Часть 1

      - Возлюбленные наши братья и сестры, - возвышенный голос раздавался в стенах зала и, отражаясь от стен, снисходил благодатью на внимающие светлые лица юных послушников. – вот вы и закончили нашу приходскую школу и теперь можете в большом мире приступать к своим святым обязанностям. Все наши выпускники славятся своими знаниями и деяниями. В любой церкви, храме, монастыре и просто больнице вы будете успешно выполнять миссию, возложенную на вас Всевышним. Кем бы вы ни стали, какую стезю вы бы ни выбрали, помните, что ваше дело правое и богоугодное. Каждый наш факультет был благословлен своим основателем и, окончив его, каждый из вас является истинным продолжателем деяний его. Священники, настоятели, сестры и братья милосердия и просто служители церкви – все вы отныне являетесь полноправными защитниками веры. Каждый из вас несет слово Божие и помогает заблудшим душам обрести мир и покой.       Директор церковно-приходской школы развел руки в стороны, и зал взорвался аплодисментами. Выпускники семинарии Хогвартс были рады, что именно сегодняшний звон колоколов храма звучит для них. Годы, проведенные в этом монастыре, не прошли для них напрасно. Каждый день, что они провели тут, был крохотным шажочком к светлому будущему, уготованному каждому. Иметь диплом Хогвартса очень почетно. С ним двери любого религиозного дома будут распахнуты, и выпускник будет с радостью принят на службу.       Преподаватели, также хлопающие в ладони, с гордостью взирают на море одухотворенных и просветленных детских лиц. Неимоверное счастье видеть, как снисходит озарение, и в душе послушника появляется истинная любовь к ближнему своему, как он проявляет сострадание и милосердие, не взирая на всю грязь и гнусность окружающего мира. Каждый день вот уже на протяжении не первого тысячелетия это место является неприкосновенным святым местом страны, куда не смела никогда ступать нога врага. Да и добраться сюда было не просто. Монастырь был с одной стороны удачно окружен непроходимым лесом, вызывавшим ужас у неподалеку расположенных деревень. А с другой располагался на отвесной скале, с которой открывался непередаваемый вид на бескрайнюю реку и холмы. Каждый день послушники и их преподаватели выходили на площадку встретить рассвет и проводить закат, очищая душу от скверны и наполняя ее благодарственной молитвой. Это было поистине волшебное место. А потому стены монастыря не раз подвергались нападению и длительным осадам, однако Святой Грааль, хранящийся в подземелье, не раз спасал тех, кто верой и правдой, потом и кровью защищал его. Эта тихая обитель как ничто иное больше всего подходило для подрастающего поколения, следующего путями святых и проповедующих заповеди.       Сквозь колыхающееся море монашеских и сестринских одеяний осторожно шаг за шагом пробиралась девичья фигурка. Неспешно ступая назад, она мягко обходила своих однокурсников, не прекращая хлопать в ладоши. Она хоть и очень рада была окончанию школы и получению диплома, все же хотела уединения. В Большом Зале было слишком шумно, а ей хотелось побыть наедине с собой.       - Послушница Грейнджер, куда Вы? – скрипучий голос мерзкого дьяка Филча раздался из-за двери как только она аккуратно выскользнула в коридор.       Девушка моментально опустила голову как подобает и прикрыла свои карие глаза длинными ресницами. Перечить завхозу было всегда чревато – за спором с ним следовало немедленное наказание, но сегодня она имела полное право ответить, не боясь последствий. Диплом об окончании школы давал такое право.       - Я бы хотела уединиться. Шум утомил меня. – тихо ответила девушка, хотя внутри и скрежетала зубами. Не было ни одного послушника, который хотя бы ровно относился к мерзкому дьяку. Ведь тот постоянно только и делал, что выискивал хоть малейшее нарушение. Даже грязь на подоле платья вела к дополнительным часам молитвы на коленях на каменном полу или чистке кастрюль на кухне.       - В молитве проведи оставшийся вечер. – кивнул завхоз и с тем и отпустил выпускницу. Девушка повернулась и поспешила прочь, однако скрипучий голос дьяка догнал ее. – Не смей торопливо бегать в стенах божьих!       Девушка по инерции перешла на неспешный шаг, однако, как только коридор свернул за угол, припустила что было мочи, пока мерзкий Филч не вздумал проверить, к себе ли в келью девушка направилась. С него бы сталось подсмотреть. По школе всегда циркулировали слухи, что старый хрыч любит подсматривать за юными послушницами в замочные скважины. Особо впечатлительные девушки уверяли, что иногда слышат тяжелое дыхание и стоны, когда переодеваются или принимают душ. И хотя официально было доказано, что это ветер свистит в крошечных щелях старого замка, подспудно в голове каждой брезжил страх, что они не одни.       Гермиона Грейнджер, лучшая выпускница школы, вновь завернула за угол и прижалась спиной к холодной стене. От бега она запыхалась, и ее частое дыхание срывалось с губ. Закрыв ладошкой рот, чтобы никто не услышал ее, девушка постаралась привести себя в чувство. Никто не должен был заметить ее здесь. Иначе последуют неминуемые вопросы, на которые она совсем не хотела давать ответы. Ведь она стояла у Тайной Комнаты…       Когда девушка выровняла дыхание, то повернулась к рядом висящему гобелену лицом. Ни в коем случае нельзя было его касаться. Малейшее колыхание ветра, и движение могли бы заметить… Гермиона повернула левую руку кистью вверх, и правой вытащила из манжеты длинный металлический прут. Осторожно вставив его в щель между камнями, она надавила ладошкой и прислонилась ухом. Раздался негромкий щелчок – и неприметная дверь чуть в стороне приоткрылась, ровно на столько, чтобы можно было заскочить внутрь.       Просочившись, девушка быстро обернулась, зажав подол платья, чтобы он не остался зажатым. Ничто не должно было ее выдать. Это тайное место ей когда-то показали ее друзья, и иногда она сбегала сюда подальше ото всех. Ведь только здесь она могла быть уверена, что ее грязный секрет так и останется тайной.       Однажды, еще на втором курсе, она по случайности забрела сюда, когда искала место вдали ото всех, где могла бы дать волю слезам. Светловолосый сокурсник Драко Малфой жестоко оскорбил ее, а она не хотела, чтобы он видел ее слез. Девочка так и сидела, задыхаясь от слез, когда буквально из стены вышли ее друзья. Успокоив подругу, ребята рассказали секрет Комнаты, и с тех самых пор это место стало и ее тайным убежищем. Свидетелем многих тайн было это место. Ее не первая и не последняя.       Гермиона привычно подбежала вперед и отдернула тяжелую портьеру на стене. Ткань колыхнулась, и ее взору предстал телевизор. Девушка удовлетворенно улыбнулась и привычным жестом сунула руку под крышку стойки. С первого раза она нащупала искомый предмет и отклеила его. Флешка. Одна из многих, там хранящихся. О да, многие ученики школы нарушали правила поведения и хранили тут все запретное, а потому столь притягательное. За многие годы, что девушка тут скрывалась, она изучила весь схрон и, что уж кривить душой, имела свой запас запретного удовольствия. Было правильно, пользуясь чужим, поделиться своим. Девушка посмотрела на флешку в своих руках и довольно улыбнулась. Ее щеки покраснели, предвкушая удовольствие, которому она сейчас отдастся. В голове привычно зашумело, губы пересохли, и она их облизнула, отчего те заблестели. За своими действиями она совсем не услышала, как с другой стороны открылась дверь, и в комнату вошел человек…       Драко Малфой стоял в толпе выпускников и несколько лениво хлопал в такт со всеми. Он был рад наконец закончить уже