Глава 24. Непростая ситуация.

Еще час пришлось потратить на разбор полетов, корректировку условий содержания будущих образцов, и на банальную чашку кофе. И только потом кое как собравшись с мыслями, я наконец собрался к Лизе. У меня были очень странные чувства по поводу ее аномального развития. Клеменс предупредил меня о больших переменах в ней, но что именно меня ждет я наверняка не знаю, как мне себя с ней вести, впрочем, тоже. Ладно… Попытаюсь импровизировать. Неспешные шаги и спустя несколько минут я приближаюсь к той же самой двери, что и в прошлый раз. Несколько секунд гипнотизирую ее… Пожалуй уж себе я могу признаться, что волнуюсь. Открываю дверь и захожу. Встретила меня уже совсем другая картина чем в прошлый раз. Комната стала намного более строгой и мрачной, Мебель в основном черного цвета, а на постели темно красное белье. Книжные шкафы тоже были передвинуты, и в них уже поменяли набор литературы. Лиза же изменилась сильнее всего. Волосы у нее раньше были еще длиннее, но она их слегка укоротила и подравняла, и все же сильнее всего изменился ее образ. Она была одета в подобие женского костюма. На ногах были не высокие туфли и строгие темно синие брюки, а сверху на плечи был накинут мой пиджак, который я ей оставил неделю назад. Она обернулась ко мне, и я смог увидеть ее полностью. Лиза будто смогла каким-то чудом прибавить несколько сантиметров роста, да и в целом от былых следов ужасного обращения не осталось и следа. Она была одета в черную рубашку, и темно синюю жилетку сверху. В целом несмотря на все ее попытки, скрыть свою женственность и красоту у нее не получилось. Куда сильнее меня удивляло, что уже оба глаза у нее стали зелеными. Вот это уже странная мутация, но ее образ она не портила. Темная одежда, гладкая очень бледная кожа, длинные черные волосы, и большие, красивые зеленые глаза. Если бы не ее лицо, выражающее нечто среднее между скукой и равнодушием, то ее можно было бы назвать невероятно красивой. А так она казалась скорее отстраненной. Она смотрела на меня, а я на нее. Мой образ также как и всегда, был идеален. Отглаженный черный костюм, блестящие мужские туфли, идеальная прическа и бритье, и мои вечные солнечные очки. Пожалуй, со стороны если нас поставить рядом, мы были бы похожи. Не внешностью, а скорее повадками и образом. - Здравствуй Альберт. – Смотрит на меня прямо и складывает руки на груди. И не понятно осуждает за что-то или просто так это делает. - Здравствуй Лиза. – Зеркально ей отвечаю, от чего она чуть хмурится – Ты хотела меня видеть? - Хотела… - Она задумчиво оборачивается к окну. – Давно уже хотела. – Ее речь и поведение чудовищно отличаются от того, что было в прошлый раз. Смотрю на нее с ожиданием. – У меня очень много вопросов к тебе. И не только вопросов. – Она снова поворачивается ко мне, и уже выглядит серьезной. - Я постараюсь ответить на все вопросы какие могу. – Поправляю очки и тоже складываю руки на груди. - Первый вопрос. Ты знал, что происходит в лаборатории? – Она пыталась смотреть мне в глаза, но под очками их не видела. - И, да и нет. Я знал, что в лаборатории проводят разные опыты. В том числе над людьми… Но без подробностей. Как и про десяток других похожих лабораторий по всему миру. – Говорю твердо и прямо. Главное не лгать. Она около минуты смотрит на меня. После чего прикрывает глаза, и задает следующий вопрос. - Что я теперь такое? – Она смотрит на свои руки. Никаких следов мутаций уже не осталось, но это было совсем недавно, и она помнит на что была похожа раньше. - Ты очень сильна и адаптировала в себе несколько вирусов. Так или иначе они оба совершенствуют организмы, но каждый по-своему. Теперь ты сверхчеловек. - Она нервно делает круг по помещению. - Человек ли? – Поворачивается ко мне. – Ты говорил, что мы похожи, но твои глаза отличаются от моих. Вытянутый зрачок. У меня такого нет. – Смотрит с требованием. Понимаю… - Я вводил себе не только вирус Прародитель, но и первую часть разработанного мной сыворотки прототипа