Часть 14

С каждым днем я чувствую, что что-то определённо не то. Я не знаю как описать, но такое ощущение, что я сильно угасаю. Сил становится меньше. Если раньше я могла не уставать сутками, то сейчас, ближе к ночи, я уже умирала от усталости.  Это может быть связано с тем препаратом? Ну, может быть. Но не думаю.  – Сережа, я поехала с Шурой, мне надо анализы сдать, – говорю я, подходя к серверной  – Сережа ушел, – быстро бросает Птица  – А, хорошо, тогда пока! – сказав это я покидаю офис.  Шура недовольствует, потому что раньше он совершал подвиги, освобождал людей, а теперь работает мои личным водителем. Потому что шабурной Олег настаивает на моей полной безопасности. Особенно после ситуации с крысой и фортом. Он буквально помешался на безопасности. Может и к лучшему это все. Честно.  Быстро сдав все анализы, я и Шура возвращаемся в башню. – Ты чего? Что-то случилось? – спрашиваю я, смотря на взбешенного Птицу, который яростно что-то печатал.  – Нет, – твердо говорит он – Да, но если ты не хочешь мне говорить, то ладно. Поспи, Птиц, больше суток не спал, – прошу я – Обязательно, – бросает Птица – Я не шучу, пожалуйста, – молю я – Допишу и пойду! Не лезь!  Ну и пусть сидит. Я без слов скрываюсь в ванной.  Сперва огрызается, а потом начинаемся «я плохая ты хороший». Бесит, гаденыш. Ладно, все равно лучше стал себя вести. Хотя бы по отношению ко мне. Это не могло не радовать. Прогулка с Олегом закончилась очередным скандалом. Мы уже хотели зайти домой, как снова увидели Наталью.  – Я ей щас всеку, – шепчу я брату – Тихо, наши займутся, я щас позвоню, – говорит Олег Пока он отвлекся на телефонный разговор, я уже успела шмыгнуть к ней. – Ну здравствуйте, Наталья, я вам не ясно сказала что-то, да? – уточняю я, смотря на нее с презрением, – Отвалите! Никакие деньги вам не светят!  – Да ты шлюха малолетняя! Покомандуй еще, – кричит женщина на меня  – Да пошла ты нахуй, плесень старая! – не сдерживаясь ору я, – Свали в закат уже! Из здания вышел Сережа, нет, Птица. Он подошел ко мне. Наталья хотела начать что-то кричать, но он перебил ее – Не смей так разговаривать с моей девушкой. Не скроешься прямо сейчас – сожгу. Все слухи о твоем сынке правда, и не заставляй меня их подтверждать лично для тебя. Не постесняюсь и рука не дрогнет это сделать, – с еще большим презрением говорит он Из башни выходит Шура и Миша, они подхватывают кричащую Наталью под руки и уводят.  – Больше не потревожит, – цедит Олег – Достала, совсем съехала бабка, пойдем, Сушка, – недовольно говорит Птица и тянет меня за руку. С чего такие позывы?  Олег остается ждать Шуру с Мишей на улице – Мне жаль, что она так пристает. Я понимаю, как тебе не приятно, прости, – быстро говорю я, когда мы заходим в лифт – Не бери в голову, бог ей судья, – выдыхает Птица уже более спокойно, – Приготовь что-нибудь поесть – Хорошо, рыбу? – спрашиваю я с улыбкой – Да, – коротко отвечает он Рыба получилось хорошей, даже Птица оценил. Я улыбнулась и ушла работать в спальню.  Опять плохо. Невыносимо болит голова. Взяла таблетки в тумбочке. Результаты анализов еще не пришли, поэтому оставалось только гадать, что со мной такое. Тяжело. Правда. Еще и эта ситуация с нашими родственниками. Это все невероятно давит.  Не заметила, как заснула прямо с ноутбуком на коленях. Сон как-то незаметно подкрался. Опять сказывалась усталость и изнеможение.  