Глава 38

— Что ж, — вздохнул Клубок. — А теперь ждём. Парень опустился на пол около двери кабинета Когтя. Горчица села рядом, ища глазами что-нибудь, где можно будет спрятаться в случае чего. Не только же Коготь ходит по коридорам ночью! Хотя, не факт, что он вообще ходит. — А почему вообще Коготь должен бродить по коридору ночью? — спросила Горчица. Их план уже казался ей бредовым. — Не знаю, — пожал плечами Клубок. — Может, в туалет выйдет. — Ага. Или на наш шум. Во всяком случае, если ты продолжишь так громко говорить, он точно встанет и нас пришибёт! — проворчала Горчица. — Сидим молча! Оба затихнули. Каждый, как бы он этого не хотел, думал об Огоньке. Об их родном Огоньке, с которым они провели почти каждую минуту смены. Горчица вспоминала его радостные зелёные глаза, рыжие, часто торчащие во все стороны волосы. О его зажигательных и в то же время слегка неуклюжих танцах. Она вспомнила то, как они поцеловались в начале смены… Хотелось бы повторить. Только в этот раз поцелуй должен был быть с душой. — Но наступает ночь, — тихо запела Горчица. Ей нужно было выпустить эмоции хотя бы через пение. — Я сам не свой… Прогоняю все мысли прочь. Хочу с тобой убежать далеко, ну вот — снова зовёт… — Этот дикий круговорот тебя убьет, — продолжил Клубок. — Знаю эту песню. — Откуда? — удивилась Горчица. — Это саундтрек к «Пищеблоку». — А… понятно. Девушка тихо облокотилась головой на стену. Она одновременно хотела спать и не хотела. Голова стала тяжёлой, в ней кружились тысячи мыслей. Был словно какой-то туман, из которого хотелось сбежать и восстановить ясность ума. — А может… — хотел было что-то предложить Клубок, но вдруг резко схватился за голову. — Ай! Голова! — Что? Что случилось? — спросила Горчица. У неё тоже начинала кружиться голова. — Я снова в своей власти! — неожиданно одновременно воскликнули оба. Им не требовалось ничего говорить. В одно мгновение в их головах стало чисто, без какого-либо тумана. Они поняли, что тот охранник на время охватил их мозг, заставляя делать то, что нужно ему! Он смотрел им в глаза. Охранник их просто загипнотизировал! Дальше продумать они ничего не успели. Голова заболела вновь. — Чёрт, у меня появилась идея! — воскликнул Клубок. — Если мы будем кричать, то Коготь выйдет на шум! Тут-то мы его и прихлопнем! — Ты гений! — улыбнулась Горчица. — Давай ещё песню с матом затянем! — Давай! ПРЯМ НА СТОЛ! РАССЕЛАСЬ С ОГРОМНОЙ… — Клубок не успел ничего допеть. Послышались шаги, и друзья спрятались за дверь. — Мы знаем, что вы здесь! — проговорил чей-то такой родной и знакомый голос. — Что ж, давай, — Дымок взмахнул веером. Раздался звук стука в дверь. Змейка приготовила зажигалку, которая на деле оказалась перочинным ножиком, кладезью различных инструментов и шокером в одном лице. По их плану сейчас должен был выйти охранник, они бы его вырубили и отключили камеры. Дымок утверждал, что прошёл курсы взлома электронного дневника когда-то там, и теперь был уверен, что сможет уничтожить камеры. К тому же, у него был необычный веер, который, если подумать о каком-либо звуке, издавал его, причём с поразительной точностью. И вот, спустя несколько фальшивых стуков в дверь из кабинки охранника никто не вышел. — Ладно, значит, выбиваем эту дверь нахрен, — решила Змейка и как следует ударила по ней ногой. Дверь поскрипела, но не открылась. — Отдай зажигалку, я сейчас замок взломаю, — Дымок ловко поорудовал появившимся волшебным ножичком в отверстии. Подростки осторожно проникли в комнатку охранника. На их удивление, в комнате никого не оказалось. Камеры уже не работали, а