искусственной эволюции на основе Прародителя с несколькими добавлениями от Т вируса. Грубо говоря, вирус Прародитель во мне сейчас достиг пика развития, но при наличии уже адаптированных антител, абсолютно безвреден, и дает мне только силу. Единственное побочный эффект, который выдает мою сверхчеловеческую природу это вытянутый зрачок во время сильных эмоциональных всплесков. – Предельно развернутый ответ. Она поворачивается ко мне. - Зачем ты это с собой сделал? – В ее взгляде что-то странное. Нечто вроде осуждения или сочувствия? - Чтобы выжить. – Смотрит на меня с вопросом. – Моя работа и деятельность связана с всевозможными рисками. Я не просто так, имею столь мощное телосложение, мне не раз приходилось попадать в тяжелые и опасные для жизни ситуации. Сыворотка усиливает мое тело почти в 2 раза по сравнению с обычным человеческим. У меня куда больше шансов пережить пулевые ранения, да и не только их. Сыворотка усилила мои антитела и сделала почти иммунным ко всем нынешним болезням и вирусам. Даже рукотворным. Грубо говоря, я человек доведенный до человеческого же предела развития и эволюции. Быстрее думаю, могу поднять до 250 килограмм, регенерирую раны, которые обычному человеку доставят мучения на недели за день или два. А также у меня частично нарушен предел Хейфлика. Я старею медленнее чем обычные люди, и при некоторой удаче могу прожить лет до двухсот. Ты похожа на меня, разве что твой организм усвоивший и вирус прародитель, и Т вирус сейчас еще сильнее чем мой, в моем есть только пару элементов от него. – Целый спич получился… Она смотрит на меня задумчиво, а потом снова смотрит на свою руку. - Ясно… - Все еще задумчива. Но уже спустя минуту берет себя в руки и задает следующий вопрос. – Расскажи мне о себе. – На что я уже чуть удивленно на нее смотрю. - Зачем тебе это? – На что она чуть улыбается. И ей невероятно идет улыбка… - Я хочу знать своего спасителя. – После ее слов по сердцу укололо что-то вроде легкого разочарования в себе и стыда. Я не спаситель… У меня другие навыки и способности. - Родился около 60 года, в семье интеллектуально одаренных людей в Болгарии, откуда был похищен в совсем малом возрасте Амбреллой в числе нескольких сотен других детей со всего мира для проекта В, а если точнее проекта Вескер. – Снимаю очки и смотрю ей в глаза прямо. Она смотрит пристально и слушает. Зрачки у меня уверен уже вытянулись. Снова это покалывание в глазах, и свет, который так сильно раздражает. – Дети были помещены в «специальные условия» и почти не виделись друг с другом. Более того некоторые были даже не в курсе, что участвуют в каком-то проекте и жили обычной жизнью. Каждый участник получал лучшее образование в выбранной сфере, а на определенном этапе подвергался заражению вирусом Прародитель. Из нескольких сотен подопытных агонию адаптации пережили лишь двое. Я и моя «сестра» Алекс. И именно мои антитела послужили для нее, чтобы облегчить адаптацию. По словам моего «создателя» Озвела Спенсера, она не пережила бы агонию без моих антител. Возможно таким образом, он пытался вызвать в нас искусственно привязанность друг к другу и какую-то солидарность. Но мы оказались слишком разными, в итоге Алекс отправилась работать на другой секретный проект, и мы уже около 10 лет не виделись. Я же проходил разнообразные виды подготовок и обучений за всю свою жизнь. Не будет преувеличением сказать, что я мастер на все руки и имею знания по всем областям биологических наук, и не только. Моя боевая и физическая подготовка превосходит, наверное, вообще всех, кого я знаю. Сейчас я служу в корпорации на одном из руководящих постов, и занимаюсь тем, что ищу способы уничтожить Амбреллу и все что она создала. – А вот эти откровения она переваривала явно дольше. Да я тоже страдал, не так как она. За мной как крайне дорогим и статусным подопытным следили гораздо лучше. - Почему ты спас меня? – Спустя несколько минут она наконец смогла что-то сказать. Но вот ее образ сильно изменился. Теперь она была явно