Часть 14

Ночь была тиха, поглощённая мягким светом луны, пробивающимся через оконные решётки Дома Ветра. Весь замок, утопающий в зелени и тенях, казался застывшим, как если бы сама природа ждала какого-то важного события. Фейра зашла в помещение и направилась к источнику света — столу, на котором мерцали свечи. Потрескивающие огоньки создавали тёплый уют, контрастируя с холодным ночным воздухом. Она подошла к стеклянной витрине с напитками, и тут её внимание привлекли фигуры на балконе. Манона и Аэлина стояли на краю, смотрели в темноту, поглощённую мистическим светом Велариса. Фейра приподняла бровь и мягко улыбнулась, подходя к окну, чтобы к ним присоединиться. Она знала, что даже в такие моменты, когда все должны отдыхать, ночные беседы могут стать важными — моментами, которые сближают. Когда они услышали шаги, Манона и Аэлина обернулись, в их взгляде мелькнула смесь удивления и лёгкой смущённости. — Извините, если помешали, — Аэлина немного смущённо улыбнулась, но её глаза оставались искрящимися, как всегда. — Мы не хотели нарушать покой. Фейра улыбнулась в ответ и, чуть покачав головой, выпустила тихий смех. Она знала, что здесь, в доме Ветра, ни одно событие не могло быть лишним. И тем более, если речь шла о таких интересных личностях, как Аэлина и Манона. — Пожалуй, вы шумели чуть меньше, чем обычно здесь происходит. Но меня это не беспокоит, — сказала Фейра, пройдя к бокалу с вином. Она наливала себе немного, но взгляд её скользнул на Манону, которая скривила губы. — Может, нам стоит выпить вместе? Аэлина улыбнулась шире и, не раздумывая, кивнула. — Почему бы и нет? Ночь всё равно молчит, а я всегда за хорошую беседу. Манона фыркнула, её выразительные глаза по-прежнему не выказывали особого энтузиазма. Она сделала шаг назад, мимолётно посмотрев на небо. — Вино — не мой выбор, — произнесла она с лёгким презрением. — Если хочешь, я могу просто смотреть, как вы пьёте. Фейра заметила её недовольство и, с усмешкой, тихо вздохнула. Она подошла к балконному окну и, не говоря ни слова, подскочила, как будто не замечая невидимого барьера. Её движения были настолько плавными, что казалось, она была частью самого воздуха. Через мгновение Фейра исчезла в воздушном потоке. — Думаю, ты не прочь пройтись за ней, — проговорила Аэлина, с интересом наблюдая за Маноной, которая всё ещё не отводила взгляд от того места, где только что была Фейра. Манона чуть приподняла бровь, затем, многозначительно взглянув на Аэлину, тоже подошла к окну. — Может, это и не так уж и плохо, этот барьер...— ответила она тихо, сдержанно. — Здесь вроде был винный погреб...Куда она направилась. Но, кто его знает, что у этих фейцев в головах. В тот момент, как Аэлина собиралась ответить, их внимание привлёк новый шум. Фейра вернулась, как вихрь. Летя на крыльях, её фигура была почти невидимой в ночном воздухе, лишь лёгкое мерцание магии придавало ей иллюзорную лёгкость. Она приземлилась обратно на балкон, не потеряв ни одной доли грации, и с улыбкой протянула Маноне бутылку с тёплой жидкостью. — Я заметила, что тебе не очень понравилась наша выпивка, — сказала она с лёгкой насмешкой, — может, это будет по вкусу. Манона нахмурилась, но взяла бутылку, осторожно открыв её и понюхав. В её глазах отразился интерес, но она не сразу сделала вывод. — Какой чудесный запах, — сказала Манона, её ноздри чуть дрогнули от восприятия. — Барашек... Но чем она приправлена? Фейра села за маленький стол, на котором уже стояли бокалы для вина. Она медленно разлила напиток между собой и Аэлиной, а затем снова вернулась к Маноне. — Когда Амрена была в другой ипостаси, она пила эту смесь, — ответила она, будто вспоминая давно забытые моменты. — Я подумала, что тебе это может понравиться. Ты же из народа, который разбирается в магии и вкусах. Манона, подняв бутылку к свету, снова принюхалась. — Ах, это ты о *той* Амрене, — пробормотала она, глядя на жидкость, как будто пытаясь понять её источник. — Не удивительно, что вкус такой… необычный. Но это может быть интересно. Аэлина, подхватив разговор, взглянула на обеих женщин и начала свой рассказ. — Я слышала, что в Веларисе в последнее время произошли изменения. Мы, начали