Kugisaki

      — Итадори. — Нобара хочет закричать, но у неё получается лишь прошептать имя друга. Она чувствует безнадёжность, ведь до этого ей доводилось сражаться лишь с клоном, а сейчас перед ней и настоящий Махито. Тактику против него на данный момент она не продумала.       — Кугисаки, беги! — Слишком поздно, ведь она потеряла бдительность, тем самым позволила Махито использовать проклятую технику на себе. Нобара медленно поднесла ладонь к левому глазу, стараясь вытерпеть жгучую, ни с чем несравнимую боль, медленно расползающуюся по коже.       В голове играет целых хор неозвученных мыслей. Она не может собрать их воедино. Вот и конец. Прощай, жизнь, встречай, смерть. Она старалась устоять на ногах, но за одно мгновение её посетили все сожаления о невыполненных жизненных планах. Вот что значит фраза «жизнь пронеслась перед глазами». Она должна была подготовиться к этому, ведь быть магом — значило быть готовым умереть в любую секунду, чего Нобара не могла принять.       Она была уверена в том, что станет известной моделью Японии. Что встретится с подругой детства и выпьет с ней чаю. Что ещё раз погуляет с Фуми, но только в Токио. И что признается Итадори Юджи в своих запутанных чувствах до его казни, которую она желала предотвратить всем сердцем и душой.       Внезапно она вспомнила о словах Юджи касательно наилучшей смерти. Можно ли считать, что она умрёт без сожалений? Нет, точно нет. А счастливой? Вероятно. Она пала в бою с сильным проклятием, ослабив его. Она погибла на глазах у близкого ей человека, что и печально, и радостно, ведь она сражалась с ним бок о бок в последние минуты своей жизни. Она провела свою последнюю битву в его компании. Нобара подумала о Мегуми, о Маки, о Панде и даже об учителе Годжо. Ей бы хотелось встретиться с ними ещё раз.       — Итадори, скажи всем... — Нобара из всех сил пытается улыбнуться ему, чтобы его решимость не пала и он сражался дальше, — что всё было не так уж и плохо.       По телевизору шёл очередной второсортный фильм ужасов, предназначенный для людей, ни разу не сталкивавшихся лицом к лицу с настоящими монстрами. Юджи и Нобара относились к подобным фильмам как к комедиям, ведь будни мага подразумевали под собой встречи с разного рода проклятиями, которые уж точно будут не только омерзительнее этих чудищ, созданных компьютерной графикой, так ещё и опаснее.       — Итадори, а где ты так качественно красишь волосы? — Кугисаки перебрала копну розовых волос и не обнаружила ни выцветшие корни, ни секущиеся кончики.       — А, так я никогда и не красил их. — Юджи достал из коробочки с попкорном несколько штук и закинул их в рот, довольно их пережёвывая. — Хотя нет, один раз покрасил, кончики. Я проспорил. И то в синий, он быстро смылся.       — Ого, и это натуральный цвет волос? — Удивлённая, Нобара поднялась на диван и села на колени, случайно задев коробку с попкорном, который немного рассыпался на толстовку Итадори. Кугисаки включила фонарик телефона и внимательнее осмотрела волосы Юджи, убедившись в том, что у этого гада не только невероятный цвет волос, так ещё и идеальное состояние, чего не скажешь из-за торчащих в разные стороны прядей. — А я-то думала, что это у меня проблемы, раз краска постоянно смывается.       — Чего, у тебя крашенные волосы? — Итадори, вытаращив глаза, посмотрел на Кугисаки. — Да ну, я думал, что рыжий твой натуральный цвет.       — Ага. Они на самом деле тёмные, но мне так больше нравится, подчёркивают мои глаза. — Нобара демонстративно погладила свои рыжие волосы и тоже закинула в рот несколько попкоринок. — Вот неряха, ты чего рассыпал весь попкорн?       — Чего? А, ой. — Итадори, до этого вальяжно рассевшийся на диване, немного приподнялся, чтобы собрать попкорн с толстовки и кинуть их себе в рот. Нобара, воспользовавшись шансом, перехватила подушку, на которую до этого опирался Итадори и завалилась на неё, старательно игнорируя запах сладкого попкорна, лёгкие нотки мужского одеколона, а также аромат самого Итадори, присущий лишь ему и который она слишком хорошо запомнила.       Кугисаки почувствовала, будто её разрывают изнутри, и с грохотом свалилась на пол, не в силах удержаться на ватных ногах, которые она практически не чувствовала. И всё вмиг затихло. Последним, что она увидела перед собой, было ошарашенное лицо Итадори, окрашенное её кровью. Она открыто ненавидела нежности, но как бы ей хотелось прикоснуться к этим розовым волосам в последний раз и успокоить их обладателя, уверив, что всё будет хорошо. Но суровая реальность одержала победу в очередной раз в этой затянувшейся войне.       Итадори, ты только не сдавайся. Прошу.