нерешительна и испытывала легкое смущение. - Потому что захотел, и не мог поступить для себя иначе. Я делал не самые хорошие вещи в своей жизни, и не раз причинял зло людям, невинным в том числе. Я хотел сделать хоть что-то хорошее. Что-то правильное… Я рискнул своим образом и репутацией, чтобы тебе помочь, и даже если бы мне сказали, что ничего не получится, я бы все равно попытался спасти тебя. – Прозвучало максимально ванильно и слащаво, но это действительно так. Слишком тяжело мне в последнее время дается работа. Оставаться внутри хоть немного человеком все труднее. С каждой пущенной пулей, или очередным опытом в лаборатории я чувствую, как понемногу умираю… Как скоро я перестану вообще думать о тех, через кого шагаю на пути к цели. Как скоро я превращусь в подобие Спенсера… Думать об этом вообще не хотелось, но я раз за разом возвращался к этому. Я просто прикрыл глаза, и пытался освободить голову. Пока же я стоял, Лиза успела ко мне подойти. Освободив голову, до меня наконец дошло, что весь мой спич звучал как-то излишне романтично, от чего я немного смутился. - Спасибо. – Она стояла очень близко, а с каблуками и увеличившимся ростом, она была лишь чуть ниже меня. Я просто стоял прямо и смотрел на нее. У нее было очень странное выражение лица. Около минуты мы так и стояли будто замерев в каком-то ожидании. На определенный момент мне казалось, что я могу почувствовать ее дыхание на своем подбородке… Эта ситуация становится уже немного неловкой. Меня это конечно не сильно смущает, но я просто не мог сдвинутся. Тот Взгляд, которым она на меня смотрела просто приковал на месте. Да Взгляд именно с большой буквы. В нем было намешано столько всего, что мне было почти физически больно пытаться вникнуть что она сейчас испытывает. В один из моментов, она наконец отвела взгляд, а я заметил на ее щеках румянец, и она отошла от меня. Я медленно выдохнул… Женщины блин… - У тебя остались еще какие-то вопросы? – Переведя дух, я наконец смог из себя что-то выдавить. А Лиза все еще смотрела в окно, и пальцами перебирала воротник пиджака. - Я могу покинуть это место? – Она прикрыла глаза. - Выпишу тебе пропуск, чтобы ты могла гулять по территории особняка и комплекса. – Чуть сжимаю руки. - Я не об этом. – Она повернулась ко мне и в ее глазах я увидел легкую боль и печаль. – Я хочу покинуть это место. Этот особняк… Полностью. – Стоит и смотрит, а я понимаю, что не могу просто взять и выпустить ее… - Прости, но нет… Я не могу тебя выпустить. – Эти слова дались мне тяжело, но я обещал ей не лгать. - А есть другие способы освободится отсюда? – Ее взгляд все еще был печален, но в нем добавилось еще и твердости. Я могу предложить ей всего один возможный вариант. - Есть… Но тебе придется провернуть то, что сделал в свое время я. Убеди корпорацию, что ты полезнее ей как сотрудник, а не как подопытный материал. Я со своим организмом и антителами не на столе вивисектора в первую очередь потому, что моя полезность как специалиста гораздо выше, чем у возможного подопытного. Если ты сможешь это сделать, то я сделаю все возможное, чтобы забрать тебя к себе. Я имею некоторую условную автономию по сравнению с другими проектами корпорации. И если мы сможем убедить из, что ты под моим контролем и лояльна, то я смогу забрать тебя и ты сможешь увидеть мир. Единственное, что тебе придется делать, это симулировать активную деятельность. Но с этим и я смогу помочь… - Как бы я не ненавидел Амбреллу, сейчас невозможно вывезти Лизу из-под их контроля полностью. - Я поняла… - Она медленно повернулась ко мне. – Что от меня требуется? – И с ожиданием смотрит на меня. - Тебе придется учится. Гораздо больше, чем сейчас, и чем быстрее ты освоишь все нужные знания, тем быстрее я смогу выдвинуть идею о твоем освобождении и «использовании на благо корпорации». – Подхожу к стеллажам с книгами и нахожу в последнем несколько интересных работ о биологии и вирусологии, в частности. К ним добавляю несколько учебников по биохимии и медицине. Делаю себе