Глава 7. Нападение первое

      Снейп надеялся, что Минерва уже успела поговорить с Грейнджер, а потому утром следующего дня почему-то с тоской ждал появления Поттера или Лавгуд. Охранники хреновы! Можно подумать, если авроры получат приказ его повязать, горстка школьников-недоучек сможет их остановить. О том, что у малолетних героев мог быть свой план на случай обострения ситуации, он как-то не подумал и расспросить не догадался. А зря. Хоть бы знал, к чему готовиться.       Грейнджер маленьким злым вихрем влетела в его палату, когда Снейп выходил из ванной, наспех натягивая на себя дурацкий полосатый больничный халат прямо поверх таких же дурацких пижамных штанов.       — Утро не задалось, мисс Грейнджер? — вежливо поприветствовал ее Снейп и решил, что, пожалуй, попросит директора еще и заново обставить его кабинет. Ну по-хорошему же просил убрать от него назойливую всезнайку!       Гермиона не отвечала, кажется, даже не слышала его вопроса. Она тяжело дышала и, к ужасу Снейпа, не отрывала взгляда от его груди, совсем даже не мускулистой и вдобавок покрытой многочисленными шрамами. Зельевар с трудом подавил абсурдное желание запахнуть халат потуже, даже руки в кулаки сжал. Как же, будет он перед ней кутаться, словно какая-нибудь истеричная старая дева.       — Мисс Грейнджер, что… — начал было он, но Гермиона осторожно положила свою маленькую ладошку на его худую грудь, и Снейп мгновенно забыл, что хотел сказать. Сердце забилось как сумасшедшее, и Гермиона, безусловно, это почувствовала. Ее взгляд бесстыдно пропутешествовал от его груди к бинтам на шее, ненадолго задержался на тонких язвительных губах, скользнул по крючковатому носу и остановился, наконец, на глазах. Снейп нервно сглотнул: дикий огонь, полыхавший в глазах Грейнджер, не предвещал им обоим ничего хорошего. На один короткий миг выражение лица девушки напомнило ему свихнувшуюся Беллатрису, с которой у него когда-то был недолгий и безумный роман. Он тогда еле ноги от нее унес. Белла была еще той маньячкой, и секс без Круцио или, на худой конец, кровопускания, и за секс-то не считала. Снейп был счастлив, когда спустя месяц, не самый приятный в его жизни, он ей надоел.       Гермиона нерешительно погладила его еще влажную после душа кожу, и Снейп наконец очнулся.       — Грейнджер, — прорычал он, намеренно опустив привычное «мисс», нужно же было привести невесть что возомнившую себе девчонку в чувство, — вы с ума сошли?       Гермиона вздрогнула, но ответить не успела: в комнате неожиданно материализовался большой серебристый олень. Нетерпеливо переступая копытцами, он заговорил голосом Поттера:       — Гермиона, идиот Пламли доложил Харрису, что профессор уже вовсю разгуливает по палате. Они идут его арестовывать. Действуй, как договаривались.       Девушка отпрянула от Снейпа, схватила свою неизменную сумочку и, засунув внутрь руку по плечо, принялась что-то судорожно в ней искать. Секунд десять спустя с торжествующим вскриком она вытащила из недр сумки палочку, явно не свою, и взяла зельевара на прицел.       Снейп прищурился.       — Серьезно, мисс Грейнджер? Решили меня прикончить, лишь бы не отдавать аврорам?       — Пожалуйста, профессор, простите меня, — прошептала чуть не плача Гермиона. — Флиппендо!       И Снейпа мощным потоком магии отбросило назад в ванную комнату и впечатало в стену. Хорошо хоть не в раковину или унитаз, было бы еще унизительнее.       — Какого хера, Гре… — договорить он не успел, потому что Гермиона снова хлестко рассекла воздух и произнесла заклятие.       Шею тут же обожгла резкая боль, в горле угрожающе забулькало, на языке появился соленый металлический привкус крови. Снейп с каким-то ленивым удивлением ощупал бинты на шее — мокрые насквозь. И красные.       — Как интересно, — прохрипел он, прежде чем свалился на пол.       Дальнейшие события расплылись для него в неясном тумане. Кажется, Грейнджер, вереща как мандрагора: «Помогите! Помогите!», подлетела к нему и заклинанием разрезала бинты на шее. Кажется, она водила над ним палочкой, неумело залечивая нанесенные ею же раны. Кажется, она шептала: «Простите, простите, пожалуйста, так нужно, я не рассчитала, эта палочка такая непослушная… простите… ненавижу ее…» и гладила прохладными пальцами его лицо и волосы. Кажется, она поцеловала его, но это уже не точно. Снейп отключился.