В последнее время я стала замечать, что Птица стал относиться ко мне не как к мрази, которая все портит. А даже более снисходительно. Я часто ловила на себе его странные взгляды. Каждый раз как-будто что-то не договаривал.  Проснулась я от ощущения, что на меня кто-то пристально смотрел. Так и было. Птица стоял ближе к окну и внимательно глядел на меня. – Ты чего? – спрашиваю я, потирая глаз рукой. Молчит. – Птиц, ауу, – тяну я, садясь на кровати, перевожу взгляд на часы, – Три ночи, ложись давай. Если хочешь один поспать, то я в офис на диван уйду, – быстро говорю я и встаю с постели Он продолжает молчать. Смотрит на меня  – Ты во мне сейчас дыру прожжешь, спокойной ночи, – обреченно вздыхаю я и иду к выходу из комнаты, окидывая легким взглядом Птицу. Он резко шатнулся. Я замерла на месте. Он же сейчас упадет. – Эй! Птиц! – кричу я и подхожу. Он в итоге просто падает на меня, я в растерянности тащу на постель  Без сознания.  – Олег! Тут Сережа, Птица, не пойму, сознание потерял! Да! Да ты нужен! Без врачей, – кричу я в трубку и скидываю, – Птицаа, пожалуйста, что с тобой?  Олег прибегает уже через минуту с аптечкой – Что случилось? – кричит он – Не знаю, я заснула, просыпаюсь, а он на меня смотрит, потом бам и вот, сделай что-нибудь, – верещу я – Тихо ты, женщина, от обморока никто не умирал, пока что, – Олег достал из аптечки какую-то вонючку. Птица сразу подскочил. Нашатрь наверное подействовал просто отлично. – Все, просто устал наверное, последи за ним, у меня желания находиться с этой нечистью больше минуты нет, спокойной ночи, позвони как Сережа будет, – просит Олег недовольно  – Ну Олеж, – стону я ему вслед, – Так, завтра у вас с Сережей выходной. Все, даже не спорь, – строго добавляю я Птице, – Воды принести?  – Почему ты меня не боишься? – резко спрашивает он – Опять двадцать пять, – шепчу сквозь зубы я, – С чего? Что у тебя за комплексы такие странные? Не боюсь я тебя! – Почему? – продолжает спрашивать он, опуская голову – Да что такое опять? Почему я должна тебя вообще боятся? Пока ты не начинаешь на меня кидаться и пытаться придушить все отлично, успокойся, тебе нужно поспать, я разберу документы, которые валяются в офисе, – спокойно говорю я  – Я пытался тебя убить, – настойчиво не унимается Птица – Не убил и ладно, я уже не злюсь на тебя, все, можешь не грызть себя – А если я тебя потом убью?  – Сережа не позволит тебе этого сделать, – напоминаю я, – Да и сбежать я успею всегда. Воды принести?  – Не нужна мне никакая вода! – рявкает он – Хватит мне грубить! У меня довольно гибкие нервы, но твои эмоциональные качели их сейчас добьют! Определись ты! Ненавидишь ты меня или нормально относишься! – кричу я в ответ, – Ведешь себя как ребенок! Даже хуже, это невозможно уже!  – Я не веду себя как ребенок!  – Ведешь!  – Ты ничего не понимаешь!  – Ага! Конечно! Я же тупая дурочка из левого переулочка!  – Да! Еще какая!  – Да пошел ты!  Я вылетаю из комнаты в разъяренном состоянии. Спокойнее Александра.. ты не убьешь своего парня. Ты не убьешь его.. Надо просто проявлять больше терпения.. да пошло оно все к черту! Я плюхаюсь на диван и хватаю свой телефон, который тут и оставила. На экране всплывает контакт Светы. Не читаю, сразу блокирую. Пошли они все.  В офис заходит Птица. Я поднимаюсь и спешу удалится куда-то подальше  – Побегай от меня еще!  – И побегаю!  Я залетаю в кухню. Птица за мной  – Я был не прав! – выпаливает он Я резко разворачиваюсь, чтобы проверить, что мне не послышалось  – Да ладно, – выдаю я – Ты не тупая дура, – завершает он – Вау, хуже, да? – издеваюсь я – Хватит! – раздраженно вскидывает он руками, – Хватит!  – Ну вот и всё, я пошла! – кричу я и собираюсь протиснуться к выходу  – Ты ничего не понимаешь! – продолжает кричать он – Так может объяснишь тупой дуре?! – в бешенстве отвечаю я – Не могу! – протестует он – Почему?! – продолжаю уже я – Не могу!  – Почему?! Отвечай! – Нет!   – Да! – Я не могу об этом сказать!  – Почему?! – Не могу!  – Да чего ты так боишься?! – вскипаю я. Птица с силой бьет по столу, так, что стакан, стоящий на нем, разбивается.  – Ты нас бросишь если узнаешь! – резко кричит он – Интересно послушать причину таких мыслей! – встаю я в позу – Да я тоже тебя люблю! Как этот твой сопливый придурок! – выпаливает Птица и, осознав, что вытворил быстро выходит из кухни. Почти даже выбегает.  А я так и остаюсь с разбитым стаканом в ногах. Что это сейчас было? Наплевав на осколки я быстро иду за ним – Объяснись! – кричу я  – Что не понятного?! Скройся! – орет он, захлопывая дверь в серверную прямо перед моим носом. Прямо как тогда… – Открой! Давай нормально это обсудим! – я начинаю стучать в дверь, – Так проблемы не решают!  Птица резко открывает дверь от чего я грохаясь назад, запутавшись в ногах – И что ты хотел этим сказать? – спрашиваю я зло, потирая ушибленный копчик, – я разорюсь на врачах.. – он быстро поднимает меня, – Ну? – Догадайся, – шипит он – Почему ты молчал? – спрашиваю я в бешенстве – Да потому что тебе был важен и нужен только Сережа! А я нет! От меня все пытаются избавиться, я болезнь! Ты носишься с ним, на меня тебе плевать! – кричит он – Потому что Сережа не ведет себя как пубертатыш! Ты меня посылаешь, к себе не подпускаешь вообще! А потом я тянусь только к Сереже и ты возмущаешься! Относись к людям так, как хочешь, чтобы они относились к тебе! – говорю я твердо, – А не закрывай перед их носами двери!  – И что изменил этот разговор? – раздраженно спрашивает Птица  – Ты ведь хочешь к себе ласки, но продолжаешь делать все, чтобы этого не произошло! Хватит строить из себя сухаря!  – Да какая разница! – орет он – Большая! – со всей дури рявкаю на него я Этот ор заставляет его заткнутся и задуматься. Я без слов спокойно его обнимаю. Наверное он этого не ожидал  – Придурок, – шепчу я   – Я сдаюсь, Суша, – спокойно отвечает он  – Я тебе не враг, чтобы сдаваться мне. Не надо замалчивать такое, – прошу я – А смысл? Ты и дальше будешь любить только Сережу, – обреченно шепчет он, зарываясь в моих волосах – Придурок. Ты же важная часть Сережи, я люблю Сережу и принимаю его целиком и полностью. Значит тоже люблю тебя, поджигатель, – легко смеюсь я. Он лишь крепче сжимает меня в объятиях.  … Что ж. После того, как Птица признался и я приняла это, вести себя он стал абсолютно по-другому, не психовал так часто. На меня не срывался, ну почти. Сам конечно не подходил ко мне, но когда я его обнимала или целовала было понятно, что ему очень приятно. Сережа был очень рад этому. Выглядит со стороны странно.. ну да ладно. Он правда был рад, что я с Птицей смогла выстроить доверительные отношения. Даже начал кружить меня в объятиях. Понятное дело, Птица часть Сережи, и он мне нравился, засранец еще тот, но после того разговора все стало куда лучше. – Птиц, – зову я, разглядывая кухонные часы на которых было время 02:34, – Спать. Быстро – Я работаю, Суша, – спокойно говорит он Я молча подхожу и вешаюсь ему на шею. Это всегда помогало. – Родной, я хочу заснуть