опостылевшую школу. Вожделенный диплом лежал в келье, а это значит, что завтра он уже поедет домой, а через несколько дней в монастырь, где отец договорился о теплом месте для него. Конечно, он будет работать, но на юге страны, где уже очень тепло и такое жаркое солнце. Монастырь располагался в отдалении от шумного туристического побережья, однако теплые воды в этом месте омывали прекрасную лагуну, в которой так прекрасно было нежиться. Молодой человек уже видел на фотографиях это место и был более чем доволен. Уединенное место, живописный ландшафт, луга, поляны, рощицы… - столько неизведанных мест, где можно повстречать прелестную пастушку и поговорить о возвышенном… От пробежавших перед глазами картинок продолжения разговора кадык молодого человека дернулся, и тяжелая капля слюны спустилась по гортани. Драко не сомневался в своих способностях – диплом лучшего студента выдавался все же не за высокое положение в их обществе, а за знания и умения. А в риторике и толковании священных книг ему не было равных…ну, кроме разве что Грейнджер.       Малфой привычно скривился, когда лицо послушницы всплыло в его памяти. Строгое платье до пола, чепец и капор, вечно застегнутая на все пуговицы, умные глаза и абсолютное послушание – скучнее и не придумаешь. Конечно, для всех она такой и должна быть – монашка, которая чтит законы святой обители. Но ведь всем известно, что и в стенах можно…уметь развлекаться. Главное – не выдавать ничем. А опустить голову вниз и прикрыть глаза студенты Хогвартса умели как никто. Еще на первом курсе их этому обучили и наказывали за непочтительное отношение к старшим. Но теперь он был свободен, и никто не помешает ему проводить с прихожанками столько времени, сколько он сочтет нужным. И как сочтет нужным...       Вот с такими мыслями он немного ленивым взглядом обвел Зал и, отойдя к самой стене, незаметно прошел вдоль и выскользнул в коридор. Быстро оглянувшись в поисках завхоза, который всегда выскакивал словно черт из табакерки, Драко улыбнулся удаче и вознес короткую молитву. А затем опрометью бросился прочь. Ему не терпелось устроить себе свой личный выпускной. А для этого была необходимость в уединении. И что как не Тайная Комната этому могла поспособствовать. Тайну входа в их семье передавали из поколения в поколение, отец рассказал о заветном камне перед самым первым курсом. «Тебе там будет о чем поразмыслить.» - таинственно произнес он, поселив в душе юного послушника интерес и взбудоражив любопытство. Освоившись с правилами поведения, юный студент пробрался ночью и, отыскав нужный камень, нажал на выщербленный кусок. Бесшумно дверь приоткрылась, и мальчик проскользнул внутрь. Попав в святая святых, он не знал чего ожидать, но был уже в предвкушении, что познал нечто запретное. Каково же было его удивление, когда он увидел что хранится в Комнате. Какие тайны скрывают толстые стены монастыря. Это была кладезь самых разнузданных и развратных развлечений, богохульных по сути, но столь вожделенных для подрастающих поколений, воспитываемых в этих стенах.       У мальчика глаза разбегались и руки тряслись от желания познать все и сразу. Книги, картинки, раскраски, фильмы, мультфильмы – на любой вкус и сюжет… Драко понял, что в этой комнате он будет проводить большую часть своего внеучебного времени. От обилия впечатлений и возможностей он потерял голову и однажды чуть не попался завхозу, когда выходил из Комнаты. Но Филч все равно умудрился его поймать в неположенном месте в позднее время и в соответствии с правилами наказал ослушника. Оттирая грязные котлы, мальчик сопел, посылая на голову мерзкого старикана проклятия всех святых, но в то же время дал себе строгий указ учиться лучше всех, чтобы у него было много свободного времени для своих увлечений. К концу школы он чуть ли не ежедневно приходил сюда отдаваться своим чувственным наслаждениям, регулярно пополняя коллекцию. Свою коллекцию.       