Глава 23

— Объявляется медленный танец! — объявила какая-то вожатая в микрофон. По лицу Клубка расползлась ехидная шипперская улыбка. Он подмигнул Огоньку. Рыжий лишь слегка закатил глаза. — Ладно, иду. Почему-то уверенность Огонька в том, что он так легко пригласит Горчицу на медляк, резко убавилась. Он чувствовал, как его начинает одолевать неловкость. Парень чего-то боялся. Но чего? — Давай, давай! — подначивал его друг. — А то так весь медляк пройдёт. — Ладно, с Богом. Если что, я люблю ромашки, приноси их на мою могилу, — сказал Огонек и подошёл к Горчице. Та, стараясь скрыть своё удивление, слегка приподняла брови. — Что? — спросила девушка. Огонёк замялся. Чёрт, а почему он не может сказать несколько таких простых слов? Он что, реально втюрился? Пф, бред. — Это, — начал Огонёк. Да, идеальное начало приглашения. — Пойдём медляк со мной танцевать? Где-то рядом подавилась печенькой Змейка. Но Огонёк не обратил на это внимания, его взгляд был устремлён на другую девушку. Парень заметил, как Горчица еле заметно покраснела. Ну же, отвечай скорее! Ему нужно понять, выиграл он пари или нет. — Да, хорошо, давай, я не против, — кивнула Горчица. Чёрт! — ДА!!! — воскликнул Клубок. — Я же говорил, что она согласится! — Я же говорила, что он пригласит тебя на медляк, — усмехнулась Змейка. — У вас что, тоже пари было? — спросил Огонёк. — Да, — пробурчала Горчица. — И я проиграла. — Я тоже. — Ну, хоть медляк станцуем. Может, расслабимся.

На город опустилась тьма, и мы одни

На крыше, где никто уж не достанет нас

Хотелось бы Огоньку, чтобы они были только вдвоём. Но не судьба… Или всё-таки судьба? Рыжий краем глаза увидел, как Клубок куда-то отошёл.

Смотрю лишь на тебя, мне сложно говорить

Тебе всего семнадцать, но ты так мила

Горчица смотрела прямо на Огонька. Какого чёрта он пригласил её на медляк? Нет, она была рада, но… говорить и впрямь было трудно. От волнения и немного от радости. Огонёк и вправда был мил, хоть ему и не семнадцать, а пятнадцать.

Я крепко тебя за руки беру, но тебе пора домой

Я тебя завтра наберу

В моем сердце ты устроила кровавую войну

Что со мною происходит, не пойму

Оба действительно не понимали, что с ними происходит. Они были просто друзьями. Просто друзьями и ничем больше, но… Но Огонёк порой тонул в зелёных глазах Горчицы. Он любил смотреть, как она играет в баскетбол. Он любил её длинные белокурые волосы. Он любил её. Как подругу, конечно. Но Горчица порой, сама того не замечая, пялилась на Огонька. Она любила его смеющиеся глаза и огненно-рыжие волосы. Она любила наблюдать за его всегда спокойным поведением. Она любила его. Как друга, конечно.

Мы с тобою так мало знакомы, но ты мне нравишься так

Той малолетней любовью, блин, я влюбленный дурак

Про себя этих строчек не мог сказать никто. Ни Горчица, ни Огонёк. Вернее, могли, но мысль про то, что ему или ей может кто-то нравиться, была подавлена ещё на самой ранней стадии. Правда, мысль продолжала бороться за своё существование и совсем скоро должна была выбиться наружу, чтобы резко взбудоражить мозги.

В воздух летят феромоны, ими заполнен рюкзак

От тебя пахнет любовью, в голове полный бардак

— От тебя не любовью пахнет, а потом, — хмыкнула Горчица, вслушиваясь в текст песни. — Ну прям уж, — закатил глаза Огонёк.

Я листаю твой Инстаграм, каждой ночью я грущу

Ну почему тебя нет рядом?

Даже если я очень пьян, мои мысли о тебе

Меня так манят твои взгляды

Тут Огонёк вспомнил, что и впрямь каждую ночь грустит о том, что рядом нет Горчицы, с которой можно обсудить сегодняшний день. Ему её порой действительно не хватало. Особенно красивых зелёных глаз, таких выразительных и глубоких, что хотелось тонуть в них вечно.

Эй, как же я хочу тебя забрать

Увезти куда угодно, никому не отдавать

Я же знаю, как мечтала ты со мною убежать

И теперь на всех людей нам наплевать

Да, Горчица порой хотела, чтобы Огонёк переехал к ним в комнату. Мысль, конечно, бредовая, но ей реально этого хотелось. Чтобы они могли говорить всю ночь, чтобы он смотрел только в её глаза, чтобы он слушал только её…

Мы с тобою так мало знакомы, но ты мне нравишься так

Той малолетней любовью, блин, я влюбленный дурак

В воздух летят феромоны, ими заполнен рюкзак

От тебя пахнет любовью, в голове полный бардак

Последняя минута медляка прошла идеально для каждого. Огонёк вдоволь насмотрелся в глаза Горчицы. Ему даже не надо было с ней говорить или держать её за талию. Достаточно было просто смотреть и смотреть в её зелёные, прямо как изумруд, глаза. Горчица же улыбалась. Ей так нравилось, когда Огонёк смотрел ей в глаза… Становилось так легко и свободно, появлялось какое-то новое, странное чувство, которое она никак не могла описать…

«Нравишься так»

«Влюблённый дурак»

«Пахнет любовью»

Горчицу и Огонька осенило одновременно. Та навязчивая мысль всё-таки добралась до мозга и теперь прочно там засела, не давая покоя. Как только медляк закончился, оба мгновеннно отпрянули друг от друга, стараясь скрыть пылающую красноту на щеках. — Ну что? — спросил Клубок. — Это жесть… — вздохнул Огонёк. — Походу, я реально втюрился.