манджиро сано

Манджиро прищуривается и долго всматривается в твоё лицо, изучая его сначала от правого уха до левого, а затем проводя взглядом от подбородка до лба. Он долго о чём-то размышляет, а затем самую малость хмурится, из-за чего между его бровями тут же прорезается маленькая складочка, которую тебе в срочном порядке хочется разгладить и смахнуть с его прекрасного личика. Однако вместо того, чтобы воплотить задуманное, ты продолжаешь стоять без движения, не понимая, что происходит и почему он ведёт себя сейчас так странно и нелогично (и не то, чтобы ты сильно удивляешь тому факту, что Манджиро может быть нерациональным, просто ты явно не ожила настолько резкую смену настроения в нём), хотя минутой ранее вы оба мило беседовали, обсуждая планы на следующую неделю, которую планируете провести, отдыхая на острове Хоккайдо, куда пригласил Такемичи, недавно переехавший и обустроившийся в тихом и спокойном месте, подальше от городской суеты, и ели печенье, что приготовила специально для вас Эмма — последние годы она активно изучает кондитерскую сферу, поэтому нередко делает чуть больше мучных изделий. Ты проводишь рукой по своей футболке, стряхивая осыпавшиеся крошки и разглаживая появившиеся неровности, и кладёшь пустую коробку из-под печенья на лавочку, а затем осматриваешься по сторонам, оценивая обстановку в парке, в который вы решили пойти после долгого спора о том, где и как лучше провести выходной перед отъездом. Манджиро настаивал на том, чтобы вы пошли в аквапарк, а затем на батуты, ты же говорила ему о том, что хочешь сходить на ярмарку, поскольку сегодня последний день, когда она открыта. Ваш спор решил Кен, который предложил вам сходить в парк и проветриться. Идея понравилась вам обоим, поэтому, взяв сердечно протянутую Эммой коробку с печеньем, вы направились в парк, успев по пути заглянуть на батуты и на ярмарку, чтобы уж точно никому из вас не было обидно. Манджиро громко чихает, заставляя тебя вздрогнуть от неожиданного шума, переступает с ноги на ногу, а затем громко фыркает, надувая щёки и скрещивая руки перед грудью, замечая твоё непозволительное равнодушие к его персоне. Он бы озвучит своё недовольство, но сейчас он слишком горд для того, чтобы совершать подобные подвиги. Юноша буравит тебя настойчивым взглядом и ментально призывает тебя обернуться и посмотреть на него. Закончив осматривать деревья и редко снующих туда-сюда людей — удивительно, но в выходной день их практически не видать здесь, хотя обычно именно в парке собирается полный аншлаг, состоящий из родителей и их детей; даже на ярмарке было немноголюдно, — ты возвращаешь своё внимание к юноше, осматривая его с макушки до пят и замечая, что его положение в пространстве кардинально изменилось и поменялось. Юноша супится и изрядно ссутулится. В такой позе он напоминает тебе ребёнка, которому запретили трогать дорогую игрушку в магазине. Хочется его обнять и чмокнуть в щёку, однако интерес и любопытство одерживают победу в этой гонке потребностей. Ожидательно играешь с ним в молчаливые гляделки; по парку разносится лишь щебетание птиц, которые о чём-то активно переговариваются между собой. — Что такое, Майки? — вопрошаешь, размахиваешь кистями в разные стороны, пытаясь разбудить заснувшего на ходу юношу, и первая обрубаешь тишину, улыбаясь ему и протягивая к нему руки, чтобы поправить выбившуюся пшеничную прядку волос и заправить её за ухо. Но Манджиро мотает головой, не давая тебе совершить это действие. Он слегка отходит на один шаг и показывает тебе язык. Ты опешиваешь от такой наглости и показываешь язык в ответ. Птицы на такое шоу лишь сильнее расходятся в пении и лепечут что-то на своём, словно понимая в этой ситуации куда больше твоего. Твоё терпение расходуется, а интерес поднимается ещё выше, тебе хочется узнать, что же такое юноша углядел на твоём лице. — Манджиро! Ау, я тебя спрашиваю, что случилось? Тот