and there's no remedy from memory

      Если честно, во всём этом разговоре Бриджитт интересовал только обещанный ирландский кофе. Казалось, что только алкоголь с кофеином может спасти этот отвратительный день. Выебанные мозги на паре, рухнувший сервер и пренеприятные беседы с Агрестами, сначала старшим, потом младшим, доставляли. Сверкание переполненной энтузиазмом Альи только усиливало головную боль. Бегство не удалось — как только Бриджитт повернула голову в сторону выхода и собралась отменить встречу, попутно игнорируя все звонки (со всех номеров мира) (на всякий случай), Алья её окликнула.       — Сбежать не выйдет! Сдавайся, Ченг! — Бриджитт вздохнула, мысленно скрестила пальцы и на негнущихся ногах поплелась к облюбованному Сезар столику.       — Эй, я не пыталась сбежать! — враньё получилось откровенно жалким, уставший голос не делал убедительнее ни интонацию, ни показательную невинность в глазах.       Алья, как самый прозорливый человек во всём Париже, тоже это заметила:       — Да кому ты чешешь, пигалица! — всё тело Бриджитт инстинктивно напряглось, ожидая фирменной выволочки, с обязательным чехвостением и ультимативными предложениями. Но Сезар очень быстро переключилась: — Так, как там говоришь у тебя с личной жизнью?       От внезапной смены темы Ченг опешила.       — Стабильное ничего… — недоумение сошло на нет, уступая место агрессии. Что, опять? — Сезар, только попробуй сказать, что ты снова устроила мне свидание со своим знакомым, знакомым знакомого или каким-нибудь братом тестя друга по линии двоюродного прадеда!       — Как я могла?! — Бриджитт скривилась и скептически посмотрела на Алью, — Нет, ну было пару раз, конечно.…Но это только для твоего счастья, малышка! — с каждым словом выражение лица Ченг становилось непередаваемым, — И вообще, стабильность это, конечно, хорошо… Что ты думаешь об Агресте?       У Бриджитт всё внутри похолодело. С некоторых пор эта фамилия приносила ей одни сплошные неприятности. Но рассказать об этом Алье? Ни за что! Как там было? «Супергерои не вмешивают гражданских в борьбу с суперзлодеями», вот. Хорошо сказали, месье Агрест, главное соответствовать.       — Вижу, что что-то да думаешь. И почему мне ни слова? — Ченг вцепилась в чашку, желая оказаться на другом конце планеты. Неужели, знает? О её второй личности, геройствах, гражданскую ипостась Кота, о вечной погоне за Бражником, Хищной Молью и Маюрой? Так, главное, не подавать вида.       — Не понимаю, о чём ты говоришь, — вот эта ложь была в разы убедительнее.       — Например, о твоём романе с младшеньким Агрестом? — Алья почувствовала её тревожность за километр и теперь явно ощущала, что попала в точку, — Не рассказать об этом мне! Своей лучшей подруге! Я неприятно удивлена, Бриджитт Ченг.       Бриджитт расцепила пальцы, облегчённо выдохнула и рассмеялась.       — Господи, какой роман? Откуда?       Тут же в руках оказался Альин телефон, с открытой на нём подслушкой университета. Ченг посмотрела на Сезар со скептицизмом. Серьёзно? Подслушка? Но Алья только махнула рукой, читай, мол.       И Бриджитт прочла.       Её не удивил текст поста, переполненный откровенного обожания Феликса, не удивили фотографии, абсолютно сталкерские, с разных ракурсов и в разные дни — вот они, выходящие из кафе с парными напитками, посвящёнными героям, здесь Агрест провожает её до автобусной остановки, потому что Бриджитт отказалась от вызова такси, а тут она хихикает над его страданиями после двух пар математического анализа. Только по причине того, что так ему и надо, не более. Её удивило количество комментариев, лайков и просмотров. Две тысячи комментариев под бредовым постом об их «отношениях»? Людям настолько нечем заняться?       — Так что? Как ты это объяснишь? Или это всё ещё «стабильное ничего»? — передразнила Алья, забирая телефон обратно.       — Это и есть «стабильное ничего»! Я и Феликс не встречаемся! А тебе стоило бы вспомнить о фактчекинге, госпожа журналистка! Использовать подслушку в качестве источника? Ты рехнулась?       — Хорошо, допустим. Что ты знаешь об Агрестах, малышка?       — Не связывайся.       — Да ну, это даже не смешно.       — А я и не шучу. Не связывайся, мой тебе совет. ///       — Связываться с этой вздорной девчонкой — путь в никуда, Феликс!       Феликс оторвал взгляд от экрана телефона, где мелькали сотни комментариев к тому самому посту в подслушке, и лениво перевёл глаза на Габриэля.       — Ах, старик, ты всегда так беспокоишься о моих связях. Может, ты просто ревнуешь?       Габриэль смерил его холодным взглядом.       — Не льсти себе. Я беспокоюсь не о твоих связях, а о репутации семьи.       Феликс ухмыльнулся, покрутив телефон в руках.       — Репутация семьи? Не припомню, чтобы она когда-либо тебя останавливала.       — Ты играешь с огнём, — голос Габриэля оставался ровным, но в нём проскользнула металлическая нотка. — Эта девчонка — не лучшая партия.       — Господи, ты говоришь так, будто я собрался на ней жениться, — Феликс откинулся на спинку кресла, по-прежнему с усмешкой глядя на отца.       — Я говорю так, потому что ты слишком часто в последнее время оказываешься в её компании.       Феликс не ответил сразу. Он позволил этой паузе зависнуть в воздухе, наблюдая за выражением лица Габриэля. Чуть приподнятая бровь, едва заметное напряжение в челюсти. Властитель модной индустрии, великий Габриэль Агрест, чувствует раздражение из-за одной студентки?       Как забавно.       — Она… забавная, — наконец произнёс он. — У неё интересные реакции. В отличие от большинства этих пустоголовых куколок, она умеет спорить.       — Ты тратишь время, Феликс.       — А у меня его так мало, верно?       Габриэль смерил его долгим взглядом.       — Мне не нужны скандалы.       Феликс вежливо кивнул.       — Разумеется.       — И мне не нужны неожиданные сюрпризы.       — О, не волнуйся, я обо всём предупрежу заранее. Могу даже пригласить тебя на свадьбу, если вдруг передумаю, — усмешка Феликса стала шире.       Габриэль раздражённо выдохнул, но не удостоил сына ответом.       Феликс снова взглянул на экран. На одной из фотографий он действительно выглядел так, будто заботится о Бриджитт.       Какое смешное недоразумение.