная и кирпичная кладка сменились бетоном и сталью, сохранившимися даже через тысячелетие после падения Даркана. Темноту развеивал только фонарик, укреплённый на роге сине-белого белогривого дракона, плывущего по обвитому трубами и старыми приборами коридору, а тишину нарушали только редкие бурления его выдохов из респиратора акваланга. Вилмир добрался до терминала, расположенного у запертых гермодверей. Что же, огромная вероятность, что за ними осталось что-нибудь из дарканской технологии, не тронутой ни временем, ни навами! Но вот как туда войти?.. Махнув ластами на задних, Вилмир остановился у терминала, отвёл длинные волосы от очков, подождал, когда пролетят мимо мешающие обзору пузырьки, и задумался, какой рычаг или какая кнопка открывают эту дверь. Надписей дракон здесь не видел, а значит, можно было полагаться только на логику. Но она его подвела. После того, как его изящная лапа опустила ближайший ко двери рубильник, дверь осталась запертой, но завертелись лопасти вентилятора над терминалом. Затянутый туда поток воды повёл прямо под острые вертящиеся лепестки трубку, подающую кислород, а те перерубили её. Поток воздуха в маску резко оборвался. Пузырьки вместо редких, но густых скоплений стали идти вверх постоянным потоком из перерубленного шланга, а ноздри втянули только резину маски. Вилмир застыл от ужаса, его глаза увеличились и остекленели. Он с пугливым мычанием схватил в лапу бесполезный уже шланг, который растрачивал кислород впустую, в воду. * * * Да, здесь царила темнота… хорошо, что зелёная драконица, которая тоже решила изучить эти затопленные подземелья, захватила с собой собственный подводный фонарик. Теперь он помогал ей ориентироваться здесь. Сложно поверить, что когда-то под вот этим городом на поверхности было настолько высокотехнологичное место. Даже металл за прошедшие века и тысячелетия сохранился удивительно хорошо. Это вызывало у недавно попавшей в Утгард драконицы немало удивления. Даже в тех мирах, где чёрно-зелёная жила раньше, до такого не дошли. Сэлльвира не могла упустить возможность изучить всё это. Оставалось только запоминать путь, чтобы не заблудиться среди тёмных тоннелей, и не думать слишком много о тишине вокруг. Меж тем длинное гибкое тело Сэлльвиры, идеально подходящее для плавания, скользило среди тёмной воды. В этот момент восточной драконице оставалось только порадоваться за свою дальновидность и за то, что Сэлль когда-то выбрала быть именно такой — хорошо адаптированной к плаванью. Как и за то, что она намеренно сделала себя способной дышать под водой. Однако тоннели были довольно однообразными, а ничего интересного Сэлль не попадалось. Такое ощущение, что тут, словно в двемерских руинах, уже успел кто-то побывать… И вытащить всё, что представляло бы хоть какой-то интерес. А может быть, эти руины сами по себе были бедны на способные представлять интерес вещи. Однако в какой-то момент внимание Сэлль привлекло гудение, словно какой-то механизм заработал. Звук возник неожиданно, чем заставил её резко повернуть голову в ту сторону. Он исходил из длинного коридора, за поворотом которого метался лучик света, рассеивающий темень мрачных коридоров. Этот факт, как и звук бульканья, заставил Сэлльвиру насторожиться. Шестилапая драконица резко перехватила фонарик, который до этого держала в одной из средних лап, в переднюю, и, повернув одну из кнопок, регулирующих уровень его мощности, сделала его свет слабее, чтобы он не привлёк внимания того, кто там скрывался. Разом стало темнее, однако глаза шестилапой быстро адаптировались. А затем она поплыла туда, извиваясь своим длинным телом и стараясь не задеть ни одной из труб или стен. Когда же она заглянула за поворот, то увидела одного из харадольских антро-драконов — чешуйчатого, но с длинной и красивой гривой. Пузырьки исходили… из шланга акваланга, в котором этот дракон был. Ну конечно же, какой же Харадол без ситуации, в которой у кого-то, оказавшегося под водой, внезапно кончился доступ к кислороду? Это было бы даже забавно при иных обстоятельствах, если вспомнить, в какое положение попадали драконы довольно часто в этих книгах, которые Сэлльвира прочитала когда-то, ещё до того, как у неё появилась возможность путешествовать