Глава 7 "Приручить столпа ветра"

Среди тысячи историй и судеб, давно очерчены три основных типа охотников. Первые — это люди талантливые от природы, одаренные силой и особыми умениями, их чувство страха притуплено ровно на столько, на сколько хватило бы броситься на демона будучи присмерти и одержать победу. Есть и те, в чьих жилах течёт потомственная кровь воителей. В них заложено на генетическом уровне знания о владении меча. И третьи, существующие скорее в виде исключения, а не общего правила: те, кому удалось приспособиться, наловчится и суметь выжить. При встрече даже с самым слабеньким демоном не так просто отбиться, поэтому последних почти единицы. Если Токито был потомственным охотником и относился к второму типу, то Шинадзугаву-сана я бы отнесла к первому. Невероятные инстинкты, грация движений, виртуозное владение мечом и огромная сила делали из него почти идеального охотника. С каждой тренировкой я все больше понимаю ценность предоставленной мне возможности потренироваться с таким человеком как Санеми. Если сначала я сомневалась, то сейчас я полностью уверена что это Амору сенсей подсуетился и с помощью Убуяшики-сама организовал для меня эти тренировки. Просто я не представляю что кто-то кроме Оякаты-сама смог бы убедить такого грубого человека как Санеми помочь мне с тренировками. Сильная боль пронзившая правое бедро заставляет вынырнуть из собственных мыслей и сконцентрироваться на реальности. Едва успеваю отскочить назад спасаясь от новой атаки Санеми-сана. Потираю пострадавшее бедро и в который раз отмечаю что тяжёлая у него рука, снова фокусируюсь на столпе ветра и пытаюсь держать его в поле зрения. Держа деревянный меч на готове он обходит меня кругом словно даёт мне время отдышаться, хотя скорее он просто придумывает новую комбинацию атак. Пот льётся по лицу но я не рискую его протереть так как боюсь потерять Санеми из виду, а это как правило всегда плохо заканчивается. Неожиданно, Шинадзугава атакует. Меня всегда восхищает как он за долю секунды выходит из полностью расслабленой позы и внезапно атакует в полную силу. Успеваю отбить атаку клинком потому что не уступаю хашира в скорости, но уступаю в силе из-за чего мне снова приходится отступить и отпрыгнуть как можно дальше от напирающего столпа. Не даю себе и секунды на передышку, сильно отталкиваюсь от земли оставляя за собой глубокие трещины и набрасываюсь на Санеми. Мимолетное удивление на его лице тут же сменяется на довольный оскал и мы сливаемся в вихре чередуя атаки, деревянный стук не сравниться со звоном настоящих клинков но сейчас приходится довольствоваться этим. Укланяюсь от удара и целюсь в открывщуюся зону — солнечное сплетение, но столп успевает отбить мой удар и снова переходит в атаку. Я отбиваюсь, кружусь словно в танце, ухожу от сильных ударов столпа и время от времени пытаюсь его задеть. Он сильнее меня и мы оба это понимаем, но скорость у нас практически одинаковая и по словам самого Санеми скоро я стану быстрее него. Выезжать на одной скорости очень сложно и рискованно так как требует высокую выносливость. Как раз это мы сейчас с Шинадзугава и тренируем, по его словам после долгих тренировочных боев с ним в идеале я должна стать сильнее, в худшем случае просто выносливей. В принципе оба варианта меня устраивают, НО во мне бурлит непонятное желание доказать Санеми что я хорошая ученица, что я способная и я смогу стать сильнее. Сильный удар в голень валит меня с ног, не успеваю и моргнуть как к моей шее пристовляют деревянный меч. — Ты умерла — говорит Санеми и неспешно убирает меч. Невольно вспоминаю Муичиро у которого эта фраза получается намного пафосней, интересно, как он там? Одиноко ли ему?. Тяжело вздохнув я отвлекаюсь от грустных мыслей и снова смотрю на столпа ветра. С удовольствием отмечаю его сбитое дыхание, я смогла заставить его напрячься но все