***

      Когда он пришел в себя, его палата-конура больше напоминала платформу 9 ¾ первого сентября — было также шумно, многолюдно и бестолково. На его вкус, народу было до безобразия много. И если присутствие целителя и авроров было вполне объяснимо — один лечил, вторые арестовывали, то что здесь делали Поттер со своей шайкой, МакГонагалл и аж сам министр магии, он никак не мог взять в толк.       Рядом с лимонной мантией колдомедика раздражающе маячило испуганное лицо Грейнджер, почти неотличимое по цвету от вышеупомянутого врачебного одеяния. Огромные, как блюдца, карие глаза так и просили прочесть ее мысли, но у Снейпа на это не было ни сил, ни желания. Он и без легиллименции все помнил и понимал — напала, ранила, кричала, лечила, целовала… Мисс Грейнджер никогда не была склонна к необдуманным поступкам, ну разве что если Поттер не подбивал ее на них, а значит, все правильно и идет по плану. Он снова не умер, а потому можно расслабиться и выслушать тот бред, что сейчас его защитники наплетут аврорам.       — Мисс Грейнджер, вы утверждаете, что в палате никого не было, когда вы пришли?       Вопросы здесь задавал худой седовласый волшебник с изможденным лицом. Он был в мантии с алыми нашивками Аврората, и Снейп даже немного проникся тем, что брать его пришел сам главный аврор да еще и министра с собой прихватил, видимо, для моральной поддержки. А ведь могли бы парочку стажеров прислать, с них станется. Значит, боятся его, решил Снейп и удовлетворенно прикрыл глаза.       — Да, сэр, — хоть голос Гермионы и немного дрожал, но отвечала она тем не менее уверенно. — Нападающий успел уйти.       — Вы уверены, мисс Грейнджер?       — Абсолютно. Никого не было. Не понимаю, как ваши подчиненные могли его пропустить.       — Мои подчиненные, — свистящим злым шепотом начал главный аврор, — доложили мне, что вы позвали на помощь не сразу, как вошли.       — Ну разумеется! — фыркнула Грейнджер. — Когда я пришла, профессор Снейп был в душе. Зачем бы мне к нему ломиться? Я подождала немного, потом услышала странные звуки и заглянула. Профессор Снейп лежал на полу весь в крови. И я начала кричать и звать на помощь, что тут непонятного?       — Все предельно ясно, мисс, — холодно улыбнулся аврор, и Снейп внезапно вспомнил, как его зовут. Йен Харрис, полукровка, в Ордене Феникса не состоял, но и политику Воландеморта не поддерживал. Весь прошлый год держался в тени, возможно, вел подпольную подрывную работу против Пия Толстоватого, кто его знает. А то с чего бы его Кингсли главой Аврората назначил?       — Мистер Харрис, — сказала МакГонагалл, — мне кажется, тут все понятно. Кто-то проник в палату профессора Снейпа под дезиллюминационными чарами или, возможно, мантией-невидимкой и напал на него. Вряд ли Северус его видел.       Все разом обернулись к лежащему на кровати Снейпу, над которым с озабоченным видом размахивал палочкой целитель Сметвик.       — Гхр-р-р… Нет, не видел, — прохрипел зельевар и пристально посмотрел на Грейнджер.       Та едва заметно ему кивнула.       Харрис недовольно поджал губы.       — Мы, конечно, начнем расследование и найдем нападающего, — пообещал он с угрозой. — Целитель Сметвик, вы уверены, что профессору Снейпу нельзя покидать больницу?       — Только если вы не хотите, чтобы он умер, — съязвил колдомедик.       — Разумеется, не хочу, — недовольно изрек Харрис. — Все, чего я хочу, это честного суда над всеми Пожирателями.       — И вы его получите, Йен, — негромко пробасил Кингсли Бруствер. — Давайте не будем торопить события, пусть профессор Снейп хотя бы выздоровеет.       — Да, да. И все же у меня есть еще один вопрос. — Харрис медленно обвел внимательным взглядом всех присутствующих и остановился, конечно, на Гермионе. — Мисс Грейнджер, вы позволите вашу палочку?       — Что? — ахнула МакГонагалл.       — Йен, ты же не думаешь, что это мисс Грейнджер напала на профессора Снейпа? — усмехнулся Кингсли.       — Не думаю. — Харрис не отрывал взгляда от Гермионы. Та невинно улыбалась ему в ответ. — Но, если она этого не делала, ей нечего бояться, ведь так, мисс Грейнджер?       — Ой, да Мерлина ради, — пожала плечами Гермиона, и, не обращая внимания на встревоженные переглядывания друзей, протянула палочку, на этот раз определенно свою, главному аврору.       Харрис взял палочку и зловеще улыбнулся. Наверняка, в своих мечтах он уже закрывал ворота Азкабана и за Снейпом, и за Гермионой тоже.       — Приори Инкантантем, — тихо произнес он, и из палочки потянулись образы последних заклинаний.       Мобиликорпус, Заживляющие чары, Диффиндо…       — Почему Диффиндо? — резко переспросил Харрис.       — А это я бинты на шее разрезала, — безмятежно пояснила Гермиона. — Чтобы первую помощь оказать.       …Алохомора, Агуаменти.       — Достаточно, — Харрис раздраженно кивнул и вернул палочку Гермионе. — Профессор Снейп, встретимся, когда вам станет лучше.       — Жду не дождусь, — процедил Снейп сквозь зубы.       Харрис со своими аврорами удалился. Целитель, пробормотав что-то о стабильном состоянии и как его все достало, тоже ушел, и только тогда все как будто выдохнули. МакГонагалл рухнула на заботливо подставленный Поттером стул, Луна Лавгуд (и она здесь?) радостно захлопала в ладоши, а Гермиона Грейнджер задрожала всем телом и залилась слезами.       — Ну что, специальное заседание Ордена Феникса объявляется открытым, — мрачно пошутил Кингсли.       — Ой, я тогда Невилла позову, — встрепенулась Луна и упорхнула в коридор. Через полминуты она вернулась, волоча за собой упирающегося Лонгботтома.       — Здравствуйте, профессор Снейп, — пролепетал Невилл и побледнел.       — Лонгботтом, — прохрипел обреченно Снейп, едва удержавшись от того, чтобы не закатить глаза. Еще один гриффиндорец на его голову! Да почему же ему так не везет?       — Я его чуть не убила, чуть не убила, — ревела Грейнджер, цепляясь за Уизли и вытирая сопли о его футболку. Поттер сочувственно гладил ее по плечу.       Минерва жадно пила воду, Кингсли хмурился, Луна отгоняла от Лонгботтома невидимых тварей — дурдом на выезде, не иначе. Снейп вновь с тоской подумал о Темном Лорде и его змее.       — Гермиона, как так получилось? — Кингсли наконец решил навести порядок в этом бедламе.       — Я не знаю, не знаю, — хлюпала носом Грейнджер. — Эта палочка всегда так плохо меня слушалась, мучение сплошное с ней, а тут… такие мощные заклинания, я сама не ожидала. Столько крови, столько… я думала, я убила профессора.       И Гермиона снова зарыдала.       — Дайте-ка мне эту палочку, мисс Грейнджер, — деловито сказала МакГонагалл. — Нужно изучить ее.       — Не нужно, — остановил ее Снейп и брезгливо поморщился. — Это ведь палочка Беллатрисы Лестрейндж, верно, мисс Грейнджер?       — Д-д-да, — всхлипнула Гермиона. — А как вы узнали?       — Еще бы я ее не узнал, — скривился Снейп. — Эта палочка причинила мне много боли. Сука Белла даже кончить не могла, если не извиваешься под ней от Круцио.       Все замолчали. Даже Луна прекратила махать руками перед носом Лонгботтома и уставилась на Снейпа.       — Однако, — смущенно пробормотал Кингсли.       — Ого! — выпучил глаза Рон Уизли.       Поттер ничего не сказал, но выглядел так, будто его сейчас стошнит.       Лонгботтом явно предпочел бы в этот момент оказаться где угодно, пусть даже на дне Черного озера с его русалками, лишь бы подальше отсюда.       