Часть 9 Злой Болотный Доктор

Глава 9

      Сухарь совсем не любил Кордон. Он там появлялся достаточно давно и уже подзабыл местный колорит и местообразования аномалий. Однако именно эта зона считалась самой безопасной у сталкеров.       Проснувшись, как всегда, помятым на втором этаже чьей-то халупы, Сухарь принялся будить всех своих соседей. К семи часам утра Зона была достаточно сонной, разве что черные вороны уже проснулись и вовсю каркали, видимо, выбирая себе жертву.       — Я вот подумал тут, а вдруг твой Кузнецов давно покинул железнодорожную насыпь, а?       — Не должен, через него вся Зона ходила. Да к тому же он вряд ли покинет такое хлебное место. Он же алкаш.       Гоблин с Тейлзом спорить не стали, а лишь сложили свои пожитки в рюкзак и спрыгнули на первый этаж, благо было невысоко. Сухарь уже осматривал железнодорожную насыпь или то, что от нее осталось. Железный мост давно обрушился, и один из вагонов состава упал прямо вниз, на дорогу. А что более интересное и странное — второй вагон повис выше и вот-вот должен был упасть. Состав развалился довольно давно, но его некоторая часть и не собиралась падать вниз. Сухарь все время, проходя мимо военных, удивлялся — как им не страшно стоять тут, да они еще тут палатку разложили и обосновались окончательно. Стояло на посту три человека, рассредоточившись по всему периметру моста.       — Вон тот точно Кузнецов. Я его по заплывшему лицу узнал, хе-хе — Рассмеялся Мишка, убирая бинокль в рюкзак.       Военные в Зоне почти всегда — заклятые враги для сталкеров. Однако эти были не столько друзьями, сколько партнерами. За бутылку водки те спокойно пропускали любого сталкера, правда Кордон был единственным исключением и, в других местах к военным соваться не стоило.       — Здравие желаю, тарищ Кузнецов — начал деловой разговор Сухарь,       — Ближе к делу, сталкер, пока я тебя не сравнял с землей — командирским тоном ответил военный.       Гоблин все копошился в рюкзаке, будто бы это помогло исправить неисправимое.       — Тут это… — начал мямлит Сашка, наконец, доставая что-то из рюкзака.       Из зеленой сумки начали вываливаться осколки стекла, а через мгновение Гоблин вытащил горлышко от бутылки и виновато произнес.       — Я…наверное, это… Уснул на ней и не заметил, а тут…— лепетал сталкер, думая, как загладить свою вину.       Лицо Кузнецова налилось багрянцем от жуткой несправедливости, от подарка судьбы, который только что ушел из его цепких лап.       — Шаго-о-о-ом Марш! — скомандовал он под конец, и сталкеры бросились наутек.       Иного хода к Сидоровичу не было. Разве что можно было вскарабкаться на насыпь и пересечь пути, однако она была такая крутая, что на нее вряд ли можно было вскарабкаться. Троица решила пойти направо, рассуждая так, что рано или поздно они к чему-нибудь придут. И они пришли. Страшно подумать — всего за пятьдесят метров от гоп-стопа военных находился ровненький и не осыпавшийся тоннель, чуть заваленный мусором. Такого подарка судьбы друзья не ожидали. И сразу заподозрили в этом что-то плохое.       — Либо эти вояки совсем дураки, либо я что-то не понимаю, Сухарь.       — А ты болт кинь туда или какую-нибудь железку, тогда поймешь, в чем тут дело.       И только болт дотронулся земли, как неведомо откуда взявшийся электрический разряд поразил его, ненадолго затихнув. Гоблин с Сухарем переглянулись, понимая, что Электру просто так не миновать, а лис, не понимая, чего они испугались, предложил им.       — Мы можем просто перелететь этот туннель, если он такой опасный.       — Не мы, а ты. К тому же мы и так его минуем, только нам надо достать болты и кидать на раз-два. Будем надеяться, что не заденем не одну Электру. Сказано — сделано. Гоблин с Сухарем достали все свои крепежи и по очереди начали пробегать аномалию, пытаясь не превратиться в яичницу. Вся сложность состояла в том, что аномалию нельзя было уничтожить полностью. Можно было только временно разрядить ее железкой и двинуться дальше, перед тем как она снова заработает. К тому же там была не одна Электра, а целых десять, которые покрывали почти весь тоннель. Это доставляло сталкерам много проблем и на конце туннели они уже почти не чувствовали своих обгоревших ног. «Ничего, перебинтуем, сделаем укольчик, и будут как новенькие» — начал успокаивать себя