же этого не достаточно, плохо. — Неплохая тренировока вышла — продолжает хашира сканируя меня странным взглядом. После совсем неожиданно садится рядом, хватает мою ногу и начинает ощупывать пострадавший голень. Кровь тут же приливает к лицу, чувствую как щеки начинают гореть а в душе поднимается буря и не могу определить чего во мне сейчас больше, смущение или возмущение? По правилам приличия мужчина не имеет право прикасаться к женщине особенно таким образом. Я догадывалась что Санеми не знаком с правилами этикетка и приличия, но все же в Японии даже физическое взаимодействие между супругами на людях порицается обществом, что уж говорить о совершенно не имеющих никакого отношения друг к другу мужчине и женщине. Пытаюсь освободить ногу но столп лишь усиливает хватку и продолжает ощупывать ногу, через несколько мучительных секунд он заканчивает и оставляет мою многострадальную конечьность в покое. — Повреждения нет — встав, хашира пару секунд вглядывается в моё покрасневшее лицо, а после словно опомнившись от чего-то, дёргает плечами и уходит. Расслабившись я заваливаюсь обратно на спину и бездумно наблюдаю за вечерним небом. Что ж пятый день обучения подходит к концу, не сказать что за это время во мне что-то изменилось, но я стала немного сильнее. С каждым днём моя сила немного увеличивается и это меня радует, как сказал столп ветра как только сила перестаёт расти значит человек достиг своего предела и я правда рада что мне ещё есть куда расти. По пути в выделеную мне комнату на пару минут забегаю в столовую чтобы забрать охаги, которые ежедневно готовят по моей просьбе. Сначала какуши сильно удивились моей прихоти, но после просто перестали заострять на этом внимание. Никто не знал что эти охаги были частью моего плана по приручению столпа ветра. Ещё со времен учиничества у Амору сенсея я усвоила одну важную истину, с учителем даже временным нужно наладить особую связь, необязательно дружба, но маленькая ненавязчивая привязанность должна быть. Именно поэтому с первого дня я стараюсь построить приятельские отношения с хаширой. Воспользовавшись тем что Санеми уже знаком с нашей с Токито традиции устраивать чаепитие, я ненавязчиво заварила нам чай после первого урока по письму и в процессе непринуждённого разговора прощупала почву. Шинадзугава был выходцем из обычной даже наверное бедной семьи, поэтому я отошла практически от всех правил и тонкостей этикета чайных церемонии так как здраво рассудила что незнание этих правил может его смутить. Далее не без помощи Исай я узнала любимое блюдо хашира и вспомнив что путь к сердцу любого мужчины лежит через желудок я начала таскать охаги на наши чаепития. Не скажу что мы с Санеми стали друзьями но его отношение ко мне точно изменилось, он даже разрешил обращаться к нему менее формально обосновав это тем что ненавидит формальности. При более близком общении Шинадзугава оказался достаточно рассудительным молодым человеком и хоть с письмом у него пока все туго, но все что касается анализа тренировок и боев было на высоте, сказывался боевой опыт. Он мог часами разбирать новую технику или новую идею для тренировки, также давал хорошие советы и делился боевыми секретами. — Черт, эта писанина точно не для меня — тянет Санеми взъерошив и без того лохматые волосы и почему-то кидает недовольный взгляд на моего кота который по превычке разлегся у меня на каленях, я перестаю гладить Тофу из-за чего кот недовольно ворчит и возвращает Санеми такой же раздраженный взгляд. Подвигаю исписанный свиток к себе и всматриваюсь в неровный почерк столпа, уже лучше, раньше все его иероглифы походили на неразборчивые кляксы. — Ты слишком строг к себе — как можно мягче говорю я — для человека кто всего пять дней назад взял в руки кисть Ты очень хорошо справляешься. Шинадзугава недоверчиво смотрит на меня а после тяжело и как-то