Грейнджер мигом перестала реветь. Ее глаза угрожающе сощурились, руки нервно стиснули палочку.       — Слишком много информации, Северус, — прошипела МакГонагалл.       — Отчего же? — лениво протянул Снейп. — Если вы приняли этот детский сад в Орден, то почему бы им наконец не узнать, что на своих собраниях Пожиратели смерти не только крестиком вышивали? Воландеморт мертв, но сколько его последователей еще на свободе. Пусть детишки знают, что с ними будет, если попадутся.       — Мы знаем, — бесцветно сказал Поттер. — Мы попадались.       И он притянул к себе Гермиону, которая рассеянно смотрела куда-то в сторону и машинально потирала левую руку.       — Северус, — покачал головой Кингсли, — у тебя уникальный талант испортить все, когда, казалось бы, хуже уже просто некуда.       Снейп безразлично пожал плечами: не было смысла отрицать очевидное.       Все опять надолго замолчали, только Грейнджер злобно сопела куда-то в плечо Уизли.       — Ну, — неуверенно протянул Поттер, — раз уж мы все здесь, может обсудим план защиты профессора на суде? И кстати, Кингсли, когда уже суд?       — Надеюсь, что скоро, Гарри. Визенгамот хочет провести целую серию показательных судов над Пожирателями, сейчас идет подготовка. Мне пообещали, что дело профессора Снейпа рассмотрят первым, возможно, в конце июня. Так что тебе, Северус, придется еще полежать в больничке. Сделай одолжение, слишком быстро не выздоравливай.       — Не беспокойся, мисс Грейнджер об этом позаботится, — мрачно пообещал Снейп.       — Теперь всю жизнь вспоминать будете? — обиженно вскинулась Гермиона. — Я же не специально, я хотела только немного вас поранить. Кто же знал, что у палочки Беллатрисы на вас зуб?       — Вы бы знали, если бы посвятили меня в свои планы. Молчите, мисс Грейнджер, — сердито махнул на нее рукой Снейп, когда Гермиона открыла рот, чтобы возразить. — Вы сегодня уже сделали мой день, довольно! Что с Малфоями? Где они сейчас? — неожиданно обратился он к Кингсли.       Он не спрашивал до этого о своем скользком друге ни Грейнджер, ни Поттера, но сейчас не утерпел. Все же беспокоился о нем и его семье. Совсем немного. Малфои с давних пор славились тем, что всегда выходили сухими из воды.       — Люциус сейчас в Азкабане, — ответил несколько удивленный Кингсли. — Нарцисса и Драко в Малфой-мэноре под домашним арестом.       — Какие у них шансы избежать тюрьмы?       — У старшего Малфоя никаких, — твердо сказал министр. — Вопрос только, сколько лет ему дадут. Если подсуетится, то немного. Нарциссе вряд ли что-то угрожает. Гарри будет свидетельствовать в ее пользу. Все-таки пусть и по своим причинам, но она помогла ему. А Драко… с Драко все сложно, метка-то у него есть.       — Я буду свидетельствовать и в его пользу тоже, — вдруг объявил Поттер.       Все уставились на него: заявление было более чем неожиданное.       — Ты с ума сошел? — возмутился Рон. — Забыл Малфой-мэнор и Выручай-комнату?       — В Малфой-мэноре он нас не выдал, — напомнил ему Гарри, — хотя абсолютно точно узнал и тебя, и Гермиону.       — Да! А потом в Хогвартсе напал на нас!       — Рон, там больше Крэбб нападал, — неуверенно начала Гермиона, но парень перебил ее.       — Да плевать! Он слизеринец и Пожиратель смерти! Мы там чуть до корочки не поджарились, неужели забыла, Гермиона?       — Я тоже буду свидетельствовать в пользу Драко, — вдруг твердо сказала Грейнджер и повела плечами, стряхивая руку Уизли.       Снейп невольно проникся к ней уважением. Справедливая девочка. И храбрая. Ах да, гриффиндорка же.       — Идите вы… оба! — кипятился Уизли. — Благородные, блин, нашлись тут! Я никогда, никогда не забуду, как она, — он ткнул пальцем в побледневшую Гермиону, — кричала там! Мне по ночам эти крики снятся! И как мы с тобой, — обличающий тычок и в сторону Поттера, — мечемся в том проклятом подвале и не можем ей помочь. Я никогда не прощу им того, что они с ней сделали!       