Сухарь, выбравшись из аномалий. — Нам надо идти дальше, держась правой стороны. Мы так быстрее попадем в лагерь и окажемся у Сидоровича. У Сухаря не было сил спорить с Гоблином, а Тейлз и не собирался — был он тут впервые, поэтому знать не знал правильной дороги. Его, правда, смутило, что в последнее время весь сталкерский чат был завален трупами с Кордона, но, возможно, это были военные. — Вот, уже элеватор — сказал радостный Мишка, осматривая местность — если так и дальше пойдет, то мы дойдем быстрым шагом до Сидоровича минут за десять. Элеватор действительно был рядом. Это было всего-навсего три с половиной здания, уже разрушенных, в одном из которых хранили зерно. Остальные здания, видимо, представляли собой обыкновенные гаражи, в которых раньше хранился транспорт для перевоза зерна. Сталкеры быстро миновали эту местность, встретив лишь однажды одну заблудившуюся плоть. Контролер с ней быстро расправился, так что Сталкеры даже не успели вытащить оружие. Однако уже на подходе к мосту на АТП троица услышала громкий лай, который не предвещал ничего хорошего. — Что это? — Гоблин сделал вид, что ничего не услышал. Так ему было спокойнее. — Псевдособаки, кто еще. Будем надеется, что немного. Сухарь помнил, что именно здесь, под мостом часто шныряли мертвые псы. По-видимому, ничего не изменилось за столько времени. Собаки пришли неожиданно и накинулись на своих жертв огромной стаей. Полуживые, они тявкали, словно сумасшедшие, желая подобраться к своей жертве и хотя бы укусить ее. Сталкеры отбивались мужественно, но на скуление приходило еще больше живности, желая помочь своим друзьям. Вся проблема была в том, что собаки кружились под ногами, и попасть в них было не так-то просто. Шавки пару раз укусили Сухаря, отчего тот неистово закричал. Именно тогда парни поняли, что надо бежать к деревне. Приносить за собой хвост мутантов было дурным тоном в сталкерской среде, и это была единственная причина, почему сталкеры стояли на месте в ожидании чуда, что стая закончится. Но она все не заканчивалась и сталкеры решили бежать, благо дом Доктора был совсем близко. Псевдособаки отстали почти сразу, догадываясь, что их может ждать в деревне новичков, а может просто устали. — Ты как себя чувствуешь, Сухарь? — волновался за своего товарища Гоблин с ужасом, осматривая его рваные раны. Псевдособаки успели сделать пару укусов, и обычной аптечкой тут было не помочь. Вероятно, справилась бы научная, но у троицы не было даже армейской. Все были использованы еще на Черной долине и Свалке. — Бывало и получше, парень…ох-х-хх — застонал Мишка, пытаясь нащупать свою рану. — Ты поможешь мне, Тейлз, нам надо доставить его к Болотному Доктору, уж он-то его заштопает! Но лис молчал, будто пытаясь справится с какой-то внутренней силой, которая вот-вот хотела выбраться наружу. — Да…Я.…Сейчас — лепетал он, совсем потеряв ориентацию в пространстве. Гоблин взглянул на его озверевшие налитые кровью глаза и понял, в чем дело. Это было совсем некстати, и сталкер лишь надеялся, что лис продержится хотя бы до двери доктора. Он продержался. Но дальше не смог. Дверь старой избы была открыта каждому входящему. Сталкеры ступили на деревянную лестницу и ввалились в душный импровизированный кабинет доктора. Лис, полностью потерявший контроль над своим разумом, прыгнул прямо на шокированного доктора, мирно сидящего на деревянном стуле возле окна. Ситуация накалялась, Гоблин хотел оттащить контролера, но доктор сделал это раньше, ударив по голове мутанта каким-то железным стаканом. Это умирило его на время. Отдувающийся Болотный Доктор скомандовал гоблину — На опушке, возле небольшого железного вагончика, истекает кровью сталкер. Сталкеры пытались принести его ко мне, но он слишком тяжелый. Только перед этим застрели его, чтобы не мучился — серьезно сказал доктор, провожая глазами контролера и Гоблина. Лис зашатался, но покорно поспешил туда, видимо, остатки разума все же не покинули его мозг. — Мы скоро будем — бросил Сашка, оставляя доктора с Сухарем, которого он уложил на импровизированный операционный стол. Болотный доктор неплохо устроился на Кордоне. За свои услуги он ничего не брал, за что благодарные сталкеры тащили ему все, что, так или иначе, относилось к медицине. Они даже соорудили собаке доктора хорошую крепкую конуру. В ней