восстанавливать свой город. Это долгая работа, но именно такие моменты создают почву для чего-то великого. Музыка, искусство, ремонт разрушенных зданий — всё это снова вдохновляет людей. Фейра внимательно слушала. Она тоже знала, каково это — восстанавливать то, что было уничтожено. — Веларис восстановился после нападения Сонного Королевства, — проговорила она с тяжёлым вздохом, — но в других городах Притиании ситуация намного хуже. Там разрушения гораздо более масштабные, а народ ещё не оправился от страха. Манона, прислушиваясь к этим словам, с каким-то непониманием покачала головой. — Это ужасно, — сказала она с оттенком горечи в голосе. — Но ведь ты, Фейра, понимаешь, что ни одно королевство не может жить вечно, если не бороться с внутренними проблемами. Аэлина внимательно посмотрела на Манону. — Ты всегда говоришь так, как будто все должны быть железными. Но иногда... нужно восстановить то, что было разрушено, прежде чем бороться. Сила в восстановлении — это не слабость, Манона. Молча они сидели за столом, в воздухе висела тишина. На улицах города под балконом были слышны отголоски ночной жизни — звуки шагов, шёпоты и скрежет металла, как будто даже тени и стены сами по себе жили, дышали. И здесь, на этом балконе, под светом их собственных магий и воспоминаний, они все были чем-то объединены. И в этот момент было ясно: будущее, которое они строят, зависит от их готовности принять друг друга и искать силу в том, что они могут создать вместе. Тишина в доме Ветра была почти осязаемой, туманная и глубокая, как само время. В свете тусклых свечей, отбрасывающих свои тени на стены, три женщины сидели в столовой, разговаривая, но их мысли, казалось, были далеко от текущей беседы. В этот момент, когда Фейра собиралась продолжить разговор, связь с Бриаксисом внезапно натянулась, как струна. — Верховная правительница, — раздался в её голове голос Бриаксиса. — Ты мне обещала, что спросишь у них. Сейчас самое время, всё равно сидите и говорите о ерунде. Фейра слегка замерла. Внутренний голос Бриаксиса был твёрдым и безапелляционным, но за ним чувствовалась также и тонкая нить уважения. Она вспомнила, что действительно должна была поговорить об этом. Как бы то ни было, сейчас был момент. Фейра проморгалась и, прислушавшись к своим спутникам, увидела, как Манона и Аэлина, сидя напротив, начали поглядывать на неё с лёгким беспокойством в глазах. Это не укрылось от её внимания. — С тобой всё в порядке? — спросила Манона, её голос был настороженным, как всегда в момент, когда что-то выходило за пределы обычного. Фейра оторвала взгляд от них и тихо, с некоторым усилием, вернулась к реальности. — Когда к нам прибыл Фенрис, он кратко рассказал о Валгах. Я о них ничего не знала, — сказала Фейра, с трудом находя нужные слова. — Но в этом доме проживает одно существо, которое было крайне заинтересовано. Как я понимаю, Аэлина, ты сможешь ответить на его вопросы, если ты не против. Он крайне необычный собеседник. Аэлина посмотрела на неё с удивлением, слегка нахмурившись. — Бриаксис? — спросила она, не сразу понимая, о ком речь. — Фенрис что-то говорил о нём... Кто он? Фейра пожала плечами, её взгляд стал чуть более серьёзным. — Он что-то старое и древнее. Здесь его дом, и он находится под моей защитой. Его помощь была неоценимой в войне. — Фейра несколько мгновений молчала, а затем, почувствовав растущее напряжение, слегка ощетинилась, как бы готовясь к следующему шагу. Мгновенно она почувствовала отклик от Бриаксиса в своей голове. Чувствовала, как его магия окутывает её. Он был рядом, совсем рядом. А её собственная связь с ним натянулась, как тугая струна. — Всё как обычно, за пределы дома Ветра никуда, Бриаксис, — произнесла Фейра, как бы тихо подтверждая свои мысли. Её голос звучал уверенно, но внутри неё самой была своя буря. Ответ пришёл мгновенно, холодный и властный, как сама магия всего сущего. — Как обычно, Верховная правительница. На мгновение воздух в доме кажется застывшим, а затем где-то в глубине здания пошёл лёгкий ветер, но не такой, как обычно. Он был особенным, как сама магия Бриаксиса. В столовой воздух слегка изменился, и из этой новой энергии вплыло светло-серое