в иные миры, вот только дракон находился в ситуации, в которой вполне мог умереть. Так что ей было… слегка не до смеха. К тому же дракон находился близко к лопастям вентилятора, который и издавал шум, привлёкший внимание Сэлль в первый момент. Как бы пловца не разрубило этими лопастями… * * * Я закрыла глаза, пытаясь перейти в антропоморфную форму, чтобы дракон не испугался, что какое-то подводное чудовище приплыло сожрать его. Смена облика лишила меня одной пары рук и длинного гибкого тела, хорошо подходящего для плаванья, но, в принципе, я уже умела хорошо плавать и в этой форме. Так что, оттолкнувшись от стены задними лапами, я поплыла к незадачливому ныряльщику. Тот выглядел настолько напуганным и растерянным, что, наверное, если ему не помочь, мог бы вообще утонуть просто потому, что не знал, что ему делать… Оказавшись рядом с драконом, я слегка не рассчитала скорость, что привело к тому, что мы оба столкнулись и в итоге врезались в стену, но, по крайней мере, он больше не находился близко к лопастям вентилятора. Я оглядела разрубленный шланг и попыталась зажать его лапой, вдруг это спасло бы немного кислорода? И потыкала незнакомца хвостом в бок, привлекая его внимание к себе. Скорее всего, сейчас нам обоим придётся плыть по тёмным тоннелям… в поисках воздушного кармана. Просто… надеюсь, что я сейчас спасаю не кого-нибудь вроде недавнего чешуйчатого и крылатого бандита по имени Гримшар, чтоб ему в лесу с гадкими глазастыми растениями месяц жить… того самого бандита, который сейчас, наверное, чувствует на себе все «прелести» не самых добрых к пойманным нарушителям утгардских законов, хе-хе. * * * Внезапно коснувшаяся его драконесса вывела Вилмира из оцепенения, но одновременно с этим ещё сильнее его напугала. Особенно тем, что сама, судя по всему, в кислороде не нуждалась, и одновременно с этим беззастенчиво прижимаясь к нему и щекотала хвостом. Когда их тела соприкоснулись, потёрлись чешуёй и откинулись в сторону, к стене, Вилмир развернул морду с полными ужаса глазами к стройной бескрылой драконессе. И почувствовал, что от этой близости невольно распаляется промежность, едва ли не опережая ноющий пожар в лёгких. — Мммблрбль?!.. — он дёрнулся в её лапах, извивая хвостом и худым торсом, распахивая крылья и пытаясь оттолкнуть от себя самку руками, тонкими и изящными, с длинными пальцами и когтями, скорее ловкими, чем сильными. * * * В свете двух фонарей хорошо была видна приятная и стройная на вид фигура дракона, его блестящие синие чешуйки и красивые пластины на нижней стороне тела, а пышная грива колыхалась в воде позади него. В иной ситуации я бы даже обратила на эти детали больше внимания и полюбовалась бы всем этим, но… не сейчас. К тому же он выглядел испуганным, видимо, неожиданностью моего появления и тем фактом, что не знал меня, так что я, оперевшись хвостом в стену и оттолкнувшись от неё, слегка отплыла назад. Чёрт. Вот как сказать в такой ситуации, что я не брать его в плен или убивать приплыла, а попробовать ему помочь? Что это вообще за ныряльщик-любитель, так далеко забравшийся? Хотя, нельзя не признать, момент между нами был… довольно интересным и чем-то неоднозначным. Немного отплыв от дракона и отпустив его, чтобы он понимал, что я не собираюсь с ним что-то делать, я сделала движение рукой, как бы предлагая ему следовать за собой. Надо искать воздушный карман или просто способ найти кислород, пока для бело-синего не стало поздно… Кстати, кого-то он мне напоминает, но сейчас времени нет думать. Однако, когда я отплыла назад и случайно посмотрела вниз, я обнаружила, тот… начинает возбуждаться?!.. Чёрт, ситуация не особо к этому располагает! Однако много времени думать не было, и если дракон не последует за мной, то как бы мне не пришлось тащить его за руку… Самцу всё же хватило сообразительности, чтобы перестать отпихиваться и понять, что я намерена его вызволить. Возможно, он не догадывался, что я дышу под водой, а считал, что выход на поверхность достаточно близко, чтобы я нормально себя чувствовала. Поэтому сине-белый постарался успокоиться как мог и последовал за мной, для скорости хватаясь за трубы на стенах крыльевыми пальцами и подтягиваясь так, чтобы не отставать от меня. К