Глава 1 «Секс, наркотики и рок-н-ролл»

- Я устала! Я больше не могу! Я ухожу! - Ты не можешь со мной так поступить! - Как «так»? Мы взрослые люди и должны двигаться дальше! - Но я не смогу, я не смогу без тебя! - Прекрати! Ты зациклился на мне, а мне нужна свобода! - О какой свободе ты говоришь? Ты ведь не пленница. Я никогда не позволял себе ограничивать тебя в чем-либо, главное, чтобы тебе было комфортно со мной! - Вот именно – комфортно! А я хочу выйти из этой зоны комфорта! Я задыхаюсь! И я буду до конца откровенна. Мне было удобно с тобой! - В смысле? Ты хочешь сказать, что была все это время со мной только ради какой-то выгоды? Ты говорила, что любишь меня! - Ты такой наивный! Это мило! Скажу так, любовь приходит и уходит… Дальше ты знаешь сам! - Какая же ты… - Знаю! Конечно, я этим не горжусь, но и не стесняюсь этого. - Убирайся! Убирайся из моей жизни! И не дай Бог, чтобы наши пути хоть когда-нибудь пересеклись вновь! Этот диалог стал отправной точкой в моей судьбе, сигналом к действиям для пересмотра своей жизни. Из наивного романтика я перевоплотился в того, кем являюсь сейчас. Раньше я и представить не мог, что такое секс без обязательств. Я задавался вопросом, как можно целовать и обнимать ту, к которой испытываешь ровным счетом ничего. Оказывается, это так просто. Последние серьезные и, как мне казалось, искренние отношения показали, что любовь - это болезнь. Я любил, и именно эта любовь в одночасье сделала меня слабым, чуть не погубив. Я пытался излечить свою душу и склеить разбитое сердце литрами алкоголя, безумными нагрузками, шумными вечеринками, мимолетными знакомствами. И однажды, проснувшись после бурной ночи в чужой постели, я ничего не ощутил внутри. Наконец-то я не ощутил ту самую боль, что на протяжении длительного времени методично сводила меня с ума. Победа в крупных, в том числе, международных конкурсах, выступления на мировых площадках, скандалы и сплетни с участием моей персоны окончательно сформировали мой нынешний образ, отвечающий стилю «секс, наркотики и рок-н-ролл». Точнее, рок-н-ролл стал моей жизнью, музыка поглотила меня, раскрывая и расширяя границы творческого потенциала. Секс же стал тем самым наркотиком, вызвавшим во мне безумную зависимость и потребность в нем. Я без особого стеснения открыто флиртую с каждой девушкой, успевшей приглянуться мне. Огромное удовольствие доставляет наблюдать за тем, как щеки моей новой знакомой, имя которой я даже не удосуживаюсь узнать, покрываются румянцем. Как девушка, не отрывая взгляда, следит за каждым моим жестом, как внимает каждому моему слову, пусть даже фразы звучат похабнее, чем словечки из дешевой порнухи. Даже дамы в дорогих деловых костюмах, засидевшиеся в баре за бокалом мартини, не могли отказать себе в удовольствии составить мне компанию. Легкая и непринуждённая беседа завершалась, как правило, качественным минетом. Меня не смущало и ни каким образом не цепляло даже то, что на руке, ласкавшей мое достоинство, красовалось обручальное кольцо, а процесс сладострастия мог сопровождаться мелодиями входящих звонков и сообщений от верного супруга, почтенных родителей, коллег или классного руководителя детей. В очередной раз просыпаюсь в чужом гостиничном номере. Я и вовсе не обращаю никакого внимание на убранство комнат, они для меня выглядят, как клоны друг друга. Я прекрасно ориентировался в каждой из них даже в полной темноте, без особого труда находя кровать, на которой предаюсь страсти, и мини-бар, который опустошаю в коротких перерывах между актами совокупления. Надев на себя свою одежду, накануне хаотично разбросанную по комнате, я предпринимаю попытку спешно покинуть номер, и лишь нежный и немного ошеломленный голосок заставляет меня задержаться. - Дамиано, ты уходишь? Может, мы еще как-нибудь увидимся? Не считая необходимым что-то произнести в ответ, я только улыбаюсь в знак некой благодарности за близость. На этом моя учтивость и тактичность