Часть 2

Очень вовремя вернулся из армии Олег. Он стал жить у Разумовских, помогая им по дому. Молодые родители вздохнули с облегчением: Серёжа стал спокойнее, у Кати появилась возможность нормально работать и закончить университет. Она замечательно сдружилась с Олегом: он стал ей практически братом. Так прошёл почти год. Катя устроила свою маленькую рекламную конторку, а Серёжа развивал свою компанию. Олег тренировался и ходил по каким-то своим делам. И однажды вечером сообщил, что уезжает по новому контракту в Сирию. Серёжа вместе с Танечкой уснули вместе на диване в гостиной перед телевизором, по которому шло «Белое солнце пустыни». Катя, сделав звук потише, вернулась на кухню, где они с Олегом пили чай. Сев за стол, она заметила, что он колебался перед тем, как сказать: — Кать, ты ведь так и не сказала мне…Как погиб твой отец? Девушка вздохнула, постукивая пальцами по кружке и отведя взгляд от Олега, и ответила: — Я и не знаю. Так, шальная пуля, и всё… — Понятно. Катя с надеждой посмотрела ему в глаза. — Может, останешься? Серёжа скоро начнёт зарабатывать очень большие деньги, сможем все жить в своё удовольствие. Олег, улыбнувшись, произнёс: — Я не могу жить у друга на содержании. Он встал из-за стола, подошёл к Кате, поцеловал её в макушку и добавил: — Оставляю тебя любимой Серёжиной женой. Поначалу Сергей тосковал по другу, но тот периодически давал о себе знать: звонил, писал, и со временем Разумовский снова привык к его отсутствию. У них с Катей жизнь пошла своим чередом. У Серёжи развивалась соцсеть «Вместе», Катя устроила свой рекламный бизнес, а Танечку отдали сразу на несколько секций — её отец мог оплатить всё, чтобы она потом смогла выбрать то, что нравится ей больше. И всей семьёй они ходили в музеи, театры, гуляли и каждый год ездили в отпуск. Как-то раз Катя с Серёжей оставили Танечку дома с бабушкой и поехали в Эмираты на концерт Стинга. В день перед концертом они сходили на пляж, а после обеда поехали по торговым центрам. Вечером, когда садилось солнце, Катя надела купальник и поверх — Серёжину футболку с принтом «busy fighting dragons». Ступая босиком, Катя вышла из душа и отправилась на балкон. Серёжа, развалившийся на диване в шортах и гавайской рубашке, проводил её будто бы безразличным взглядом. — Мама твоя звонила, — лениво, на выдохе, произнёс он. Выйдя на балкон, Катя с наслаждением вдохнула свежий воздух и отозвалась: — Ну и как там у них дела?   — Порядок…— Разумовский, кряхтя, менял положение тела, чтобы лучше видеть жену. — Но, кажется, она беспокоится, что мы привезём ей ещё одного внука… Катя смущённо усмехнулась: — Не знаю, как это комментировать… — Ну, я сказал, что мы пока не планируем… Он залюбовался её силуэтом. Катя смотрела из стороны в сторону, осматривая пейзаж, делая вид, что не замечает его прожигающего взгляда. Так продолжалось, пока Сергей не осведомился, склонив голову набок: — Ты так и будешь ходить в одной моей футболке? – Собиралась спуститься в бассейн, а что? Катерина повернулась, и Разумовский увидел, как она закусила губу. С предвкушением ухмыльнувшись, он подошёл к ней и положил руки ей на талию. Катя прикрыла глаза и запрокинула голову. Серёжа наклонился к её плечу и пропел, обдавая кожу жарким дыханием: — Please take me dancing tonight, I’ve been all on my own…  Катерина пропела дальше, обвив рукой его шею и посмотрев ему в глаза: — You promised one day we could, it's what you said on the phone… Поцеловав, Серёжа нежно поднял её и понёс в комнату, продолжая: — I'm just a prisoner of love, always hid from the light… — Take me dancing…Please take me dancing tonight… — допевала Катя, едва сдерживая дрожь в голосе и теле, пока он клал её на кровать и снимал с неё футболку. Она выгнула спину, и Разумовский распустил ей завязки купальника. Пока он, не отрываясь, целовал ей шею и грудь, она ловко расстёгивала ему рубашку.

***

Стояла тёплая ночь. Обнажённые, они лежали под тонкой простынёй. Катя повернулась к Серёже и заправила ему рыжую прядь за ухо, отчего тот улыбнулся. — Серёж… — тихонько произнесла Разумовская. Он коротко отозвался: — М? — Я есть хочу… — Ты у меня голодная? — нежно спросил Серёжа. — Ага… Он приблизился к ней, поцеловал в лоб, а затем сказал: — Пойдём, я тебе твой любимый бутерброд с творожным сыром сделаю. Разумовский встал с кровати и надел халат, который достал из шкафа. Катя произнесла с тоской, обнимая подушку:   — У нас нет творожного сыра… Сергей устало вздохнул и пошёл собирать по комнате шорты и рубашку. — Значит, сейчас пойду за сыром.