Часть 3 Глава 3

      

Глава 3

      Ночь была в самом разгаре, как и битва за Хогвартс. Тролли, арахниды, дементоры, оборотни и Пожиратели смерти боролись со школьниками и учителями, с Орденом Феникса не на жизнь, а на смерть. Жертв было уже много, очень много.       Гермиона и Рон проникли в Тайную Комнату и уничтожили кубок Пенелопы Пуффендуй. Рон чувствовал такое тепло к Гермионе в этот момент, что хотел поцеловать её и даже приблизился к ней для этого, но она отпрянула и не ответила на его нежность.       Гарри нашёл диадему Кондиды Когтевран. И уничтожил её. Осталось только уничтожить змею и самого Волен-де-Морта. А змея всё время была с ним. Гарри смог воспользоваться своей связью с ним и нашёл его. Друзья прорвались через поле боя и направились на крытый лодочный причал, где они когда-то первокурсниками первый раз ступили на территорию замка.       Он представлял из себя небольшую хижину, все стены которой были застеклены с расстекловкой в виде ромбика. Когда-то это место выглядело свежо и романтично, но не сейчас.       Когда друзья подобрались к причалу, они услышали голоса. Оба голоса было невозможно не узнать: Волен-де-Морт и Снегг о чём-то разговаривали. Гермиона на миг ощутила, словно из его груди выпорхнула птица, но постаралась сохранить спокойствие. Она сама никогда не была так близка к Волен-де-Морту, её охватил страх, и когда Рон схватил её за руку, чтобы она не споткнулась, она ощутила, что его ладони вспотели. Он тоже нервничал.       Они подобрались ближе и затаились. Было слышно только плеск воды, поскрипывание старых досок, два голоса и шорох от передвижений змеи. Она была рядом.       — Она слушается вас, и только вас. — медленно сказал Снегг.       — Неужели? — прошелестел голос Тёмного Лорда.       — Повелитель? — после недогой паузы спросил Снегг.       — Палочка и правда слушается меня? — сквозь размытое стекло было видно две фигуры в тёмных мантиях, — Ты умный человек, Северус, ты точно должен знать, кому на самом деле она предана.       — Только вам, конечно, — настаивал он, но голос его был спокоен, — мой Повелитель.       — Бузинная палочка не повинуется мне по-настоящему. — продолжал Волен-де-Морт, — Раз не я её законный владелец. Бузинная палочка принадлежит владельцу, который убил её предыдущего хозяина.       Волен-де-Морт сделал паузу. Гермиона бегло глянула на Гарри, он почувствовал её волнение. Девушка быстро сложила в голове два плюс два.       — Ты убил Дамбулдора, Северус. — продолжил он своим скрипучим голосом, — Пока ты жив, бузинная палочка не может по-настоящему принадлежать мне. Ты был хорошим и верным слугой, Северус, но только я один могу жить вечно.       — Повелитель? — успел тихо спросить Снегг.       Раздался свист клинка в воздухе. И он упал. Гермиона зажала рот руками, и прижала, как можно сильнее, чтобы не издать ни звука. Сердце её бешено колотилось, казалось, её уносит куда-то в бездну. Гарри рядом с ней тяжело дышал. Все они вздрогнули, когда послышался удар Снегга о стекло.       — Нагайна, убей. — сказал Тёмный Лорд.       Послышалось змеиное шипение. И удар. Ещё один. И ещё. Друзья старались не издать и звука, но с каждым ударом змеи вздрагивали. Гермиона чувствовала каждый удар, как по себе. На глазах уже выступили первые слёзы.       Послышалось тяжёлое похрипывающее дыхание. Волен-де-Морт тихо удалялся вместе со змеёй, пока не трансгрессировал.       Гарри тут же поднялся на ноги пошёл внутрь. Гермиона хотела пойти за ним, но ноги не слушались её. И ей потребовалось сделать ещё пару попыток, прежде чем Рон сообразил помочь, тоже шокированный событиями.       