2

2. Как только полиция задержала злодеев, Шота направил сообщение в офис детектива Цукаучи. Упомянутый детектив явно устал от переутомления, но все же постарался улыбнуться, когда вошел герой. За этим немедленно последовал стон мужчины, который ударился головой о стол, когда Шота заговорил о Рейне. Очевидно, Рейн дроп, более известный как Рейн, был линчевателем, который последние несколько месяцев бегал по округе. Цукаучи привлекли к делу, потому что, конечно же, так оно и было, и как только документы были оформлены, линчеватель начал свое царство террора. Не сказать, что "царство террора" на самом деле было не таким уж и большим. Записки, адресованные детективу, оставленные злодеями с описанием их причуд, кофе из его любимого кафе, оставленный на его столе, и электронные письма с подробной информацией о бандах, с которыми детектив пытался разобраться. На первый взгляд все это казалось полезным, но сводило мужчину с ума, когда он пытался понять, как именно этот парень все это делает. Единственное, что он смог подтвердить о линчевателе, так это то, что он не использовал свою причуду в драке, поскольку в одной из стычек между ними парень нахально заявил: “Ну, в прошлый раз, когда я проверял, я не использовал причуду для драки, так что технически я не линчеватель”. Этот конкретный лакомый кусочек, казавшийся правдивым, похоже, по-настоящему расстроил детектива. В довершение всего, как только стало известно имя линчевателя, упомянутый парень подумал, что было бы забавно начать брать с собой в патрулирование пульверизатор и использовать его на преступниках, как на непослушных кошках. Это не помешало ему использовать крылатую фразу, которая стала его именем, но сделала ее более точной. В конце концов, Цукаучи подкупил Шоту, чтобы тот присоединился к делу. Герой ворчал по этому поводу, но, честно говоря, он был заинтригован этим парнем. Он с легкостью смог увернуться от его оружия захвата и знал его геройское имя. Способность к одному из этих трюков привлекла бы его внимание, а способность к обоим навыкам вызвала у него желание поймать этого ребенка и узнать больше. Поймать Рейна оказалось непростой задачей. Каждый раз, когда они сталкивались, Рейн мог сбежать. Либо используя свои геройские обязанности против него, либо каким-то образом обводя его вокруг пальца. Однажды мальчишка даже использовал свой распылитель, чтобы ослепить Шоту, прежде чем исчезнуть. Игра в кошки-мышки, кажется, никогда не закончится. А также эта глупая фраза. “Я просто подумал, что стоит заглянуть”. “Решил, что стоит заглянуть”. “Решил заглянуть, да?” “Похоже, ты надеялся, что я загляну”. Честно говоря, это раздражало. Каждый раз, когда парень показывался, ему всегда удавалось как-то незаметно “заглянуть” в разговор. В этот момент это казалось почти инстинктивным. Как будто парень даже не думал об этом. Однако в конце концов, после нескольких месяцев погони и кофе, таинственным образом оказавшегося на станции, адресованной ему, оказалось, что у этих двоих вошло что-то вроде рутины. Один из них с кем-то дрался, другой появлялся и помогал, парень произносил свою коронную фразу, а затем уходил. Иногда он слегка махал рукой и говорил: “Увидимся, Ластик”, а иногда перед уходом рассказывал что-нибудь интересное о деле, над которым работает герой. К этому моменту Шота отказался от попыток поймать подростка. (“Мне пятнадцать!” - крикнул линчеватель после комментария о том, что он слишком мал ростом для двенадцатилетнего.) Он не видел в этом особого смысла. Они держались подальше от наиболее опасных драк, в основном оказывая поддержку на расстоянии, если это было необходимо, и в драках, в которых они принимали участие, малыш мог постоять за себя. Казалось, он хорошо