с тобой, ты перерабатываешь. Приложение не рухнет. А вот если ты окочуришься от бессонницы – возможно и да, пойдем, – шепчу я – Не могу тебе отказать, – все таки сдается он, утягивая в поцелуй. .... – Сереж, если хочешь, то можем уйти, – говорю я, одергивая свой свитер, пока мы ходим по шоуруму, – Я понимаю, что ты не любишь магазины и мне очень приятно, что ради меня ты готов сюда сходить. Но твой комфорт мне куда важнее этого всего, – говорю я, прижимаясь к его руке – Спасибо, лучик, все в порядке, просто давно никуда не выходил, не привычно. Я очень тебя люблю, понимаю, что и я и Птица работаем постоянно. Будь моя воля я бы все время с тобой проводил, – шепчет он, целую меня в макушку, – Хочешь я приложение продам? Переедем куда-нибудь и будем счастливо жить, с тобой, с Олегом.. и со стаей наемников – Ну ты чего, любимый мой, не говори ерунды, я знаю, как тебе важна эта работа. Я ни в коем случае не против. Я горжусь тобой и Птицей, мне хватает внимания. Тем более сейчас ты нашел время для меня, что не может не радовать. Я бы тоже всю жизнь с вами провела. Люблю, – тихо говорю я Сережа крепче меня обнимает за плечо и широко улыбается. Ради этой улыбки я готова буквально на все. – Как тебе это платье? – спрашивает Сережа – Красиво, – улыбаюсь я, – Хочешь померю? – Конечно, – снова улыбается Сережа, – Если подойдет, то обязательно возьмем! *** Пару лет назад Устала. Выступала на психологическом форуме в качестве спикера. Зима в самом разгаре. Новый год через пару дней.  Опять будем вдвоем. С Сережей. Нет, я не против конечно, но брат. Я так хотела, чтобы он приехал, или хоть написал, что с ним все все хорошо, что он вернется совсем скоро. И мы снова будем все вместе. Но такого не происходит. Последнее сообщение, которое я от него получило было пять месяцев назад. Краткое «Прости за все». Может и искать его не стоит? Выживаемость в горячей точке ничтожна мала. Но смирится с мыслью о том, что брата больше нет, я не могла. Прохожу к спальне. Сережа опять ушел с головой в работу. Просто полностью. На все мои попытки его растормошить не отвечал ни чем. Просил лишь не отвлекать.  Его дело. Я приносила ему еду и кофе пару раз в день, чтобы он от голода не умер. Засыпала одна. Вставала тоже. Почему все рушится? Что и когда я сделала не так? Канун нового года. Я сижу в офисе.  – Александра, вам поступило письмо, – сообщает мне Марго – Куда? На электронку? – спрашиваю я  – Нет, его привез почтальон. Оля сейчас принесет, – отвечает помощница  – Ээ, – тяну я, давно не получила печатных писем, – Хорошо!  Спустя пять минут в офис поднимается Оля. Протягивает мне пакет. Я быстро достаю из него конверт, за ним вытаскиваю… нашивку…  Руки начинают дрожать. Это шеврон брата, я ему дарила его лет в 17.. письмо тоже от него? Неужели написал! – Сережа! Сереж! Олег написал что-то! Олежа написал! – кричу я и бегу в серверную. Сережа быстро встает и подходит ко мне.  Я распечатываю конверт. В следующую секунду весь офис сотрясается от моего крика. Это была похоронка…  Сережа подхватывает меня вовремя. Не дает упасть. Я тяжело дышу, сердце бешено стучит, слезы застилают глаза.. Сережа в панике смотрит на меня, потом быстро убегает на кухню за стаканом воды Я начинаю рыдать навзрыд. Не может такого быть. Не может!  