сожалению, выход отсюда располагался довольно далеко. Я не была уверена, что сине-белый дракон дотуда дотянет. Особенно учитывая, что его плавные движения становились всё более дёрганными и резкими, живот начал содрогаться в спазмах, а из горла раздавалось характерное глотающее мычание кого-то тонущего. Во время подводного плаванья я ощутила, что антропоморфная форма не так хорошо подходит для плаванья, как моя обычная — шестилапая и длинная. Возможно, мне стоило бы сменить облик, однако это не гарантировало, что бело-синий не выпустит от неожиданности немного воздуха из лёгких и вообще не испугается ещё сильнее. Судя по его поведению, он и так был напуган перспективой утонуть, да и кислорода у него, судя по издаваемым им звукам, оставалось не то чтобы много. Ох чёрт, вот я дура! Как я могла об этом забыть? Движения под водой вызываются сокращением мышц, а на это тоже требуется кислород. Так что, считай, я сейчас привела дракона в ситуацию, при которой он сжёг кислород быстрее, чем мог бы, если бы я просто тащила его за собой. Надеюсь, что пока ещё не поздно… Иначе тебе, Сэлль, придётся проверять, действительно ли твоя кровь способна воскрешать умерших, перед этим протащив за собой утонувший труп. Почему-то у меня была сильная уверенность, что я когда-то кого-то уже оживляла с помощью своей крови, но, судя по сильному нежеланию это повторять, этот опыт… нельзя было назвать приятным. Я слегка замедлилась, а затем попробовала приблизиться к дракону, чтобы он был надо мной. Вот моя спина соприкоснулась с пластинчатым животом… поддерживая равновесие и скорость движениями лап в воде, я попыталась хвостом нашарить руки спасаемого и подвести их к своей шее, чтобы он ухватился за неё. Тогда я смогу плыть, таща его за собой, а он не будет так быстро терять оставшийся кислород. В этот раз дракон реагировал адекватнее, не пугался меня — хотя сейчас он явно был на другом сосредоточен, на том, как поскорее вернуться на поверхность… Да и просто на огне в теле, усталости в мышцах и пожаре в лёгких. Он обхватил одной рукой моей шею, другой под грудью, взял крепко, обнимая и прижимаясь. Но задние его уже откровенно дрожали, а хвост крутился. Пластины его груди и живота тёрли мне спину, а в полосу моей гривы в основании хвоста, где он соединялся со спиной, уткнулось нечто мягкое и нежное, горячее. — Умммыымм… Брлыб! — дракон зажмурился, зарыв нос в маске в мою гриву и неосознанно тря им бок моей шеи, щекоча ухо пузырьками. Свет фонариков, которые были у нас, танцевал на стенах, однако его хватало, чтобы я могла ориентироваться. Хотя, по правде говоря, лабиринт казался… бесконечным. А для меня — всё сильнее росла перспектива оказаться в ситуации, при которой мне придётся тащить на поверхность наглотавшийся воды труп и как-то его оживлять. Ну, по крайней мере, дракон сразу понял, что я от него хочу… только вот что это, чёрт возьми, такое сзади? Да, этот ныряльщик-экстремал ещё и успел во время этого плаванья возбудиться… Ладно, Сэлль, успокойся… ты сама знаешь, что возбуждение — это возможная физиологическая реакция на недостаток кислорода, если у драконов всё это проходит так же, как и у людей. Близость самца при иных обстоятельствах была бы приятной, но сейчас ситуация слишком опасная, чтобы об этом думать. И вдруг я краем уха услышала… какой-то плеск. Мне пришлось начать тормозить, загребая руками в воде, чтобы ничто не отвлекало меня. Хотя меня очень даже отвлекали — именно это начал делать сине-белый, чей нос с тихим бульканьем выпускал пузырьки. Похоже, в его лёгких совсем заканчивался кислород. Я ощутила подступающую панику, и завертела головой, пытаясь определить, откуда идёт плеск. Под водой всё слышится иначе, чем на поверхности, и я даже не была уверена в направлении. Но если вода обо что-то плещется, то в теории, чисто в теории, там должен быть воздушный карман, верно? Кажется, звук шёл из бокового хода впереди и чуть сзади. Мысленно вздохнув, я поплыла туда. Как назло, именно здесь труб было больше, что ограничивало мою скорость — приходилось замедляться, чтобы пробираться среди них, потому что располагались они относительно близко друг к другу. Иногда мне приходилось вообще «переворачиваться» набок, чтобы пролезть, потому что