Мешок со спойлерами

Авторы об Элиезере Юдковском:

— Юдковский Наш!

— Воистину Наш!

                                    Вся идея книги — это, в сущности, поиск наиболее надёжного способа отразить в зеркале разума содержимое целого Юдковского.

      Ветхие руки Дамблдора одолевал тремор. «Я всего лишь глупый мальчишка, который стал глупым стариком», — отразились в его памяти слова, некогда сказанные ребёнку, который уничтожит Вселенную.       Дамблдор и не ведал, что его мудрость была притворной. Каково это оказаться пешкой в руках пророков и каждым решением приближать истребление людей, населяющих этот мир?

***

      Хогвартс приуныл без сумасшедшего волшебника. Минерва никогда не считала себя достойной директорского кресла. С уходом Дамблдора она окончательно уверилась в своих подозрениях.       — И как только ему удавалось держать в узде эту помесь школы и сумасшедшего дома?, — подумала Минерва, однако её размышления прервало нахлынувшее уныние.       Так мог бы сказать Гарри Поттер. Она задумалась о мальчике, чьё детство они обратили в пепел и станцевали на нём канкан.       Минерва Макгонагалл небрежно нарисовала кошку на бумаге с текстом, который уже дважды отрепетировала. Сколько раз её просили избрать подпись попроще, однако анимагическая сущность исправно демонстрировала подхвостье. Она перечитала написанное ещё раз, вновь сморщилась, тяжело вздохнула и отложила пергамент.       Несколько минут спустя дверь директорского кабинета распахнулась, и обессилевшая Минерва поковыляла в главный зал. Древний артефакт, называемый Распределяющей шляпой, остался в кабинете наедине с книжными полками и бессмысленными звуками, на которые Минерва так и не наложила чары тишины.

      ***

      Гермиона заметила, что её стала раздражать наивность, более ей недоступная. Другие ученики говорили о ней всякое: дескать, воскрешение повредило её душу, обратив послушную ученицу в Тёмную Леди.       Девочку-Которая-Ожила никогда не удовлетворяла болтовня о душах. По её мнению, это слово ничего не объясняло. Душа, флогистон, теплопроводность — всё это лишь создаёт иллюзию объяснения, служит затычкой для любопытства. Однако большинству хогвартских оболтусов иного и не требовалось. Причём речь не только об учениках, но и о преподавателях.        «Как можно всерьёз воспринимать взрослых, если они глупы», — думала Гермиона. Поначалу она опасалась, что у неё появилась собственная тёмная сторона, однако вскоре эти мысли принесли ей удовлетворение.       Тёмная сторона Гарри делала его умнее. Мальчик-Который-Выжил побеждал там, где обязан был проиграть. А Гермиона не любила проигрывать. Этот путь перестал для неё существовать после воскрешения, когда она открыла глаза сверкающей принцессой единорогов и начала мечтать о собственной базуке.

      ***

      Месяцы вольного одиночества не слишком уж отразились на его интеллекте. Конструируй его судьбу драматург, он бы обязательно сделал его умнее, поскольку не привык отступать от штампов. Однако старушка Реальность распорядилась Крэббом иначе.        То был роковой день, когда все трое — Малфой, Винсент и Грегори потеряли отцов. Матери двух последних сочли дальнейшее сотрудничество бесполезным и разорвали контракт. Да, Винсент дружил как с Грегори, так и с Драко. Иначе и быть не могло. Однако смерть лорда Малфоя — их главной скрепы — не оставила от былой дружбы камня на камне.       Кто знает, может разрыв контракта тоже внёс лепту в повальное увлечение Малфоя рациональностью. Прежде на него изредка влиял Гарри Поттер, однако куда больше времени он проводил в компании своих телохранителей.        Крэбб не был одинок в привычном смысле этого слова. У него всё ещё оставалась мать, а также знакомые среди слизеринцев. Только вот он ощущал себя бесхозным: словно некогда излюбленная сковородка, внезапно вышвырнутая в чулан. Он не переоценивал свой интеллект, лишь хотел быть полезным и нужным.       Гойла, казалось, подобные мысли не посещали. Отвязавшись от семьи Малфоев, он получил субъектность, подыскал друзей себе по разуму и даже начал плести интриги, как и подобает всякому слизеринцу.