Еще раз читаю текст карточки                    ИЗВЕЩЕНИЕ Прошу известить Волкову Александру Давидовну, проживающую по адресу *** о том, что ваш брат, Волков Олег Давидович, уроженец Ленинградской области города Санкт-Петербурга, погиб при исполнении боевой задачи во время вооруженного конфликта на территории Сирии 7 августа 2020 года. Смерть наступила в период прохождения действительной военной службы. Захоронен в братской могиле на территории Сирии.           Военный комиссар Иванков.А.П.  Ошибки нет. Нет.  – Саш, все будет хорошо, – говорит рядом сидящий Сережа, хотя в самого руки трясутся  – Скажи, что это глупая шутка! – резко кричу я на него – Саш, тише, мы справимся, – просит Сережа – Без него?! – ору я  ****  Повествование от лица автора.  Сирия. Май этого года. Шура с Олегом сидят на базе. Их отряд уехал на вылазку, а они остались здесь. Во-первых, из-за тяжелых ранений обоих, а, во-вторых, надо же было кому-то в случае чего отстреливаться отсюда.  – Телек что ль включи, – ноет Шура с настила на котором все обычно спят – Ты думаешь мы арабский понимать научились? Смысл вообще? – сухо спрашивает Олег, протирая рукоять пистолета. – Душнила, картинки хоть посмотрим, – возмущается Шура и включает допотопный телевизор. Показывал он только новостной канал, и то тот не всегда работал. Связи особо не было.  На экране замелькали разные картинки с какими-то происшествиями.  – О, как раз мировые новости, – говорит Шура и плюхается обратно на постель.  Телеведущая что-то рассказывала, Олег лежал лицо к стене. Может дремал, может нет.  – Эй! Волков! – резко зовет Шура – Че тебе? – отзывается Олег  – А у тебя сестра че крупная шишка? Че ее по новостям мировым крутят? – спрашивает Шурик Олег подрывается и внимательно вглядывается в телевизор. На экране мелькают кадры с задержанием Разумовского, которые сменяются отрывками у здания «Vmeste» – Я не собираюсь давать комментарии! – кричит девушка отмахиваясь от журналистов – Где здесь ближайший аэропорт? – спрашивает Олег  – Че? Ты спятил? – спрашивает Шура  – Нет, я уезжаю, я тебе говорил, случилось то, чего я так боялся, – решительно говорит Олег, подхватывая рюкзак – Ты издеваешься? Как мы щас уедем? Наши вернутся через час, – всплескивает Шура руками – Мы? – переспрашивает Олег – Че, командир, совсем попутал? Я теперь с тобой буду, ближайший военный в тридцати километрах, – говорит Шурик с ухмылкой – Ладно, ждем наших и валим. Там вроде как раз сегодня раненных должны увозить на родину, можем проникнуть, если повезет, то уже завтра будем в России.  Так и получается.  – Шура, я же просил, – воет Олег, смотря на стадо военных наемников, которых теперь нужно где-то размещать  – Не ври, что у тебя нет денег, – закатывает глаза Мальвина – Ладно, пошли, возьмем машину в аренду, пока свою не купим и поедем к участку. Я не могу ее там одну бросить, а Миша и Егор пусть жилье ищут, деньги переведу, – вздыхает Олег – Супер план, – радостно кричит Шура, – Щас еще и мака нажремся наконец-то! – Боже, – обреченно шепчет Олег … – Это она? – спрашивает Шура, смотря на быстро заходящую в участок девушку – Да, – вздыхает Олег, – Я урод, она совсем осунулась. Им же похоронку прислали – Щас дождемся тогда, я ее подвезу, ты куда-нибудь скройся, – говорит Шура – Да, так и планировал, – отвечает Олег и, накидывая капюшон себе на голову, выходит из машины и становится поодаль.  Спустя 10 минут она выходит. Хочет ведь подбежать, обнять сестричку. Но нельзя. Пока не решат проблему с Сережей показывается нельзя. На нее налетает толпа журналистов.  