обречённо вздыхает, заберает свиток обратно, берёт кисть в руки и начинает усердно рисовать иероглифы. Наблюдая за его действиями я мягко улыбаюсь, все-таки моя теория правильная. Следуя моим наблюдениям чем мягче относишься к Санеми тем добрее он относится к тебе. Будучи очень резким и грубым мужчиной он оттаял от простой ласковой улыбки и искренних добрых слов, к такому сложному человеку как он нужен особый подход и кажется я смогла подобрать верный ключ к его душе. Улыбаясь своим мыслям я не сразу замечаю внимательный взгляд фиалковых глаз направленный на меня. Отвечаю Санеми вопросительным взглядом но он так ничего не говорит, лишь опускает глаза на свиток и продолжает писать. Что-то он странный в последнее время, то взгляды непонятные бросает, то хватает меня за различные части тела желая лично убедиться что я не пострадала в процессе тренировки, а еще я знаю что он несколько раз наблюдал за моей утренней тренировкой думая что я его не вижу. Странно все это. — Откуда он у тебя? — небрежно спрашивает хашира. До меня не сразу доходит что он спрашивает про кулон в форме лебедя который я по привычке начала теребить. — Токито подарил. — В каких вы отношениях? — слишком резко спрашивает Санеми и кажется сам смущается своего напора. Вообще как я заметила находясь рядом со мной он часто смущается из-за своей грубости. Немного сбитая с толку его вопросом я все же по доброму улыбаюсь вспоминая слова Муичиро — Он сказал что я могу считать его своим младшим братом. А подарил он мне этот кулон потому что я ассоциируюсь у него с лебедем — поделилась я. — Ассоциируешся?.. — Это значит что я напоминаю ему лебедей, то есть он считает что я на них похожа, — Лебедь — задумчиво тянет Санеми и меряет меня заинтересованым взглядом будто правда пытается найти схожесть между мной и этими птицами. — Да, все-таки Токито странный, как человек может быть похожим на птицу, у тебя же нет крыльев — совершенно искренне недоумевает хашира а после услышав мой тихий смех начинает смущённо хмуриться из-за чего выглядит ещё смешнее и я уже не пытаюсь подавить смех, просто громко и искренне смеюсь как когда-то в детстве, когда ещё была беззаботным ребёнком окружённым любящей семьёй. Успокоившись я открываю глаза и встречаюсь с взглядом с хаширой, что-то мелькнувшее в его глазах заставляет меня смутиться и чтобы не выдать свое смущение прерываю зрительный контакт и смотрю на свиток. — Думаю на сегодня достаточно — почему-то тихо говорю я на что мужчина кивает и встаёт — А чай? — растерянно спрашиваю я следуя за Санеми к двери. Он резко разворачивается и я чуть не врезаюсь в него, неловко отпрянув назад чтобы избежать столкновение я не удерживаю равновесие и начинаю заваливается назад, уже приготовившись к встрече с деревянным полом я чувствую как столп хватает меня за руку и резко притягивает к себе. Распахнув глаза я вижу лицо Санеми которое находится в неприличной близости от моего, да и не только его лицо слишком близко. Кубики его торса отлично ощущаются через мою тонкую юкату из-за чего мой щеки тут же покрывает румянец, а осознание того того что он точно ощущает мою грудь прижатую к его голому торсу заставляет меня покраснеть ещё сильнее. Мы замираем словно завороженные смотрим друг на друга. Он все ещё одной рукой прижимает меня к себе а второй держит моё запястье, я же положив свободную руку ему на грудь не нахожу в себе силы его оттолкнуть, чувствую как бешено бьётся его сердце под моей рукой и не могу понять чем мы оба так взволнованы. Протяжное мяуканье Тофу действует на нас отрезвляюще и мы словно опомнившись отскакиваем друг от друга. Смущенная я не знаю куда деть глаза а хашира продолжает смотреть на меня несколько секунд и сказав- В другой раз — тут же уходит. Полностью ошалевшая я сажусь обратно за столик и растерянно смотрю на полупустую тарелку охаги. И что это было?