пометку, поискать где-нибудь старые образцы книг, по которым нас с Уилом учил Маркус. Если она сможет освоить все это, то сможет делать умный вид и понимать, о чем говорят ученые и специалисты, а там уже и я помогу ей со всеми работами. Кладу на ее стол все книги какие смог подобрать. – Вот. Если ты освоишь это хотя бы бегло, а с твоим интеллектом это будет не трудно, то я смогу попытаться освободить тебя. – Пока я суетился и собирал книги, Лиза снова сверлила мне спину своим сложным Взглядом. - Поняла. Значит прочитать все эти книги, и вести себя послушно? – Легкая ирония в ее голосе улавливалась вполне очевидно, на что я чуть поморщился. - К сожалению да. Иных вариантов как тебе помочь я не знаю. Прости… - Снова начинает давить вина. Пока я еще раз просмотрел собранный список книг, она снова подошла ко мне, и что удивительно я вообще не услышал ее движений. И когда повернулся чуть не столкнулся с ней нос к носу. И снова этот Взгляд… Замираю на месте, и смотрю на нее. - Скажи мне Альберт… Я тебе нравлюсь? – И вот на этом моменте, у меня чуть не встало сердце… - Почему ты спрашиваешь об этом?.. – Внутри пробегает легкий холодок. - За столько лет мучений, ты первый кому было до меня дело. Первый кто мне помог и попытался вылечить. Первый, кто действительно начал делать шаги, для того чтобы мне стало лучше. Не сразу, но я поняла, что ты мог бы дать мне свои антитела через шприц, но ты знал, насколько я за эти годы начала боятся уколов, и выбрал другой вариант. Я не глупая, и хоть и не сразу, но поняла. Ты терпел сильную боль, когда я тебя прокусила и никак не показывал этого. Более того дал столько крови, что я не только поборола вирус, но и смогла немного восстановится. – И снова этот Взгляд… Она чуть подается вперед, почти вплотную к моему лицу. – Даже для любимых людей очень редко делают подобное. Потому скажи мне, я тебе нравлюсь? Я много читала, и у меня достаточно приятная внешность. Я могу стать тебе парой… - На последней фразе, она не выдержала, и все же отвела Взгляд в сторону. Я же стоял и обтекал. Несколько долгих секунд лихорадочных соображений, и попыток понять, что с этим делать. - Лиза… - Голос стараюсь держать твердым, и это даже получается. Зря я снял очки. Она стала очень красивой за эту неделю. От слегка угловатого почти подростка, до стройной и полногрудой девушки. Которая к тому же не особо ценит понятие личного пространства. У меня очень давно уже не было женщины, и на близость и интерес с ее стороны организм реагирует вполне понятными командами. Сердце бьется быстрее, гормоны начинают вливаться в кровь в куда большем количестве, и только железная самодисциплина и умение держать лицо в любой ситуации не дают мне позорно начать краснеть и блестеть глазами. Да и сам я не хотел таких «отношений». Лиза по сути не сильно старше того возраста, когда попала в лабораторию. И хоть сейчас ей больше 30, и ведет себя она лет на 20, но это отнюдь не убирает чувства, что меня пытается клеить малолетка… - Альберт. Ты зря думаешь, что я не понимаю всего. Ты сам сказал, что теперь я сверхчеловек. Не думаю, что мне стоит искать себе обычного мужчину, да и после всего пережитого я не особо и хочу искать кого-то кроме тебя… В этой лаборатории ты единственный кто проявил ко мне добро, и пытался помочь. Я решила для себя это в твердом уме и памяти. – Она сморит на меня очень серьезно. Я же все еще теряюсь. Черт возьми, я отказывал очень многим девушкам, но в такой ситуации оказываюсь впервые. Да и не уверен, что отказывать в полной мере стоит. Судя по всему, она зациклилась на мне, как на единственном хорошем парне в ее жизни, но это нихера не так. Я тот еще мудак, а она жертва экспериментов стажем в 15 лет, пытается на меня вешаться и стать мне «парой». Я не женский психолог и даже не психотерапевт, чтобы это лечить. Но прекрасно понимаю, что обычным отказом точно сделаю хуже… - Лиза, это не шутки. В Амбрелле нельзя проявлять свои чувства к кому-то открыто, а тем более мне. Я тоже эксперимент, и