пространства было слишком мало для двух драконов. А дёргающийся всем телом и издающий характерные подводные стоны самец, что продолжал упираться своим возбуждённым органом в мою спину, только сильнее нервировал меня. Хотя в отличие от него, я не боялась утонуть, а боялась, что это сделает бело-синий, тело которого реально сильно дёргалось, а лапы вцепились в меня с такой силой, что оторвать его могла бы только смерть. Чёртовы трубы! — Ммммм! Мммбрагрбрахр! — дёргался крылатый, от тесноты сильнее вжимаясь мне в спину. Его руки начали бродить по моему торсу, оглаживая бока, грудь и живот дрожащими пальцами, а хвост переплёлся с моим, сильно потянув назад. Пляшущий живот бедняги совсем вжался, а бёдра елозили, растирая его набухающий орган между нами. Задние в ластах брыкали, замедляя меня, а от тёршегося под моей челюстью носа невольно пошли приятные мурашки. Белая грива металась по сторонам моего зрения, закрывая обзор и колыхаясь как водоросли, крылья синего то хлопали о меня, то обнимали в дрожащий кокон. Глаза дракона закатились и безумно округлились, хотя зрачок был узким от страха, а веки с длинными белыми ресницами тяжелели. — Мглг! Грхбх… — парень всё меньше булькал и всё больше хрипел. Я боялась представить, что он чувствует сейчас, пытаясь вдохнуть хотя бы резину запотевшей маски. Хотя происходящее и не было намеренными действиями тонущего дракона, а реакцией помутившегося от недостатка кислорода сознания, на что влияло и испытываемое самцом возбуждение, я всё равно чувствовала постепенно растущее раздражение — он же мне мешает спасти самого себя! Хотя в то же время… грудь, хоть и были покрыта тонкими пластинами, всё равно ощущала хаотичные касания изящных лап, и будь ситуация менее опасной для жизни, это могло бы быть даже приятно, как и касания к моему животу. Вот только дракон мне, прежде всего, сейчас мешал своими действиями, а его грива, колыхающаяся перед моей мордой, и издаваемые им звуки, мешали ориентироваться под водой. Хуже того, очередная труба, не замеченная мной как раз из-за гривы, прижала сине-белого дракона ко мне сильнее, и при этом слегка толкнула на моё тело, пока я пробиралась, цепляясь руками за трубу снизу от себя. Дракон слегка сместился вниз, и возбуждённый орган теперь прижимался не к хвосту, а к моему бедру. Меня охватила ещё более сильная злость пополам с желанием просто расплавить трубы плазменным дыханием, но тогда это значило, что вместе с металлом вскипит и вода, что буквально сварит сине-белого заживо. Однако, похоже, участок с этими проклятущими трубами таки остался позади, потому что передо мной теперь был более свободный коридор, плеск в котором был слышен лучше, и я, стараясь держаться прямо, вновь начала набирать скорость, плывя в возможному воздушному карману. Свет мечущегося тут фонарика выхватил из темноты тупик и уходящий куда-то вверх и вниз тоннель. Оставалось только гадать, чем это было раньше, а сейчас я поплыла наверх, туда, где был слышен плеск. Вытаскиваемый уже давно наглотался бы воды, если бы не его маска. Его движения стали совсем хаотичными, единственное, что было в них постоянного, так это частые потирания тазом о мой хвост, зажатый его бёдрами. Держался он сейчас за него, хаотично гребущие руки, ноги и крылья, уже не помогли бы ему за меня зацепиться. — Хххх… Хххх!.. — я уже не различала взгляд дракона за потерявшими прозрачность стёклами, но ни в лёгких, ни в крови у него почти не оставалось кислорода, раз даже щёки вжались. И тут чешуйчатый дёрнулся в последний раз особенно мощно и затих, расслабившись и просто судорожно подрагивая пальцами. Поверхности я достигла только в следующую секунду, вынырнув в полузатопленном туннеле, ведущем в катакомбы из городской реки. Вы знаете, что такое секунда попытки осознать, что произошло, а затем — страх, накатывающий от осознания этого? Так вот, я только что испытала обе эти вещи. Сине-белый дракон прекратил двигаться, и на миг меня охватила паника, что тот таки умер от недостатка кислорода буквально в шаге от спасения. Однако затем я ощутила, что его пальцы судорожно подрагивают, что заставило меня развернуться и первым же делом, придерживая дракона хвостом, попытаться сорвать маску с его морды. Давай, дыши, дыши, вот