Часть 7

- Джордж! - Гермиона ворвалась в большой зал, во время завтрака, возбужденная и весёлая. - пошли за Фредом! - Ты словно за грибами собралась…- усмехнулся второй близнец, продолжая не торопясь жевать. - сядь и поешь. Его там накормят, а нам до обеда надеяться не на что! Гермиона смутилась. Она хотела убедиться, что все хорошо, и парень покинет уже этот лазарет. И боялась. Что же будет дальше.. - Джордж…- она смущенно переминалась на месте. - я пойду, ладно? Парень</i> кивнул. - захвати ему галстук, а то он вечно его везде оставляет. - и вынув его из кармана, протянул гермионе. - Он же не умеет его завязывать. - Ну ты же умеешь. - усмехнулся парень, - точно не хочешь завтракать? Та лишь отмахнулась, покидая большой зал.</i> Гермиона решительно выключила душ и замотавшись полотенцем вышла из ванной. Воспоминания лишь будоражили душу, заставляя жить прошлыми надеждами… надеждами юной девчонки. Да, пять лет не так уж и много, но разочарование и боль делает мудрее намного быстрее чем года. Да и ответственный пост в министерстве заставил мобилизовать все силы и умения тогда ещё наивной Гермионы. Девушка переступила через влажное полотенце, ( опять посланная в дальний путь привычная аккуратность) и с наслаждением надела любимую длинную шелковую сорочку. Спать не хотелось, но и спускаться к веселящейся толпе хотелось ещё меньше. Слишком беспокойно было на душе, слишком сладко от его целуя и слишком волнительно вновь чувствовать его руки. Всего СЛИШКОМ. Ее душа измученная холодом и равнодушием плакала навзрыд от воспоминаний, шквалом обрушившихся на девушку. Звуки, которых она не замечала, предметы, которые стёрла из памяти, запахи и синие глаза. ЕГО глаза. Эти чертики на самом дне синевы, его смех и этот взгляд, который преследовал ее последние месяцы в Хогвартсе. Он обещал слишком многое… или она хотела прочитать там это… но прикосновения, нежность, тепло и то, как их тянуло друг к другу было настоящим. Настоящим!!! Почему она позволила вспомнить? Зачем впустила все эти чувства в свой привычный, отточенный как острие карандаша, мир? Да, здесь не было места нежности. Она не любила Рона. Но не могла не признать, что без него ей было бы пусто. А так, человек знающий ее столько лет и принимающий со всеми ее требованиями… Где то в холле отеля, часы пробили полночь. Гермиона горько усмехнулась. Что то тянуло ее вниз, к тому камину где горели настоящие дрова, а не лампочка. Где стояла живая елка с запахом смолы и на которой висели шишки на нитках… и такие большие лампочки… цветные. Как на картинках из старых книжек. Она понимала, что ее тянет и знала, кто ее там ждёт. Как давно она не чувствовала этого тепла в своей груди. Пять лет. С той минуты, как он исчез из комнаты близнецов… Кто то им сказал, что так чувствовать друг друга могут очень малое количество пар. Это дар. Щедрый дар Великого Волшебника, чувствовать, где твой любимый и стремиться к нему. Но они любили безоглядно. И недоумевали, как же может быть по другому?! И лишь когда эта связь исчезла, Гермиона поняла чего лишилась. Она неторопясь оделась. Джинсы, бежевый свитер крупной вязки, замотанные в небрежный пучок волосы, и тёплые меховые носочки с плотной подошвой. Девушка глубоко вздохнула, заправив прядь за ухо.. Она не могла решиться и открыть дверь в коридор. Два мира до и после. Останешься и все будет как раньше. Равнодушные пустые вечера, скучные праздники и отсутствие надежды… откроет и сделает шаг, будет Надежда. Неизвестно на что, но она будет!!!! Но она не могла. Что делать с прежним миром? Привычным и таким понятным? Который она так тщательно создавала? И что будет там? Сможет ли она вновь на руинах рухнувших надежд возродить свою душу? Кто то прошёл по коридору, чужой смех и весёлый шёпот. Она отдернула руку и вернулась в комнату, натягивая рукава свитера на холодные пальцы. Дурацкая привычка…Темнота. Пустота и тишина. «герми, ты этого хочешь?» И она решительно дёрнув ручку двери, покинула номер Отель засыпал. Ещё слышались в некоторых укромных уголках приглушённые смешки, из за закрытых дверей номеров доносились разговоры. Но везде царил покой. Спустившись в холл, Гермиона огляделась. Залы, ещё несколько часов назад наполненные шумом, светом и