иссякают, я просто ухожу. Впрочем, как и всегда, в течение последнего года. Правда, пару раз мне вслед доносились колкие фразы и оскорбления. Но с абсолютной невозмутимостью я отвечал так, как меня научила жизнь: «Знаю! Конечно, я этим не горжусь, но и не стесняюсь этого». - Ты хоть узнал её имя? – этот вопрос достаточно часто задает мне кто-то из ребят во время нашего совместного завтрака, ланча или ужина. На этот раз жребий пал на Викторию. - Зачем? – я с удовольствием уплетал комплемент от шеф-повара в виде ягодного десерта. - Дами, но это же ужасно! – Виктория оторвалась от приема пищи, - ты просто пользуешься девушками! - Не соглашусь! Я лишь даю им то, чего они хотят! Никого ни к чему не принуждаю! – я взглянул на парней в надежде получить от них поддержку в знак мужской солидарности. - А я согласен с Вик! – первым отозвался Итан, - ты не боишься, что когда-нибудь такие случайные связи обернутся для тебя, скажем так, неприятными последствиями! - Я взрослый мальчик и знаю, как нужно предохраняться! – я засмеялся. - Я не про это! – взгляд и тон Итана стали более серьезными, - а если ты нанесешь кому-нибудь из девушек душевную травму? - Это не мои проблемы! Я никому ничего не обещаю! Постой! А не завидуешь ли ты мне, друг мой? – я начинал раздражаться. - Давид, не неси чушь! Завидовать чему? Поверь, меня вполне устраивает моя интимная жизнь! Меня не устраивает, что ты своим безрассудным поведением в один момент можешь подорвать не только свою репутацию, но и репутацию всех нас! – Торкио хотел продолжить, но Виктория мягко остановила его прикосновением руки. - Дамиано, мы тебе не враги, мы твои друзья, мы любим тебя! Ты же знаешь это! Мы больше, чем группа, мы нечто единое и целое! И, конечно, мы, в первую очередь, беспокоимся за тебя! Но Итан прав. Возможно, ему стоило сказать это мягче. Вспомни, каким ты был раньше! – отзвук последних слов Вик больно ударил в виски. - Вот именно… Был! Тот Дамиано исчез, растворился, умер! Хотя, я знаю к чему вы клоните! Любовь! Главное в этой жизни - любовь, искренние чувства! Но повторяю, надеюсь, последний раз, та самая любовь – ошибка, за которую я очень дорого заплатил! - Но не все же девушки такие меркантильные и бездушные! – к этому странному разговору подключился Томас, - ведь есть хорошие, настоящие! Твой печальный опыт не может поставить крест на нормальных отношениях! Мне осточертело выслушивать нотации на тему «здоровых» отношений. Резко встав из-за стола, я спешно направился на улицу. Сейчас я хотел побыть наедине с собой, со своими мыслями. Небольшой сквер, расположенный неподалеку от отеля, прекрасно подошел для этой цели. Капюшон на голове, неброская повседневная одежда и солнцезащитные очки служили отличным камуфляжем. В таком подавленном и в то же время раздраженном состоянии я не готов был общаться с узнавшими меня прохожими, не говоря о совместном фотографировании. Я отлично слился с окружающей меня обстановкой. Я курил, копался в своем телефоне, снова курил. И так проходил практически каждый мой день в нашем гастрольном туре. Я ощущал себя персонажем фильма «День сурка». События циклично повторялись: приезд в очередной город, интервью, концерт, на котором выкладываешься по полной, случайная связь, а порой, и не одна, «разбор полетов», порция отборных нравоучений от друзей, неуспешные попытки разобраться в себе. Время неумолимо бежало куда-то вперед. Страны и города сменяли друг друга. Мы подпитывались энергетикой наших фанатов, получая огромный заряд позитива и радужных эмоций. Но именно я все чаще стал перегорать, как выработавшее свой ресурс устройство. Несколько раз я хамил журналистам на интервью, забывал или путал на концертах тексты, срывал голос, мог появиться на людях в нетрезвом состоянии. Я не писал новых лирических и глубоких текстов. Вдохновение будто покинуло меня вместе с остатками чувств. Очередная, но уже абсолютно новая боль ощущалась во всем организме. У этой боли