И вот сейчас, предвкушая особые сладострастные минуты, он привычно юркнул в простенок и намеревался включить свет, как понял, что в комнате кто-то уже есть. Конечно он знал, что это место было хорошо известной тайной, и кому надо, тот знает про Тайную Комнату – ведь коллекция регулярно пополнялась, но ни разу за все эти годы он не встречал тут никого. Драко оторопело взглянул на человека, что уже был тут и опередил его. Доля секунды понадобилась ему, чтобы узнать соученика. Мозг взорвался от осознания – ведь он и подумать не мог о том, что эта умница-послушница окажется здесь. Хмыкнув, что оказывается и отличницам ничто запретное не чуждо, Малфой растянул губы в дерзкой ухмылке. Он предвкушал небывалое развлечение…       Гермиона же сначала не видела вошедшего – она стояла боком. Но всем телом почувствовала сканирующий взгляд. Резко обернувшись, она ахнула и всплеснула руками. Флешка вылетела из ее рук, мягко упав на ковер. Кровь мгновенно прилила к щекам, окрасив их в ярко-малиновый цвет, а губы начали зудеть – так хотелось закричать от ужаса. Лучше бы вошел кто угодно, но только не ее мучитель. Ведь теперь он знает о ее тайных увлечениях, страстях, желаниях и сможет…да что угодно! Такие как он не будут следовать заповедям, и это было бы вполне в его духе шантажировать или просто испортить карьеру, просто намекнув на некую нечистоплотность помыслов. И никого не будет волновать откуда он это знает. Ее репутации будет нанесен непоправимый урон, и даже диплом лучшей послушницы не спасет.       - Так-так, - низким голосом начал Малфой. – оказывается в тихом омуте и правда черти водятся… И наша лучшая послушница не столь…послушна, как это принято думать. – похабно протянул молодой человек, делая неспешные шаги к своей жертве.       Гермиона молчала, боясь произнести хоть слово. Куда делось все ее красноречие!? Ведь на уроках она не раз вступала с ним в полемику и устраивала дебаты, толкуя те или иные строфы евангелие или священного писания. Все годы, проведенные тут, она только и делала, что училась. Изучала все книги, хранимые в библиотеке, даже те, что были в Архивной Секции, где, к слову, она и наткнулась на намеки о Тайной Комнате. Ниточка за ниточкой, она распустила клубок непонимания и была очень горда собой и своим умом, что смогла разгадать эту тайну монастыря - ведь ее друзья не знали предыстории, а только факт существования такого места. Учась и познавая, она была лучшей. Тверда в суждениях, она смело парировала и приводила цитаты. Ответ всегда был готов сорваться с ее губ…так почему же сейчас она стоит, словно кандидат на отчисление за неуспеваемость!?       - И что же наша отличница смотрит? – Малфой неспешно наклонился и поднял оброненную флешку. А, взяв в руки, оторопело уставился на предмет. Он очень хорошо знал эту флешку. Это была его флешка. Из последней коллекции. Он лично в последние каникулы записал ее и еще не успел полностью насладиться происходящим на экране – до того его заводило. – Вот значит как… - медленно и зло протянул он. – Трогаем чужое, забывая о восьмой заповеди…       - Я не нарушала восьмую заповедь. – заученно произнесла Гермиона. – Я ничего не крала.       - Ты брала чужое. – настаивал Малфой на своем.       - Правило монастыря гласит, что личное может быть только в суетном мире. – парировала девушка смело, однако все также не смея поднять глаза на молодого человека.       - Грешно брать чужое. – глумился Малфой. Он еще не знал чего добивался, а потому просто тянул время, раздражая заучку еще больше.       - Все, что я брала, я возвращала на место! – сверкнула она глазами в его сторону. – К тому же ты забываешь о еще одной заповеди – не произноси ложного свидетельства на ближнего своего.       - А ты мне ближний? – склонил Драко голову. Он уже понимал к чему ведет разговор и каким жаждал его окончание.       - Устав Хогвартса гласит, что каждый послушник является друг другу братом и сестрой во Христе. – ответила Гермиона, твердо намереваясь отстаивать свое право на…а вот на что? На запретное удовольствие? Да и кому она вообще это собралась доказывать? Малфою? С какой стати?       - Ну что ж, - внезапно отступил молодой человек. – пожалуй, я соглашусь с тобой, сестра. – чуть дернул он уголком губ. – С близкими надо делиться, а потому я поделюсь с тобой своей флешкой. С радостью. Вот только…- чуть помедлил он, доводя девушку до дрожи во всем теле. – раз уж так случилось, что мы вместе тут и оба хотим насладиться этой коллекцией – глупо скрывать тайны от ближнего своего, в этом даже ты согласишься со мной.       - Что ты имеешь ввиду? – выпалила Гермиона, не представляющая совершенно, что Драко скажет.       «Что имею, то и введу.» - привычно про себя поглумился юноша, а вслух сказал:       - Мы насладимся этим вместе.       - Что? – пересохшими губами еле слышно произнесла Гермиона.       Ей показалось, что она ослышалась…да нет же, точно ослышалась! Не мог Малфой ей на полном серьезе вместе предложить посмотреть столь откровенный фильм из его коллекции. Она уже не раз смотрела его и, увидев впервые, не могла не признать, что у таинственного обладателя этой коллекции тонкий сладострастный вкус…как бы двояко это ни звучало. Ее бесконечно притягивало то, что происходило на экране.       Грань между откровенностью и пошлостью, эротизмом и романтикой была столь размыта, что оставляла небывалое послевкусие, желая смотреть еще и еще. А ведь она не только смотрела…и удержать себя в руках не могла и после десятого раза. Что уж говорить о том, чтобы кто-то еще наблюдал за ней, как она…своими пальчиками…так недопустимо себя ведет…       - Ты не ослышалась. – повторил Драко. – Мы посмотрим то, что записано на флешку; вместе. Это будет твое наказание. Твоя епитимья. – глаза сокурсника опять дьявольски блеснули. В глубине серых глаз на долю секунды вспыхнул огонь.       - Но… - попыталась возразить девушка. Однако была перебита.       - Послушание – основа добродетели, не так ли сестра Грейнджер? – Малфой кончиками пальцев поднял подбородок девушки.       - Да, Отче. – послушно произнесла она. Все правильно, Малфой всегда будет выше нее в иерархии, а потому она всегда должна будет слушаться его. Повиноваться старшему.       Будущий глава англиканской церкви не ожидал иного ответа, а потому молча усадил девушку на диван, удобно расположившись рядом. Но, вспомнив, что флешка у него в руках, встал и подошел к телевизору. Быстро подключив ее, он взял пульт и повернулся к дивану. На нем, сжавшись в уголке, сидела юная послушница. Невинная внешне, но греховная внутри. Теперь Малфой это точно знал, а потому искушать будет вдвойне, а то и втройне приятно. И это будет куда как интереснее происходящего на экране – ведь наяву эмоции, впечатления и ощущения куда как острее. Когда сам испытываешь всю гамму, от и до, нежели наблюдаешь за героями по ту сторону стекла.       - Сестра. – протянул он ей пульт. – Ты знаешь как с этим обращаться.       Гермиона опустила ресницы. Ей не стоит поддаваться искушению, но она должна с честью пройти это испытание плоти. Однако, когда она взяла пульт, твердая ладонь сокурсника погладила ее запястье. Девушка взмахнула ресницами и в смятении подняла на молодого человека ореховые глаза. Но тот лишь подтвердил, что он сын Люцифера и знает толк в искушении, растянув губы в более чем похотливой улыбке.       Драко сел в небольшом отдалении от девушки, хотя, видит Бог, она бы хотела быть еще дальше от него, чем эти жалкие полметра…