Сложна жизнь

Весь вечер я пролежал на кровати, думая, что меня ждёт в новой школе... Завтра воскресенье, а там уже немного до понедельника... Воображение нарисовало в голове потрепанные и испачканные коридоры. Которые вели к классу, в классе же, сидели дети, точнее то, что старалось быть похожими на них... Все смотрели на меня, своими бездонными глазами, в этих глазах было жестокости и злости ко всему живому Выживу ли я здесь? Хочу чтобы школа сгорела, хоть что-то должно произойти, лишь бы не идти на уроки... Не хочу видеть людей, которые всё норовят тебя отпинать вымазанными кровью ботинками, поколечить, придумать тебе новое, более обидное прозвище чем предыдущее... Взор упал на мои рисунки, весящие на стенах. Я не считаю себя Ван Гогом или кем-то ещё из великих художников, но мне нравятся мои рисунки, также как и Оле. Рисование наверное единственное увлечение которое поднимает мне настроение, даёт забыться, уплыть по листу, увидеть свой рисунок вживую... Моим немногочисленным друзьям тоже нравилось как я рисую, они ведь, кстати, обещали звонить.. Иногда воображаю как мама поднимает трубку и говорит холодно "Вы ошиблись номером". Может быть я понравлюсь новому классу... Днём дом уютный, тихий и спокойный, я в нём себя чувствую в безопасности. Ночью же, ситуация иная, кряхтят половицы, звенят ржавые водостоки, чердак населяют гулкие сквозняки. Дом словно напевает какую-то дьявольскую мелодию. Но я понял, что действительно слышу музыку, которая зазывает к себе. Где-то, за границей восприятия играла флейта... Словно сливаясь с моими мыслями, она шепчет ласковые и добрые слова... Я резко встал и подошёл к окну, раздвинул шторы и... Ничего, чистая заснеженная поляна и необъятная тайга. Я был подавлен, флейта сразу перестала быть слышна. Но тут, я услышал скрип входной двери... Я от страха лёг в кровать и закрылся одеялом с головы до ног. Страх сковал мышцы, я не мог пошевелится. Я услышал характерное, тяжёлое дыхание в непроглядной тьме, настолько тяжёлое, как будто старик пробежал километров двадцать и решил сразу после выпить воды... Тут, я вдруг вспомнил о похоронах бабушки, всё тот же черный гроб, с обивкой в цвет мяса, бабушка лежала скрестив руки, с заострившимися чертами лица, похожая на восковую куклу. Там, на похоронах, я повторял вновь и вновь, слова заговора, которому она меня научила — На острове Буяне, в синем океане, стоит домовина, в ней сало и глина, волосы седые, чертам еда, а раба божьего Антона не тронут никогда. — — Бесы забудут дорогу к дому. — — Мертвое к мертвому, живое к живому.. — Дыхание резко утихло... Я проснулся, меня снова трясла Оля — Тоша, Тош, ко мне сова только что приходила, страшная и большая!! — С испугом проговорила Оля. Осмотрев свою комнату, я увидел лишь включенную лампу, я уже и не помню, выключил ли я её, или же нет... — Оля, не бойся, это всего лишь сон...— — Да нет! Это было взаправду! — Перебила меня Оля. — Оля, это сон, сны не кусаются... — — Не сон, я видела, правда правда! — Тут, кто-то открыл дверь в комнату. Черный силуэт вошёл — Чем вы тут занимаетесь? Ночь на дворе, спать быстро! — Это была мама... — Хорошо, уже ложимся — сказал я Оля же пошла к маме, они вместе куда-то ушли... Я же решил наконец лечь спать.