Часть XVII

Тряпичная.

Его ударяют. Еще раз и еще раз. И еще. И еще. И еще. И еще. И снова. И снова. И снова. И снова. И снова. Удар. Щеку жжет от боли, а разум мутнеет. — Кто тебе разрешал самодеятельность!? Я же приказал тебе следовать за мной, только и всего!.. — голос полон ярости. Голос мужчины режет слух, заставляя паренька желать смерти только скорее. Ноги подкашиваются и шатен падает на мокрую плитку. Слышится, как гильза под его коленом вновь звякнула. А в ушах.. В ушах отдается тот самый звук выстрела. — Я.. Слышал.. Это был.. Он.. Он стрелял! Точно он! Я.. — Я не давал тебе разрешения! — шатена берут за воротник толстовки и тянут вверх, насильно заставляя встать на ноги. Тело болит. Они не спали несколько суток. Суток? 2 дня? Сколько? Это кошмар. Мужчина представился неким ********, что способен вывести из этих лабиринтов.. Но.. — Какой смысл пытаться? Ты нихера не делаешь, только и водишь меня кругами.. — Заткнись, пока не сломал тебе всë, что еще является целым. — сквозь зубы цедит знакомый, сжимая окровавленные кулаки. В голове туман. Больно. Шатен почти ничего не понимает, но ноги его ведут вслед за этим существом. Словно собака на цепи, он шагает в ногу с этим некто. Он хочет есть. Я хочу есть. Надежда, которая питала меня всë это время, превратилась в бесформенный кусок гниющей плоти. Мясо. Еда. Кровь. Вода. Оно хочет есть.