6. Апрель 1988-го

Герои - Пока мы молоды       Космос делал усиленный вид, что ковыряется в капоте машины, уже успев перебрать всю начинку, то и дело поглядывая, как Витя и Настя никак не придут к кульминации диалога.       - Послушай, если тебе с друзьями веселее, так с ними и проводи время, - Настя встряхнула пышные волосы и скривила губки. – Мне нужна серьезность! Я тебе говорила, что в ваших посиделках на трубах и плитах я участвовать не собираюсь. Если хочешь быть со мной – соответствуй.       - Насть, да успокойся ты, - Пчёлкин переминался с ноги на ногу, пытаясь успокоить девушку, - я сейчас все дела порешаю, ты только подожди немного.       - Я уже одного дурака с армии ждала два года.       - Да ладно, ждала ты, - перебил ее Пчёла, - ты мне это рассказываешь? Твой Сокол, как свинтил…       - Это вот не тебе об этом говорить, - она сжала губы, - Сокол – это так, ошибки молодости, первая любовь. Два года его печальные письма читать про кашу без мяса и запах кирзы… Романтика, блин!       - Хорошо, - закивал Витя, - хочешь романтики – пойдем в кино.       - Кино – так кино. Только не нужно ваших боевиков и прочей муры. Выбери что-нибудь нормальное. Учись красиво ухаживать и делать красивые поступки. Ты ведь позиционируешь себя как мужчину. Вот и давай, хватит играть в мальчика. Настя снизошла до сухого поцелуя в щеку и скрылась в подъезде. Едва она исчезла из поля видимости, Пчёлкин злостно отшвырнул мыском кроссовка камушек под ногами и двинулся к «девятке» Космоса. Холмогоров только успел вздохнуть. Не узнавал он Пчёлу. Так закрутить мозги другу могла только настоящая стерва.       - Чё, опрокинула тебя Настюха? – начал Кос, едва машина тронулась с места. – А я тебе говорил… С виду куколка, а в душе змеюка еще та.       - Да в принципе она где-то правильно говорит, - Пчёлкин откинулся на сиденье машины и закурил, - мы что, всю жизнь так бегать будем и суету наводить? Может, правда в бизнес уйти?       - Бизнес… Махнул, красивый! – Космос тоже закурил. – Ну прикинь, станешь ты коммерсом, а к тебе Цапля приедет и прессанет. Мы сейчас в стране живем, где стабильности нет. Сам же знаешь, как вон Ерёма со своей то по дядькам-тетькам, то по съемным хатам скитаются. А киндера сейчас как родят, и прикинь, че будет?.. Ты Настюху-то сильно не слушай. Бабок ей просто подкинь побольше, и нормально. Стерпится-слюбится.       - Да я думал у нас все по-другому как-то, - Витя выкинул сигарету в окно, - а это уже как-то напрягает.       - Бля, братан, я тебя вообще не узнаю. Заколдовала она тебя, что ли? Хорош! Себя-то не смеши. Настька тебя кинет по любому. Знаешь, как говорят? Лучше длинного хера в штанах – лопатник с баблом.       - Да она вроде не такая, - поморщился Пчёлкин.       - Она, может, и не такая, а жизнь такая, Пчёл. А от этой жизни и люди такие. Вот на хера тебе сейчас это?       - Ну чтоб так, по-человечески. Как у всех.       - Чего у всех-то? – остановил его Космос. – Думаешь, ты бабки будешь зарабатывать, а Настя борщи тебе варить? Такие, как она, поди, и не умеют. Она себя слишком любит.       - Да родичи у нее, вроде, адекватные… Батя нормальный мужик. Мы с ним выпили, за жизнь потрещали.       - Конечно нормальный, - снова рассмеялся Космос, - ты всю его семью содержишь. Пчёлкин и правда не понимал, почему именно Настя так прожгла его голову. В женском внимании парень никогда обделен не был, девчонки сами появлялись возле него, ему даже почти ничего не приходилось ради этого делать. Но Настя… Была она чем-то недосягаемым, как голубая мечта, и он столько усилий приложил, чтобы произвести на нее впечатление. Именно вся эта борьба за ее внимание заставила Витю что-то переосмыслить, понять, что слишком долго он шел к этому, поэтому полученный приз так важен для него сейчас. Пчёла стянул с приборки толстую красную папочку и с интересом покрутил ее в руках.       - А это еще че такое?       - Положи, - велел Космос, сворачивая вправо, - это Владюхе. Но Витя не положил, открыл первую попавшуюся страницу и начал читать:       - Любовь — это основа человеческого бытия. На ней базируются такие нравственные ценности как справедливость, доброта, милосердие, толерантность, великодушие. Любовь играет важнейшую роль в жизни человека, - и засмеялся. – Кос, ты че, решил такой нудятиной Владьке в любви признаться?       - Да иди ты со своими шуточками, - поморщился Холмогоров, - это ей работа. Чтобы из всей этой муры конспекты сделала.       - И на кой черт это надо?       - Деньги ей нужны. Я обещал подсобить, найти людишек, которым в универе нужно помочь, а они заплатят.       - И как бизнес-план? Работает?       - В том месяце работал… Сейчас нет.       - А это тогда откуда?       - От верблюда, блин. Насобирал ей, пусть делает.       - А кто платить тогда будет?       - Я. Она, естественно, ничего не знает. Так что попробуй только проговориться!       - Я могила! – помахал ладонью Пчёлкин. – Я всё сразу скажу.       - Ну сразу же получишь в лоб, - серьезно предупредил Космос. «Девятка» завернула за угол и остановилась около уже ставшей родной общаги. Холмогоров заглушил двигатель, вырвал из рук друга папку и поправил пиджак.       - Че, ты со мной?       - Естестна! – ухмыльнулся Витя. – Как ж я свою Мандаринку не повидаю! Антошка как всегда была на посту. Завидев вошедшую парочку, она отложила газету и спустила с носа очки.       - Драсти, Антонина Петровна! – лучезарно улыбнулись парни. – Чумакову позовете?       - А, братцы-кролики, - хмыкнула комендантша, - что-то вы к Чумаковой зачастили. А про сестрицу свою забыли уже?       - Да что вы, как можно! – протянул Космос. – У нас тут просто дела…       - Знаю я, какие дела...       - Очень важные!       - Охмурять девчонок – дело нехитрое.       - Мы – ни в жизнь, Антонина Петровна! – поспорил Пчёла. – Мы только с самыми серьезными намерениями. Семья должна разрастаться!       - Вот болтун, - цыкнула языком Антошка. Через пару минут в вестибюле появилась Влада. В растянутой футболке, с полотенцем на голове – из душа не успела выйти, когда Светка обрушила новость, что ее внизу ожидают.       - Вот она! Звезда эстрады! – растянулся в ухмылке Пчёлкин и распростер объятия. – Извините, красной дорожки нет, но мы в следующий раз будем предусмотрительнее.       - Вы чего заранее не предупредили, что приедете? – фыркнула Влада, поочередно приобняв парней.       - Да не парься, мы будем любить тебя и не накрашенную, и с мокрыми волосами, и даже без волос!       - Закройся ты уже, - закатил глаза Космос и протянул девушке красную папку, затем потянулся во внутренний карман пиджака, достал несколько купюр: - Вот, держи. И аванс.       - Спасибо, - с благодарностью улыбнулась Влада. – Даже не представляешь, как ты меня выручаешь.       - Совсем голяк? – нахмурился Пчёла.       - Полный.       - Кисло. Может, все-таки обдумаешь предложение? Витя еще в марте после успешно проведенных концертов в своем технаре, предлагал Цапле, Ерёме и Владе принять приглашение одного человека выступать в ресторане. Но тогда эта затея показалась Чумаковой не совсем правильной.       - Подумаю… У вас какие планы?       - Да вот надо до «Метеора» смотаться, билеты посмотреть на сегодня, - кивнул на друга Космос.       - В кино собрался? – улыбнулась Влада. – Везет. Что-то обдумав несколько секунд, Витя хлопнул в ладоши:       - Ну почему «собрался»? Собрались, ты вон с Косматым мне компанию составишь, да, Кос?       - Э, у меня были… - Холмогоров не успел договорить «другие планы», поскольку тут же получил ощутимый тычок в спину и взгляд исподлобья: - именно такие же предложения!       - Да вы что, ребят, у меня дел куча!       - Ничего, подождет твоя куча, - отмахнулся Пчёлкин. – Как ты можешь отказаться от приятной компании с двумя красавчиками?       - Да ну? – хмыкнула Влада.       - Согласен, с одним красавчиком и вот этим небоскрёбом.       - Пчёлкин, я тебе жало вырву, - процедил Кос.       - Вот видишь, чем приходится жертвовать! – обращался снова к Владе Витя.       - Да мне даже пойти не в чем…       - Это ж не театр, кто на тебя там смотрит, - вклинился и Космос. – Соглашайся, не заставляй Пчёлкина падать на колени.       - Я еще не в таком отчаянии, - парировал Витя. Влада рассмеялась.       - Ладно, тем более я уже исчерпала все отговорки.       - Слава богу! – ухмыльнулся Пчёлкин и сгреб девушку в охапку. – Давай, Мандаринка, не прощаемся.       - Я позвоню, когда купим билеты, - пообещал Космос и вытолкнул друга на выход. Влада улыбнулась, все еще провожая их взглядом в окно. Те, дурачась и толкаясь, двинулись к машине. Пчёла что-то сказал, за что Космос наградил его легким пинком под зад. Чумакова тихо посмеялась, пряча губы в кулачок. Космос ей не казался стеснительным парнем, но почему-то рядом с ней все его красноречие куда-то пропадало, и ситуацию вывозить представлялось именно Пчёле. Интересно, а сам бы Холмогоров догадался бы когда-нибудь пригласить ее в кино? Господи, она даже забыла, когда последний раз была в кинотеатре. Наверное, на первом курсе с девчонками, тогда вышел фильм «Валентин и Валентина». Сейчас Владе было абсолютно все равно, на какой фильм идти, главное, что наконец она сменит обстановку и… побудет рядом с Космосом.       - Девки, спасайте! – влетела в комнату Чума, стягивая с головы полотенце. – К вечеру я должна увидеть в этом отражении, - ткнула в сторону зеркала, - прынцессу!       - Ля, - подала голос со своей кровати Светка, - никак в ЗАГС собираемся?       - Да кто ж в ЗАГС вечером то ходит, - отмахнулась Анька.       - Нет, - засмеялась Влада, - в кино.       - Да ладно? – Светка тут же подскочила. – Наш скромняга-очаровага решился-таки пригласить тебя на культурно-уединенное мероприятие?       - А чего это скромняга? – не поняла Анька. – Вполне себе раскрепощенный парень.       - Это он с тобой раскрепощенный, - не согласилась Светка, - а с Чумой он как подросток на дискотеке. Они даже ни разу не поцеловались!       - Светик, прекращай. Между нами ничего не было, пару раз прогулялись и всё, - отмахнулась Влада.       - Ну сегодня это надо исправить! Ты ему сказала, чтобы брал билеты на последний ряд? Чумакова закатила глаза.       - Мы идем не одни, а с Витей и, как я поняла, с его девушкой.       - Тю, - сразу поникла Светка, - ну так точно не поцелуетесь…       - У Вити девушка появилась? – поинтересовалась Анька.       - Вроде как.       - Ну не устраивай тут сырость, - улыбнулась Светка, косясь на Аньку, - знаешь же, что ненадолго.       - Ну с этой он уже два месяца, - уточнила Влада. – И вроде как серьезно.       - Чума, вот че ты за человек? – скривилась Светка. – Свою личную жизнь устраиваешь, а Аньке вон все мечты разбила.       - Ничего я не устраиваю. Но могу устроить небольшой скандальчик, если вы не превратите это, - Влада указала ладонями на себя, - в приличного человека.