Напоследок Рон выплеснул свою злость, ударив кулаком о стену, грязно выругался и выскочил вон. Грейнджер побежала за ним. Поттер остался на месте, упрямо сжав губы, твердый в своем решении, несмотря ни на что.       Снейп наблюдал развернувшуюся перед ним некрасивую сцену, внутренне холодея от страшных подозрений. Он знал, что пару месяцев назад бесстрашные охотники за крестражами таки умудрились попасться в лапы егерей и позже устроили грандиозный переполох в Малфой-мэноре. Помочь им тогда он все равно не смог бы, да и узнал обо всем постфактум, когда детишки уже сбежали, поэтому вдаваться в подробности их пленения не стал. Да и не до того ему было: школа, идиоты Кэрроу, Дамблдор, все еще отдающий приказы с портрета, и Темный Лорд не давали ему даже вздохнуть спокойно. Если тогда он спал больше четырех часов в сутки, то это была прямо удача.       А тут выясняется, что Грейнджер, к которой он немного привык за это время, пытали и, возможно, даже… Что же такого эти ублюдки с ней сделали, за что Уизли их никогда не простит? Снейп прекрасно помнил развлечения Пожирателей с маглорожденными и догадывался, что именно. Он устало прикрыл глаза, его затошнило. Ему было сложно представить Люциуса, на глазах жены насилующего однокурсницу сына. Драко он вообще в расчет не брал, у того кишка тонка. Что же там произошло на самом деле?       Сейчас Снейп как никогда был солидарен с Уизли. Если выяснится, что Люциус навредил девчонке или хотя бы был причастен, то он лично сдаст его на суде со всеми его грязными делишками. А Драко…       — Драко нужно вернуть в школу, — уверенно сказал Снейп. — Экзамен он не сдал, так что побудет второгодником, это лучше, чем Азкабан. Минерва, нужно организовать дополнительный курс для детей, которые не смогли приехать в школу в том году. Думаю, их наберется достаточно.       Он распоряжался совсем как директор, коим уже не являлся, но МакГонагалл только согласно кивнула.       — Да, Северус, мы уже думали об этом с учителями. Придется перекроить расписание, подкорректировать программу обучения, еще и разместить их где-то. Ох, столько дел, страшно подумать, сколько. А Хогвартс в таком состоянии, успеть бы к сентябрю хоть основные помещения отремонтировать. Да, кстати, мистер Поттер, — она повернулась к скромно молчавшему герою, — вы с мистером Уизли и мисс Грейнджер вернетесь в школу?       — Эм-м-м… — замялся Гарри. — Ну, в общем, тут такое дело, профессор МакГонагалл. Мы с Роном идем на курсы авроров в сентябре. Мистер Харрис сказал, что возьмет нас и с СОВ, глупо же терять год, если нас уже берут и вообще… — и он нерешительно улыбнулся явно недовольной таким поворотом МакГонагалл.       Снейп мысленно выдохнул. Не учить Поттера и его банду больше никогда, не ломать голову, в какую передрягу они снова умудрились вляпаться, не наблюдать взъерошенную, как воробей, Грейнджер с ее вечно поднятой рукой — да об этом он и мечтать не смел. Жизнь определенно потихоньку налаживается.       — Твоих рук дело, Кингсли? — прищурилась МакГонагалл, сердито качая головой. — Ты надавил на Харриса?       — Оставь, Минерва, — отмахнулся от нее министр. — Засчитай им победу над Тем-Кого-Нельзя-Называть за сдачу ЖАБА и всего делов.       — Всего делов? — возмущенно раздувая ноздри, повторила МакГонагалл. — Северус? — повернулась она к Снейпу, ожидая поддержки. — Ну хоть ты им скажи!       — Меньше детей — меньше проблем, Минерва, — хладнокровно ответил Снейп, уже предвкушая более-менее спокойный год в Хогвартсе. — Удачи в Аврорате, Поттер.