облако. Манона и Аэлина сразу напряглись. Железные Ногти Маноны вылезли,а Аэлина напряглась и начала чувствовать, как огонь внутри неё вспыхивает. Она не могла двинуться, как и Манона, они обе почувствовали, как их силы противостоят чем-то гораздо большим, чем они привыкли. Это был Бриаксис. — Бриаксис, это Аэлина, королева Террасена, — произнесла Фейра спокойно, но с лёгким напряжением в голосе. — Манона, королева ведьм из Эрилеи. А это — Бриаксис. Он живёт здесь, в доме Ветра. Из облака поднялась тень, а затем из неё вышел силуэт. Бриаксис приблизился, и его тёмная фигура стала чёткой. Высокий и плечистый, в чёрном комзоле, с глазами, в которых таилась бездна. Он был одновременно знакомым и чуждым, существо, которое не следовало бы воспринимать как обычного гостя. Он стоял напротив, не двигаясь. Вокруг Аэлины вспыхнуло пламя, а из Манониного рта показались металлические зубы. Они обе были готовы к атаке. — Я вас не трону. Вы гости, — сказал Бриаксис, его голос был низким и немного ледяным, но в нём не было угрозы. Он проверял их. Вся магия вокруг сжалась, а затем рассеялась, как дым. Его щупальца, два тонких отростка, рассеялись в воздухе, как если бы они пытались найти ответы в самом пространстве. — Расслабьтесь, дитя богов, и ты, ведьма, дитя двух семейств, — добавил он. — Я не причиню вреда. Туман исчез, а из него, как из тени, появился человек. Он был всё таким же высокомерным, таким же старым и многозначительным, но теперь он выглядел как живой, как тот, кто приспосабливается к обстоятельствам. Фейра внимательно посмотрела на него. — То есть во время войны ты был этим облаком, а сейчас решил выбрать более человеческий вид? — спросила она, её голос был острым, с лёгкой обидой. Она понимала, что его трансформация — это не случайность. Бриаксис повернулся к ней, его глаза сверкнули, но в них не было злости, скорее — понимания. — Просто там в этом не было необходимости. Госпожа Верховная правительница, так нашим гостям будет проще со мной общаться. Он подошёл к столу и вольготно сел рядом с Фейрой. На его лице не было ни малейшего следа стеснения. Аэлина и Манона сидели, напряжённые и молчаливые, но всё же наблюдали за ним, пытаясь понять его намерения. — Даже не знаю, предлагать ли тебе вино? — с усмешкой спросила Фейра, налив бокал для себя. Она тоже почувствовала, как напряжение спадало, хотя её нервозность сохранялась. Бриаксис перевёл взгляд на Манону и её бокал. — Откажусь, а вот то, что пьёт она, можно, — ответил он, едва заметно кивая на бокал Маноны. Аэлина с Маноной переглянулись, их лица оставались напряжёнными. Они всё ещё не могли понять, что происходит, но чувствовали, что это не просто встреча. Аэлина, наконец, не выдержала и задала вопрос, который мучил её. — Откуда ты знаешь, что я — дитя богов? — спросила она с прищуром, её взгляд был пристальным и любопытным. Бриаксис медленно улыбнулся. — Я здесь не для того, чтобы отвечать на ваши вопросы, пока. Я хочу ответов. Аэлина сглотнула, но кивнула. — Эраван или Мантикс? — спросил он, и его голос был лёгким, как ледяная буря. — Кого вы убили? Манона и Аэлина переглянулись. Хором они ответили: — Эравана. Аэлина продолжила, её голос был твёрдым и спокойным. — И Маэву. Мы не знали её настоящего имени, но она тоже мертва. Бриаксис глубоко вздохнул и, казалось, смотрел куда-то вдаль, за пределы балкона. Но его глаза, как будто, проникали сквозь время и пространство. — Значит, остался только один… — тихо проговорил он, но в его голосе не было ни удивления, ни ярости. Он вернулся к ним, и его взгляд был тяжёлым. — Ты не обладаешь огнём, который смог их уничтожить. Кто тогда? Аэлина напряглась и, слегка осмелев, ответила. — Маэву убила я. Я наполнила огнем свой меч Здатинец. Потом я потеряла большую часть силы. Плюс кольцо Атрила очень помогло. А Эрована убила наша подруга целительница, ей помог Дорин. Он остановил его мечом Дамарисом. В сумрачной, уютной атмосфере столовой на мгновение повисла тишина. Фейра заметила, как на лице Маноны мелькнула тень подозрения, а в уголках губ Аэлины заиграла легкая усмешка, пока она сдержанно наблюдала за Бриаксисом, изучающим каждую из них своим пристальным