сладко спала псевдособака, аппетитно посасывая огромную кость. В единственной комнате доктора все сильно напоминало операционную, только очень старую. Все советские шкафа в доме были забиты медицинскими инструментами — скальпелями и пинцетами. Сухарь же тем временем лежал не на обычной кровати, а на операционной, которую каким-то чудом приволокли неравнодушные сталкеры. Были созданы все условия для Сухаря, чтобы тот жил, но самым главным условием был сам доктор, который, говорят, поднимал с того света чуть ли не мертвецов. Ходило много слухов о Болотном Докторе. Некоторые даже думали, что он даже добрался до исполнителя желаний. Его желанием было вылечить всех, кого только можно. — Здорово же тебя потрепали, Сухарь — бормотал доктор, исполняя свой долг. Он зашил большинство ран и начал бинтовать ногу. Лис уже вернулся со своего обеда, в то время как Гоблин стоял возле крыльца в ожидание вестей. Хороших или плохих. Дом доктора был самый крайний, и можно было быть уверенным, что местные сталкеры не заметят непрошеных гостей. Они тихо-смирно сидели за костром где-то впереди и смотрели совсем в другую сторону. — Вернулся, да? — с ухмылкой произнес Сашка, однако замечая, что лис стоял виновато и чуть не плакал, сразу начал его успокаивать. К этому времени открылась старая синяя дверь, и из нее выглянул доктор в медицинской маске и белой шапочке. Белый фартук у него был в крови, поэтому двое насторожились, не случилось ли непоправимого. — Жить будет, самое худшее позади — радостно объявил доктор, осматривая лиса — Может быть, ты хочешь его проведать? Тот кивнул и заспешил к Сухарю, а доктор, в свою очередь, подошел к Гоблину. Гоблин поежился в предвкушении неприятного разговора. Доктор некоторое время молчал, так же, как и Гоблин, облокотился на покосившуюся стену дома, а потом начал издалека. — Знаешь, собаку можно выдрессировать, чтобы она подносила хозяину тапочки. Ее можно научить многому, но она все равно останется собакой. С контролером же то же самое. Сколько он не пытался стать человеком, он все равно останется животным. Гоблин понял, к чему клонит доктор. Слухи дошли и до Кордона. — Я понимаю, к чему ты клонишь. Но есть люди, которые всегда могут протянуть руку помощи тому, кто в этом нуждается. Даже если это не совсем человек. Болотный Доктор тяжело вздохнул. Разговор не клеился, поэтому тот решил сказать прямо в лоб. — Жизнь в Зоне меня многому научила, парень. Но Зона должна оставаться здесь. И если что-то начнет вырываться отсюда, нужно приложить любые усилия только, чтобы оно не вырвалось. Обещай мне, что ты сделаешь все возможное, чтобы оно не вырвалось на Большую землю — с любезной улыбкой завершил доктор, снимая с себя фартук. Гоблин засмеялся и отрешено посмотрел куда-то на блокпост, за которым едва-едва проглядывалась Большая земля. — Знаешь, а мы ведь обещали. Обещали, что покажем Киевское метро. Глупо, правда? Доктор промолчал, но потом вдруг произнес, уходя в дом: — Жизнь в зоне стоит недорого. Люди сами делают выбор. Но там, на большой земле, живут люди, которые не хотят и слышать о чьих-то душевных терзаниях и о том, что кто-то кому-то что-то пообещал. Ты возьмешь на себя эту ответственность? Дверь хлопнула. Гоблин продолжил сторожить дом. Лис выбежал через пять минут и уставился на Сашку, будто произошло что-то страшное. — Сухарь сказал, что после Сидоровича мы пойдем на барьер — штурмовать исполнитель желаний. Мне кажется, он шутит. Гоблин лишь погладил лиса, едва дотрагиваясь его пушистого меха, а потом произнес.       — А почему ты думаешь, что шутит? Тебе не нравится эта идея? Лис развел руками       — Нет, просто Сухарю нечего там делать, у исполнителя желаний. У него и мечты нет, он мне сам только что признался! — А у тебя есть? — спросил Гоблин, будто бы не зная ответа. Тейлз радостно произнес очевидный ответ. — Да! — Значит, он делает это для тебя — констатировал сталкер, устремляя свой взор за колючую проволоку. Колючая проволока была в высоту не больше полутора метров, которую не осмеливался штурмовать ни один сталкер. Именно после нее начиналась большая земля. Такая близкая и такая недоступная. Ведь там, за густыми лесами, если преодолеть барьер, расположилось колосящееся поле. От него до столицы рукой подать, если пойти влево, по асфальтовой дороге и поймать такси.