Он не узнавал ее, раньше за словом в карман не полезла бы, а сейчас стоит и что-то рассеяно отвечает. Шура вышел из машины и подбежал к ней. Выцепил из толпы и посадил в авто. Они уезжают. А Олег идет пешком. Позже за ним заедет Шура….  … – Волков, да не кисни ты, рассосется все, – подбадривает друга Шура, пока они издалека наблюдают за Сашей, которая сидит в парке.  – Это ужасно по отношению к ней, она явно этого не заслужила, может мне показаться? – спрашивает Олег – Сам знаешь, что нельзя. Адвокаты только начали работать над делом, долго еще. Сорвешь, – спокойно говорит Шура – Ты прав, – горько отвечает Олег.. …– Да пошло оно все к черту! – орет девушка, пиная диван в своей комнате. Кидает тарелкой в стену. Легче ей явно не становится от этого. Обессилено падает на диван и сворачивается. В таком состоянии проходит оставшаяся часть суток. Пока девушка была на работе Миша и Егор вскрыли квартиру и установили небольшую камеру в гостиной. Чтоб Олег меньше нервничал. Он хоть и не показывал этого, но все все чувствовали.  Каждый вечер Олег смотрел на однотипную картинку. Девушка возвращается с работы, с трудом впихивает в себя ужин и сидит весь вечер на диване. Апатия ее захватывала. Редко выходила гулять, тогда за ней следили другие парни, обеспечивая ее безопасность. Синяки под глазами, растрепанные волосы, конечно в нерабочее время, сгорбленная спина и грустное лицо, все это было вообще не свойственно сестре Олега. Кому угодно, но не ей. Три месяца прошло с момента суда. Она так и не смирилась. Иногда, сидя на диване, рыдала, выкрикивая то, что она ненавидит брата за то, что он ее оставил. Что уехал в Сирию, не сказав ничего. Потом долго извинялась.  Волкову казалось, что она сходит с ума…. …  – Сегодня мои коллеги, журналисты опять пыталась взять комментарий Александры Волковой по делу о чумном докторе. Полиция причастность девушка опровергла. Эдакая жертва обстоятельств. Девушка ничего не говорит, закрыла все свои соц сети, хотя раньше вела их активно. Со всем ей явно тяжело справляться. Выглядит Саша очень уставшей. Конечно, а что ей еще остается, принять информацию о том, кто ее бывший молодой человек – нелегко, – говорит красноволосая блогерша из экрана телефона Шуры – Да выключи ты это, – просит Олег Шуру – Дай я послушаю, надо же знать, что о твоей Сашке говорят в сети, она кстати правда расквасилась совсем. Я такой вселенской печали не видел еще. Может и правда есть смысл выдать себя, Олег? Я думаю да. До конца судебного процесса не так долго, плюс нам нужна агентка в больницу, – напоминает Шура – Ты хочешь отправить ее в самое пекло, ты дебил? – переспрашивает Олег – Нет же! Она будет добывать информацию. К тому же, ей совсем плохо. Может и не пережить такой стресс, а зная, что ее брат жив, ей будет легче, – предлагает Шура ***  От лица Саши И сейчас, вспоминая то время, как я отреагировала на смерть Олега, я смотрю на него и Шуру, как на умалишенных  – Нет, я не позволю, – твердо говорю я, на их предложение захватить Рубинштейна и узнать все, о том, чем кололи Сережу и зачем его похитили. – Нет и еще раз нет! – повышая голос твержу я – Саш, мы это все равно сделаем! – говорит Олег настойчиво  – Зачем испытывать судьбу! Он вроде отстал! – кричу я – Нам нужно знать, что от него ждать! Мы берем людей и идем на миссию. Это не обсуждается, – продолжает Олег, совсем не слушая меня – Олег! Это опасно! Нет! Пожалуйста! – кричу я – Тебе придется это принять, – говорит Шура – Тогда я еду с вами! – Нет! – в один голос орут оба