взглядом. — Вы хорошо потрудились, — повторил Бриаксис, оглядывая королев, но в его голосе была теплая нотка признания. Затем он повернулся к Фейре, которая слегка нахмурилась, словно не до конца понимая, что скрывалось за его словами. — Так, а что значит, «остался только один»? — спросила она, сдвинув брови и приподняв бокал, словно это придавало вопросу дополнительную весомость. Бриаксис, глядя прямо в глаза Верховной правительницы, сдержанно улыбнулся. — Это значит, что Мантикс, возможно, все еще жив. Очень давно я был в других мирах и однажды встретил его-Оркуса... Скажем, столкнулся лоб в лоб, едва сам не погиб. Но и его удалось победить, благодаря помощи неравнодушных существ. Манона приподняла бровь и с лёгким презрением скрестила руки на груди: — Надеюсь, это не был один из твоих домашних питомцев. Фейра тихо охнула, уголок губ Аэлины дернулся, словно она была готова улыбнуться. Бриаксис, не обращая внимания на её колкость, повернулся к Аэлине: — Осторожнее, когда решишь отправиться в другие миры, дитя богов. Не везде всё так безоблачно. Аэлина вздохнула, прикрывая лицо ладонью, и ответила с лёгким сарказмом: — Я искала это место, следуя за воспоминаниями и чувствами. Остальные двери намеренна оставить закрытыми. — Мудрое решение, — одобрительно кивнул Бриаксис, но его взгляд тут же метнулся к темной нише у стены. — Оборотень, хватит подслушивать, выходи. Манона и Аэлина мгновенно повернулись к тёмному углу, где из тени осторожно вышла Лисандра. Её рыже-золотистые локоны спадали на плечи, а длинный халат ласково обволакивал фигуру. Она шагнула к столу, но взгляд её был слегка насмешливым, но сосредоточенном. — Простите, кто вы, напомните? Кажется, я пропустила представление. Бриаксис кивнул и бросил ей туманный взгляд, словно принюхиваясь. — Бриаксис, — представился он, повернувшись к Фейре. — Верховная правительница, ты что-нибудь чувствуешь? Фейра несколько раз моргнула, её взгляд становился всё более сосредоточенным, пока она изучала Лисандру. Её нос уловил новый, едва уловимый аромат — запах холодной земли, травы и первого весеннего цветка. В этот момент её лицо озарило недоумение, которое быстро переросло в изумление. — Такое возможно? — прошептала она, оторвавшись от Лисандры и обратилась к Бриаксису. Тот сдержанно пожал плечами, его лицо оставалось бесстрастным, но взгляд намекал на едва заметную ухмылку. — Котёл крутит свои тайные сплетения. Но, возможно, очень далекие родственники, — ответил он туманно. Лисандра переспросила: — Вы о чем, простите? Фейра обернулась к ней, и её глаза сверкнули пониманием: — Кажется, что здесь твой... далёкий родственник. Но он не многолик, как ты, — добавила Фейра . — Вот тут ты ошибаешься, — перебил её Бриаксис. — Его облик состоит из многих частей. Но, в отличие от тебя, он, видимо, с детства был ограничен одним единственным зверем. Лисандра застыла, как охотящаяся кошка, её глаза сверлили Бриаксиса. — Кто же это? — Верховный правитель Двора Весны, — ответила Фейра с хмурым видом. Манона, доселе молчаливая, усмехнулась, её губы тронула издевательская усмешка: — Дай угадаю, с этим Тамлином ты не в ладах. Фейра, закатив глаза, с лёгкой усталостью в голосе ответила: — Мы давно не общаемся, но моя сестра иногда бывает у него с истинной парой. Бриаксис, с едва сдерживаемым гневом, посмотрел на Фейру, но гнев был направлен не на нее.Это был гнев на Тамлина. Но потом снова приобрел привычное спокойствие. — Видимо, есть над чем подумать, — заметил он, вставая. — А пока что, дамы, вам пора отдохнуть. Лисандра, Манона и Аэлина поднялись, прощаясь кивками. — Спокойной ночи, — прошептала Аэлина, её лицо было загадочно серьёзным, но в глазах светилось тепло. Когда девушки скрылись в тени коридоров, Фейра повернулась к Бриаксису, глядя на него пристально. — Интересно, кто ещё, по-твоему, может иметь дальних родственников из наших знакомых? Бриаксис, с едва заметной улыбкой, только покачал головой. — Иди спать, Верховная правительница, а то Ризанд будет недоволен. Сказав это, он исчез в темноте, оставляя Фейру на балконе в тишине ночи, и лишь слабый шёпот Дома Ветра окружал её, словно тайна, которая ещё долго останется нераскрытой.