кислород! Мне даже не пришлось делать ему искусственное дыхание — он втянул воздух сам, закашлявшись слюной. Но в сознание он пришёл не сразу, уже когда я дотащила его почти до реки. — Спасибо… — он слабо прошептал, продолжая тяжело дышать и сонно глядя на меня. Судя по ветру, который я ощутила, пока дракон, кашляя и часто ловя воздух пастью, жадно дышал, выход куда-нибудь за пределы этих тоннелей мог быть там. Туда я и поплыла, таща за собой всё ещё державшегося за меня самца. Теперь это было легче, потому что тот хотя бы не цеплялся за меня и не мешал мне загребать лапами и хвостом и слегка извиваться телом, пока мы добирались до выхода. А это был именно выход, потому что вскоре в темноте тоннеля появился тусклый свет, напомнивший мне, что на улице всё ещё стоит ночь. Ну вот и славно… за всем этим плаваньем у меня возникло ощущение, что прошло несколько часов, хотя щуплый дракон бы физически не выдержал этого — столько времени плыть в подводных тоннелях. Когда я покинула каменный проход, за которым меня ждал вид на ночное озеро с отражающимися в нём звёздным небом и двумя лунами Харадола, одна из которых была полной, а вторая сейчас находилась на стадии полумесяца, сине-белый как раз более-менее пришёл в себя. — Ага, не за что, — ответила я, пытаясь сориентироваться, в каком направлении берег. О неловкой ситуации, в которой он, судя по всему, не только возбудился, но и успел излиться, судя по тому, что больше он так низом живота ко мне не прижимается, я пока решила не говорить. — Как ты в этих руинах оказался? Пожалуй, я не буду говорить ему, что он был похож на любопытного ныряльщика-любителя… потому что мне, как существу, способному дышать под водой, о подготовке к подобным ныряниям известно меньше, чем ему, раз у него акваланг, маска и ласты есть. — Проверял, остались ли там работающие инструменты. Незатопленные ходы уже трижды обшарили, а там ещё был шанс что-то найти, — когда мы выплыли из трубы на широкую воду, он расправил крылья, чтобы проще было держаться на поверхности. — Ты, наверное, тоже? — Ага. В точку, — говорить о том, что какая-то часть меня словно интуитивно знает, как работать со всеми этими механизмами, я пока не стала. — Ты знаешь, как со этими инструментами и предметами оттуда управляться? Кстати, могу ли я узнать твоё имя? Впрочем, сказав ему, что именно я ищу, я просто на всякий случай насторожилась. Вдруг этот тип — не такой, каким кажется, и воспримет меня как конкурента за то, что осталось от старой цивилизации, а значит, решит избавиться от того, с кем пришлось бы делить в ином случае находки или кто может взять их себе? На всякий случай я слегка обернулась, чтобы видеть сине-белого лучше и иметь возможность прочесть его. Судя по подозрительному взгляду, он обо мне думал примерно то же: — Знаю. Потому что меня Вилмир зовут. А ты? Хоба. Да я только что спасла того самого Вилмира! Вещь, которая меня несколько дней назад бы безумно удивила, но сейчас, повстречав некоторых уже знакомых мне персонажей… нет, реальных драконов, по книгам и имеющимся только в Интернете историям, я воспринимала всё это спокойнее. Так как этот Харадол, в котором я пришла в себя, не сильно отличался от того, что я помнила, я испытала некоторое облегчение — вероятность того, что мне придётся драться со спасённым только что парнем, была не высока. — Сэлльвира, — я едва не рассмеялась от облегчения, потому что теперь Вилмир вызывал у меня больше доверия, чем большинство других личностей, кого я в теории могла бы встретить. — Ну, будем знакомы, Вилмир, а меня можно звать просто Сэлль. Что ж, шанс того, что дракон захочет избавиться от меня, и впрямь был невелик и существовал только в том случае, если я захочу сделать то же самое с сине-белым. Насколько я знаю его характер, по крайней мере. Не то чтобы я не смогла бы победить его, но получать такой «сюрпризец» от спасённого существа — вещь, неприятная… в моральном плане. — Действительно, — ответил Вилмир то ли невпопад, то ли он каким-то чудом знал обо мне больше, чем я предполагала. Но, по крайней мере, он успокоился и уже сам поплыл к набережной. — И, судя по всему, ты не Воплощение, как я о тебе слышал. Когда он успел только, я здесь и дня не пробыла…