ПМС+алкоголь

Вообще, Зейн мог и не идти за абрикосами, которые «попросила» она. У них и так отношения натянуты настолько, что никакие фрукты не помогут. Только вот ноги всё равно несут его к выходу из отеля, а в планах у мужчины купить любимой абрикосы. Он не заметил, как это началось — просто в один момент всё изменилось. Зейн понял, что не видит в Каролине объект для раздражения, и она является скорее магнитом для каких-то чувств… Уже потом он понял, что серьёзно полюбил. Ещё и ту, которой всё равно на это! Он присылал ей дорогие великолепные наряды, делал комплименты, пусть и в манере, свойственной их общению… Но никогда не слышал даже «спасибо» в свой адрес. То, что Каролина не испытывала такой же любви, было слишком очевидно. Она не давала шанса даже приблизиться, зато без проблем проникала в его сны, как будто издевалась: столько ночей Зейн наблюдал их счастливую жизнь вместе. Эти сны стали чем-то напоминать сериал, который заставлял мужчину просыпаться с жаром в груди, горящим взглядом и чувством отчаяния. Как подозревает Зейн, у Каролины ПМС, потому что она вначале обругала его на чём свет стоит, причём без причины и едва не бросив в него дорогую вазу, а потом послала купить абрикосы. Как будто он что-то ей должен. Если уж на то пошло, они друг другу вообще никто. Хотя Зейну от этого грустно… Впрочем, он старается думать об этом как можно реже. И всё бы ничего, но он хочет сделать ей приятно и всё-таки идёт за абрикосами, хотя никакие фрукты не растопят сердце ледяной женщины. По крайней мере, в это чудо Зейн не верит. *** Он вежливо стучит в номер Каролины, но в ответ тишина. — Она что, издевается? — вслух ругается Зейн. — Если не откроете, я сам съем Ваши абрикосы. Блондинка открывает, и по ней видно, что чувствует она себя отвратительно. Возможно, немного пьяна… Решив не рисковать, мужчина протягивает ей довольно большой пакет, забитый абрикосами. — Приятного аппетита. Он разворачивается и намерен уйти, но слышит, как за закрывающейся дверью (опять без «спасибо», вот надо же! Какая неожиданность) Каролина падает. Заходить туда Зейну совсем не желательно, учитывая правила этикета и всё остальное, но он стучит и открывает дверь, которую женщина так и не успела закрыть. Помогая ей встать, мужчина уточняет: — Вы пили? — Злитесь, что без Вас? — в ответ усмехается Каро. — Бросьте, я же знаю, что многие мечтают споить меня и воспользоваться таким состоянием. А Вы не похожи на нормального и тактичного человека. — Вот именно. Сейчас возьму Вас на руки и уроню, — закатывает глаза Зейн, после чего действительно берёт её на руки. — Между прочим, за абрикосы могли бы поблагодарить. Боитесь, что влюблюсь после Вашего «спасибо»? — Если бы мы не ненавидели друг друга, Вы бы вполне могли в меня влюбиться. Я довольно хороша, — отмечает Каро, пока Зейн несёт её к кровати. Мужчина смеётся. — Пытаетесь меня уберечь? С чего такая забота? — Мы с Вами несовместимы. Мы постоянно спорим, разных взглядов… Вам не нравится, как я одеваюсь, и дело не в том, что Вы мечтаете снять эти откровенные платья с меня. Зейну становится жарко от картин, которые пробуждаются в его голове. — Сколько же Вам было нужно выпить, чтобы довести себя до такого состояния? — дёргает уголком губ он. Опускает Каролину на кровать осторожно и ласково. — Вернее, может, Вы и мечтаете раздеть меня… — хитро усмехается Каролина. — Но только для того, чтобы надеть что-нибудь «подходящее». — Ну что Вы. Я не извращенец, чтобы представлять, как раздеваю Вас. Зейн намеревается уйти, потому что их отношения никогда не располагали к разговорам по душам. Каролина хватает его за руку. — Абрикосы, — говорит она, когда он оборачивается. — Принесите… «Пожалуйста» звучит еле слышно, и Зейн вздыхает. — И зачем я Вас слушаю… Но идёт мыть абрикосы, кладёт их в красивую тарелочку и ставит на стол рядом с кроватью. Каролина с радостью набрасывается на фрукты. — Спасибо, кстати, — говорит она. — Я думала, Вы и так знаете, что я Вам благодарна. Зейн закатывает глаза и берёт абрикоску. — Надеюсь, Вы меня не убьёте за это? — с иронией уточняет он. — Нет, это же Вы принесли их и спасли меня от смерти. — Зачем Вам вообще столько пить средь бела дня? — вдруг интересуется Зейн. — Не поверите. — А Вы скажите. — Невзаимная любовь, чтоб её. Я пытаюсь себя сдерживать, но при встрече хочу наброситься с поцелуями. В Ваших глазах такое поведение совсем не приемлемо, но я такая. — Думаю, если бы моя любимая женщина встречала меня поцелуями, я бы отбросил мнение о неприемлемости. — А Вы тоже кого-то любите, да? — удивлённо уточняет Каролина. — Да. Но она похожа на Вас: всячески даёт понять, что ненавидит меня. Готов поспорить, что Вы сожгли подаренные мной платья в тот же день. Блондинка машет рукой в сторону шкафа. — Абсолютно все они висят. Зейн идёт туда, а Каролина не останавливает его. Из-за действия алкоголя слишком поздно понимает, что в том шкафу лежит ещё кое-что… — Действительно, все. Почему же Вы ни разу в них не были? Они не такие порядочные, чтобы Вы их не надели. Каролина усмехается. — Я надевала. Просто перед выходом переодевалась. Зейн достаёт платье наугад и показывает Каро. — Что с ним не так? Блондинка думает над ответом, но не приходится, потому что из маленького кармана выпадает фотография Зейна с их маленькой встречи на пляже. Тогда они собрались всей компанией, но никто не заметил, как женщина его сфотографировала. — Уходите. Коротко, холодно, резко. Если бы Каролина не выпила столько, придумала бы отмазку с подколом… Но она пьяна, поэтому дала Зейну повод догадаться о том, что объект её невзаимной любви — именно он. Каро всё слишком достало, но алкоголь только усугубил ситуацию. Впрочем… Зейн наклоняется близко-близко, кладёт фотографию рядом с абрикосами и хитро прищуривается. Каролина ловит себя на мысли о том, что ей нравится, когда он так смотрит на неё. — Отдыхайте, — отстраняется Зейн. — И в следующий раз… Позовите меня. Выпьем вместе. Очень скоро Каро засыпает, даже не догадываясь, что подарила любимому надежду. На следующий день он видит её в том самом платье, которое хранило фотографию, после чего ведёт в ресторан. И, что важнее, она совсем не против. Точнее, всем сердцем и мозгами за.