***

      Космос и Пчёлкин стояли около афиши и разглядывали список фильмов.       - О, смотри, «Десять негритят» повторяют, - ткнул в афишу Космос.       - Не покатит, - закачал головой Витя.       - «Воры в законе»…       - В жизни хватает.       - Во! «Холодное лето 53-го».       - Драма опять… Не подходит.       - Ну не знаю, - Космос почесал затылок, - я б глянул.       - Настюха попросила без всяких детективов и так далее… Холмогоров снова покосился на друга и закатил глаза.       - Какая разница, если кино хорошее?       - Смотри дальше.       - «Маленькая Вера». Пчёлкин задумался.       - О, Ерёма говорил, что там что-то про любовь. И сиськи.       - Кто о чём, - заржал Космос. – Но любовь и сиськи – непобедимая смесь. Че, на него берем?       - Да, погнали. Помахивая веером из четырех билетов, Пчёла приблизился к таксофону, похлопал свободной рукой по карману.       - У тебя нет двушки? – обернулся он к Косу. Тот порылся в карманах.       - Одно серебро… Но я сейчас превращу его в медь! – Космос остановил прохожего, чтобы тот разменял ему гривенник. – На, звони. Пчёлкин набрал номер и ждал.       - Да? – наконец, послышался голос Насти.       - Настюх, билеты взял, на 19:50. «Маленькая Вера», ага… Выбрали самое лучшее.       - Выбрали? – скривилась Настя, зажала трубку между ухом и плечом, разглядывая безукоризненно накрашенные ногти, и подула на перламутровый лак. – С кем, интересно?       - С Косом.       - Он что, тоже идет?       - Да, с девчонкой. Настя вздохнула.       - Короче, мы заедем за тобой к семи. Будь готова.       - Ага, - и Настя сбросила вызов. Услышав на том конце гудки, Пчёлкин покрутил трубку в руке и, пожав плечами, нажал на рычаг.       - Ща Владьке еще позвоним…       - Это я сам, - перехватил трубку из его рук Космос. Витя усмехнулся.       - Давай, Ромео, скажи, что мы ее подцепим раньше, чтобы всё успеть. За Владой ребята заехали в пять вечера, и пока до встречи с Настей оставалось чуть более часа, решено было переждать у Пчёлкина. Все сидели за столом, пили чай.       - Мам, передай варенье.       - Предложи Владе, – сказала мама. – Это райские яблоки, сама варила.       - Спасибо, - кивнула Чумакова, - я как раз очень люблю райские яблоки. Старшая Пчёлкина засуетилась.       - Космос, зайчик, совсем отощал, давай-ка вот пирожки, ешь-ешь! Ладушка, а у вас там, откуда вы, райские яблоки растут?       - У нас нет. А вот подружке в общежитие часто из дома присылают, мы всегда их навариваем столько – потом всю зиму съесть не можем.       - А как вы их варите? – мама старалась не упустить нить разговора.       - Мама, ну что ты, ей-богу, – улыбнулся Пчёла. – Владьке это неинтересно.       - Да ладно, - отмахнулась Влада, - очень интересно. Мы варим отдельно сироп из антоновки. А потом уже всё вместе.       - Ах, из антоновки… Как интересно. Паша, ты слышишь? – обратилась она к мужу. – Сироп из антоновки! Папа нехотя оторвался от газеты.       - В Ольстере опять…       - Паша, кому интересен твой Ольстер, - укоризненно сказала мама. – У нас гости!       - Да нет, что вы, - улыбнулась Чумакова, - это как раз очень интересно. Мне кажется, если бы сепаратисты нашли общий язык с ирландской революционной армией…       - Ну, ты даешь, Мандаринка… - изумился Витя, незаметно толкнув Космоса.       - Как вы говорите? – заинтересовался Пчёлкин-старший. – Это что-то новое. Тут этого нет, – и отложил газету.       - Если посмотреть в корень событий… – начала Влада. – Помните, говорили о заявлении…       - А сироп вы сколько варите? – перебила мама.       - Часа четыре, - обернулась к ней Влада.       - А с яблоками сколько раз? – не унималась мама.       - Три, - ответила Влада.       - Чьём заявлении? – настаивал папа.       - Английского правительства. О компромиссе, - продолжила Влада.       - С хвостиками? – уточнила мама.       - Обязательно! – отозвалась Чумакова. – Анька, ну, подружка, говорит, в хвостиках все дело.       - А у меня они почему-то обламываются. Может, я их перевариваю? – огорчилась мама. Тут вмешался Витя:       - Мама, тут сейчас не до хвостиков. Там кровь льется, – он кивнул на газету.       - Это просто ужасно, что религия приносит не успокоение, а кровь, – вздохнула Влада. Парни переглянулись между собой и синхронно кивнули. По части кулинарии мама Пчёлы была спец и могла разговаривать о любимом деле сколько угодно.       - Пчёл, ты забыл, мы же опоздаем, - толкнул Космос друга.       - Да, мамуль, извини, у нас билеты в кино.       - Да? А что вы идете смотреть? – поинтересовалась мама.       - Это… - Витя пощелкал пальцами. – Про Веру…       - Маленькую, - добавил Космос.       - Да, про маленькую Веру. Когда Космос и Влада вышли на лестницу, мама задержала Пчёлкина.       - Господи, почему, как хорошая девушка, - зашептала она, - так обязательно твоего друга? Почему ты выискиваешь каких-то?..       - Ма…       - Если бы ты читал больше классиков, ты бы знал, что лучшие русские женщины всегда жили в провинции. И не гонялся бы…       - Мамуль, ну тише ты… Мама помахала рукой Космосу и Чумаковой, махнула рукой на сына и закрыла дверь.