рядом лежало тело другой охранницы. — Я надеюсь, она не мертва? — с подозрением подошёл к телу Дымок и прислушался. В тишине раздавалось тихое сердцебиение. Змейка втянула воздух и попыталась померить пульс. — Мне кажется, её просто вырубили ещё до нашего прихода. Но кто это сделал? — Коготь? — предположил Дымок. — Не знаю. Но мне это не нравится. — Мне тоже. А вдруг это охранник устроил нам подставу? — Вполне вероятно. Но он ведь не мог узнать наш план? — Не мог, — согласился Дымок и сел на кресло около камер. — Что ж… Наша задача — пока просто сидеть и ждать. — Даже как-то скучно, — Змейка села прямо на пол «сторожить» охранницу. — Всегда мечтала вырубить человека. После этого заявления оба замолчали. Дымок лениво глядел в пустые экраны мониторов, на которых не было изображений с камер. Змейка уткнулась взглядом в стену и молчала. Они ждали, пока их друзья на другом конце лагеря караулили Когтя около двери его кабинета, чтобы убить. Двоих решили туда не отправлять, чтобы не создавать толкучки. Да и Клубку и Горчице было куда-то легче спрятаться, чем им четверым. — Ich höre Mama sagen… Junge, verlieb dich nicht, — тихо запела Змейка, сильно искажая текст песни неправильным произношением. — Ты мне тут демона решила вызвать? — проворчал Дымок. — Всмысле? — Чё на немецком поёшь? — Да скучно мне, вот и пою. — А заткнуться можешь? — Нет. Doch es kam anders als geplant und ich verliebte mich… — Почему именно эта песня? — Не знаю. Первая на ум пришла. К тому же Горелка её вечно поёт. — Понятно всё с тобой. — Ну тебя! Sie sagte: «Wir gehören zusammen»… — Und du hast grad nicht viel… — Что? Ты знаешь текст песни? — Это единственная песня, которая мне нравится. — Почему? — Нам по большей части нравятся песни, которые мы ассоциируем с собой. — Чего? — В курсе перевода? — Нет, конечно, я немецкий учу через пень-колоду по строкам раммштайна. — А ты у Горелого спроси, он тебе ответит. — То есть ты мне сейчас предлагаешь идти к нему ночью и спрашивать перевод песни? — Да. Послышался тихий смех, который вдруг резко отдался эхом в совершенно глухом помещении. — Это что? Ты веером помахал? — Нет! Теперь оба подростков разговаривали в полной темноте. Свет полностью выключился, и не видно было абсолютно ничего. — Что происходит? — Ай! — неожиданно взвыл Дымок. — Голова! — Чё случилось? — Чёрт! Я резко всё понял! — Что понял? — Послушай, я не знаю. Но проблема в том, что после визита того охранника… Я будто перестал управлять своим мозгом и лишь периодически у меня случаются проблески сознания, когда я понимаю, что творю! — Дымок говорил максимально быстро. Он должен был сообщить всё хотя бы ей, хоть кому-то! — Тот охранник что-то сделал с нашим мозгом и заставил нас убивать! — Чего?! — прифигела Змейка. — Я не знаю, как это объяснить! — Дымок судорожно ломал пальцы. — Он нас будто заставляет думать только то, что выгодно ему! — Он нас загипнотизировал? — подсказала рыжая. — Да! — воскликнул парень. — Да! Точно! Загипнотизировал и теперь мы делаем только то, что хочет он! — А я-то думаю, почему у меня исчезли те сомнения после разговора с ним! Он ведь всем нам смотрел в глаза! — Но зачем ему нужно, чтобы мы убили Когтя? Договорить Дымок не успел. Раздался стук в дверь. Парень успел залезть под стол и закрыться стулом, а Змейка спряталась за дверью. Тут же дверь скрипнула. Тёмный ночной свет проник в комнату. Настала такая тишина, что было слышно, как колотятся у обоих сердца. И парень, и девушка сдерживали своё дыхание, как могли. — Мы знаем, что вы здесь! — тихо проскрипел очень знакомый голос.