Гарри увидел Снегга на полу. Он был бледен, шея его была в крови, но он ещё дышал. Движимый каким-то непонятным чувством, Гарри подошёл к нему, бросил палочку на пол, он не знал, что сделать, но первое, что пришло в голову — прижать эту бес сомнения смертельную рану. Снегг перевёл свои чёрные глаза на него. И Гарри больше не почувствовал ненависти к нему, лишь безграничное сострадание.       Следом вошла Гермиона. Снегг увидел её, и из его глаз побежали слёзы. Он снова посмотрел на Гарри.       — Забери их. — слова давались ему с трудом из-за раны и слёз, — Забери их, прошу.       Гарри обернулся назад к друзьям, чтобы что-то попросить, но Гермиона уже опустилась на колени рядом с ним и протянула другу пустую колбу. Гарри открыл её и стал бережно собирать слёзы, которые не останавливаясь текли по щекам умирающего.       — Посмотри на меня. — сказал он, пока Гарри судорожно выполнял его первую просьбу, — У тебя глаза матери. — прохрепел Снегг, пока Гарри ещё не закончил.       Впервые в жизни Гарри услышал что-то подобное от него. От всех и каждого, кого он любил и кто его любил он слышал эту фразу хоть раз, но не от врага… Гарри почувствовал, что в этих тускнеющих глазах боли куда больше, чем он знает, чем он понимает.       — Отнеси их в омут памяти. — выдавил он, — Вы оба.       Он перевёл взгляд на Гермиону, что сидела рядом и тихо плакала. На её пыльных щеках образовались борозды от слёз, волосы окончательно растрепались и лежали на плечах всё той же пышной копной, только теперь слегка в пыли и крови.       Он приложил последнее и протянул к ней руку. Гермиона взяла её обеими руками, она была тёплая, даже горячая, но такая бледная.       — Я здесь, я здесь. — пролепетала она, голос не слушался её, — Я никуда не уйду.       Она приложила его руку к своей мокрой от слёз щеке. И он последний раз смог ощутить её тепло и нежность.       — Спасибо тебе. — прошептал он, — Гермиона.       Его губы тронула лёгкая улыбка, но тут же растворилась. Дыхание начало учащаться, но слабеть. Он тяжело вздохнул и… умер.       Гермиона застыла, держа его руку с своей щеки. Она медленно опустила её, но выпустить не смогла. Гарри посмотрел на неё, она взглянула на него только на миг и больше не смогла сдерживаться. Рыдания вырвались из её груди, она придвинулась к Снеггу и посмотрела в его пустое лицо в его пустой взгляд. Его там больше не было, в этих глазах, и они больше не смотрели на неё. Она положила голову ему на грудь, но там было тихо, чудовищно тихо. Она хотела, чтобы он её обнял, прижал к себе. Но он не прижмёт, не обнимет. Никогда больше не посмотрит. И не улыбнётся ей.       — Гермиона. — тихо сказал Гарри, — Пойдём.       Она посмотрела на Гарри. Глаза были такими пронзительными, он тут же ощутил её боль. Он подал ей руку.       — Подо… — голос девушки петлял, — Подожди.       Она повернулась снова к нему. Нежно убрала намокшие от крови и пота чёрные волосы с лица, положила ладонь на глаза и опустила веки. А затем придвинулась к нему и поцеловала его в лоб. Несколько слезинок упали на его бледное лицо.       Оба друга молча смотрели на это и не смели ей мешать. Она взяла руку Гарри и поднялась на ноги, что оказалось не просто. Рон подошёл к ней и показал, что готов поддержать, она подошла к нему, и он обнял её за плечи.       И тут они все почувствовали этот странный туман в голове. А затем раздался голос:       — Вы храбро сражались, — проскрипел Волен-де-Морт, — но напрасно. Я не желаю вам гибели, каждая пролитая капля вашей волшебной крови — ужасная утрата. Поэтому я приказываю своим войскам отступить. В их отсутствие достойно проститесь с вашими погибшими. Гарри Поттер, теперь я обращаюсь только к тебе. Этой ночью ты позволил своим друзьям умирать, вместо того, чтобы встретиться со мной лицом к лицу. На свете нет большего бесчестья. Приходи ко мне в запретный лес, на встречу своей судьбе, если ты не сделаешь этого — я убью всех до единого: мужчин, женщин и детей. Всех, кто пытается укрыть тебя от меня.