***

Юра Шатунов - Розовый вечер       Витя поднялся на этаж Насти и несколько раз нажал на звонок. Никто не торопился открывать. Парень еще раз позвонил и для пущего эффекта постучал кулаком по двери. Наконец, ему открыли. На пороге стояла Елена Васильевна, мама Насти:       - Ой, Витя, здравствуй. Ты извини, не сразу услышала. Телевизор…       - Я понимаю, - как всегда улыбнулся ей Пчёлкин. – Я за Настей. Мама немного замялась, развела руками.       - А Насти нет. Тут опешил Витя.       - Как «нет»? Я ей звонил днем, мы договорились, что в семь я за ней зайду, и мы поедем в кино.       - Да-да, что-то такое она мне говорила. Но у нее дела появились, сказала, что сразу поедет к кинотеатру. Пчёла размял шею, соображая. Осознав, что больше ничем интересным Елена Васильевна поделиться не сможет, поджал губы в улыбке и кивнул:       - Ладно, спасибо. До свидания! – и пустился вниз по лестнице. Едва ему стоило оказаться в машине, Влада и Космос переглянулись.       - Ну и где твоя-то? – недоуменно покосился на друга Холмогоров.       - Да ерунда какая-то, - поморщился Витя. – Мать сказала – ушла по делам, подъедет к кинотеатру сама…       - Дело ясное, что дело темное, - хмыкнул Космос, - ладно, погнали, там тогда и подождем. «Девятка» прибыла к «Метеору» ровно в половине восьмого. Пока Влада и Витя двигались к кинотеатру, Космос парковал машину. Пчёлкин судорожно оглядывал округу, стараясь в снующей толпе найти Настю. Чумакова отметила нервозность на лице Пчёлы и осторожно коснулась его плеча:       - Вить, да придет она, обязательно.       - Угу, - выдал подобие улыбки парень, продолжая зрительные поиски.       - Ну что, - их нагнал Космос, обхватывая обоих за шею, - идем? Сеанс скоро начнется. Пчёла покосился на скверик около кинотеатра.       - Вы идите, я тут ее пока подожду. Мало ли, опоздает. Нате, - он протянул два билета Косу, - располагайтесь пока. Я чуть попозже подойду. Космос пожевал нижнюю губу. Так хотелось сказать другу, что Настя просто его опрокинула, что в гробу она видела все эти хождения по киношкам, и что вообще она – конченная стерва, но сдержался. У Пчёлкина и так настроение было не ахти, портить его было никак нельзя.       - Ладно, давай только не долго, - согласилась Влада. – Мы ждем. Когда они скрылись за дверьми кинотеатра, Витя медленно двинулся к скверу. Сумерки давно сгустились над городом, фонари зажглись по всему периметру аллей. Парень медленно бродил вокруг огромной клумбы, мерил расстояние от одной лавочки до другой, снова и снова вглядывался в силуэты около входа. Странно. Пчёла столкнулся с этим впервые. Обычно это он мог резко поменять планы, или забыть предупредить, а здесь его так подставили, еще и на глазах у друзей. Смешно… Те, кто готовы ради нас на многое – нам ни капли не нужны, а тем, ради кого мы можем вывернуть всю душу наизнанку, мы же на хрен и не сдались. С каждым шагом по потрескавшемуся асфальту приходило стойкое убеждение того, что Настя не придет. Уязвленное самолюбие заныло в груди раненым зверьком. Да и черт с ней, Пчёлкин! Друзья ждут. А с ней еще разберешься. Плюнь и забудь!.. Но плюнуть он плюнул, а забыть не смог – так и сидел в кинотеатре, вперившись в огромный экран, наблюдая, как там зарождается большое и светлое советское чувство. А затем зарождались последствия этого чувства… На моменте, когда отец Веры полоснул главного героя ножом, Влада вздрогнула и машинально вцепилась в ручку кресла, только через пару мгновений осознав, что вместо подлокотника сжимает длинные пальцы Космоса. Он тоже ощутил дрожь в руке, но от контраста – когда его прохладную руку накрыла горячая ладошка Влады. Они переглянулись, обменявшись смущенными улыбками, и перед тем, как убрать свою руку, Влада почувствовала, как Космос чуть сжал ее пальцы, будто успокаивая.       - Блин, я так боялась, что же будет в конце, - выдохнула Чумакова, когда их троица вышла на порог кинотеатра. – Как вам фильм?       - Мне зашло, - пожал плечами Космос. – Есть, над чем задуматься. Да, Пчёл? Витя кивнул, подпалил сигарету и закурил.       - Ну что за молчание ягнят, - протянул Холмогоров. – Ну, хочешь, я сам к Настюхе пойду и разберусь, че за дела?       - Еще не хватало, - буркнул Пчёлкин. – Сам разберусь... Ладно, погнали, завезем тебя, Мандаринка.       - Ой! – вдруг округлила глаза Влада, глядя на часики. – Ребята, нам надо успеть до одиннадцати! Побежали! Но сегодняшний день теперь поиздевался не только над Витей, но и над Космосом с Владой – «девятка» отказывалась заводится, а время неумолимо бежало, даже не думая делать скидку на форс-мажор. Наконец, когда часы уже показывали «22:35», машина соизволила завестись. Несмотря на то, что Космос пытался выжать максимальную скорость из автомобиля, разогнаться они смогли только до 150-ти километров. Игнорируя некоторые красные светофоры, «девяток» летел к общежитию №3.       - Антонина Петровна! – жалобно взмолилась Влада, стукнув ладошкой по железной двери. – Ну на пятнадцать минут опоздала!       - Регламент – он один для всех, Чумакова! – строго проворчала Антошка. – Если б ты опоздала на пятнадцать секунд, я бы еще подумала. Урок тебе будет! Не шляться до темноты непонятно где и непонятно с кем. Засов противно лязгнул, и Влада, опустив голову, уныло поплелась обратно к машине, где сидели ребята.       - Лютует женщина, - покачал головой Пчёлкин. – Хочешь, я попробую?       - Не надо, - отказалась Чумакова. – Тогда точно столько всего услышу… Космос побарабанил пальцами по рулю.       - Ну остается один выход, забрать тебя с собой.       - Как это «с собой»? – не поняла Влада.       - А что, перспектива куковать до утра у общаги тебе улыбается больше? Девушка молчала, гневно глядя на погасшие окна общежития.       - У меня зал свободен, попрошу маманьку, постелет тебе там, - выдвинул предложение Витя. – Я ситуацию объясню.       - Я ее к себе заберу, - вдруг выдал Космос. Влада и Пчёлкин покосились на него. – Что, проблема?       - К себе в академию? – улыбнулся Пчёла.       - Отца с Надькой нет все равно…       - Ты так лошадей не гони! – засмеялся Витя. – Напугаешь же девушку!       - Да я без всякого, осёл.       - Шутки-шутками, а решать надо, Мандаринка. Мое предложение в силе.       - Мое тоже, - эхом отозвался Космос. Влада поглядела поочередно то на одного парня, то на другого. Затем кивнула:       - Ладно, Космос, вези в свою обитель.       - Вы там только аккуратно, - хихикнул Пчёлкин, прежде чем получил тычок сзади от Чумы и подзатыльник слева от друга. Парень делано оскорбился. – Вот друзья, называется! В кино сводил, в один будуар отправил, а они всё недовольны…