другая природа. Это боль от одиночества. Хоть я и не хотел этого признавать. Привычные для меня методы лечения не помогали: общение с близкими каждый раз заканчивалось спорами, разногласиями и взаимными претензиями, алкоголь не имел анестезирующего эффекта, а секс приобрел пресный вкус. Мне требовалась перезагрузка. Предостережение Итана постепенно воплотилось в жизнь. Журналисты не упускали возможностей любым доступным способом подарить миру новые и все более пикантные подробности моих «увлечений». Да и собственно, оскорбленные моим потребительским отношением девушки были более сговорчивы и охотно делились с акулами пера причинами своих обид. А некоторые даже умудрялись заработать на своей мести деньги и искупаться в отблесках лучей славы. Статьи пестрили громкими заголовками, фотоматериалами, полученными скрытыми методами и информацией, достоверность которой оставляла желать лучшего. Собственно, это стало основной причиной приостановки нашего длящегося тура и объявления перерыва. Ребята, воспользовавшись неожиданными каникулами, заявили о желании продолжить работу в условиях студии. Мне же в ультимативной форме настоятельно рекомендовано восстановить свою репутацию, прежде всего в глазах слабой половины человечества. Но для начала, моя задача заключалась в одном – навести порядок в своей голове и воздержаться от всякого рода пагубных действий. На деле, это оказалось крайне непросто.Чтобы не поддаться соблазну окунуться в омут грязных удовольствий с головой, я сам себя взял под домашней арест, камерой для которого служила моя квартира. Каждый день одни и те же картинки за окном, одна и та же обстановка, запахи, звуки. Даже, как назло, по телевизору вещали одни и те же телепередачи, фильмы, клипы. Это было тошнотворно, но необходимо. Безумно тяжелыми были первые несколько дней. Мой организм, мое тело, мои внутренности и разум испытывали самую настоящую ломку. Мой телефон разрывался от бесчисленного количества звонков и сообщений. Те, кто был за кругом моего доверия, понятия не имели о причинах моего заточения. Официальная причина звучала более чем убедительно – фронтмен известной группы проходит курс лечения острой респираторной инфекции. Пандемия как-никак. Только самые близкие готовы были пожертвовать многим, чтобы хоть как-то облегчить мое состояние. Ребята вместе или по отдельности старались навещать меня, подбадривать, делиться своими идеями. Я не стеснялся благодарить за это. В ответ на их заботу и внимание я мог лишь давать обещания о моем скорейшем возвращении. В последующие дни начала отмечаться ремиссия, что не могло меня не радовать. Я начал читать, более охотно идти на контакт с людьми, пусть даже и по телефону. Плаксивые мелодрамы уже не вызывали рвотные позывы и желание разбить экран телевизора чем-то тяжелым. У меня было предостаточно времени и возможностей обдумать многое. Результатом моего самобичевания стало осознание своего отвратного поведения по отношению к девушкам, неверного восприятия их как средства для удовлетворения своей похоти. Ребята были правы, далеко не все девушки бесчувственны и так плохи, как мне казалось. Ведь даже среди сотен сообщений на мой аккаунт в социальной сети с фотографиями обнаженки и предложениями интимного характера были и простые, искренние пожелания скорейшего выздоровления, рецепты эффективных средств народной медицины и описания жизненных историй. А ведь я вовсе на это не обращал внимания. Мои мимолетные встречи ограничивались лишь плотскими утехами, желанием получить, а не доставить удовольствие, не говоря уже о непринужденных беседах. А ведь мне не хватает именно этого. Меня наконец-то постигла мысль и желание найти, встретить девушку, которой я буду интересен как личность, а не как какой-то персонаж или знаменитость. Как мне это сделать? Ведь есть риск снова наступить на те же грабли, совершить ту же ошибку, от которой я вряд ли смогу оправиться. Разве есть возможность за короткое