никак не реагирует, продолжает высовывать язык и кривляться, изображая различные рожицы. Он оттягивает вниз пальцами кожу под глазами и закатывает глаза, делая страшное выражение гримасы. Ты отзеркаливаешь, насколько можешь, его выражение лиц, повторяя все движения Манджиро, а затем, когда тебе всё же надоедает эта глупая и бессмысленная игра, хмуришься и обиженно выпячиваешь нижнюю губу, показывая своё отношение к происходящему. Ты даже топаешь ногой, показывая, что ты тоже умеешь и можешь делать вид, что находишься в обиде, которая не поддаётся сейчас никакой логике и осмыслению. Манджиро, явно осознавший свою оплошность, замирает на месте, прекращая издеваться над своим лицом, моргает несколько раз, переставая показывать тебе язык и дразнить тебя. Он неловко потирает свой затылок, принимая самую виноватую и извиняющуюся позу. Он и не думал тебя этим как-то задевать, просто хотел развеселить, забыв, что такое может понравиться не всем. Глядя на него сейчас, ты готова простить ему абсолютно все грехи и промахи, однако так просто и легко виду не подаёшь, ожидая, что теперь он начнёт говорить первым. — Прости, просто я задумался, а потом меня понесло на детские шалости... Ну ты знаешь, что я частенько начинаю дурить, — он пинает лежачий перед ним камешек, а затем с любопытством наблюдает за тем, куда тот приземлится. — Вот и тут меня чёт понесло не в ту степь. — Задумался о чём? — Ты перестаешь надувать губы и с непониманием наклоняешься голову в бок. Краем глаза отслеживая траекторию камня, который приземляется около ножки лавочки, брякаясь об неё и падая. — У меня что-то на лице? — проводишь рукой по своей щеке, а затем по лбу, стирая возможные последствия от печенья, которое ты и он с удовольствием ели ранее по пути от дома до батутов, а затем от ярмарки до лавочки в парке. — Надо будет потом сказать Эмме о том, что у неё получилось просто превосходно. — Да нет, нет, в этом плане всё хорошо, на тебе не осталось и крошки. — Манджиро невинно улыбается тебе, подходя чуть ближе и убирая твои руки с твоего лица. Он сдувает упавший на тебя лист и завороженно наблюдает за тем, как тот плавно опускается на землю. — Ты права, у Эммы с каждым приготовлением выходит всё вкуснее и вкуснее. Знаешь, мне кажется, что ей пора переходить на выпекание... — Манджиро! — перебиваешь его, зная, что если его сейчас не остановить, что он будет болтать и болтать. — Не уплывай от темы в тему. Почему тогда ты так пристально разглядывал моё лицо? — прищуриваешься, всматриваясь в глаза напротив, когда они вновь поднимаются на тебя. — Просто на нём явно кое-чего не хватает, — загадочно отвечает Манджиро, увиливая от прямого ответа. Продолжаешь с непониманием поглядывать на юношу, пытаясь понять, на что он тебе пытается намекнуть таким образом: — Майки, ты меня только запутываешь этими... Ты не успеваешь договорить, как получаешь в ответ на свой вопрос несколько поцелуев в щёки, нос и лоб. Манджиро, довольный проделанной работой, отходит от тебя на несколько сантиметров и расплывается в лучезарной улыбке. Ты открываешь рот для того, чтобы что-то ответить на это, но все слова разом покидают тебя, не давая возможности заговорить. Юноша, видя твоё удивление, обрывает вновь образовавшуюся тишину: — Поцелуев! Вот. Тебе не хватало поцелуев от меня. Ну, только не злись! — Я и не злюсь. — Слегка краснеешь, осознавая, что только произошло — до этого вы с ним только держались за ручки, поэтому любые иные проявления любви кажутся до жути неловкими. Прикусываешь нижнюю губу и смотришь Манджиро в глаза. В голове проскальзывает одна мысль, поэтому ты незамедлительно решаешь провести свою игру: — А знаешь, чего не хватает тебе? — И чего же? — Поцелуя на губах! Манджиро хихикает на это, думая, что озвученное вслух просто шутка. Ты улыбаешься ему в ответ и, не теряя времени, разом разрушаешь его мысли, накрывая его губы своими.