Часть 1

Ахён:    Дверь в мой кабинет открывается, и я вздыхаю в сотый раз за последние двадцать минут.    На пороге появляется Саёль с тарелкой в одной руке и чашкой чая в другой.    Я отрываю глаза от экрана ноутбука и смотрю на нее пустым взглядом. — Что опять?     Она как ни в чем не бывало оглядывает мой кабинет, как будто находится здесь впервые, и садится на кресло напротив меня. — подумала что ты захочешь выпить чай и поесть торт. — Я не пью чай и не ем торт. — Ешь тварь, ты во первых с температурой , еще и работаешь. - мой взгляд падает на торт, в котором было до жути много крема, как любит она, но ненавижу я. — Спасибо доктор, а теперь соизволь выйти из моего кабинета, не пытаясь отвлечь меня.    она сузила глаза, но даже не шевельнулась, сучка. — Как Намджун ,мать твою, или Чонгук позволили тебе работать в таком состоянии?    Поправка, они об этом незнают. — Не называй имя этого придурка, как услышу мне хочется убивать. — Чонгук? - вот опять сказала. - почему вы все время как кошка с собакой? неужели ненависть со времен универа не утихла?       Этот урод только жизнь портил мне в этом гребанном унике.  — Саёль, будь добра свали нахрен , или я  сама тебя вышвырну.       Она лишь закатывает глаза, но наконец то встала со своего места, забирая торт. — Хотя бы чай выпей ради бога.   После ,когда Ёль ушла , моими мыслями завладел Аполлон с характером мудака.    Если бы я знала куда Намджун устроил меня работать, то никогда в жизни бы не согласилась.     Сделал меня своей секретаршей , и имеет только половину имущества и этого здания черт возьми. А вторую половину имеет его младший брат.     Чон, мать его, Чонгук.  Когда я слышу или вижу его , у меня появляются ощущения будто я становлюсь профессиональной убийцей.  Черт, с температурой 38, я слишком эмоциональна.  Чонгук:   Я хватаю новый стакан виски, намереваясь выпить его и уйти.    Моя миссия на этом чертовом мероприятии закончена , я могу вернуться домой и завалиться спать на несколько часов.   Но я замираю со стаканом на полпути ко рту , когда замечаю раздражающе знакомую гриву черных волос. Этот цвет смолы , углей и любимых обоев сатаны.   Ахён стоит посреди среднего количества мужчин , слушая то, что , я уверен ей не интересно.   На ней черное платье, которое облегает ее чувствительные изгибы в стиле «ты можешь любоваться, но не можешь прикасаться».    В одной руке она держит бокал вина , с видом чертовой Афродиты и улыбается с притворным интересом.   Она чертовка , и самое худшее - она знает это.   И хотя сейчас она не в моем вкусе, я понимаю ,почему молодой я использовал член вместо мозгов , когда переспал с ней.    Ахён которая кивает, извинившись и покинув их окружение , осторожно оглядывается по сторонам и идет по лестнице наверх.   Я незнаю чем я думаю, когда следую за ней.   Мы с этой ведьмой не близки, но я знаю ее много лет что бы понять, когда она что то замышляет.    И будь я проклят, если упущу шанс утащить ее вниз. Ахен:    Черт, надо было послушать Саёль и съесть немного торта.     После раунда мучительной светской беседы, в которой я пропускала все мимо ушей, я поднимаюсь по лестнице , что бы дойти до туалета.     На этом мероприятии я нахожусь не просто так. Мне нужен Мин Юнги.     Глава мафии Сеула, у которого семья правят этим городом десятилетиями.      И когда я найду его, я попрошу об одной услуге. — Блять     Смотря в зеркало, я подправляю свою прическу. В глазах временами темнеет, но я игнорирую это, просто побрызгав свое лицо водой.    Подойдя к двери , я вздохнула и решительно открыла ее.    Но не успела я даже глазом моргнуть, как кто то прижал меня лицом к стене, прошептав. — Долго же ты находилась внутри, я уже думал зайти за тобой.   Гребанный Пак Чимин.    Я узнала его голос сразу, так как он тоже присутствовал в кругу мужчин, с которыми я вела беседу.  Этот кусок дерьма имел огромную популярность благодаря своему члену. — Отпусти меня, придурок. — При условии , если ты пойдешь со мной. — В твоих гребанных снах.   Отвлекая его болтовней , я медленно тянусь к своей сумочке , что бы достать перцовый баллончик.   Но вес этого чокнутого резко исчезает с моей спины , во внезапном свисте воздуха.   Удар.   Смачный удар.   Я оборачиваюсь, и нахожу Пака на полу, сжимающего свой кровоточащий нос.   Над ним стоит дьявол, сделанный для меня на заказ прямиком из ада.   Этот мужчина сумасшедший , с наклонностями насилия.  — Чон. - прохрипел пострадавший. — Пак.   Подождите…  Я смотрю между ними. — Вы знаете друг друга? — Наши отцы были друзьями, имея привычку сравнивать нас. - Чонгук усмехается, помогая Чимину встать. - Предлагаю тебе использовать свой член в другом месте, Пак.  — Знал бы я что она твоя женщина, то даже не взглянул в ее сторону. — Я не его женщина. — Она не моя женщина. - одновременно говорит он со мной и мы пристально смотрим друг на друга.   Он , мать его, нервирует меня.   Каждая клеточка моего тела желает его угробить.   Чимин же зашипел, снова прикасаясь к больному месту.  — Тогда я оставлю вас наедине, мне нужно промыть нос. — Завтра ты увидишь мое обвинение в нападении , ублюдок. — обращается к нему Чон.   Чимин лишь усмехнулся и направился в другую сторону.   Как только он исчезает из виду, я смотрю на этого демона без рожек. — Что, черт возьми, это было?   Он смотрит на меня сверху вниз, изогнув бровь. — Это твой способ сказать спасибо за спасение , что бы выразить свою благодарность? — Благодарность моя задница. И кто тебе сказал что я в беде? У меня было все отлично. — Очевидно , судя по тому как этот ловелас прижал тебя к стене, а ты вела с ним беседу. — Придурок, я пыталась его отвлечь. — Твои навыки отвлекать как у шлюхи, симулирующую оргазм. — Тебе кто нибудь говорил, что ты хрен? — Дорогая , ты слишком много времени уделяешь моему члену, не можешь забыть нашу последнюю ночь?  Жар невольно поднимается на ступенек десять выше, но я стараюсь сохранить бездушное лицо. — Единственное что я помню о той ночи , это уход. — Лгунья. - его голос становится глубже и у меня сейчас намокнут трусики. - Ты можешь заставить всех поверить , что забыла, но вот в чем дело. Я не отношусь к твоему списку тех, кого легко одурачить, дорогая. — Не называй меня так, дебила кусок. Я тебе не дорогая. — Предпочитаешь что бы я дальше звал тебя ведьмой? — Предпочитаю свое имя. — Это слишком скучно в нашей с тобой мировой войне. — Пошел ты.