время узнать, понять человека и сделать правильный выбор? - Как ты себя чувствуешь? – это первое, что я услышал, когда вошел в конференц-зал продюсерского центра спустя неделю после моего самолечения. С этим вопросом ко мне обратился Фабрицио Феррагуццо, человек, на плечи которого легли обязанности директора и, по совместительству, продюсера нашей группы. - Спасибо, неплохо! – я присел за огромный овальный стол, за которым, судя по всему, некоторое время сидели Фабрицио, ребята, наш друг Лео и незнакомые мне мужчина и женщина, - вы уже нашли мне замену? – я озвучил это вслух, жестом головы указывая на сторонних лиц. - Смешно! – отозвался Фабрицио, - Дамиано, я бы хотел познакомить тебя с Антонио Сартори и Клементиной Ферро. Признаюсь, все мы обеспокоены твоим состоянием и готовы тебе помочь. Конечно, никто заставлять и принуждать тебя не будет. - Звучит так, будто вы хотите упечь меня в психушку! – я посмотрел на своих друзей. Они были абсолютно спокойны и доброжелательно настроены. Но настораживала цель присутствия новоиспеченных знакомых. - Дамиано! – первой обратилась ко мне сеньора Ферро, женщина лет сорока, приятной, я бы даже сказал, располагающей к общению внешности. Ее взгляд излучал теплоту, - не хочу, чтобы у нас возникли какие-нибудь недопонимания, я сразу скажу, что я клинический психолог. Но вам не стоит беспокоиться по этому поводу. - Да уж, совсем не стоит беспокоиться, когда тебя знакомят с психологом! – я немного напрягся, - а Вы, простите, тоже из этой сферы? – я обратился к мужчине. - О, нет! – сеньор Сартори улыбнулся. В его улыбке не было наигранности, - но с Клементиной мы знакомы не первый год. Да и с Фабрицио мы знаем друг друга уже очень давно. Вижу в твоих глазах недоумение, поэтому я сразу перейду к делу. Я не последний человек в телевизионной индустрии Италии. И встречал множество примеров, когда ввиду всяческих причин, в том числе, и душевных, молодые и талантливые люди не смогли найти способы выйти из кризисной ситуации. В таких вопросах главное - поддержка. - Я не понимаю, вы считаете, что я не способен сам решить свои проблемы? – я снова взглянул на ребят. - Дамиано, пожалуйста, выслушай! – первой отреагировала Виктория и осторожно погладила меня по плечу. - Так вот! – продолжил Антонио, - Клементина уже долгое время практикует, скажем так, нестандартные методы оказания психологической помощи. И ее подходы исключительно индивидуальны и имеют высокий процент успеха. - Мне представилась возможность изучить Вашу ситуацию, Дамиано! – голос сеньоры Ферро успокаивал, - и ребята оказали мне в этом посильную помощь. Хочу сразу сказать, что Вам повезло иметь таких друзей, они искренне хотят Вам помочь, и дело даже не в перспективе существования вашего коллектива. Между вами тесная связь. Конечно, ситуация немного усугублена тем, что Вы публичный человек, поэтому совместно мы смогли выработать оптимальный метод для помощи именно Вам. - Продолжайте! – меня заинтересовал этот разговор. - Я не буду вдаваться в нюансы психологии. Вы перенесли на себе разрыв так называемых невротических или, иным словом, «токсичных», отношений. Ваше последующее поведение – это защитная реакция сознания. Реакции разных людей могут быть абсолютно различными, а в Вашем случае, имеет место проявление острой агрессии, аутоагрессии. Этим и объясняются агрессивные выпады, жёсткий стиль общения, частые сексуальные контакты, несущие за собой чувство разочарования, уход в алкоголь или даже наркотики. На текущий момент, острая фаза вашего состояния пройдена. Но итогом этой фазы может быть затяжная депрессия. Чего я и Ваши близкие не можем допустить. Я хочу задать Вам один вопрос, Вы нуждаетесь в помощи? Если бы я услышал подобный вопрос несколько раньше, я, не задумываясь, послал собеседника куда-подальше. Я оглядел каждого присутствующего в зале человека. На секунду задумался о том, что мне искренне хотят помочь. - Да, мне нужна помощь! – я ощутил