Часть 3

*** Сейран Сегодня нам предстоит встретиться с лучшим врачом, которого нашел Ферит. Я заерзала, вспоминая прошлый раз, когда мне озвучили диагноз, понимая, что Фериту сейчас придется услышать все тоже, что я уже слышала в прошлый раз. Этот сочувствующий, сдержанный тон врача и ободряющие фразы.  - С тобой все в порядке? - спросил Ферит, пока мы ожидали приём.   Он улыбался мне, ожидая ответа.  - Все в порядке, - я потянулась и взяла его руку.  - Сейран, все будет хорошо, я чувствую это, - пытался подбодрить меня он, но предательское волнение в животе подсказывало мне обратное. - Госпожа Сейран, Господин Ферит, я дам знать доктору, что вы пришли, - любезно пролепетала медсестра.  Через пару минут нас пригласили войти. Я набрала в грудь побольше воздуха.  - Добрый день, я Зейнеп, ваш новый лечащий врач, - поздоровалась она.  - Добрый день, - поздоровались мы. - Как ваше самочувствие?  - Неплохо.  Она полистала свои бумаги с информацией обо мне и сказала:  - Что ж, я ознакомилась с вашими анализами и историей болезни, должна признать случай не самый стандартный.   На этой фразе она взглянула на меня, словно ожидая какого-то ответа. Я пожала плечами, а она продолжила:  - Не буду ходить вокруг, да около. К сожалению с вашей клинической ситуацией для лечения мы советуем прервать беременность. Терапия будет негативно влиять на плод. На вашем сроке прерывание можно сделать медикаментозно - ее выражение лица стало осторожным.   Ферит внимательно смотрел на меня, на его лице было написано сочувствие, он сильнее сжал мою руку.  - Хорошо, а если я откажусь от лечения?  - Мы не знаем как будет протекать болезнь во время беременности, если начать лечение прямо сейчас, есть высокая вероятность уйти в ремиссию и выйти в норму. - То есть вероятность вылечиться довольно высокая? - радостно переспросил Ферит. - Довольно высокая, если не терять время, - подчеркнула врач. - Сейран, дорогая, ты слышала? Ты поправишься, а потом мы сможем… - Ферит осекся и перевел взгляд на доктора. - Скажите, доктор, мы ведь сможем … - аккуратно начал Ферит. - Господин Ферит, каждый человек, который идет на химиотерапию, получает по закону форму согласия на процедуру, где написано, что она может оставить его бесплодным … к сожалению, - с минуту Ферит выглядел растерянным, как будто не мог осмыслить слова доктора.   Он бережно взял меня за руку, его взгляд светился сочувствием.  - Я не буду лечиться, - решительно произнесла я. - Ты о чем? - опешил Ферит.  - Я думаю, вам лучше обсудить этот вопрос дома, - произнесла Госпожа Зейнеп.  - Нам нечего обсуждать, я приняла решение, - твердо произнесла я. - Хорошо …но все же советую подумать в спокойной обстановке - сказала она задумчиво, - Если вы не передумаете, мы будем пробовать другую тактику. Дождемся 14 недель беременности, когда сформируется фетоплацентарный барьер. После его формирования вред будущему ребенку будет минимальным и госпожа Сейран сможет начать лечение. До этого времени нам остается только молится, чтобы не было сильных изменний и внимательно следить за  анализами крови и других показателей, - подытожила доктор.   Домой мы поехали в тишине, переваривая услышанное и сказанное.     Я сидела на террасе и смотрела на вечерний Босфор, когда Ферит подошел сзади и приобнял меня, вдохнув запах моих волос. Я повернулась к нему лицом, его глаза лихорадочно бегали из стороны в сторону, он смотрел на меня так, будто я вот-вот исчезну.  - О чем думаешь? - спросил он, изобразив будничный тон. - О всяком, - отмахнулась я.  - Сейро, мы должны поговорить  Я вздохнула.  - Любимая.. может быть мы подумаем об альтернативном варианте, - прошептал он и заглянул мне в лицо, его глаза выражали такую печаль. - Нет, я приняла решение, - я сглотнула.  - Пожалуйста, послушай меня…если есть хоть малейший шанс на выздоровление, а доктор сказала, что вероятность большая, мы должны попробовать! - прошептал он.   Я закрыла глаза.  - Прости, - я пыталась подобрать слова.  - Не понимаю, - он отпустил мою руку, - ты даже не даешь себе шанса. Я не хочу, чтобы ты упустила возможность и я эгоистично не хочу терять тебя. Я не хочу, чтобы спустя время ты пожалела об упущенном шансе - его голос дрогнул.  - Я не пожалею.  - Откуда тебе знать, Сейран? Пожалуйста, - его пальцы касаются моих.  - Я хочу стать мамой. Хочу родить твоего ребенка, - прошептала я, слова застревали в горле.  - Любовь моя. Я тоже этого хочу. И для этого придет время, - он опустил взгляд и его голос дрогнул.  - Думаю, сейчас самое время, - заплакала я, - пойми, если упустить этот шанс, у нас может и не быть ребенка. - Да плевать мне на это - Ферит не мог остановиться, слова летели, как ножи, - ты подвергаешь себя опасности! Ты убиваешь себя, понимаешь? Ради чего? Ради ребёнка, который может даже не увидеть тебя живой? Мы должны быть партнерами, не так ли? Но ты все решила сама. Ты хочешь бросить меня!  - Не надо так думать! - я давилась слезами.  - А как еще мне думать? Я ведь тебя теряю и это не мой выбор! Ты думаешь, я смогу жить, зная, что потерял тебя? Что ты сама выбрала смерть? - Ферит был вне себя от ярости. Дверь захлопнулась так громко, что дрогнули стекла. Я осталась одна на террасе, с этим звоном в ушах и пустотой внутри. Его слова били сильнее любого диагноза. Я согнулась пополам, прижимая ладони к животу, будто могла защитить и себя, и того крошечного, о существовании которого знала всего несколько недель. Слёзы текли бесконтрольно. Не от слабости - от невозможности объяснить. Как сказать человеку, которого любишь больше всего на свете, что ты не бежишь от него, а наоборот - держишься из последних сил, чтобы хоть что-то оставить после себя? Как объяснить, что материнство для меня -не каприз и не упрямство, а последний якорь, удерживающий меня от полного распада? Я сидела долго. Пока вечер окончательно не сменился ночью, пока огни на другом берегу Босфора не стали размытыми пятнами из-за слёз. Ферит не возвращался.