праздником, были пусты. Выключены лампы, потушены свечи. Лишь фонарики на искусственных елках весело переливались в темноте. Они буду гореть до утра, а после, заспанный портье выключит их, чтобы гости могли насладиться ими вновь только вечером. Огромные часы в углу мерно отстукивали минуты. Она прислушалась. Неужели ей показалось и она приняла желаемое за действительное? Девушка тихо вошла в небольшую библиотеку, видимо сделанную специально для любителей книг, а не горных спусков. Она побывала здесь днём и оценила хороший подбор магловской литературы. Хоть Рон и не любил читать, но не одобрял ее склонность к авторам из людей, а не волшебников. - привет. - юноша в чьих рыжих волосах отражались отблески огня, стоял возле камина. - привет. Они смотрели друг на друга. Глаза в глаза. Синие и карие. Как раньше. - посидишь со мной? Она кивнула и забравшись с ногами в кресло, с благодарностью улыбнулась, стоило Фреду накинуть на неё плед. Он знал, что ей так уютнее… он помнил. Они смотрели на огонь, погружённые каждый в свои мысли. Гермиона позволяла мыслям прыгать от прошлого к будущему, не заостряя внимания ни на чем..а Фред с тоской понимал, какие пустые были эти годы, наполненные разными людьми, событиями, путешествиями… он пытался заполнить пустоту всем, при этом оставаясь «голодным». И сейчас в тишине библиотеки, рядом с потрескивающим горящими поленьями камином им было хорошо. Просто без слов. Без взглядов, без прикосновений. Они оба понимали, что как раньше уже не будет. - герми? - они оба вздрогнули, поворачиваясь на звук. - так и знал, что ты тут. - лохматый и сонный Рон неуклюже топтался в дверях. - где ещё можно найти жену в ночь перед Рождеством? О…. Фред. - парень наконец увидел брата.- а ты что тут делаешь? - не спится. Вот составил гермионе компанию. Надеюсь ты не против. Рон лишь пожал плечами, не понимая, почему он должен быть против. - ну так ты идёшь спать? - иди. - выдавив улыбку, произнесла Гермиона. - иди, я скоро приду. - хорошо. Я жду. - и кивнув Фреду, вышел, хлопнув дверью. Гермиона лишь поморщилась. И стараясь не встретиться взглядом с Фредом встала, аккуратно сложив плед. - спасибо за вечер. - все так же не поднимая глаза. - не зови меня больше. - и развернулась, чтобы уйти, все же подняла взгляд. Он сорвался первым. Жадность с которой он впился в ее губы ошеломила, но желания, ждущие своего часа пять лет, сорвали плотину ее разума. Она ответила, с жаром, с болью, со всей страстью. Стараясь вжаться в него, вспомнить, какого это чувствовать его тело, его силу, его огонь. Она отдавалась его желаниям. Его руки скользнули под свитер, и стон сорвался с его губ, стоило понять, что под свитером у неё ничего нет. Эта тёплая кожа, нежные изгибы, округлые груди, которые так хорошо умещаются в его ладонях… она изгибалась в его руках, требуя более дерзких прикосновений, более откровенных ласк… она ловила его губы, кусала, ласкала, она чувствовала, как он прижимает ее к себе, ощущая его возбуждение и читая желание в синих глазах. Где то в глубине отеля хлопнула дверь И Гермиона, вздрогнув, оттолкнула парня. С ужасом понимая, что здесь произошло. Они стояли разгоряченные, с красными от поцелуев губами, с растрепанными волосами и одеждой в полном хаосе… сбившееся дыхание и наэлектризованные желанием взгляды. Глазах глаза… синие и карие. - не уходи. Она покачала головой, закусив губу. - в этот раз я тебя не отдам. - Твёрдо, без уверток, произнёс Фред. « поздно… ты уже меня отдал пять лет назад…» Тихо отсчитывали минуты старые часы. Приближалось Рождество. Самый волшебный праздник в году. Люди по всему миру ждали чуда и волшебства. Дети с замиранием прислушивались, а не нарушит ли покой их дома тихие шаги Санта Клауса, а родители стараясь не шуметь, выкладывали под елки подарки. Влюблённые дарили друг другу любовь, а пожилые пары, мирно спали, они знали, что самое важное уже есть в их жизни. И только двое влюблённых, потерявшиеся в своих чувствах, были одиноки в переполненном людьми горном отеле. Девушка поднималась по лестнице, глотая слёзы от безнадежности. А парень ерошил свои рыжие волосы, с тоской понимая, каким он был балваном … но ни один не понимал, что это был канун Рождества. Время исполнения желаний и надежд…