некое облегчение. - Замечательно! – Клементина улыбнулась, - Дамиано, не буду скрывать, что метод может показаться для Вас несколько неординарным. И сразу скажу, что он будет основан на коллективном взаимодействии. Это будет некая игра с определёнными правилами, основанная на множестве психологических техник. - Если честно, я пока мало что понимаю! – информация сеньоры Ферро не могла сложиться в пазл в моей голове. - Есть телевизионный проект, шоу, суть которого заключается в том, что главные его герои могут построить настоящие отношения, - Антонио заметно оживился, - Особенность этого шоу в том, что в нем присутствует один герой и несколько героинь. Девушки красивы, амбициозны, но они абсолютно разные личности. На сегодняшний день, все готово для старта шоу, девушки прошли стандартный кастинг. Но с героем оказалось намного сложнее. Претенденты, которых мы рассматривали изначально, оказались, скажем так, не заинтересованными в участии. Опуская ряд моментов, выбор пал на твою кандидатуру, Дамиано. Твое участие в проекте позволит убить сразу несколько зайцев, это и повышение рейтинга телеканала, но и, собственно, возможность решить твои «проблемы», а это не только вопросы твоей психологии, но и вопросы репутации. Скажу так, девушки не знают, кто именно этот герой, и о твоем участии никто не узнает до выхода шоу в эфир. Вся подробная информация изложена здесь, - Антонио передал мне документы, - никто не требует от тебя принять решение сию минуту, ты можешь все обдумать, взвесить, обсудить. Я оставлю тебе свои контакты. - Вне зависимости от Вашего решения, Дамиано, я буду рада оказать Вам необходимую квалифицированную помощь, и Вы всегда можете на меня рассчитывать! – Клементина передала мне свою визитку. Обменявшись несколькими фразами, Антонио Сартори и Клементина Ферро в сопровождении Фабрицио покинули конференц-зал. Я остался наедине с друзьями. - И что ты думаешь? – обратился Лео. - Даже не знаю, что тебе ответить! – наконец-то я смог закурить. - Я почитала про этот проект, - подключилась Виктория, - и думаю, что всё не так уж и плохо. - Конечно, я не боюсь камер, я к ним привык, но это и не интервью, и не концерт, это другое! - Понятное дело! Но посмотри на это с другой стороны, - вмешался Томас, - это же отличный шанс понять, чего именно ты хочешь, готов ли ты к отношениям. В конце концов, представь, ты один в окружении десятка красивых женщин… - Томас, - Итан перебил Раджи, - что будет, если избранница Дамиано участвовала в шоу ради своей известности, ради своего пиара? Прости, Дами, но это опасная затея. - Ну, а мы на что? – встрепенулась де Анджелис, - мы сможем что-то подсказать Давиду или вмешаться, если что-нибудь заметим. - Не знаю, всё это странно… - вздохнул Лео, - но я доверяю мнению психолога, если она считает, что это поможет тебе, то есть смысл соглашаться. В конце концов, в случае какой-нибудь экстраординарной ситуации, передача просто не выйдет в эфир. - Я один переживаю за Дамиано? – Итан нервно затушил сигарету, - никто не боится, если на фоне этой затеи, у нашего, обращаю внимание – друга, поедет колпак? Я сидел и наблюдал за диспутом моих друзей, которые все никак не могли прийти к однозначному мнению. Их стремления и переживания оправданы. Они не стеснялись озвучивать это вслух. Я многим обязан им, их поддержка дорогого стоит. Но принять решение я должен самостоятельно, взвесив все «за» и «против». Сомнения терзали меня. Но мне хочется жить и чувствовать, а не существовать, удовлетворяя свои потребности. Я хочу найти то самое «лекарство», которое окончательно излечит меня, а не продолжать верить во временный эффект плацебо от моих изощренных способов. Пресловутый образ «секс, наркотики и рок-н-ролл» стал для меня не символом свободы, независимости и бунтарства, а театральным гримом, за которым скрывается мой истинный облик. Я понял одно, если не рисковать, то возможен единственный вариант исхода – остаться одному.