питался, и ему каждый вечер накладывали свежие повязки, если он был ранен. Конечно, он не стал бы надолго отказываться от патрулирования, независимо от его серьезности, но Шота едва ли мог судить об этом. Проще говоря, эти двое привыкли друг к другу. Легко подшучивая и протягивая руку помощи, когда это необходимо. Зная парня так хорошо, герой не мог сказать, что был удивлен, увидев его в таком затруднительном положении. Все, что он мог сделать, это стоять, скрестив руки на груди, и удивленно смотреть на перевернутого подростка. “Привет, Ластик. Забавно видеть тебя здесь”. Рейн нервно хихикнул, когда проволока, подвешивающая его к крыше, слегка развернула его тело. “Забавно”. Шота остался невозмутимым. “Что именно произошло, проблемный ребенок?” “Я не понимаю, о чем ты говоришь. Я просто случайно оказался поблизости и решил заскочить. Потусоваться немного” Ответил парень с невидимой улыбкой на лице. Герой еще выше приподнял бровь. Рейн немного поерзал, из-за чего проволока слегка покачнулась, прежде чем, наконец, смягчилась. “Я пытался протестировать свой новый крюк для захвата. Удар был сильнее, чем я ожидал, и я вроде как потерял контроль”. После объяснения Шота не смог сдержать вздоха. “Что я тебе говорил насчет тестирования нового снаряжения без моего присмотра?” “Я знаю”, - заскулил линчеватель. “Но я ничего не мог с собой поделать! Я ждал его прибытия несколько недель и не смог найти тебя ни на одном из твоих обычных маршрутов.” Пока Шота наблюдал, как линчеватель слегка покачивается, явно дуясь, он не мог сдержать ухмылки, мысленно посмеиваясь. Рейн иногда заставлял его забывать, что он всего лишь ребенок. Он может каждую ночь бороться с преступностью и избегать ножевых ранений, как будто они ничего не значат, но он все равно был глупым подростком, который собирался делать классические глупые подростковые штучки. Какой проблемный ребенок. "Ну, раз ты просто “тусуешься”, как ты сказал, то мне ничего не нужно делать." Заявил Шота, направляясь ко входу в переулок. “Подожди!” Позвал Рейн. “Ты же не собираешься просто оставить меня здесь, правда?!” Мужчина повернулся, приподняв бровь. Ребенок захныкал. “Ты же должен быть героем”. “Да”. - признал герой подполья, поворачиваясь лицом к подростку. "И это геройская работа - арестовывать линчевателей. Особенно несовершеннолетних, которые пробуют свои силы в геройстве”. Рейн слегка пошевелился в перевернутом положении. "Но ты бы этого не сделал. Ведь подпольщики известны тем, что спускают линчевателей с крючка?" Промурлыкал Шота, подходя ближе. “ Да. Хотя большинство из них не хотели бы, чтобы дети бегали по ночам. Линчеватель он или нет". Парень промолчал, услышав тонкий намек. Герой вздохнул. "Думаю, я мог бы помочь тебе спуститься." Рейн оживился, глядя на мужчину широко раскрытыми глазами. "Если ты позволишь мне заглянуть в твой блокнот." Взгляд, полный надежды, мгновенно погас и сменился яростным. Шота ожидал такой реакции. Несмотря на то, что они стали ближе, Рейн по-прежнему захлопывал блокнот и прятал его, как только осознавал, что рядом кто-то есть. Он даже отказывался говорить об этом с той же яростью, что и о своей причуде. Сказать, что герою было любопытно, было бы преуменьшением. “Я всегда мог бы просто отвезти тебя в участок”. Шота предложил. Глаза парня расширились на мгновение, прежде чем он опустил голову (поднял?) в задумчивости. Он нахмурил брови и прикусил губу, взвешивая все "за" и "против". Однако через пару минут он сдался. “Я покажу тебе один из своих блокнотов, и ты поможешь мне спуститься, а не потащишь в полицейский участок после?” Один из? Шота не мог не задуматься, и кивнул. “Хорошо. По рукам. А теперь спусти меня вниз. У меня начинает кружиться голова."