Глава 47

На самом деле Горелый разрывался между желанием заснуть, почитать физику и пойти с девочками разгадывать эту дребедень, но поскольку он уже пообещал друзьям последнее… То пришлось терпеть мат, удары Змейки по лицу и какую-то книгу Горчицы, оставившую ему приличный синяк на руке. Но к счастью парня, девочки всё-таки встали и, не до конца понимая, что происходит, вышли на улицу освежиться и всё обсудить. — Пошли обыскивать библиотеки… — вздохнула Горчица. — Господи, Огонёк, ты дебил. Ты, конечно, красивый, умный и замечательный, но дебил. — Я ему передам, — кивнул Горелый. — Блин, а если я не хочу участвовать во всей разгадке этой ерунды? — спросила Змейка. — Я спать хочу как бы. — Слушай, когда тебе ещё представится возможность побродить со своей подругой и возлюбленным под луной? — усмехнулась Горчица. — Каким нахрен возлюблённым?! — Таким! Ты же мне сама… — Заткнись! — Не заткнусь, не скажешь ты, скажу я! — Э, не надо! Уж лучше я! — Ладно, я специально оставлю вас наедине… — Только попробуй! — хором закричали Змейка и Горелый. Последний боялся, что девушка его убьет, если они останутся вдвоём. — Ладно, я иду с вами, — пробурчала рыжая. — Я бы не пошла, потому что хочу обратно в кровать, но… Так уж и быть, тоже иду, — вновь вздохнула Горчица. — Но куда? — Не знаю, — пожал плечами Горелый. — Лично я хотел всегда в баню сходить ночью помыться, но всегда засыпал. — Мы тоже, кстати, — засмеялась Горчица. — Ставили будильники на три, четыре, пять и шесть утра, чтобы пойти втихаря утром. Нифига — все проспали. — Я не удивлён. Змейка храпом своим небось всё заглушает. — Чего?! Я не настолько громко храплю! — Ну да, ну да. — А откуда ты знаешь, что она храпит? — Да потому что она меня вчера ночью с кровати спихивала, я просыпался и всё слышал. — Какие у вас бурные ночи! — Да не то слово, я тогда на полу заснул! — Хватит так пошло шутить! Вы весь лагерь разбудите. — Ладно тебе, мы уже почти дошли. Ночью небольшое здание бани выглядело не очень привлекательным. Казалось, дальше метра царила только темнота и ничего более. — Короче, давайте разделимся, и одни пойдут обыскивать мужскую часть, другие — женскую, — скомандовала Горчица. — Давайте вы вдвоём, а я одна, — решила Змейка. — Вы ж всё равно по одному боитесь. — Ладно, — пожала плечами Горчица. — Не волнуйся, твой возлюблённый к тебе потом присоединится, я его отпущу скоро. — Да заткнись ты… — пробурчала Змейка и ушла в темноту, включив фонарик в телефоне. — Блин, а я без неё боюсь. Просто я в случае неожиданности не умею бить кулаком в лицо и орать, как будто меня уже режут, — занервничал Горелый. — Слушай, а давай ручку от душа отвинтим? — предложила Горчица. — То есть это ты утверждала, что Огонёк — дебил? — Да, я. Слушай, ну мало ли кто тут шастает, а тут хоть какое-то оружие, — блондинка аккуратно отвинтила ручку душа. — Всё, теперь нам ни призрак, ни Коготь не страшен. — Вот уж насчёт первого я не уверен. — Не пугай! И без тебя страшно. На этом их разговор завершился. Оба искали что-то. Они сами не знали, что — то ли тайный ход, то ли какой-нибудь сейф, то ли ещё что-то… Но поиски удивительным образом успокаивали обоих. Горелый усердно думал о том, что прочитал вечером, и какова судьба того бедного электрона в эксперименте, Горчица же просто мечтала об Огоньке. Как он там шастает по библиотекам, ходит, ищет непойми что… И всё-таки, он слегка тронутый. Да, Огонёк порой её поражал своими бредовыми и одновременно гениальными мыслями, но она ведь за это его и полюбила. Это ведь он предложил ей спрятать остатки сухареков и чипсов в пакеты с грязными вещами. Он придумал, как сделать так, чтобы в косметичку Горчицы помещалась абсолютно вся её косметика, а не часть. За всеми этими мыслями девушка и не заметила, как на что-то наткнулась. — Смотри-ка, тут дырка между плитками! — воскликнула Горчица. — И? Что нам с ней делать? — спросил Горелый. Он всё еще был поглощен в приключения своего электрона. — Не знаю, — Горчица подумала, что на её месте гениального сделал бы Огонёк… — Давай ручку от душа туда засунем! — Что? — А что? — Ты что, шутишь? — Я не шучу. — Ладно, — Горелый смирился с тем, что в его окружении много тронутых умом. А Горчица тем временем засунула ручку от душа в дырку и теперь ждала чего-то. Она не знала, чего ждёт, понимала, что это бред… Но разве сама история, в которую они вляпались, не бред? Да вообще, так-то, если подумать, вся жизнь — это один сплошной бред… Мысли кружились в голове Горчицы, не давая покоя. Она не поняла, когда успела стать философом и сойти с ума… Может, тот призрак всё же их навестил? — Ладно, ничего не происходит, давай вынем, — Горелый вытащил из дыры ручку. Неожиданно из неё на пол вывалился какой-то свёрток бумаги. — Это ещё что? — Не знаю, — Горчица развернула старую потрёпанную бумажку. С трудом разобрав почти стёршийся текст, написанный максимально неряшливым почерком, девушка всё равно ничего не поняла. — Проклятый год. И что это значит? — Без понятия. Я, конечно, умный, но не до такой же степени. — Ладно, пошли Змейке покажем. — Блин, мне это всё напоминает какой-то супермудрёный квест от наших вожатых, — рыжая не особо оценила загадку. — Ладно, хоть что-то нашли. — Давайте предположим, что проклятый год — это действительно год, и нам нужно 4 цифры, — стал рассуждать Горелый. — Вопрос: какие были хреновые года в нашей стране? — Да ты любой учебник истории открой, там всегда происходит жесть, — хмыкнула Горчица. — А почему именно в нашей стране? — Не знаю. — Мне кажется, год будет проклятым для того, кто прятал эту записку, — предположила Змейка. — Тогда другой вопрос: кто её прятал? — Мы-то откуда это поймём? — возмутилась Горчица. — Ладно, давайте Огнику позвоним, спросим, как у них там дела. — Подожди, вдруг они там от библиотечного охранника убегают, — остановил её Горелый. — Давайте хоть в гугл вобьём. — Ты гений, ё-маё! Или нет. "Проклятый год" - это просто книга Карлсона Джеффа. — Блин, нихрена не понятно. Может, спать пойдём? — Давайте, утро вечера мудренее. — А я ещё что-нибудь поищу, — решила Змейка. — Спать уже не хочется. — Может, я с тобой? — спросил Горелый. — Нет, я одна потусить хочу. — Уверена? — Да. — Точно? — Да, блин, точно! Иди уже, а то Горчица лопнет от счастья. — Ну почему вдвоём гулять не пошли? — разочарованно спросила блондинка. — Потому что она меня прибьёт, если я с ней пойду. — А может втихаря проберёшься и напугаешь? — Нет. — Ну тогда я сама. И Горчица убежала догонять подругу.