***************

Встав у расписания дежурств Симидзу задумчиво разглядывал таблицу. Пять ночей из семи Иоко патрулировала в различных местах, каждый раз с разным напарником. Неизвестно по какой системе какуши составляли график дежурств но они явно всеми силами препятствовали формированию близких отношений между мечниками. Впрочем, их можно понять, одно дело когда у тебя на глазах убивают просто товарища, а вот лучшего друга это уже совсем другое. Все рассчитано на уменьшение психологических травм. Но в эту ночь по расписанию Тадао и Иоко шли на дежурство вместе. Учитывая то что девушка вернулась в гарнизон без своего ворона значит она отправила его к своему сенсею, и на дежурство она пойдёт без него. Отлично, усмехнулся Симидзу, своего ворона он тоже отправил куда подальше. Сегодня просто идеальная ночь чтобы покончить с приказом господина раз и навсегда. — Симидзу! Вот ты где — звонкий голос девушки отвлекает парня от мыслей и он переводит взгляд на улыбающуюся Иоко. Что-то внутри больно колит, но парень заставляет себя улыбнуться. — Сегодня дежурим вместе. — Да я уже посмотрела расписание, буду ждать тебя у главного входа через пол часа — говорит девушка и дождавшись от него кивка упорхает к себе в комнату. Всё же, какая она красивая, её лицом можно любоваться целую вечность, тело несмотря на жёсткие тренировки не потеряло свою женственность скорее наоборот стало более соблазнительным, белизна её кожи сводила с ума. Она была воплощением совершенства, Тадао был уверен если бы слово красота было человеком, он был бы похож на Иоко. Сколько парней из гарнизона завидовали ему из-за того что он просто находится радом с ней, особо ревнивые даже пытались пару раз его избить. Вернувшись в свою комнату Симидзу в который раз перечитывает письмо господина, план был прост. У господина есть хорошая знакомая, демон, она обещала отправить несколько своих сильных приспешников чтобы прикончить Иоко. Симидзу просто надо завести девушку в ловушку и смыться куда подальше. Парень тяжело вздыхает и трёт переносицу, мысль о предстоящем предательстве лежит на плечах не подъёмным грузом. Он все же привязался к ней, проиграл, он влюбился. Но разве можно не полюбить такую как она? Идеально красивую с чистой душой, она само совершенство. Симидзу был готов поклясться, если бы господин хоть раз увидил бы её светло серые глаза сам бы сошёл с ума от её красоты. Парень ложиться на кровать и пытается привести свой мысли в порядок, он должен следовать приказам господина, он его слуга и просто не имеет права ослушаться. Как бы не было сложно, сегодня Канэко Иоко суждено умереть. Даже смешно, он её единственный друг и дружба с ним станет самай большой ошибкой в её жизни. Спускаясь вниз Симидзу сталкивается с Тофу, чертовый кот смотрит осуждающе, он всегда вёл себя довольно враждебно по отношению к парню. Слишком умный кот словно видел его насквозь, и откуда она его только достала? Тофу провожает парня тяжёлым взглядом до самого выхода из корпуса, а после разворачивается и выходит через потайной известный лишь ему и Исай вход. Он чует, он чувствует, хозяйку нельзя отпускать одну с этим плохим человеком.

****************

Симидзу ведёт меня к городу по какому то новому маршруту, по его словам за последнюю неделю пока я находилась в другом гарнизоне много чего изменилось в том числе и маршруты. Я чувствую что что-то с Тадао не так, но он не спешит рассказывать а я просто не лезу к нему в душу. Захочет, сам расскажет. Пару часов мы идём в тишине, но эта тишина мне не нравится, слишком тяжёлая, слишком не привычная особенно после того как я привыкла к вечно болтающей Исай. Я уже жалею что отправила её к сенсею с письмом о продвижении в тренировках, я наконец смогла почувствовать электрический ток в своём теле, осталось понять как им управлять. Собственно говоря о воронах… — Где твой ворон, Симидзу? — Ммм? Мой ворон? Я отправил его к семье. А что? Сначала до меня не сразу доходят его слова, а потом я с ужасом понимаю в какую ситуацию мы себя загнали. — Как отправил?! С дежурными всегда должен быть хотя-бы один ворон чтобы в случае чего отправить его в штаб за подмогой. Я же тебе сказала что отправила Исай к сенсею. — Прости, мой косяк — виновато тянет Тадао и оглядывается по сторонам — не волнуйся, не думаю что мы наткнемся на кого-то опасного этой ночью, так что..... Его слова прерывает хруст ломающиеся сухой ветки. Я разворачиваюсь в сторону звука и мгновенно достаю клинки из сая, медленно не создавая лишнего шума я иду к источнику звука и стараюсь использовать все органы чувств по максимому. Дойдя до нужного места я никого не обнаружив кручусь на месте и замечаю что Симидзу нигде по близости нет. Он ушёл? Уже собераюсь вернуться как меня парализует сильное яки*. И самое жуткое было то что оно шло со всех сторон значит враг не один. Так спокойно соберись Иоко, что мы имеем, я одна против предположительно трех выше средней силы демонов, Симидзу возможно уже мертв так как будь он жив почувствовал бы яки и пришёл сюда. Помощи мне ждать не от кого так как Исай далеко и не может полететь в штаб за подмогой, с какой стороны не посмотри а ситуация мягко говоря хреновая, я осталась абсолютно одна и полностью изолирована от мира. Что мне теперь делать?