за моими привязанностями будут следить пристальнее, и любой возможный романтический интерес могут использовать против меня как рычаг давления. – Пытаюсь давить логикой, что это чертовски плохая идея. На что она сложила руки под грудью, так чтобы визуально сделать ее больше. Уймись чертово тело! И смотрит на меня снисходительно. - Разумеется я в курсе обо всем этом. Нашу связь, мы будем скрывать, да и на замужество я вроде как не претендую. Тем более, что ты, итак, собираешься в будущем уничтожить Амбреллу. – Меня как будто молотком по голове огрели. - Я говорила пару раз с доктором Клеменсом, и по нескольким оговоркам и случайным ошибкам с его стороны, я догадалась о вашем плане. Вряд ли кто-то кроме меня это сделал бы, но сыграть роль наивной девочки подростка было несложно, а у него слишком мягкое сердце. – И я понимаю, что она действительно все спланировала. Когда она все это мне расписывала, у меня в голове пронеслась мысль в стиле «броня не пробита».  А потом после осознания всего ей проделанного, «да что она за монстр?!» Ведет себя почти как я… - Это все нихрена не просто. Я далеко не хороший человек Лиза. У меня отвратительный характер. Почти нет друзей. Я бабник в конце концов! – Меня уже одолевала паника. - Насчет характера, у меня он ничуть не лучше. Я откровенно недолюбливаю людей. Друзей у меня нет, да и не нужны они мне. Некому будет нас осудить, и на чужое мнение мне плевать, впрочем, как и на твоих женщин. Пока ты будешь возвращаться ко мне, мне плевать сколько шлюх у тебя будет. – Она лениво махнула рукой, а у меня начал дергаться глаз. «Броня снова не пробита». И я просто не знаю, что мне делать… Она несколько секунд за мной наблюдала, а потом очень странно изменилась. Как будто что-то почувствовала и поняла. – Я понимаю, что ты нервничаешь. Понимаю, что это непростое решение. Ты чувствуешь, будто пользуешься моим состоянием в трудной ситуации. Это не так. – Лиза потянулась и обхватила меня ладонями за лицо, чуть наклоняя его вниз. Наши глаза встретились. – Это мое осознанное решение, и именно я выбрала тебя. Не из «долга за спасение», а просто потому, что ты это ты. Весь этот разговор был нужен чтобы тебя проверить. Я уже опросила и Клеменса, и всех остальных сотрудников, кто хоть что-то о тебе мог знать, и по обрывкам составила картину того, кто ты есть. А теперь, ты дополнил эту картину. Я вижу какой ты на самом деле. Ты тщательно скрываешься за масками на все случаи жизни, и всегда придерживаешься образа на виду. Но я вижу также и твои поступки. Чувствую твое ко мне отношение. Даже сейчас ты пытаешься мне отказать в первую очередь чтобы это не было ошибкой. Но это не ошибка, а я далеко не маленькая девочка. После вируса, и агонии, которую он принес, во мне что-то надломилось. А потом пришел ты, и помог починить это. Я чувствую твое ко мне отношение, и ты испытываешь искреннюю симпатию. Я тоже тебе симпатизирую. Так почему бы нам не попробовать создать из этой симпатии что-то большее? – Я не понимал как к этому пришло. Ожидал чего угодно, обвинений, обиды, попытки как-то давить, но никак не этого. У нее очень странное понимание мира и отношений. Как вообще могло к этому прийти… Я посмотрел ей в глаза. В них было трепетное ожидание, и терпение. Хех… Похоже в этом странном диалоге у нас противоположные роли. Хватит уже вести себя как какой-то подросток. Нужно взять себя в руки. Отказывать нельзя. Принимать чувства очень нежелательно. Но похоже все-таки придется… - Хорошо… Мы попробуем Лиза, но учти, будет очень тяжело. Это будут очень сложные отношения. – Лиза снова улыбается… Добилась чего хотела. А лицо мое так и не отпускает. В ее глазах появляется ехидное озорство. И она тянется вперед. Я просто закрываю глаза, и позволяю ей сделать, то что хочет. Губы обжигает поцелуем. Целоваться она не умеет, но старания у нее через край. Тело уже просто беснуется, но я сдерживаю позывы. Сегодня мы ограничимся одним поцелуем. Пытаюсь снова задать себе вопрос, как я докатился до этого…